Многим кажется, что между долларом США и китайским юанем в ближайшее время может начаться борьба не на жизнь, а на смерть за первое место в мире международных финансов. Вместе с тем 10 мая председатель Федерального резервного банка (ФРБ) Сан-Франциско Джон Уильямс заявил, что юань не сможет потеснить доллар США в качестве основной резервной валюты мира. Я склонен думать, что этот банкир прав.

Превращение юаня в официальную резервную валюту

Осенью прошлого года Международный валютный фонд принял долгожданное для Пекина решение о включении юаня в так называемую корзину СДР (СДР – специальные права заимствования, наднациональная денежная единица, эмитируемая в ограниченных количествах МВФ). Это означает, что юань получил статус официальной резервной валюты наряду с долларом, евро, британским фунтом стерлингов и японской иеной.

По масштабам операций на валютном рынке, в международной торговле и других международных платежах юань после финансового кризиса 2007-2009 гг. стал конкурировать с британским фунтом и японской иеной. Вместе с тем юань весьма отличается от других четырех резервных валют, входящих в корзину МВФ. Прежде всего потому, что до сих пор китайская валюта имеет ограниченную конвертируемость. Кроме того, как раз накануне принятия решения МВФ в августе 2015 года произошло достаточно сильное «проседание» валютного курса юаня, что стало свидетельством его неустойчивости.

На партийных съездах КПК, заседаниях правительства КНР часто повторяется фраза о том, что «юань должен стать международной валютой». Де-юре он наполовину уже ею стал (наполовину, потому что еще надо дождаться октября, когда решение МВФ вступит в силу). А вот насчет де-факто возникают большие вопросы.

Средства интернационализации юаня

Чуть ли не каждый месяц приходят сообщения о том, что Китай подписал соглашение о валютных свопах (обмены национальными валютами между центральными банками) еще с какой-то страной. В начале сентября 2015 года у Китая уже имелось 33 соглашения о валютных свопах. Суммарная величина лимитов указанных соглашений по китайской валюте составила 3,16 трлн. юаней.

Другая тема, связанная с интернационализацией юаня, - создание Китаем за рубежом офшорных клиринговых центров («юаневых хабов»). «Юаневый хаб» представляет собой своеобразный «терминал», через который нерезиденты получают доступ к китайской валюте, а также различным финансовым инструментам, номинированным в юанях; через них осуществляются платежи и расчеты в юанях с китайскими компаниями и банками, в том числе на клиринговой основе. В качестве института, обслуживающего «юаневый хаб», назначаются ведущие китайские банки, которые действуют через свои филиалы и отделения в других странах (табл. 1).

Табл.1.

Китайские банки, осуществляющие клиринг операций в юанях за пределами Китая

Дата начала работы

Страна

Клиринговый банк

24 декабря 2003

Гонконг

BoC, местное отделение

2004

Макао

BoC, местное отделение

11 декабря 2012

Тайвань

BoC, местное отделение

8 февраля 2013

Сингапур

ICBC, местное отделение

18 июня 2014

Великобритания

ССB, лондонское отделение

19 июля 2014

Германия

BoC, отделение во Франкфурте

4 июля 2014

Южная Корея

BoCom, отделение в Сеуле

15 сентября 2014

Франция

BoC, отделение в Париже

16 сентября 2014

Люксембург

ICBC, отделение в Люксембурге

3 ноября 2014

Катар

ICBC, отделение в Дохе

8 ноября 2014

Канада

ICBC, отделение в Торонто

17 ноября 2014

Австралия

BoC, отделение в Сиднее

6 января 2015

Таиланд

ICBC, отделение в Бангкоке

6 января 2015

Малайзия

BoC, отделение в Малайзии

25 мая 2015

Чили

CCB

Примечание: 
BoC– Банк Китая 
ICBC - Промышленный и коммерческий банк Китая. 
CCB – Строительный банк Китая 
BoCom - Bank of Communication 

К началу 2016 года за рубежом уже начали действовать или планировались к открытию 20 «юаневых хабов». Крупнейшие из них на сегодняшний день действуют в Гонконге, Сингапуре, Тайване, Сеуле, Лондоне, Франкфурте, Париже, Люксембурге.

То в одной, то в другой стране стартуют амбициозные проекты, направленные на повышение международного авторитета юаня. Так, в середине 2014 года в Малайзии местные компании выпустили облигации в китайской валюте на сумму 4,4 млрд. юаней. Еще более сенсационным стало событие, происшедшее в октябре 2015 года в Лондоне. Народный банк Китая (НБК) осуществил размещение своих долговых бумаг (со сроком 1 год), номинированных в китайской валюте, на фондовом рынке этого международного финансового центра.

Сумма размещения - 5 млрд. юаней (787 млн. долл.). Заявок было получено в 6 раз больше – на сумму 30 млрд. юаней (примерно 4,4 млрд. долл.). Главными организаторами размещения бумаг НБК выступили китайский банк Industrial and Commercial Bank of China и английский банк HSBC. В сделке также участвовали китайские банки ABC, Bank of China, Bank of Communications, CCB и английский банк Standard Charted.

Юань не обслуживает сделки третьих стран

А вот данные, которые уже измеряются не миллиардами, а триллионами юаней. В начале прошлого года газета Financial News, принадлежащая Народному банку Китая, сообщила, что объем трансграничных платежей в юанях в 2014 г. составил 9,95 трлн. юаней (1,6 трлн. долл.). Действительно, масштабы впечатляющие. Отметим, что в том же 2014 году совокупный объем международной торговли Китая (экспорт и импорт) составил 26,34 трлн. юаней.

Согласно официальным китайским данным, в указанном году 25% всего международного товарооборота КНР обслуживалось с помощью юаня. Юань обслуживал также другие виды трансграничных операций Китая – инвестиционный обмен, денежные переводы, перечисление дивидендов и других инвестиционных доходов и т.п.

То есть юань исполняет роль международной валюты лишь для Китая в его двухсторонних отношениях с другими странами. В первую очередь - с соседними азиатскими странами. Во вторую очередь - со странами Центральной и Южной Америки. В третью очередь - со странами Европы (особенно теми, которые не входят в ЕС). С некоторыми крупными торговыми партнерами КНР юань до сих пор почти не используется. Например, в торговле с США.

Использование юаня в двух- и многосторонних торговых и экономических отношениях третьих стран до сих пор является экзотикой. Точной статистики общих объемов такого рода транзакций нет, имеются лишь данные по отдельным сделкам. По нашим оценкам, такие внешние операции с юанем составляют один процент (максимум 2-3) по отношению к объемам трансграничных операций Китая с юанем, что разительно контрастирует с ролью доллара: примерно 2/3 всей долларовой массы обращается вне страны ее происхождения (США) и используется в сделках между юридическими и физическими лицами третьих стран.

Не следует преувеличивать и масштабы операций в офшорных «юаневых хабах». Львиная доля находящихся там юаней (так называемых офшорных юаней) размещаются на депозитах банков. В конце 2013 года объем депозитов в офшорных юанях, по данным НБК, составил около 1,5 трлн. юаней. К концу 2015 года, по оценкам экспертов, их величина могла вырасти до 2,8 - 3,0 трлн. юаней. Львиная доля всех офшорных юаней приходится на три центра – Гонконг, Тайвань и Сингапур. Некоторые специалисты называют эти центры «финансовыми провинциями» Китая.

По разным оценкам, от 80 до 90% всех офшорных юаневых депозитов сосредоточено именно там. Из других центров скопления офшорных юаней можно выделить Лондон, Франкфурт, Люксембург. А теперь сравним офшорные юаневые депозиты с оншорными, то есть с депозитами в банках КНР. По данным НБК, их объем составляет около 100 трлн. юаней.

Отношение офшорных юаневых депозитов к оншорным - примерно 1,5-3%. А если не принимать во внимание офшорные депозиты «финансовых провинций» (Гонконг, Тайвань, Сингапур), то пропорция будет выражаться долями одного процента. Чтобы было понятно, сколь низок уровень интернационализации депозитного юаня, сравним его с долларом США. Депозиты в «зеленой валюте» за пределами Соединенных Штатов составляют примерно 30% по отношению к долларовым депозитам внутри США.

Есть ли у Пекина долгосрочная валютная политика?

Как ни странно, препятствием для интернационализации юаня является его активный торговый баланс. Китай уверенно сохраняет и наращивает активное сальдо торгового баланса. В 2014 году оно было равно 384 млрд. долл., а в 2015 году выросло до рекордного уровня в 594,5 млрд. долл. При таком сальдо юань не сможет стать резервной валютой де-факто. Лишь при дефицитном балансе за пределами Китая может появиться большое количество юаней, которыми Китай будет расплачиваться для того, чтобы закрывать дефицит торгового баланса. Именно так уже на протяжении многих лет поступают США. Многие экономисты признают, что ценой превращения доллара в международную валюту стала деиндустриализация Америки.

Чтобы другие страны стали поставлять товары в Китай в обмен на «долговые расписки» с названием «юань», указанные «расписки» должны быть чем-то обеспечены. Чем? Либо золотом, либо военной силой. Оба способа апробированы Соединенными Штатами, которые вывели доллар на орбиту мировой валюты. Золотое обеспечение доллара было Вашингтоном обещано миру на конференции в Бреттон-Вудсе в 1944 году, но этого обещания хватило максимум лет на 20.

Уже с середины 60-х годов Вашингтон фактически прекратил размен долларов на золото, а 15 августа 1971 года Ричард Никсон официально объявил о том, что «золотое окошко» Казначейства США закрывается. Далее поддержание статуса доллара США как мировой валюты обеспечивалось с помощью военной силы. Однако для этого необходимо выделять в бюджете на военные цели такие ассигнования, которые составляют половину расходов всего мира на оборону. С этим способом обеспечения доллара у дяди Сэма с каждым годом всё больше проблем.

Судя по выступлениям некоторых китайских политиков и экономистов, для достижения цели превращения юаня в международную валюту можно использовать комбинацию двух следующих методов: а) торговый баланс из активного сделать дефицитным; б) активизировать приток иностранного капитала в Китай. В этом случае курс юаня будет хорошим, получаемые юани Китай будет расходовать на импорт, китайская валюта будет активно накапливаться за пределами Китая.

Однако и при таком варианте по-настоящему международной валютой юань не станет, всеобщим платежным средством ему не быть. Это будет международная валюта ограниченного действия. Юань будет циркулировать между иностранным государством и Китаем: из Китая в иностранное государство для оплаты импорта, из иностранного государства в Китай - для инвестиций. Однако такое положение юаня как «усеченной» международной валюты долго не продлится. Когда будут скуплены все лакомые куски активов китайской экономики, интерес нерезидентов к юаню угаснет. Китайская валюта, пробыв некоторое время на мировой орбите, внезапно начнет падать камнем на землю.

И что в сухом остатке? Китайская экономика в этом случае утратит суверенитет, так как ее активы будут захвачены иностранным капиталом. А восстановить утраченные позиции мирового экспортёра Китаю уже не удастся. Второго «китайского экономического чуда» не будет по той причине, что оно с самого начала было организовано с помощью Запада. Сегодня у Запада иные планы, Китай как сильная держава в них не вписывается. Пекину еще не поздно задуматься над тем, какие ловушки его ожидают, если он будет стремиться повторить путь США по превращению национальной валюты в мировую.

http://www.fondsk.ru/news/2016/05/17/mozhet-li-yuan-zanyat-mesto-dollara-usa-40274.html