Китай стремительно ворвался на рынки атомных технологий, выйдя на первое место в мире по количеству строящих АЭС, активно развивая ракетные программы вооружений. Как соотносятся планы развития мирного и военного атома в общей стратегии «возвышения Китая»?

Атомная энергетика. Сколько еще нужно построить АЭС?

Мирная ядерная стратегия Китая базируется на развитии атомной энергетики, которая пока занимает всего 2% (АЭС) в производстве электроэнергии в КНР. Основной источник энергии — это сжигаемый на ТЭЦ уголь, на который в энергобалансе приходится 80%. Новые китайские власти понимают экологическую неперспективность «черной энергетики» и активно развивают атомную энергетику.

Китай поздно включился в мировую гонку на рынке атомной энергетики. Первая АЭС заработала в КНР в 1994 г. На сегодняшний день в КНР построено и введено в эксплуатацию 15 энергоблоков на 6 действующих атомных станциях. К 2015 году общая мощность китайских АЭС достигнет 40 млн кВт, а к 2020 году — 70 млн кВт.

Слабым местом является недостаточное количество залежей природного урана. В 2011 г. в Китае было добыто от 1350 до 1500 тонн урана, это 9-е место среди уранодобывающих стран.
Частично природный недостаток компенсируется активным сотрудничеством с Казахстаном и другими странами по совместной добыче урана и его импорту, а также вводом новых китайских месторождений. Астана планирует увеличить в 2014 году экспорт урановых топливных таблеток в КНР с 2 до 200 тонн.

Между импортом и экспортом. Копировать, создавать или скупать?

Китай активно копирует и адаптирует передовые французские и американские технологии производства реакторов под свои нужды. К 2020 г. китайцы намерены наладить экспорт китайских реакторов. В 2000 и 2011 годах КНР на основе своих технологий (атомные реакторы «Чамша-1» и «Чамша-2») уже реализовала проекты строительства двух энергоблоков в Пакистане (под г. Карачи). Правда, режимы безопасности этих станций, по оценкам специалистов МАГАТЭ, требуют дополнительной доводки и проверки (инспекции). Синдром Фукусимы и Чернобыля усиливают эти опасения.

Российский эксперт Андрей Губин отмечает, что нынешний экспортный потенциал КНР в сфере атомных технологий «можно оценить как невысокий — предлагаемые модели устарели и не отвечают современным нормам безопасности». Ученый считает, что Китаю потребуется примерно 15 лет, чтобы выйти на производство новейших реакторов третьего поколения и составить реальную конкуренцию для США, Франции и России на рынках технологий атомных реакторов. Пока же лидеры должны опасаться нелицензионного копирования со стороны Китая.

Вместе с тем китайцы сильны в умелом и гибком использовании своих финансовых возможностей. Типичный пример — успешный инвестиционный проект госкомпании Chinese General Nuclear Power Group (CGNPG). После долгих переговоров руководство компании сумело убедить английские власти в необходимости своего участия в строительстве английской атомной электростанции в графстве Сомерсет (Великобритания) в качестве основного инвестора проекта общей стоимостью в 21,5 млрд долл. Согласно контракту, инвестор получает доступ к новейшим ядерным технологиям.

По схожей модели с 2009 г. идут переговоры китайцев с французами (компанией EDF). Речь идет о совместном создании двух энергетических реакторов по особым технологиям и на китайские деньги.

«Тяньваньская история». Насколько Китай отстает от России?

Для России китайский атомный рынок имеет особое значение. Во-первых, потому, что он один из немногих высокотехнологичных рынков в Китае, где РФ чувствует себя более или менее уверенно, конкурируя с США и Францией. Эксперты считают, что Китай пока еще в два раза отстает от России в сфере развития мирного атома, что пока дает ей дополнительные возможности в плане качества технологий, услуг и высокого уровня безопасности. В перспективе, однако, не исключено, что лидерам этого рынка — России, США и Франции — в ближайшем будущем придётся столкнуться с китайской конкуренцией.

Во-вторых, пока успешно для нас развивается «тяньваньская история», берущая начало еще с российско-китайского соглашения 1992 года о поставках двух реакторов и строительстве Тяньваньской АЭС под Шанхаем. История получила развитие в реализации 3,2 миллиардного контракта и пуске в 2007 году двух энергоблоков АЭС. Сегодня речь идет о поставках российского ядерного топлива на сумму 1 млрд долларов (контракт подписан в Пекине 19 октября 2013 г.) и строительстве 5-го и 8-го энергоблоков на перспективу.

Атомные атрибуты сверхдержавы. Когда Китай догонит США и Россию?

Китайский военный атом не так понятен и прозрачен. С одной стороны, Китай — член официальной «ядерной пятерки», включая США, РФ, Англию и Францию. После проведения серии (с 1964 г. по 1996 г.) ядерных испытаний из 45 наземных и подземных взрывов КНР в 1992 г. ратифицировала Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), взяв на себя обязательство, не применять первыми ядерное оружие.

С другой, в условиях выхода страны на глобальный статус сверхдержавы, перед Китаем возникает объективная необходимость резкого качественного усиления своего стратегического ядерного статуса. Пока он значительно уступает традиционным лидерам — США и России. Многие китайские эксперты называют это отставание самым слабым местом «в стратегии возвышения», указывая на неизбежность «будущего противостояния и даже конфликта с США». Отдельные радикально настроенные ученые считают, что к 2020 г. КНР не только должна выйти на сопоставимый уровень стратегических вооружений с ведущими державами, но и оказывать «сдерживающее стратегическое влияние на США», заменив в этом качестве Россию.

Вряд ли в указанные экспертами сроки китайцам удастся выполнить эту задачу. Слишком большой разрыв в этой сфере. Тем более что официальная позиция Поднебесной пока диаметрально противоположная — держаться в области стратегических вооружений в тени, не брать на себя роль лидера, добиваясь их сокращения у США и РФ и не повторяя советского опыта ядерных гонок с США.

Ядерный компонент. Сколько у Китая ракет и боезарядов?

Нет и полной ясности в количественной и качественной стороне ядерного компонента. В отчетах Стокгольмского института исследования проблем мира (SIPRI) отмечается, что Китай имеет в своем арсенале примерно 180 боеспособных ядерных боеголовок и 240 обычных, а также от 50 до 75 межконтинентальных баллистических ракет (МБР) наземного и морского базирования.

По оценкам бывшего начальника штаба Ракетных войск стратегического назначения России генерал-полковника Виктора Есина, количество имеющихся у Китая ядерных боеголовок составляет от 1600 до 1800 единиц, а не несколько сотен, как считалось ранее. Российский военный эксперт подсчитал, что китайские ядерные заводы могли произвести до 40 тонн оружейного урана и до 10 тонн оружейного плутония. Такое количество материала позволит Китаю произвести около 3600 ядерных боеголовок. Правда, Есин полагает, что Китай хранит по крайней мере половину этих распадающихся материалов в запасниках, а не расходует на производство оружия. При этом, по мнению Виктора Есина, пришло время «учитывать китайский фактор при рассмотрении любых дальнейших российско-американских соглашений по сокращению и ограничению ядерного оружия». Часть западных экспертов считает, что суммарная ядерная мощь Китая уже равна английской и французской вместе взятым, поэтому у КНР — третье место в «пятерке». Другие отводят КНР только пятое место — после США, РФ, Англии и Франции.

При любых цифрах, скорее всего, военные атомные программы ядерных стратегических и тактических сил идут по восходящей линии. Другой вопрос, насколько Китай может конкурировать в этой сфере с традиционными лидерами и способен ли передавать собственные компоненты ядерного вооружения другим странам. Американские эксперты, например, считают, что Китай еще в 1980-е годы поставил Пакистану необходимые технологии, обеспечив успех пакистанской программы обогащения урана и изготовления в этой стране тактического ядерного оружия. Китайское руководство отрицает такие варианты, подчеркивая, что проводит политику поддержания ядерного потенциала на «минимально необходимом уровне» («Белая книга» Министерства обороны КНР за 2011).

Таким образом, программы развития мирного и военного атома, несмотря на их различную направленность и содержание, стали важной стратегической частью и международного, и внутреннего «возвышения» Китая. Причем динамика и перспективы атомной энергетики, похоже, все-таки опережают военные сценарии, которые традиционно скрыты от посторонних глаз.

http://www.mgimo.ru/news/experts/document242853.phtml