Войну в Новороссии многие сравнивают с событиями 20-летней давности на территории бывшей Югославии.

Украинские активисты любят подчеркивать роль хорватов в том конфликте. Для Украины, мол, Хорватия должна стать примером в борьбе с «сепаратистами». Причём никто не хочет вспоминать, что хорваты сами были таковыми относительно Югославии.

С восторгом украинские политики рассказывают, как мучительно было хорватским властям соглашаться на существование Республики Сербской Краины. «Три года они развивали армию, а потом танковой атакой смели сербов» с родной земли при поддержке западных стран на фоне предательства Белграда.

Видимо, и официальный Киев планирует «потерпеть» независимый Донбасс до поры до времени, а потом поступить по тому же сценарию. Украинцам вторит американский военный эксперт Джон Шиндлер: «Украине стоит последовать примеру Хорватии, которая в 1991 году отдала треть своей территории повстанцам, только чтобы вернуть её в результате быстрых, решительных военных операций в 1995 году».

И если о военных действиях в Югославии и причинах поражения написано достаточно, то о послевоенной жизни сербов в Хорватии известно мало. Что же стало с сербским населением Хорватии после падения Сербской Краины, и какие выводы нужно сделать сегодня?

Преступления против мирных сербов и ассимиляция

Сразу после силового занятия хорватами территорий непризнанной Республики Сербской Краины развернулся масштабный террор против сербского населения. Более 250 тыс. сербов, спасаясь от резни, вынуждены были покинуть свои дома и стать беженцами.

Были уничтожены 20 тыс. частных домов, 78 православных храмов, 181 кладбище, 920 памятников культуры. Точная цифра убитых гражданских неизвестна до сих пор (от 2 до 10 тыс.), многие выжившие были вынуждены долгие годы провести в специальных лагерях для нелояльных сербов. Хорваты не гнушались обстреливать из крупнокалиберного оружия даже колонны убегающих мирных жителей.

А после занятия сербонаселённого городка Двор просто убили попавшихся под руку местных инвалидов. Дома сербов сжигались или заселялись хорватами с других территорий, захватчики требовали от запуганных жителей подписывать дарственные на имущество в пользу военных или их родственников.

После войны сербы сразу же были объявлены национальным меньшинством, а не автохтонным народом, который живёт на своей этнической территории многие столетия. Кириллица оказалась под негласным запретом на государственном уровне, пропаганда каждодневно вещала о вине сербов за боевые действия и попытках создать «Великую Сербию».

В больших городах, особенно в Загребе, люди подвергались дискриминации: как на бытовом, так и на официальном уровне: сербов увольняли с работы, дети изгонялись из школ, мирные жители подвергались насилию и запугиванию со стороны радикалов. В некоторых районах запретили любые мероприятия в память о сербских жертвах, убитых хорватскими нацистами (усташами) в годы Второй мировой войны, а также и многие сербские национальные праздники.

Под давлением европейских стран и ради улучшения имиджа в Хорватию через несколько лет формально разрешили вернуться беженцам; но как только серб возвращался, у него сразу же возникали трудности со своей же недвижимостью, которая уже была занята хорватами. Официальные власти отказывали сербам в возвращении имущества даже тогда, когда доказанным становился факт фальсификации договоров купли—продажи.

Недавно первая в Хорватии женщина-президент Калинда Грабар-Китарович заявила, что для неё все граждане страны, в том числе и этнические сербы, являются хорватами. В Сербии это восприняли как провокацию, наследие политики ассимиляции их одноплеменников, которую проводили ещё нацисты.

Вопрос религии и «ХПЦ»

Многие исследователи замечают, что конфессиональная принадлежность на Балканах исторически имеет даже более значимый фактор, чем этническая. Дело в том, что в Хорватии хорваты-католики и православные сербы говорят на одном языке, и только религия (а также связанные с ней атрибуты и праздники) различает их, являясь символом особой национальной идентичности.

Сербия - дробление

В народном сознании, чтобы сербу стать хорватом, достаточно просто принять католицизм, и наоборот. Этим пользовались во время Второй мировой войны, когда идеологи усташей публично заявляли: «необходимо треть сербов окатоличить, треть уничтожить, а треть изгнать». Такому политическому курсу насильственной смены религиозных убеждений тогда подверглись до 200 тыс. сербов.

Этот процесс продолжился во время войны в 1990-е и после обретения Хорватией независимости. Хорватизация происходила главным образом в крупных городах, где сербские дети с одобрения родителей (!) сначала перекрещиваются в католиков, а потом регистрируются как хорваты.

Эти случаи вызваны плачевным положением сербов как дискриминируемой этнической группы, представителям которой в Хорватии невозможно сделать успешную карьеру и вообще устроиться на нормальную работу. Часто эти неофиты, которые стали хорватами совсем недавно, и являются самыми ярыми врагами оставшегося сербского населения.

С целью ассимиляции остатков сербского населения, которые не хотели принимать католицизм, была создана так называемая хорватская православная церковь (ХПЦ). Её история начинается ещё во времена существования Независимого Государства Хорватии (НГХ), но активную деятельность ХПЦ развернула уже в 90-е годы XX века.

Современные идеологи хорватского национализма договорились до того, что православные в Хорватии на самом деле якобы не сербы, а… влахи, давно перешедшие на сербский язык. В 2013-м «хорватская православная церковь» провозгласила автокефальность. По последней переписи населения насчитывалось 16 647 «православных хорватов» — это и есть те самые бывшие сербы, потерявшие своё национальное самосознание.

Параллельная жизнь Вуковара и кириллица

Город Вуковар и его окрестности — одно из немногих мест в Хорватии, где сербы сегодня составляют значительную часть населения. Дело в том, что этот город оставался под контролем сербских сил до 1998 года, пока регион «мирно», под принуждением мирового сообщества, не был опять отдан Хорватии.

После этого «воссоединения» произошел очередной отток сербского населения, но многие остались. В итоге город разделился на две части: все улицы, кафе, школы поделены на сербские и хорватские и по сей день. Существуют два параллельных мира, которые за редким исключением мало пересекаются в повседневной жизни. Молодое сербское поколение стремится уехать из Вуковара в Сербию или в страны ЕС, так как понимает, что будущего в стране у них нет, и они всегда будут считаться гражданами второго сорта.

После долгожданного вступления в Европейский Союз Хорватия, к своему удивлению, оказалась обязанной соблюдать европейские стандарты, касающиеся национальных меньшинств — в тех в районах, где их более 33%.

Теперь вывески на государственных учреждениях и дорожные указатели в местах проживания сербов должны быть и на их языке. Казалось бы, в чём проблема? Можно было бы и не обращать на это внимания. Но для хорватского населения азбука является символом сербского доминирования, а для сербов, которые свободно пользуются двумя алфавитами, — символом национального самосознания.

Из-за того, что хорватский и сербский языки практически идентичны, вопрос встал именно в письменности — кириллице, которая для «свидомых» хорватов — как красная тряпка для быка. В 2013 году по всей стране, особенно ярко в Вуковаре и Загребе, прошли акции протеста ветеранов войны, настоящие антисербские выступления с полагающимися лозунгами, которые чудом не переросли в массовые погромы.

В свою очередь некоторые высокопоставленные официальные лица Хорватии такое поведение оправдали. Для них, как и для большинства населения, сербы так и не стали полноценными гражданами Хорватии, и только когда они докажут (непонятно как) свою лояльность, можно будет говорить о двуязычии, а сейчас — нет.

Многие хорваты, особенно участники боевых действий, не готовы простить сербам осаду города, которую те организовали в 1991 году. Подлили масло в огонь и слова президента Сербии Томислава Николича, который в одном из интервью говорил, что Вуковар — сербский город.

Что в итоге? Остатки сербского населения в Хорватии остаются угнетёнными в культурно-политическом и социально-экономическом плане. В течение войны хорватам удалось выдавить почти всех сербов с их родных земель и провести крупномасштабную этническую чистку.

После конфликта этот процесс продолжился более мягкими методами. Хорватия решила политикой ассимиляции уменьшить численность сербов и минимизировать хоть какую-то возможность даже гипотетического будущего сепаратизма на своей территории.

Сербо-хорватские межнациональные противоречия имеют глубокие исторические корни, причинами которых являются взаимные преступные действия и обиды, оставшиеся в памяти каждой из общин. Этот конфликт при неблагоприятном стечении обстоятельств может вызвать большую напряженность в связи с продолжением политики дискриминации и активной ассимиляции сербского этнического меньшинства — вплоть до военных действий.

Об этом говорит тот факт, что и в Сербии, и в Хорватии очень внимательно следят за развитием конфликта в Новороссии. В частности, в СМИ этих государств продолжает раздуваться старая линия противостояния между сербами-добровольцами, которые воюют за Донбасс, и хорватами-наёмниками в украинском батальоне «Азов».

На данный момент ни сербы, ни хорваты не удовлетворены итогами войны на территории бывшей Югославии. В будущем противостояние из-за внешнеполитических амбиций может легко разгореться с новой силой. Как одну, так и другую сторону до сих пор не устраивают существующие государственные границы на Балканском полуострове.

Восхищение украинских официальных лиц действиями Хорватии в том конфликте говорит, что с мирным населением Украина будет действовать так же, как поступали хорваты: проводить масштабную этническую чистку, а несогласных — выдавливать с родной земли и ассимилировать, проводя последовательную политику дерусификации.

http://rusvesna.su/news/1435153869