На прошлой неделе вышло решение Верховного суда Америки, узаконившее гомобраки. Даже среди сторонников гомобраков оно вызвало разочарование откровенной юридической беспомощностью (подробный юридический, но не на уровне, требующем специального образования, разбор тут). Впрочем на фоне предыдущего решения того же суда, посчитавшего, что на текст закона об обамахранении полагаться не надо, как власть пожелает, так и надо интерпретировать, сюрприза не произошло.

Изменение позиции судьи Энтони Кеннеди за последние 2 года дало решающий голос сторонникам гомобраков, но если основа решения Верховного суда 2013 года (что отдельные штаты могут разрешать гомобраки) отметается решением 2015 (что не во власти штатов решения о браках), то ничего хорошего стране не светит.

Но какие могут быть возражения у либертарианца? На самом деле странно, что многие либертарианцы поддерживают гомобраки. Дело, скорее всего, в размытости определения либертарианства: значительное число по сути левых либералов называют себя либертарианцами. Однако возражения должны быть не только у либертарианцев, но у всех, способных спокойно размышлять об обществе и морали.

Сторонники гомобраков крайне не любят сравнение гомосексуализма с педофилией. Потому что сегодня общество настроено крайне негативно к педофилам. Аргументы сводятся к тому, что, мол, гомосексуализм – это решение двух взрослых людей, а при педофилии одна из сторон не согласна. На самом деле педофилия в современном западном толковании предполагает, что между половыми партнерами есть разница в возрасте и один из них моложе т.н. “возраста согласия”. Именно это, а не похищение и изнасилование 8-летней. В Канаде (и не только у нас) статью педофилия можно получить и за хранение на компе порноклипа с участием несовершеннолетних.

Кстати, традиционно гомосексуальные отношения были между взрослым мужчиной и юношей, мальчиком. Во всяком случае так их понимал Платон. Да и слова “педерастия” и “педофилия” имеют один общий корень.

Более того, скорее всего Вы, дорогой читатель, искренне одобряете педофилию. Хотя и не задумывались об этом. Вам же нравится история Ромео и Джульетты.

Последней всего 13 лет!.. Вы представляете?! В 2015 году Ромео получил бы срок за педофилию. Шекспировская история Вам все еще нравится? :)

Почему 9-летний ребенок на Западе имеет право на решения в одних вопросах и при несогласии с родителями может пожаловаться в социальные службы, каковые его поддержат, а в других решениях не может? Потому что не было прецедента? Так появится!

Общество установило “возраст согласия” для вступления в половые отношения. Но решение это совершенно произвольно, не базируется на биологических/физиологических аргументах. За ним нет даже внятной традиции. Почему 16 или 18 лет, а не не 12-13-14? Как произвольно установили, точно также могут произвольно и изменить.

Педофилия – уголовное преступление. Да. Сегодня. Так и гомосексуальные отношения были уголовно-наказуемыми не так давно. Убрали из УК, потом легализовали, потом разрешили браки. Всё в одном направлении и по нарастающей!

Инцест, некрофилия, зоофилия плохи и неприемлемы только из-за моральных установок, разделяемым нашим обществом.

Дальше мы подойдем к клептомании – внутреннему желанию украсть, даже то, что совсем не нужно. Почему человек должен страдать из-за того, что родился не таким, как все? Воровать плохо? Кто это сказал, тот же, кто осуждал гомосексуальные отношения, которые сейчас одобрены?

Или агрессия: есть люди, более склонные к агрессии (генетические механизмы агрессии еще не до конца понятны), почему их надо судить за то, что они отличаются от большинства? Почему одних отличающихся надо

Почему нельзя грабить Васе в качестве частного лица, но можно, если Вася – представитель налогового ведомства? И в том, и в другом случае Вася берет у людей то, что ему не принадлежит, и тратит – частично, – на себя. В чем разница? В том, что Васю во втором случае кто-то уполномочил? То есть коли Васю пошлет банда, то можно? А почему? Тот, с кого берут налоги, соглашается на жертвы из-за того, что общество является носителем и хранителем моральных ценностей. Иначе зачем помогать другим?

Моральные суждения людей иррациональны. За ними нет особой логики. Как только мы начинаем экзаменовать совершенно спокойно, без эмоций моральные запреты, мы обнаруживаем, что они держатся не на логике, а на честном слове. Причем это слово должно дать все общество. И по всем вопросам вместе. Потому что, сделав исключение в одном случае, мы неизбежно придем к тому, что можно сделать и в другом. Потом в третьем, четвертом и т.д.

Разумеется, можно сказать, что нет, вот гомобраки разрешили, а педофилию не разрешим. Сказать-то можно, а вот последовать решению не получится. Потому что во всех предыдущих решениях говорили, что вот еще немного дадим, но гомобраки не разрешим, потом, что надо дать решать отдельным штатам, пусть либеральные штаты разрешают, а консервативные живут как хотят, но примут решения либеральных, наконец, сказали, что все обязаны принять гомобраки… Это “скользкая дорожка” (slippery slope), вступив на которую, начинаешь двигаться дальше, как по ледяной горке вниз, безо всяких шансов остановиться, покуда не скатишься до низа…

Можно, выпрыгнув из окна первого этажа, сделать вывод, что прыгать из окон безопасно – ведь по факту ничего плохого не случилось. Вот если выпрыгнем и поймем, что ситуация не столь хороша, то будем думать, а пока оснований для переживаний нет. Так что пошли на второй, третий, четвертый и т.д. этажи!

Ткань общества держится на нескольких несущих нитях, называемых моральными ценностями. Выдерни мы эти нити, всё развалится.

На самом деле метафора с тканью не совсем точна. Конструкция больше похожа на карточный домик.

Если мы склеим хотя бы часть карт, карточный домик вполне себе может устоять и без одной, второй, десятой карты… Но не склеен наш домик ничем. Моральные ценности нельзя доказать логически, они не приносят меркантильной выгоды. Чем более эгоистично поведение, тем выгоднее. В относительных единицах. Потому что общество в целом станет менее богато, но наиболее успешным будет заметно лучше без ограничений морали. А именно относительное благополучие сравнительно с соседями или друзьями и делает людей счастливыми.

Но либертарианство не сводится к вседозволенности, оно в куда большей мере в уменьшении влияния государства на частную жизнь людей. И если роль государства уменьшится, то обществу вместо внешней удерживающей силы понадобится внутренняя удерживающая данное общество, как единое целое, сила.

Потому обществу нужна мораль. Чтобы все вокруг не развалилось на куски.

Как только государство через решение парламента или верховного суда навязывает обществу замену морали, оно лишает людей внутренней мотивации к хорошим, моральным поступкам. Раньше человек мог поступить правильно и почувствовать гордость за самого себя, теперь нужно следить только за тем, чтобы не заметили и/или не наказали. Что увеличивает степень инфантильности общества.

Либертарианцы должны беспокоиться о здравии общества, потому что только здоровое общество может принять либертарианские ценности. По какой-то непонятной причине либертарианцы, да и консерваторы, не видят или, по крайней мере, не предъявляют на свет, совершенно очевидную картинку последствий. Если мы с Вами, дорогой читатель, все это заметили, то почему не замечают они? Странно… Будем надеяться, что скоро прозреет все больше и больше людей.

https://khvostik.wordpress.com/2015/06/30/society-as-house-of-cards/