Сообщение Чрезвычайной Государственной Комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников

О злодеяниях финско-фашистских захватчиков на территории Карело-Финской ССР

На временно оккупированной территории Карело-Финской ССР правительство и верховное военное командование Финляндии, осуществляя свои империалистические планы, стремились поработить советских людей, уничтожить культуру народа и превратить Карело-Финскую ССР в колонию. В наставлении так называемого "Восточно-Карельского просветительного отдела" Финского штаба, захваченном Красной Армией при разгроме штаба 13-го берегового артиллерийского полка в июне 1944 года, указывается воинским частям на необходимость осуществления захвата территории Карело-Финской ССР и других областей Советского Союза. В нём говорится: "...Если в Финляндии теперь недостаёт строительного леса, то богатые леса Восточной Карелии ждут превращения их в капитал. Преимущественно в Восточной Карелии лес старый, созрелый, в то время как в Финляндии он молодой, малопригодный как строительный материал. К тому же вывоз леса из Восточной Карелии при наличии такого большого количества рек и озёр стоит малых затрат. Экономическая же выгода от этого очень велика".

Финское правительство с беспримерной наглостью объявило всё советское население на захваченной территории пленным и заключило мужчин, женщин, стариков и детей в специально созданные концентрационные лагери, создав в них режим голода, истязаний и непосильного изнурительного труда с целью преднамеренного истребления советских людей. Комиссия в составе: (первый член комиссии в имеющемся экземпляре вымаран), председателя Совнаркома Карело-Финской ССР Прокконен П. С., полковника Никитина Д. Н., с участием представителя Чрезвычайной Государственной Комиссии Макарова В. Н. и судебно-медицинских экспертов расследовала и установила факты беспримерных злодеяний, совершённых финско-фашистскими оккупантами на временно захваченной ими территории Карело-Финской ССР.

Избранные цитаты:

"Пленных" мирных советских людей финские палачи подвергали невероятным истязаниям и пыткам. Один из жителей Петрозаводска, давший свои показания Следственной комиссии, Новиков Б. И. был очевидцем того, как в лагере No 2 финны отобрали 30 человек, как якобы военнопленных. Их увезли на улицу Лива Толстого, где подвергли мучительным истязаниям. "Пленным" жгли пятки калёным железом, били резиновыми палками, затем 15 человек из них расстреляли. Остальные 15 человек через 25 суток были возвращены в лагерь No 2. Пленный финский солдат 1-й роты 2-го батальона бригады самокатчиков бронетанковой дивизии Лагуса Вилхо Куркила показал: "Когда мы вошли осенью 1941 года в город Петрозаводск, то населения там не нашли: всё оно разбежалось пo окрестным лесам. Финские власти издали приказ, которым предлагали населению под угрозой расстрела немедленно вернуться в город. Были созданы отряды для поимки населения и возвращения его обратно в Петрозаводск. Население таким образом собрали и загнали в лагери. Один лагерь был создан в Кукковке, другой - в местечке под названием "Дорога в Соломенчуги", третий находился за радиомачтой. Всех, и старых и молодых, под конвоем гоняли на тяжёлые работы. На людей было страшно смотреть - до того у них был несчастный и забитый вид. Очень многие не выдерживали и умирали. В то время когда жители находились в лагерях, мы, финские солдаты, очень хорошо пожили как в самом Петрозаводске, так и в окрестных деревнях. В домах оставалось всё имущество местного населения и много продуктов. Всё это добро было объявлено безнадзорным, и, разумеется, мы не зевали, брали всё, что нам казалось подходящим. Много добра мы отправили родственникам в Финляндию, но особенно отличались в этих делах солдаты 3-й роты нашего батальона, да и другие не отставали от них".

* * *

Финны истязали в лагерях не только взрослых, но и детей, которые также считались "пленными". Пленный финский солдат 13-й роты 20-й пехотной бригады Тойво Арвид Лайне показал: "В первых числах июня 1944 года я был в Петрозаводске. На станции Петрозаводск я видел лагерь для советских людей. В лагере помещались дети от 5 до 15 лет. На детей было жутко смотреть. Это были маленькие живые скелеты, одетые в невообразимое тряпьё. Дети были так измучены, что разучились плакать и на всё смотрели безразличными глазами".

"Пленных" детей финские рабовладельцы наравне со взрослыми заставляли выполнять непосильную работу. Финский солдат Суло Иоганнес Ахо из 2-го отдельного батальона береговой обороны был очевидцем, как "в течение лета 1943 года было согнано свыше 200 человек, главным образом подростков, из ближайших деревень на строительство дороги в районе Толвуя и пристани Шитики. Все эти люди работали под охраной финских солдат как заключённые".

В сентябре 1943 года 10-летний мальчик Зуев Лёня, содержавшийся в лагере No 2, хотел перелезть через проволочный забор. Финский охранник заметил Зуева, без всякого предупреждения выстрелил в него и ранил мальчика в ногу. Когда Лёня свалился, финн выстрелил в него вторично. Израненный Зуев с трудом дополз до зоны лагеря.

* * *

О нечеловеческой жестокости финских негодяев в отношении к советским мирным гражданам, заключённым в концентрационные лагери, свидетельствует такой далеко не единичный факт. В руки Комиссии попало письмо бывшего студента университета в Хельсинки рядового 7-го пограничного егерского батальона Салминен, который в этом письме писал буквально следующее: "Вчера расстреляли двух русских, отказавшихся приветствовать нас. Уж мы докажем этим русским!"

В результате каторжного режима, болезней, пыток и расстрелов в петрозаводских лагерях истреблено свыше 7 тысяч советских граждан.

Комиссия под председательством депутата Верховного Совета СССР Дильденкина, председателя Петрозаводского городского Совета Степанова, профессора Петрозаводского университета Базанова, с участием судебно-медицинских экспертов: главного судебно-медицинского эксперта Карельского фронта, майора медицинской службы Петропавловского; главного патолога Карельского фронта, подполковника медицинской службы, доктора медицинских наук Ариэль и других, осмотрев петрозаводское кладбище "Пески", обнаружила 39 групповых могил и установила, что во всех этих могилах захоронено не менее 7 тысяч трупов. Судебно-медицинской экспертизой эксгумированных трупов установлено, что причиной смерти большинства погребённых являлось истощение. У части трупов имеются сквозные повреждения черепа огнестрельным оружием.

* * *

При занятии Олонецкого района Красной Армией в госпитале Олонецкого лагеря военнопленных были найдена регистрационная книга больных военнопленных, которая даёт яркую картину истребления финнами советских военнопленных. По записям книги значится, что только за первые шесть месяцев 1942 года из общего числа зарегистрированных 1888 больных в госпитале умерло от общей слабости, истощения и отёчности 588 человек. Трупы умерших и замученных военнопленных закалывались в общей траншее, вырытой специально для этого в 100 метрах от лагеря.

Судебно-медицинская экспертная комиссия произвела эксгумацию и исследование трупов, обнаруженных на кладбище возле Олонецкого лагеря No 17. При судебно-медицинском исследовании трупов установлено, что подкожная жировая клетчатка, а также клетчатка внутренних органов истощена или полностью отсутствует, что свидетельствует о резком истощении, развившемся вследствие длительного голодания. У части трупов обнаружены следы огнестрельных ранений головы и грудной клетки.

На основании исследования трупов, показаний свидетелей установлено, что финско-фашистские палачи морили голодом советских военнопленных, применяли к ним пытки и истязания, а также расстрелы.

* * *

"Акт. Мы, нижеподписавшиеся, военврач 3-го ранга Голынский, военврач 3-го ранга Падарян, младший политрук Бестолов, старшина Бочкарёв, санитар Жуков, красноармеец Босенко, военфельдшер Рябов, обследовав трупы зверски замученных белофинскими бандитами бойцов Красной Армии, констатируем следующее: 1) На трупе краснофлотца Кулешова: обрезано правое ухо, в области лица следы ударов прикладом и ряд штыковых ран, правая нога вывернута в колене и тазобедренном суставе. 2) На трупе краснофлотца Зива: обожжены кожные покровы лица, усы и борода, в области правого глаза больших размеров кровоподтёк, на левом виске имеется ранение, нанесённое холодным оружием. 3) На трупе красноармейца Кривулина: в области правой сонной артерии рана холодным оружием, вскрыта сонная артерия, перелом ключицы, ряд ранений на правом плече, верхнее веко левого глаза вырезано, повреждён глаз. 4) На трупе красноармейца Баранова: в области грудной клетки свыше 6 штыковых ран, на обоих пятках крестообразные ранения, нанесённые холодным оружием".

28 июня 1944 года во время боя за деревню Пуско-Сельга финны прорвались к месту, где были сосредоточены более 70 раненых бойцов и офицеров Красной Армии. Фашистские изверги учинили чудовищную расправу над советскими людьми, добивая их очередями из автоматов и ударами штыков, ножей и прикладов. От этой зверской расправы, притворившись мёртвыми, случайно уцелели три человека: сержант Марков И. С. и бойцы Криворучко И. И. и Крючков В. В.

"Когда перестрелка прекратилась, - рассказал сержант Марков, - финские солдаты и офицеры стали обшаривать наших убитых и раненых. В нескольких метрах от меня лежал раненный в ногу сержант Щучка. Четыре финна подошли к нему, сорвали с гимнастёрки гвардейский значок и расстреляли. Другая группа финнов исколола штыками и изрубила ножами раненого младшего лейтенанта Баранова. Кругом слышались стоны убиваемых. Некоторые раненые пытались спастись, отползая в сторону, но финские солдаты и офицеры настигали их и зверски расправлялись".

11 и 12 июля 1944 года майор медицинской службы, профессор патологической анатомии, доктор медицинских наук М. Е. Браул произвёл вскрытие трупов зверски замученных финнами офицеров и бойцов Красной Армии в районе озера Котоярви. В результате вскрытия трупов установлено, что раненые были убиты после боя финскими солдатами и офицерами, из них: одиночными выстрелами и автоматными очередями убито 34 человека, раздроблены кости черепа тяжёлым тупым орудием у одного человека, выстрелами с одновременным раздроблением тупым орудием черепа убито 6 человек.

Сознательное истребление раненых бойцов и командиров Красной Армии финскими воинскими частями подтверждается многочисленными показаниями финских военнопленных. Солдат Юхо Хейсканен из 3-й пехотной бригады показал: "В Петрозаводске навстречу нам шли пленные красноармейцы. Их гнали ударами прикладов Я видел раненого красноармейца: один из наших солдат взял автомат и застрелил его на месте". Солдат финской армии Вяйне Неваранта из 21 отдельного батальона сообщил: "Наш батальон повёл наступление севернее Медвежьегорска. За время этого боя попало к нам в плен около 100 красноармейцев. Их повели в тыл. Лейтенант Ниеми оставил часть раненых красноармейцев при себе, заявив, что их привезут после на подводах. Когда остальные пленные достаточно удалились от этого места, Ниеми стал из револьвера пристреливать раненых красноармейцев. Лично он застрелил 8 человек. Остальных велел прикончить одному из автоматчиков. Очевидцами этого были все солдаты нашего взвода".

* * *

Захваченный в плен Красной Армией бывший заместитель начальника Олонецкого лагеря военнопленных No 17 Пелконен на допросе показал: "Я полностью разделял проводимую финнами фашистскую пропаганду. В лице русской национальности я видел исконных врагов моей страны. С таким мнением я пошёл воевать против русских. В лагере для советских военнопленных No 17 администрация лагеря, в частности мой начальник лейтенант Соининен, говорил, что русские, даже находясь в плену, продолжают оставаться для финнов врагами и не поддаются воспитанию, а способны соблюдать лагерный режим только после физических мер воздействия. На основании этого я, считая советских военнопленных за ничтожество, ощущал своё превосходство над ними и, пользуясь их беспомощностью, при всяком удобном случае вымещал на них злобу..."

* * *

Мы, нижеподписавшиеся, бойцы, политработники, представители мирного населения, составили настоящий акт о зверствах и издевательствах над мирным населением и пленными красноармейцами со стороны финских захватчиков.

8 декабря 1941 г. в местечке бараков ББК (Беломорско-Балтийского канала) финны выгнали на улицу всё мирное население, находящееся в бараках. Мужчин расспрашивали, где находится Красная Армия и сколько войск. Когда советские люди отказались дать сведения о наших частях, тогда финны на глазах жён и детей забрали мужчин из мирного населения, в том числе: Лобус Василия Иосифовича, рождения 1914 г., диспетчера пристани Медвежьегорск; Вербицкого Ивана Викентьевича, рождения 1916 г., слесаря механических мастерских местечка Пиндуши; Бажина Ивана и Третьяк, рабочих лесопункта Пиндушской судоверфи; Колбасовского, Гром Ф. Я., Бобкун И.

У всех забранных людей из гражданского населения и, кроме того, у четырёх красноармейцев финны забрали деньги, документы, карманные часы, сняли тёплую одежду и валенки, после чего всех расстреляли тут же на окраине посёлка.

Настоящий акт составили очевидцы расстрела и участники в похоронах расстрелянных.

* * *

(Письмо из Ведлозерского района, 1942 г.)

Здравствуйте, дорогие друзья!

Представился мне случай отправить Вам партизанской почтой письмо. Не описать Вам, родные, всего того, что натворили в Ведлозерском районе финские гады. С самого начала полицейские, которых посадили финны в деревнях, начали грабить население, отбирать последние крохи. Повсеместно начался голод.

Но это было ещё только начало. В феврале 1942 г. всему населению в возрасте от 12 до 50 лет, не исключая и больных, приказали явиться в деревню Паннила. Когда все явились, то нас посадили в 4 закрытые машины. Куда везут - никто не знал. Везли долго. Потом оказалось, что всех - и стариков, и больных - финны решили заставить рыть окопы, строить разные укрепления. Жили здесь люди, как заключённые, в невыносимых условиях. Здесь, на этих работах, находилась и жительница дер. Паннила М. Петрова. Ей за 50 лет. Петрова тяжело заболела, и в один из дней она не смогла выйти на работу. Коменданту Паасонен сообщили о том, что Петровой нет на работе. Комендант взял резиновую дубинку и отправился учинять расправу над полумёртвой женщиной. Он вошёл в избу, снял шинель и начал избивать резиновой дубинкой беспомощную женщину. Он бил её до тех пор, пока из её груди не перестали вырываться стоны. А потом этот зверь бросил свою жертву и приказал, чтобы её вынесли в арестантскую. Много здесь людей замучено, загублено.

* * *

1943 г., 19 марта. Мы, нижеподписавшиеся, политрук Кубачёв А. С., техник-лейтенант Бережков А. Ф., старшина Братин Г. М., работница Рапица Е. А., составили настоящий акт о зверствах финских бандитов над работницей Вдовицыной А. П.

16 марта 1943 г. банда финнов, отступающая под ударами Красной Армии, зверски замучила работницу Вдовицыну Августину Павловну. Финны нанесли ей сквозные ножевые раны в левую грудь и грудную клетку. Голова была прострелена автоматной очередью. Нанесены ещё четыре пулевые раны в другие части тела. Финские изверги дошли до такого изуверства, что произвели выстрел в половой орган. Поиздевавшись над советской девушкой, финны бросили её труп у машины и скрылись.

* * *

В октябре мы с мамой пошли в другую деревню - в Ламбасручей - получать норму. Мы стояли в очереди, вдруг подошёл финн, начальник по лесному делу, и стал ругаться, зачем стоим в очереди, и погнал женщин на две стороны. Потом схватил нашу маму под руки и с лестницы выбросил на мёрзлую землю; мать без сознания лежала на земле, я начала плакать, а он наставил на меня револьвер. До лодки мать несли на носилках, а в барак она еле-еле дотащилась и сразу заболела. У неё болела грудь, и она обижалась, что колет в лёгких, - она ушиблась при падении на мёрзлую землю. Врачей не было близко, и поэтому матери помощи оказано не было. Когда мы пошли к начальнику-финну просить свезти мать в больницу, в Великую Губу, за 50 километров, он закричал, что "русской собаке нет у нас лошадей, умрёт - так и надо..."

Через две недели мама умерла, мы её схоронили.

А отец у нас ещё раньше матери умер. Умер он от истощения, потому что сильно голодал, так как кроме 200 граммов хлеба ничего финны не давали. Получать норму было трудно - приходилось переезжать через 2 озера, перетаскивать лодку через гору. Мы ослабли от голода и не могли ходить за нормой и по 2 недели жили без кусочка хлеба. За пять километров от нашей деревни была финская столовая; мы с отцом пошли в столовую, стали умолять накормить нас. Отцу было 62 года отроду, он обессилел и ходил с палочкой в руках. Его накормили. Он с жадностью съел супу-баланды и 3 комочка хлеба. После обеда мы пошли обратно; отец прошёл половину дороги и упал в снег. Я побежала домой сказать матери, с помощью других колхозников его довели до дома. Пролежав на печи 3 дня, отец умер.

Сейчас мы остались без отца и матери.

Мы видали, как финны издевались над советским народом.

Когда отобрали хлеб у Федоровой Марии Фёдоровны, то её и мужа так пороли плетью, что муж на второй день умер. Один финн держал, а другой порол на снегу лежащего Фёдорова, от чего Фёдоров так кричал, что мы все разбежались по домам.

Тут же пороли Овчинникова Михаила Егоровича Его вывели на озеро, в морозную погоду, приказали раздеться и пороли, пока не упадёт, а потом велели одеться. Через полчаса снова продолжалась порка, пока Овчинников не потерял сознания.

Когда у нас умерли мать и отец, мы пошли в деревню просить хлеба, по дороге патрули стали стрелять вслед, мы испугались и остановились, нас задержали и за то, что я самовольно пошла в деревню, сняли с меня пиджак и кофту, начали пороть, дали мне 14 плетей. Через неделю я снова пошла просить хлеба для братишки, меня снова задержали и снова дала 14 плетей.

Мы пошли в другую деревню просить хлеба; нас финны увезли в Великую Губу, посадили в холодную "будку", продержали 2 недели и отправили в Петрозаводск в 7-й лагерь, где мы и прожили до прихода Красной Армии.

* * *

Весной 1942 г. смертность в Яндомозере была настолько высокой, что не успевали выкапывать могилы. В деревне Усть-Яндома несколько умерших долгое время лежали непогребенными.

Финны глумились над голодными. Когда истощённые люди приходили просить хлеба, финны избивали их.

Колхозника Чуркина финны поставили на пахоту. 12 дней он работал без куска хлеба, падая от истощения.

- Дайте мне хоть немного рыбы, - попросил он у коменданта.

Комендант Липасти рассвирепел. Он схватил Чуркина за шиворот и столкнул со второго этажа. Затем он сбежал сам с лестницы и избил лежащего Чуркина до крови. Потом Чуркина отправили в концентрационный лагерь, где он и умер.

Пятидесятилетнего колхозника Макара Пименова финские звери превратили в шута. Как только голодный старик появлялся около комендатуры, его заставляли плясать, маршировать.

Обессилевший старик маршировал, а они хохотали. Как собаке, они выбрасывали старику кусок хлеба.

Так мы мучались больше двух лет. Мы жадно ждали того дня, когда Красная Армия освободит нас от финских мерзавцев.

Этот день пришёл. Сейчас мы снова свободны, снова можем жить и работать свободно.

Я приложу все свои силы, знания, чтобы вместе с другими возродить радостную, счастливую жизнь на освобождённой земле.

21 июля 1944 г.

* * *

Финский разбой официально подтверждается докладной запиской финского офицера "просвещения" 6 армейского корпуса за No 569 от 28.8.1941 г., в которой говорится:

"Солдаты забирали из сараев готовое сено... Весенние посевы, и особенно овёс, уничтожали и скармливали лошадям. Во многих местах солдаты портили дорогие и дефицитные рыболовные снасти... Из мелкой утвари солдаты забирали небольшие иконы, медные образа и прочие вещи. Забирали у семей корову и последнюю курицу".

Солдаты финской армии грабили всё, что попадало под руку, и всё, что видели их воровские глаза.

"Мне ничего не посылай, я сыт, - писал домой шюцкоровец Хайконен. - Мы заходим в колхоз и, на глазах оставшегося населения, забираем свиней, режем и варим их в своё удовольствие".

Из дневника лейтенанта Нуклер: "Вечерами занимаемся "добыванием". Добыли два самовара, картошки, мороженой брусники, грибов".

Солдату Теуво Хууско пишет его брат Укко А. Хууско:

"Вейкко задушил одного русского и добыл у него много всякой всячины, как-то: золотые часы, бинокль, пистолет, компас, три золотых зуба и прочую мелочь. Здесь ребята, которые не поленились переворачивать трупы, здорово поживились".

Лётчик Риппиля похвалялся в письме перед своей невестой:

"А посмотрела бы ты, как пытались спрятаться от наших пуль эти беженцы из Энислинна (Так финны называли Петрозаводск). Но наши пулемётчики не зря учились стрелять".

Солдат 101 финского пехотного полка Аарнэ Энсио Мойланен рассказал:

"Разведывательно-диверсионный отряд, участником которого я являюсь, поджёг деревню Койкари... женщины бежали нам навстречу и просили их не расстреливать. Мы изнасиловали некоторых из этих женщин и расстреляли всех. Никого не оставили. У меня в памяти осталась красивая девочка, которую мы с товарищем изнасиловали, а после расстреляли".

Пленный солдат Раялампи заявил:

"По приказанию подполковника Косинмаа мы сожгли деревню Витсиваара".

* * *

Пленный солдат 5 егерского батальона Вильё Суутари показывает:

"Однажды в лесу, в полутора километрах от деревни Паданы, мы набрели на сарай, в котором обнаружили двух стариков 60 лет, оказавшихся советскими гражданами. На другой день лейтенант Мериканто вызвал меня и моих трёх товарищей - Лайтио, Лехтинен и Нурми - и сообщил, что нам разрешается расстрелять стариков. Я не отказался от расстрела этих людей потому, что имел желание расстрелять их лично. Ведь задержал их я. Когда мы довели этих двух советских граждан до указанного места, мы заставили их вырыть себе могилы и по команде прапорщика Эломаа попарно произвели по ним огонь. Я и Лехтинен расстреляли одного старика, а Нурми и Лайтио - другого".

Январской ночью 3942 г. финский батальон, проникший в наш глубокий тыл, находился в боевой готовности. 500 финских солдат и офицеров окружили советский посёлок Майгуба, в котором не было ни одного взрослого мужчины. Посёлок спал мирным сном.

В этот час состоялся сбор командиров взводов финского батальона: убийцы готовились к расправе со своими жертвами.

"Командир роты капитан Пуустикен, - показал один из участников этого разбойничьего налёта военнопленный В., - позвал к себе всех командиров взводов и дал приказание сжечь все дома и постройки в посёлке. Командир нашего взвода лейтенант Ахвенайнен, передавая приказание Пуустинен своему взводу, добавил: "Если услышите, что в домах есть люди, то забросайте окна гранатами, а потом зажигайте дома". Я слышал взрывы гранат во многих домах. Видимо, и другие взводы поступали таким же образом"...

* * *

Около деревни В. на северо-западном направлении фронта немцы захватили а плен двух раненых красноармейцев. Одного из них фашисты расстреляли, а второго сожгли заживо на костре. На северном фронте белофинны захватили в плен раненного в обе ноги воентехника Ладонина. Шюцкоровцы изрезали ему бритвой лицо, выкололи глаза и нанесли много ножевых ран. Изуродованный труп тов. Ладонина красноармейцы нашли в чулане дома, в котором помещалась канцелярия белофинского батальона.

Из вечернего сообщения 5 августа 1941 г.

Мародёрство в финской армии всемерно поощряется и входит в обязанности финских солдат. В секретной инструкции штаба 7 финской пехотной дивизии за No 511 говорится: "При всех обстоятельствах, как только позволяет обстановка, надо снимать с убитых солдат противника всё обмундирование и снаряжение. В случае надобности к этой работе можно привлекать военнопленных. (Основание: телеграфное распоряжение штаба Карельской, армии)".

Из вечернего сообщения 3 января 1942 г.

Вырвавшийся из белофинского плена красноармеец Терентьев Сергей Павлович рассказал о невыносимых страданиях советских военнопленных, томящихся в лагере близ города Питкяранта. "В этом лагере, - сообщил Терентьев, - содержатся раненые красноармейцы. Им не оказывают никакой медицинской помощи. Всех заключённых принуждают работать по 14-16 часов в сутки. Пленных впрягали в плуги и заставляли пахать землю. В сутки нам выдавали по кружке мучной похлёбки. Финские палачи придумали для нас ужасную пытку. Они опоясывали пленного колючей проволокой и волочили по земле. Ежедневно из лагеря вывозят трупы замученных советских бойцов".

Из вечернего сообщения 7 октября 1942 г.

Группа бойцов Н-ской части, действующей на Карельском фронте, обнаружила в отбитом окопе трупы 11 советских бойцов, зверски замученных белофиннами. Красноармейцы Бачинов Г. М., Углов В. В. и Богданов И. С. были ранены в бою и захвачены в плен. Белофинны долго пытали их и вырезали на груди пятиконечные звёзды. Личность остальных замученных бойцов установить не удалось, так как бандиты до неузнаваемости изуродовали их.

Из утреннего сообщения 9 октября 1942 г.

"Такие же зверства творят на Крайнем Севере и финские пособники германских фашистов. На Карельском фронте при наступлении частей Красной Армии были обнаружены десятки трупов израненных красноармейцев, замученных финскими фашистами. Так, у красноармейца Сатаева финны выкололи глаза, отрезали губы, вырвали язык. У красноармейца Гребенникова они отрезали ухо, выкололи глаза и вставили в них пустые гильзы. Красноармейцу Лазаренко после долгих пыток финны раздробили череп и набили туда сухарей, в ноздри вогнали патроны, а на груди раскалённым металлом выжгли пятиконечную звезду".

* * *

"Я видел в Кейлие пленных красноармейцев. У них отняли сапоги и босых отправили на полевые работы. Чтобы не поранить ноги, красноармейцы привязали к своим ногам доски и обвернули их тряпками. Финские власти в таком виде водили их по городу, показывали народу: вот, мол, в чём воюют русские солдаты.

Финский прапорщик в своём дневнике записал: "Захвачены военнопленные. Устали. Некоторые не в силах двигаться. Их мучает рвота, изрыгающая непереваренную траву.

Похороны военнопленных. С трудом роют могилу. Кто-то из солдат меняет 5 марок на 5 рублей. Пленный просит: "Сколько-нибудь хлеба"...

Рейно Рекола, финский лейтенант, взятый в плен нашими бойцами, признался:

"Если нет специального приказа доставить военнопленного в штаб, финны допрашивают его на месте и убивают".

Солдат 7-го пограничного егерского батальона Саллинен, бывший до войны студентом Хельсинкского университета, писал своим родным с фронта: "Вчера расстреляли двух "рюсся", отказавшихся приветствовать нас... Уж мы покажем этим "рюсся"!"

Солдат Вяйне Неваранта из 21 отдельного батальона, сдавшийся в плен 10 января 1942 г., показал:

"Я видел в районе Ванжозеро, когда на поле боя осталось два десятка раненых красноармейцев, что к раненым красноармейцам подошёл лейтенант Ниеми, который застрелил красного командира и нескольких пленных красноармейцев. Он же отдал приказание одному из автоматчиков добить остальных. Так были добиты более двух десятков раненых красноармейцев".

Солдат Лаури Валениус из 56 пехотного полка, сдавшийся в плеч 26 апреля 1942 г., показал:

"В дер. Лумбуши сержанты Линстрем, Рейно Мякеля и Микко Косолайнен рассказали друг другу о зверствах, которые они творили над пленными красноармейцами после занятия Медвежьегорска. Они расстреляли более 10 красноармейцев. А медсестру сперва изнасиловали, а потом убили".

* * *

Солдат Вийтаниеми из 22 батальона, сдавшийся в плен 22 мая 1942 г., показал:

"Пленных красноармейцев я видел. 6 человек пленных красноармейцев работали на хозяйственных работах в госпитале в Медвежьегорске. Я лично видел, как надзиратели били пленных красноармейцев. Мой приятель служит при лагере военнопленных в Выборге. Он рассказал мне, что там на почве голода за одни сутки умирает несколько человек пленных красноармейцев. Едят, что попало: кошек, ворон".

Солдат Лаури Ройванен из 22 отдельного батальона, сдавшийся в плен 22 мая 1942 г., показал:

"У Медвежьегорска пленных красноармейцев заставили рыть могилы для убитых в бою. Офицер приказал после окончания работы прикончить пленных тут же. Они были все убиты".

Солдат Ленни Киннунен из 32 пехотного полка, сдавшийся в плен 27 мая 1942 г., показал:

"Когда были последние бои, на поле боя остались 5 раненых красноармейцев. К ним подошёл пастор и сказал, что их надо добить. На второй день трупы 5 убитых красноармейцев лежали в канаве".

* * *

Солдат Юхо Хейсканен из 3 пехотной бригады, взятый в плен 15 сентября 1942 г., показал:

"В Петрозаводске навстречу нам шли пленные красноармейцы. Их гнали ударами прикладов. Я видел раненого красноармейца. Один из наших солдат взял автомат и пристрелил его на месте".

Солдат Калле Кивиниеми из 101 пехотного полка, сдавшийся в плен 11 апреля 1943 г., показал:

"В районе Ряйселя мы нашли раненого красноармейца, у него были прострелены ноги. Солдат Силвениус пристрелил его из винтовки".

Пленный солдат 18 финской пехотной дивизии Альберт Андерс Гунная рассказал:

"Я добровольно поступил в финскую армию 16 июля 1941 г. и был зачислен в шюцкоровскую роту, которая находилась в Восточной Карелии, в октябре 1942 г. меня перевели в 18 пехотную дивизию. Находясь в шюцкоровской роте в Виелярви, мы охраняли лагерь советских военнопленных. Пленные влачили жалкое и голодное существование. На завтрак они получали воду и крошечный кусочек хлеба с большой примесью древесной муки. После этого пленных угоняли на работу. Надсмотрщики подгоняли их и избивали. На обед пленным выдавали несколько ложек несъедобной каши из отходов ржаной муки или похлёбки из картофельных отбросов. Только очень изголодавшийся человек мог есть такую пищу. Из числа солдат, охраняющих лагерь, я знаю Пааво Оландер и Эркки Ехюдениус из Оулункюля, Бертол Нюмаш из Хельсинки.

Они могут подтвердить, что я говорю правду. Лагерь военнопленных имеется также около Маткаселька. Заключённые в этом лагере работают на лесозаготовках. Проездом я видел их за работой. У пленных был крайне измождённый вид. Несмотря на сильный мороз, они были одеты в тряпьё. О расстрелах русских военнопленных мне рассказывали многие финские солдаты".

* * *

Взятый в плен солдат финской армии Хейккн Койвисто показал:

"На нашем участке фронта за последнее время было четыре пленных, которых заставляли работать на передовых позициях, а порой даже впереди окопов, под огнём русских. По приказу главного финского командования за побег одного русского военнопленного немедленно расстреливают десять его товарищей. Один офицер приказал расстрелять 40 военнопленных за то, что в бою осколками ваших снарядов были убиты два финских офицера".

Пленный Рипонен показал:

"Военнопленные в Райвола - это живые мертвецы в лохмотьях. За малейшую провинность их нещадно бьют палками. Здесь каждый день умирают замученные, заморённые голодом люди. Как-то два пленных красноармейца под конвоем выполняли тяжёлую работу. Мимо проходил пьяный шюцкоровец. Он подошёл к пленному, проворчал: "У, pуcc", - и вонзил нож ему в грудь".

* * *

Солдат Рейно Вуото из 101 пехотного полка, сдавшийся в плен 26 июля 1943 г., показал:

"Мой брат служил охранником в лагере военнопленных в городе Ханко. Он рассказал, что пленных красноармейцев расстреливают под предлогом, что они стремятся бежать. Пленных избивают за то, что они собирают остатки пищи в помойных ямах".

Солдат Мартти Лааксонен из 101 пехотного полка, сдавшийся в плен 8 сентября 1943 г., показал:

"Мой брат Эйнар Лааксонен, который работал в местечке Вирккула, рассказал, что там 15 пленных красноармейцев умерли от голода и их закопали в помойную яму в местечке "Лохья".

Солдат Юхо Койвунен из 101 пехотного полка сдавшийся в плен 4 августа 1943 г., показал:

"В Петсамо было много пленных красноармейцев. В камерах размером 5 х 5 метров содержат русских военнопленных по 60 чел., а финских заключённых только 12 человек. Пленных кормили очень плохо.

У кухни, где им варили, я видел дохлого коня, из мяса которого выползали черви. В нашем взводе солдат Юсси Кивисте, забавляясь, расстрелял много пленных красноармейцев. Узнав об этом, капитан Виккери сказал: "Мне такие солдаты нужны".

Солдат Ойва Тауриайнен из 12 пехотного полка, взятый в плен 20 ноября 1943 г., показал:

"В городе Каяни большой лагерь военнопленных. Пленных продают крестьянам. Пленных красноармейцев избивают, дубинками".

Солдат Лаури Тойвонвирта из 3 пехотной бригады, взятый в плен 11 декабря 1943 г., рассказал:

"В феврале 1942 г., во время боёв к нам попало в плен много красноармейцев. 60 человек пленных водили по железной дороге и незаметно по ним открыли пулемётный огонь и убили их всех. Об этом знают все солдаты 3 пехотной бригады. Когда я служил в 46 пехотном полку, во время боёв наш полк захватил в плен 7 красноармейцев, среди них 2-х женщин. По приказанию зам. командира подполковника Саури их после опроса расстреляли".

* * *

Лейтенант Юхля из роты ПТО 101 пехотного полка публично хвастался, что расстрелял много пленных красноармейцев. Солдат той же роты Юоси Кивистё расстрелял "для забавы" 2 пленных. Когда командир роты, капитан Виккери узнал об этом, он сказал с восхищением: "Вот такие солдаты мне нужны!".

Финны глумятся над ранеными, попавшими в плен, и добивают их. Лейтенант Ниеми из 21 отдельного батальона финской армии лично застрелил в Медвежьегорске 8 раненых красноармейцев и приказал стоявшему поблизости автоматчику пристрелить и остальных раненых, попавших в плен. Командир 1 батальона 3 пехотной бригады увидел раненого красноармейца, 3 дня лежавшего без медицинской помощи и истекавшего кровью. По его приказу пленный был отравлен, а группа пленных раздета догола и расстреляна из автоматов. Солдат 2 взвода пульроты 23 отдельного батальона 101 пехотного полка Салвениус застрелил в лесу под Ряйселя пленного красноармейца, у которого были перебиты обе ноги.

Сержанты 12 роты 56 пехотного полка Линдстрем, Мякеля и Косолайнен, захватив в плен санитарку, изнасиловали её, убили и обнажённый труп подвергли неслыханному осквернению.

http://www.x-libri.ru/elib/sulmn000/00000001.htm - полная электронная версия книги

http://www.x-libri.ru/elib/zip/sulmn000.zip - скачать книгу

Источник: http://colonelcassad.livejournal.com/2804573.html