Ниже следует перевод статьи Тило Сарацина, посвященной политкректным критикам его только что опубликованной книги Wunschdenken: Europa, Währung, Bildung, Einwanderung – warum Politik so häufig scheitert (Самообман: Европа, валюта, образование, иммиграция – почему политика так часто терпит крах).

После того, как я опубликовал в 2010 году Deutschland schafft sich ab (Германия отменила саму себя) одним из самых больших возбудителей и раздражителей среди идей, высказанных в книге стало утверждение о том, что интеллект, на 50-80% является наследуемым свойством. Два уважаемых исследователя интеллекта через несколько дней после публикации книги опубликовали в Frankfurter Allgemeine Zeitung статью, в которой пришли к выводу о том, что я корректно понимаю специальную литературу – и корректно ее цитирую. Они написали буквально следующее: “Указанные Сарацином цифры , свидетельствующие о важности генетики в отличиях интеллекта корректны”. Но это никого не интересует, и всеобщее возбуждение продолжается.

Через 18 месяцев Дитер Циммер написал книгу “Наследственнен ли интеллект?” Он пришел к следующему выводу: “Было доказано так тщательно, насколько это вообще возможно, что интеллектуальный тест IQ у взрослых на 60-75% у взрослых и на 40% у детей зависит от генотипа. То, что предопределено генами – не фиксированный показатель IQ, но потенциал обучения в зависимости и вместе с окружающей средой, способность аналитического осмысления. Обучение и тренировка усиливают интеллект, но лишь в определенных пределах”. Книга Циммера была встречена прохладно. Ее противоречия с политической журналистикой и фельетонами в общественном сознании не зарегистрировались.

Причины журналистского и политического гнева против меня совершенно ясны: я подверг сомнению убеждение в том, что человека можно сформировать как угодно и что его характеристики предопределяются средой. Таким образом, я нарушил серьезнейшее табу духа времени, и понес за это кару, соответствующую тяжести моего преступления. То, что ученые могут сказать без последствий для себя, политики вроде меня не имеют право произносить публично. В 2014 году я посвятил этому новую работу “Новый террор добродетели”. Тогда пресса предпочла попросту замолчать эту тему. И когда я писал “Самообман”, я планировал уклониться от новых дебатах об интеллекте. С моей точки зрения, я уже сказал об этом все, что хотел сказать.

Когнитивные способности развиваются из многих источников. В “Самообмане”, я , среди прочего, описал роль экономического преуспевания. Центральным является признание того, что человеческое знание, как сумма различных умений и способностей, является основным источником богатства. Отсюда – значение достойного образования. Разница в капитале знаний во многом объясняет разницу в процветании обществ и государств. При условии равенства всех прочих источников когнитивных способностей, образовательная система, семья и социализация в определенной культуре, и, само собой разумеется, личный интеллектуальный потенциал предопределяют успех. Таким образом, многое можно – а сегодня и должно сделать политически.

Нет никакой возможности обойти или умолчать тот факт. что существует громадная пропасть в знаниях и умениях между различными обществами и государствами. Мигранты, как правило, приносят с собой свой набор когнитивных способностей – и передают их своим детям. Описанию того, что из этого следует, я посвятил много страниц моей новой книги.

И затем несколько неожиданно для себя я обнаружил статью о “Самообмане” в Frankfurter Allgemeinen Sonntagszeitung, главная цель которой – представить меня в качестве сторонника однозначного генетического детерменизма. Эта попытка оказалась неудачной, но через неделю появилась еще одна статья – молекулярного биолога Карла Фридриха Фишбаха, в которой приводится выдуманная и сенсационная цитата “глупость наследственна”. Очевидно, Фишбах снова захотел открыть давно законченный спор, которому вообще не была посвящена моя книга. Фишбах попытался выдвинуть против меня аргумент о “зависимости измеряемого интеллекта от окружающей среды” – при том, что я подробно дал ответ на это еще в 2010, в Deutschland schafft sich ab.

Приемные дети не наследуют интеллекта приемных родителей. Фишбах может разбираться в генетике, но исследование интеллекта, определенно, не сфера его экспертизы. Он ошибочно утверждает, что приемные дети наследуют интеллект приемных родителей. Для усыновленных подрастающих детей верно прямо противоположное. Их IQ не имеет сколько нибудь значительной корреляции с IQ их приемных родителей, но, возможно, коррелирует с интеллектом их биологических родителей. Разница в домашнем окружении детей не производит значительной разницы в интеллекте вырастающих детей.

В “Самообмане” я умышленно не стал вновь ввязываться в дебаты об интеллекте. Вместо этого я сосредоточился на значении образования для развития когнитивных способностей. Среди многих других факторов, определяющих уровень когнитивных способностей важен индивидуальный интеллект, но в данном контексте он не имеет для меня значения. Мы можем измерить глобальные отличия в интеллекте. Спекуляции об относительном весе того или иного фактора на измеряемые когнитивные способности я сознательно выношу за рамки обсуждения. Для моей аргументации они не имеют значения.

Левый журналист и ученый философ Арно Вильдман пошел еще дальше, чем Фишбах. он опубликовал в Frankfurter Rundschau и Berliner Zeitung редакционные статьи под заголовком “Тило Сарацин считает ущербный интеллект наследственным”. Очевидно, он не считает необходимым воспользоваться концепцией когнитивных способностей. С этой целью он выдумал нонсенс, который вы не найдете в моих работах и назвал его “когнитивным интеллектом”. Он упоминает его не менее девяти раз – одновременно критикуя меня за его предполагаемое использование: “Подобные определения не могут распространяться на целые группы населения, не говоря уж об использовании их в сомнительной области народной психологии”.

И это совершенно верно. Я и не пользуюсь подобным термином. Вместо него я привожу сухую, но проверенную статистику, сравнивающую когнитивные способности в учебном процессе. Арно Вильдман в своих обзорах воюет с фантомом – и, по всей видимости, не осознает этого.

Мой издатель обратился к издателям Frankfurter Rundschau и потребовал опубликовать опровержение – что и было сделано. Berliner Zeitung этого делать не стала – и фразы Вильдмана остались на сайте газеты без изменений по сей день.

Между тем Йоахиму Мюллеру-Юнгу, редактору научного раздела Frankfurter Allgemeine Zeitung идеит Вильдмана чрезвычайно понравились. Он позаимствовал у него это чудесное изобретение – тезис о “когнитивном интеллекте”, и обрушился на него – несмотря на то, что в “Самообмане” ничего подобного и не обсуждается. В газете одобрительно цитируют Вильдмана: “Откровенная глупость продается в качестве сложного анализа”, и жалуются на то, что в моей книге “не нашло применения наука об исследовании интеллекта”. От него, по всей видимости ускользнуло, что я это давно уже исследовал, и на основании этого знания двинулся дальше в “Самообмане”. Что движет редактором научного раздела? Чего он так боится, что заставляет его прибегнуть к подобным методам?

Но известный тролль и болтун Якоб Огштайн еще глубже утонул в грязи. В его коротком тексте о “Самообмане” Холокост упомянут один раз, Гитлер – два, а расизм – десять. Он также пришел к выводу о том, что термин “когнитивные способности” является неуважительным. В качестве доказательства он процитировал Фишбаха – и опять не заметил того, что “Самообман” был написан вообще не об этом.

С учетом всего описанного у меня остается только одно предположение: тот, кто не может или не хочет смотреть в глаза объекту своей критики, очевидно, просто не имеет аргументов для спора. Только когда научные результаты подменяются квази-религиозными верованиями, люди начинают цепляться за фикцию, согласно которой традиция и наследие большей частью не имеют значения – ни для нашей сегодняшней жизни, ни для будущего общества, кто будет родителями наших будущих поколений, и какова будет будет доля иммигрантов среди них.

Один Холокост, два Гитлера и десять расизмов