23 июня подписан закон о профилактике правонарушений, отменяющий принцип презумпции невиновностиФедеральный закон № 182-ФЗ «Об основах системы профилактики правонарушений в Российской Федерации» был в пожарном порядке принят Государственной думой 10 июня, одобрен Советом Федерации 15 июня и подписан президентом 23 июня. Начинает он действовать с 22 сентября этого года. Пока общественность ломала копья в дискуссиях о хранении провайдерами телефонных разговоров и прочих, как теперь выяснилось, мелочах, парламентарии без лишнего шума приняли законопроект, который может существенным образом ограничить права каждого гражданина России.

Так называемый «профилактический подход» появился в юриспруденции сравнительно недавно и стал, по убеждению многих экспертов, тем «троянским конем», с помощью которого правоохранительные органы могут, минуя судебное разбирательство, ограничить или существенно изменить правовое и фактическое положение гражданина. Термин же «профилактика» до поры до времени использовался в медицине, эпидемиологии и техническом обслуживании. Юристы в ту пору предпочитали пользоваться термином «предупреждение преступности».

Но этого правоохранителям теперь мало, поэтому подавай им «профилактику преступлений». А одним из узких смыслов этого понятия являются «меры, направленные на выявление и ликвидацию причин и условий конкретных преступных деяний, а также на установление лиц, потенциально (заметьте: только лишь потенциально!) способных совершить преступление, для того чтобы осуществить направленное предупредительное воздействие». Вот об этом новый закон.

Теория говорит о том, что «в числе наиболее распространенных причин преступности» лежат такие качества, как «корыстолюбие, стяжательство, агрессивность, национализм, неуважительное отношение к общественным правилам и нормам, гедонизм, правовой нигилизм». Так что теперь любой милиционер, следователь сам может «установить», что такие качества у вас в наличии, и, пожалуйста, — вы уже на «профилактическом учете». В части шестой статьи 2 нового закона вводится замечательный термин «антиобщественное поведение», при наличии которого «принимают меры по устранению причин и условий, способствующих совершению правонарушений».

Так что же такое «антиобщественное поведение»? Согласно новому закону — «не влекущие за собой административную или уголовную ответственность действия физического лица, нарушающие общепринятые нормы поведения и морали, права и законные интересы других лиц». И это вся квалификация, больше никаких подробностей в законе нет. Уже многие эксперты отметили, что впервые в российской практике применен подход исламского шариата — то есть смешение правовых и чисто нравственных понятий. Таким образом, каждый человек может стать образчиком этого «антиобщественного поведения».

«Весь смысл этого закона в так называемом антиобщественном поведении, однако критерии этого общественного антиповедения не определены, — утверждает адвокат Дмитрий Аграновский. — Один из главных принципов права — это принцип правовой определенности. То есть каждый гражданин должен знать, что ему делать можно, что ему делать нельзя и что ему за это будет. То есть, грубо говоря, в 1930-е годы сажали за анекдот, а в cредние века — за богохульство. Так все знали, что это преступление. У человека был выбор: совершать эти преступления или не совершать. Во-вторых, наказания в отношении гражданина допускаются только по Уголовному или Административному кодексу, после того как его вина установлена соответствующими компетентными органами, как правило, судом. Кто-то из чиновников будет определять, антиобщественное у человека поведение или нет, причем по совершенно непонятным критериям. Возможно, это обеспечит произвол, следовательно, разовьет коррупцию и нарушит права человека».

Вообще в законе слово «суд» упоминается только один раз, и то своеобразно: основанием для применения специальных мер профилактики является решение суда либо решение одного из правоохранительных органов. А субъективно определять, «антиобщественное поведение» это или нет, есть ли основание для применения «специальных мер профилактики», будут: «1) федеральные органы исполнительной власти; 2) органы прокуратуры Российской Федерации; 3) следственные органы Следственного комитета Российской Федерации; 4) органы государственной власти субъектов Российской Федерации; 5) органы местного самоуправления». То есть вся мощная масса чиновников России.

Причем вся эта радость будет применяться чиновниками при «выявлении правонарушений либо причин и условий, способствующих их совершению, а также лиц, поведение которых носит противоправный или антиобщественный характер, — а теперь максимальное внимание! — или лиц, намеревающихся совершить правонарушение». Приходит к тебе в один прекрасный день компания полицейских и говорит: «Вы любезный, по нашему мнению, собираетесь совершить правонарушение, посему следуйте за нами, мы будем проводить с вами профилактику».

В законе присутствуют такие формы профилактического воздействия, как профилактический учет. Это когда производится «сбор, регистрация, обработка, хранение и предоставление информации, в том числе с использованием автоматизированных информационных систем». То есть это допросы тебя и родственников, сослуживцев, друзей. Поиск любого грязного белья, которое потом может использоваться как угодно. И главное по новому закону — ты не можешь отвертеться от проверок: «Лица, участвующие в профилактике правонарушений, не вправе своими действиями создавать препятствия деятельности субъектов профилактики правонарушений и их должностных лиц». Если при уголовном процессе обвиняемый может не отвечать на вопросы, то здесь ты как миленький должен рассказать все, что знаешь и, видимо, не знаешь.

«Если у нас фактически служба безопасности любой компании, да и любые граждане имеют доступ к этим базам данных, — обращает внимание адвокат Алексей Михальчик, — то, соответственно, человека, который поставлен на профилактический учет, пусть с благими намерениями, фактически табуируют и ставят на нем отметку, которая для потенциальных работодателей становится препятствием для того, чтобы взять его на соответствующую должность или работу. Или банкиры могут отказать в кредите. Практически мы опять будем значительную часть общества "отправлять на 101-й километр", как это было в советские годы. Опять мы возвращаемся к отдельному институту, в котором значительная часть общества будет таким образом противопоставляться другой части».

Особо хочется поздравить поклонников ювенальной юстиции. Они тоже могут праздновать большую победу. Похоже, фортуна теперь на их стороне: только-только Госдума приняла поправки к статье «Побои», увеличивающие риск отъема детей. Новый же закон вводит профилактику среди лиц, «находящихся в трудной жизненной ситуации: безнадзорные и беспризорные несовершеннолетние». Причем что такое «безнадзорные», не раскрывается нигде. «Мальчик! Где твои папа и мама?» — спросит полицейский у гуляющего во дворе своего дома 11-летнего мальчика. «Не знаю» — ответит он, чистосердечно полагая, что родители могут быть и дома, но вроде собирались сходить в соседний магазин. И все — парень беспризорный. И это не журналистское преувеличение. Родительскими комитетами была уже зарегистрирована масса именно таких случаев.

В новом законе много еще интересного. И возникает вопрос: а можно ли где-то оспорить применяемые к тебе профилактические меры? Отбросим ненужное жонглирование словами — представляется очевидным, что «профилактика» практически равна «обвинению». Таким образом и уничтожается веками утверждаемая в качестве главнейшего принципа юстиции презумпция невиновности. А жаловаться можно — да пожалуйста, вышестоящему начальству «в соответствии с законодательством страны». Только в этой 28-й статье почему-то не указан суд.

«Если мы говорим об уголовной административной ответственности, то мы, по крайней мере, понимаем, что есть соответствующее хотя бы законодательство — Уголовно-процессуальный кодекс, Кодекс об административных правонарушениях, которые регламентируют четко все эти процедуры как бы в рамках, в которых мы хотя бы номинально можем говорить о том, что человек может реализовать возможность: доказать свою невиновность, обжаловать решение неоднократно или доказательства какие-то предоставлять, ведь есть и вышестоящие суды для контроля, — считает Алексей Михальчик. — А здесь получается, что у нас лазейка открывается явочным порядком. Любого неугодного, скажем так, можно напугать и наказать. Ну и я, понятное дело, сейчас даже говорю не о политической составляющей». Действительно, по этому закону сосед сможет отомстить соседу, один бизнесмен другому, руководитель управляющей компании — слишком активному жильцу дома, решившему проверить счета.

«Я на 100% уверен, судебный контроль за такого рода вещами необходим, — завершает Алексей Михальчик, — причем прописанный контроль. Суд в полном объеме должен исследовать обстоятельства возникшей профилактической работы. Чтобы суды не отвечали какими-то формальными отписками по жалобам, а в полном объеме исследовали происшедшее, если гражданин посчитал, что его права нарушены и необоснованно предприняты меры профнадзора. Тогда суд обязан проверить, что стало причиной постановки на профучет, подтверждено ли соответствующими документами, соответствующими доказательствами отношение лица к этому и наличие законных оснований. Иначе это может превратиться в произвол».

«Логично поставить на учет все 146 миллионов населения нашей страны, потому что каждый может что-то да совершить, — подводит итог Дмитрий Аграновский. — По-моему, периодически МВД предлагает вот такого рода инициативы. В свое время, я помню, была инициатива о всеобщем дактилоскопировании. К счастью, она не прошла. Но это нормально — то, что МВД и вообще все спецслужбы во всем мире предлагают бог знает что, так у них работа такая, гайки закручивать. Но для этого и существуют другие власти, чтобы их как-то контролировать. Поэтому в таком виде закон, конечно, недоработанный, он оставляет большие возможности для произвола, для коррупции, для нарушений прав человека».

http://rusplt.ru/society/zakon-o-profilaktike-pravonarusheniy-26866.html