Зачем нужны опросы населения

Очень модно у нас проводить социологические опросы, изучающие «общественное мнение». Предполагается, что власти должны как-то учитывать таковое в своей политике. Но занятие это (а проводится оно непременно по «представительной выборке», отражающей половой, возрастной, социальный и т.п. состав населения) совершенно бессмысленное. И не потому только, что отражает на самом деле не мнения населения (у абсолютного большинства его никаких самостоятельных мнений быть просто не может), а эффективность воздействия чьей-то пропаганды (хоть властных СМИ, хоть оппозиционных), а потому, что мнение «большинства населения» нигде и никогда не имеет значения.

В обществах (в Европе или Сев.Америке), где элиты прочно и эффективно контролируют массу, оставляя ей выбор фактически только между двумя мало отличающимися и заранее известными вариантами (условно чуть более «правым» и чуть более «левым»), сменяющими друг друга с небольшим перевесом, опросы особенно и не интересны (доля сторонников тех или иных взглядов и так примерно известна и достаточно стабильна), разве только для того, чтобы оценить, насколько на данный момент подействовали те или иные вбросы компромата или скандальные события, которые обычно и склоняют чашу весов.

В иных же случаях имеют значение только мнения и настроения активной и обладающей потенциалом части населения - тех социальных, профессиональных или национальных групп, которые ЧТО-ТО МОГУТ. Эта часть общества всегда очень невелика – во внутриполитических потрясениях вообще сколько-то активно участвует не более нескольких процентов населения (напр., в российских событиях 1917-1922 – порядка 3-5%). В различных странах это могут быть самые разные группы – от рыночных торговцев до байкеров, от профессиональных военных до футбольных фанатов. Вот их-то настроения и стоит изучать.

Потому что если «население» придерживается по какому-то вопросу в основном одного мнения, а, напр., офицерский корпус (если он, конечно, как выражались марксисты, не «класс в себе», а «класс для себя») – другого, то любая вменяемая власть примет во внимание настроения именно этих сотен или десятков тыс. людей, а не сотен миллионов «населения». Эти миллионы, сидя по городам и весям, могут хотеть чего угодно, но не в состоянии доставить власти такие неприятности, на какие способны собравшиеся в столице несколько десятков тыс. членов, напр., каких-нибудь молодежных или религиозных группировок.

Но при избытке «всенародных» опросов результаты изучения мнений дееспособных групп (хотя бы по тем же самым вопросам, что задаются «всему народу») приходится видеть довольно редко. Видимо, одни полагают это недемократичным, а другим нежелательно разрушать иллюзию «народного единства», наглядно демонстрируя тот очевидный факт, что мнения (как и интересы, естественно) различных групп населения обычно бывают антагонистичны.

Комментарий:

Пресловутые дееспособные группы уже давно не привыкли иметь своё мнение или научились скрывать его. Все понимают, что именно дееспособных изучают и подавляют с особым профессионализмом. Но Волкову результаты исследований сообщать не будут, да и публиковать для истории не будут. Историкам вроде Волкова должно быть понятно, что они имеют дело с заведомо деффектной информацией. Работать с ней сложно, а опровергать точные выводы очень легко. Где документы? Где признания? Керенский в США признал, что для предотвращения Октября надо было расстрелять именно его. Но ведь остальное он не сказал. Не сказал о личной лютой ненависти к русскому народу, о провокаторской работе на ЧК в Петрограде в 1918 году, о личном провокаторстве внутри Думы и в правительстве в 1917 году.

Мнение населения не играет часто никакой роли, поскольку неимеющие собственного мнения давно поставлены в спокойное и даже в неспокойное время в более выигрышное положение, чем имеющие мнение. Неимеющие мнения обладают большими силами для борьбы за бабло и карьеру. Они часто гордятся этим, хотя не часто демонстрируют данное свойство. Их влияние на элиту в том, что они имитируют наличие собственного мнения для приличия, например, имитируют согласие с начальством или веру в СМИ.

В итоге власть начинает бороться с тем, чего нет, или опираться на то, чего нет. Посадив часть черносотенцев, тот же Николай Второй продолжал верить, что оставшиеся на свободе в критической ситуации не уйдут в сторону, а защитят его по принципу - другие ещё гаже, нам деться некуда. Церковь верила, что паства уважает её. Коммунисты верили, что красные директора способны организовать сопротивление перестройке, поэтому мнение народа и собственные наблюдения не особо важны. Наконец, все верят, что среда, в которой они общаются, достаточно референтна для суждений об обществе.

В итоге мало кто понимает, кто на кого и как влияет. Хотя понятно, что влияют все на всех, но такое признание слишком бьёт по самолюбию.

http://salery.livejournal.com/141779.html

http://kosarex.livejournal.com/2941763.html

Опубликовано 01 Сен 2017 в 15:00. Рубрика: Внутренняя политика. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.