Языковые доносы в Латвии

В Латвии государство строго следит за тем, чтобы латышский язык превалировал в общественной сфере. Некоторые граждане готовы становиться добровольными помощниками Центра государственного языка и бесплатно проводить рейды. Под удар попадают не только местные жители, русские и латыши, но и даже беженцы из Эритреи, сообщает «Русская служба Би-би-си».

Журналистка Оксана Антоненко рассказывает: «Лайне живет в туристическом городке Сигулда, где практически нет русскоязычного населения. Зато тут всегда было много туристов, которые съезжаются посмотреть на средневековые замки и примечательные по местным меркам возвышенности. С собой они привозят не только заработок для местных жителей, но и желание получать информацию на понятном им языке. А значит, все вывески, надписи, указатели, буклеты, меню — все это оказывается переведенным на английский, немецкий или русский. Лайне признается: ей все больше не хватает чего-то латышского.

Прибалтика

Карта в полном размере: Латвия - доля русского населения

„Мне хотелось бы защищать латышский язык, очистить его от загрязнений. Я очень патриотична, во многих ситуациях стараюсь говорить на латышском. И обычно люди переходят на латышский“. С иностранцами это, само собой, не работает, зато с местным русскоязычным населением — вполне. „В Риге я иногда попадала в неадекватные ситуации — например, когда кто-то задает вопрос на улице не по-латышски, а, например, по-русски. Я теряюсь. Как же мне отвечать? Если мы тут, в Латвии, то начинать разговор надо на латышском языке. Потом уже можно договориться о том, чтобы перейти на другой язык“, — считает Лайне. Она может ответить и по-русски, и по-английски. Но приятнее ей говорить на родном языке».

Журналистка продолжает: «Все это дало стимул для начала общественной работы — Лайне стала добровольным помощником Центра государственного языка. Не получая никакого вознаграждения или других бонусов, в свободное от работы время Лайне инспектирует общественные места, государственные и муниципальные заведения. Ее цель — выявлять нарушения закона о государственном языке. „Я не штрафую, я только общественный помощник. Но я могу передать информацию своему координатору. Она решает, что делать дальше. Это работа, которую я делаю на благо общества, мне очень нравится говорить с людьми“, — продолжает Лайне.

Почему русскому нельзя стать латышом

По ее словам, на замечания общественного помощника люди реагируют исключительно позитивно. „Я выражаю свой интерес, делаю это доброжелательно, объясняю, почему мне нужен этот буклет на латышском языке“, — говорит Лайне. Она допускает, что в дальнейшем общественная работа может стать поводом для конфликтов с чиновниками или предпринимателями — не всем нравится получать замечания, и не у всех есть возможность сразу исправить нарушение. В небольшом городе все друг друга знают, так что любой конфликт может иметь непредсказуемые последствия. Но Лайне это не останавливает. „Я много читаю о техниках общения, чтобы можно было мирным путем решать кризисные ситуации“, — говорит она».

«А кризисные ситуации могут возникать буквально на каждом шагу. Сюда относится, к примеру, отсутствие перевода какой бы то ни было информации на латышский язык. Если речь идет о государственном заведении, то все объявления, надписи и буклеты должны быть исключительно на латышском языке. На другом языке информация тоже может существовать, однако пока никто специально не спрашивает, вывешивать ее на общественное обозрение нельзя.

А вот частные заведения могут предлагать своим клиентам перевод на любой иностранный язык по собственной инициативе — но только в том случае, если есть латышский оригинал. „Вот реклама (полугосударственной телекоммуникационной компании) Lattelecom, — Лайне показывает рекламный листок, — тут на одной стороне на русском, на второй — на латышском. 51% компании принадлежит государству. Но если это государственное учреждение, то информация, наверное, должна быть только на латышском языке“.

Правда, остаются вопросы по поводу юридического статуса компании — речь идет о госпредприятии, которое занимается коммерческой деятельностью. Выходит дилемма. Оштрафовать компанию Лайне в любом случае не может, но сообщить коллегам о возможном нарушении — вполне. Тот факт, что Lattelecom конкурирует с частными компаниями — в том числе, за русскоязычных клиентов — и должен приносить деньги своим владельцам — включая государство — значения не имеет. Лайне считает, что все должны работать в рамках закона», — рассказывает «Би-би-си».

«А вот напротив нас — бар. Центр города, рядом вокзал и автобусная станция, за углом — туристический информационный центр. На дверях бара — мигающая вывеска „Open“. Это незаконно. По правилам, вывеска должна быть на государственном языке. Не имеет значения, сколько в этом районе туристов, и для кого владелец заведения повесил надпись „Оpen“. В другой раз, когда хозяин будет на месте, Лайне, скорее всего, сообщит ему о нарушении. А если тот откажется его устранить, то на заведение могут наложить штраф. Отсутствие денег на вторую вывеску, сложная экономическая ситуация в стране, отток населения и нехватка рабочих мест — не повод закрывать глаза на нарушение.

По словам Лайне, язык важнее выручки. „Если предприниматель может открыть свой бизнес, значит, деньги у него есть. Их надо распределить так, чтобы хватило на все, и на соблюдение всех норм“, — продолжает добровольный контролер. А потом вспоминает похожий случай: „Я видела, как в одном магазине владелец написал на листе А4 слово „Открыто“ от руки на трех языках, а потом повесил на окно. Закон такой, какой есть, и его надо соблюдать. А для того, чтобы написать от руки, много денег не нужно“. Идем дальше, перед нами — информационный туристический центр.

Почему неизбежны этнические чистки для русских

Заходим внутрь и обнаруживаем массу буклетов. Почти все буклеты на английском и русском языках, а на латышском — нет. Информационный центр — муниципальное учреждение, так что, тут вся информация должна быть на государственном языке. Конечно, можно сделать скидку на специфику работы и простить наличие перевода на иностранные языки. Однако отсутствие латышской версии простить нельзя, это нарушение», — сообщает Антоненко.

«По словам Лайне, подобные ситуации встречаются и в других местах Сигулды: на английском и русском буклеты есть, а на латышском — нет. И это неправильно, считает она. Тот факт, что речь идет о туристическом месте, где большинство посетителей задают вопросы на английском языке, значения не имеет. Закон есть закон. Сегодня выходной день, и Лайне не будет обсуждать эту проблему с сотрудниками центра, однако в другой раз, когда можно будет достучаться до руководства, она вполне может это сделать. Предприниматели, как правило, стараются не спорить с чиновниками из Центра государственного языка. Правила есть правила, а штрафы обычно не очень высокие. Тем более что обещания устранить нарушение, как правило, оказывается достаточно. Но не всегда.

Мартиньш Коссовичс — совладелец салона оптики. Его бизнес работает в нескольких городах Латвии, включая Ригу. Там его и навестили инспекторы из Центра государственного языка. „Меня оштрафовали за то, что на очках была гравировка „Sonya Rykiel — handmade“ на английском языке. По словам чиновников, ее надо было перевести на латышский язык. Они предложили мне приклеить листочек с переводом на каждую пару очков. Но я лучше заплачу штраф в размере 50 евро, чем буду клеить листочки и выглядеть как идиот“», — признается он «Русской службе Би-би-си».

Прибалтика

«Теперь у Мартиньша назревает новый конфликт с Центром государственного языка. Он стал одним из тех редких жителей Латвии, кто публично изъявил желание взять на работу соискателя статуса беженца. После долгих поисков нашелся кандидат — бывший студент медицины из Эритреи Филман. Он несколько раз бывал в салоне оптики, уже выучил все термины на латышском языке, познакомился с коллективом и начал интегрироваться. „Я вижу в нем это желание, он идет на контакт, он ходит в кино с будущими коллегами, он хочет остаться в этой стране“, — продолжает Мартиньш. Сам Филман с прессой не общается — к нему и так приковано слишком много внимания.

Дело в том, что Филман находится в Латвии недавно и только ждет решения властей о предоставлении ему статуса беженца. Пока он живет в государственном центре „Муцениеки“ и учит латышский язык, однако этих знаний по-прежнему недостаточно. Согласно латвийским законам, получить работу можно только после того, как пройден тест на знание государственного языка. Для каждой профессии есть свой языковой минимум, и такие низкоквалифицированные профессии, как дворник или грузчик, не являются исключением. Еще больше требований государство предъявляет к медикам и их помощникам — как раз в этой сфере мог бы работать Филман вместо того, чтобы сидеть дома и получать пособие из госбюджета», — пишет «Би-би-си».

«Однако латвийские чиновники строго следят за тем, чтобы закон о государственном языке соблюдался, и все работающие в Латвии люди соответствовали его требованиям. Языковые проверки также входят в сферу ответственности Центра государственного языка, а в случае нарушения штраф накладывают на работодателя. „Мы все знаем, что эти правила были придуманы для местных русскоязычных — чтобы они знали свое место. Но нельзя же требовать этого от человека, который недавно приехал в страну! Государство оплачивает ему только десять уроков латышского языка, но требует, чтобы он его выучил“, — говорит Мартиньш. Отступать Мартиньш не намерен: говорит, он все равно трудоустроит Филмана, даже если ради этого придется нарушить закон. „Значит, заплачу штраф“, — соглашается он», — завершается репортаж «Би-би-си».

Прибалтика

Напомним, что в Риге 14 декабря прошлого года состоялась церемония вручения первым «общественным помощникам» Центра госязыка рабочих удостоверений. С добровольцами заключили особые договоры о сотрудничестве, и они начали работу по месту жительства. Согласно официальной формулировке, «общественные помощники» ЦГЯ должны выискивать «нарушения закона в сферах маркировки товаров и общедоступной информации, давать советы и оказывать помощь в устранении фактических или потенциальных нарушений, а также поощрять меры, направленные на привлечение общества к защите и развитию государственного языка». Дружинники имеют право доносить в Центр госязыка об обнаруженных ими «упущениях». Как сообщало ранее EADaily, инициатива о создании должностей так называемых «языковых стукачей» вызвала негодование представителей русской общины, которые и становятся, в первую очередь, жертвами доносов.

Подробнее: https://vk.cc/7dtDTl

Опубликовано 18 Окт 2017 в 12:00. Рубрика: Заграница. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.