Важнейшим шагом в государственной институционализации является, как известно, принятие Конституции. Конституция это не только правовой, фиксирующий характер сложившихся в обществе отношений, но и жизнеустроительный документ. Конституцией может быть установлена как модель жизнеустройства, которая усиливает суверенность соответствующего государства, так и такая модель, которая ведет ее по пути десуверенизации. Примером десуверенизационных конституций являются конституции постсоветских государств, принятые в качестве законодательного закрепления поражения СССР в «холодной войне».

Самоопределение Новороссии предполагает принятие конституций новороссийских республик. Этот шаг в контексте ведомой борьбы логичен и необходим. Однако при его осуществлении существует угроза принятия такой модели Конституции, которая перечеркнула бы все достигнутые в национально-освободительной борьбе завоевания. Такая угроза уже имеет не гипотетический характер, находясь в актуальной повестке дня. Не достигнув победы военным путем, противники новоросской государственности, пытаются, очевидно, достигнуть ее посредством проведения соответствующей версии Конституции. Из обсуждаемых проектов будущей Конституции Донецкой Народной Республики все признаки такой провокации имеет проект, который условно мог бы быть охарактеризован как Либеральная Конституция (10 глав, 86 статей) (далее ЛК ДНР). Рассмотрим далее ее содержание.

О том, какие целевые установки заложены в проекте ЛК ДНР наиболее точно раскрывает факт отсутствия в ней указания на суверенитет Донецкой Народной Республики. Слова «суверенитет», «суверенный» достаточно часто употребляемые в конституционных текстах национальных государств в ЛК ДНР полностью отсутствуют. Такое их резонирующее с конституционной традицией исключение не может быть случайным. Если в конституции не указывается, что государство суверенное, значит, предполагаются какие-то формы ее несуверенного существования.

Индикативны для раскрытия духа Конституций тексты конституционных преамбул. Как правило, именно в преамбулах заявляются те ценности, на основании которых и принимается соответствующая конституция. Что заявляется в качестве ценностных ориентиров в проекте ЛК ДНР? Ни о ценностях суверенного бытия, ни о исторических – духовных и культурных традициях, ни о видении прошлого и будущего, ни о месте государства в мире не говорится ничего. Преамбула ЛК ДНР оказывается в ценностном отношении даже более выхолощена в сравнении с преамбулами принятых в 1990-е годы конституций постсоветских государств. Нет и определения идентичности народа ДНР.

Идентификаторы «русский» и «православный» отсутствуют во всем тексте проекта Конституции. Абсолютное отсутствие указания на русскость представляется как намеренное купирование апелляций к русскому фактору. Речь в таких апелляциях, естественно, могла бы идти не об этнических преференциях, а о связи с определенной цивилизационной традицией. В версии ЛК ДНР не ясно, во имя каких идеалов велась борьба, проливалась кровь. Тема «русской весны» совершенно выхолощена. Между тем, мировой конституционный опыт свидетельствует, что, как правило, в конституциях, принимаемых в результате национально-освободительной борьбы, апелляции к этой борьбе находит соответствующее отражение. То что контекст «русской весны» и национально-освободительной борьбы в ЛК ДНР отсутствует, указывает на нежелательность его фиксации для разработчика. Это может означать только установку на снятие препятствий для государственного единения ДНР и Украины. Все, что могло бы быть интерпретировано в ракурсе антимайдановского подхода, из ЛК ДНР изъято.

В преамбуле ЛК ДНР говорится, что Конституция принимается на основе достигнутого гражданского мира и согласия. Ни мира, ни согласия, как известно, нет. Да и установление его с необандеровской стороной вряд ли возможно. О каком согласии и с кем заявляет, в таком случае, разработчик проекта ЛК ДНР? Вероятно, соглашение с необандеровской стороной о неком ассоциативном сосуществовании им все-таки предполагается.

Текст ЛК ДНР начинается с указания на то, что Конституция Донецкой Народной Республики принимается как утверждение прав и свобод человека. Права и свободы человека позиционируются, таким образом, как главная ценность. Статья 3 ЛК ДНР прямо утверждает, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Идеологии, как известно, различаются именно по приоритетности тех или иных ценностей. Идеология, заявляющая высшей ценностью права и свободы человека – это идеология либерализма. Именно так определяется либерализм в большинстве учебников и справочных изданий. Принимая соответствующую формулировку, Донецкая Народная Республика позиционируется как либеральное государство. Вызывает большое сомнение, что борьба Новороссии велась во имя идеалов либерализма. Напротив, либерализм исторически и стал главным идеологическим оружием по осуществлению распада русского мира. Союз либералов с националистами – это, как раз, идеология Майдана, но не «русской весны».

В определении в качестве высшей ценности прав и свобод человека не находится места ни для существования государства, народа, семьи, национальных исторических традиций. По логике принятого определения жертвенность защитников Отечества недопустима, поскольку приоритет отдается ни Отечеству, а человеку, с его правом и свободами.

Приводимый в статье 58 текст присяги Главы Донецкой Народной Республики также подтверждает либеральный характер представленного конституционного проекта. Обязанности Главы ДНР, согласно содержанию присяги, сводятся к соблюдению законов, уважению и обеспечению прав и свобод человека и гражданина. Ни в чем другом он не клянется: ни в защите суверенитета ДНР, ни в развитии материальных и духовных потенциалов народа. Права и свободы оказываются, таким образом, в логике разработчика более значимы, чем само существование Донецкой Народной Республики.

Статья 9 ЛК ДНР устанавливает запрет на государственную религию и государственную идеологию. В сочетании с утверждением высшей ценностью прав и свобод, это означает, что запрещается любая государственная идеология, кроме либерализма. Запрет идентичной государственной идеологии – важнейший конституционный механизм десуверенизации. Через такой запрет ДНР лишается, по сути, права на собственное мировоззренческо-ценностное целеполагание. Проект «русской весны», как и всякий социальный проект, имеет свою ценностную матрицу. Запрет государственной идеологии в ДНР означал бы и запрет принятия ценностей этого проекта как матрицы нового государствостроительства.

В представленном в статье 5 перечне видов собственности на первое место поставлена частная собственность. По логике такой расстановки, она оказывается более важной, чем государственная собственность. В этом также обнаруживается разработчика либеральному подходу приверженности частного над общим, государственным.

Ключевая в экономическом отношении проблема — вопрос о собственности на землю и недра. Разработчик в статье 5 указывается, что «земля и другие природные ресурсы… используются и охраняются как основа жизни и деятельности народа». Но о том, могут ли частные лица обладать собственностью на природные ресурсы страны, ничего не говорится. Из отсутствия соответствующего запретительного положения следует, что таким правом частные лица наделяются (все, что не запрещено, то разрешено). В ЛК ДНР отсутствует и запрет, или ограничение, на наличие иностранной собственности в Новороссии. Это означает, в частности, что природные ресурсы в республике могут быть скуплены иностранцами, включая представителей промайдановского олигархата. Открываются, таким образом, прямые возможности осуществления экономической десуверенизации. Содержание статьи 12, по сути, дублируется в статье 29, что указывает, кроме того, на низкую профессиональную пригодность текста проекта.

Статья 12 проекта ЛК ДНР апеллирует к «общепризнанным принципам и нормам международного права». Они в тексте статьи называются впереди Конституции ДНР. Такая апелляция также противоречит суверенности Донецкой Народной Республики. Маркер общепризнанности в современном мире, по сути, монополизирован Западом, как мировым геополитическим гегемоном. Общепризнанный в либеральной терминологии означает фактически американоцентричный. Отсылка к общепризнанным принципам и нормам международнога права подразумевает, что вопросы жизни ДНР будут решаться не в соответствии с собственным пониманием и собственными ценностями новороссов, а под углом взгляда внешних авторитетов. Если судьба Новороссии решалась бы сегодня с позиций международного большинства марионеточных по отношению к США государств, то, очевидно, это решение было бы принято в интересах Киева и Вашингтона. «Русская весна» в своих идейных основаниях и состоит в борьбе за право на собственную цивилизационную парадигму развития и в оппонировании концепту общечеловеческого (равно западного) универсализма. Апелляция к общепризнанности содержится также в преамбуле и статье 48 проекта ЛК ДНР.

В отношении деятельности иностранных граждан в проекте ЛК ДНР отсутствуют какие-либо ограничения, или оговорки. Не создается конституционных препятствий для антигосударственной пропаганды, развертки сценариев «оранжевой революции». Установленная статьей 22 свобода массовой информации не содержит необходимых оговорок об антигосударственной пропаганде в СМИ.

Запрет государственной цензуры лишает государства важнейшего инструмента в обеспечение информационной суверенности. Цензурирование СМИ и интернета существует во многих странах мира, имея соответствующее законодательное закрепление. Необходимо было бы внесение положения об общественном национальном контроле за деятельностью СМИ и в ДНР. Такая необходимость продиктована масштабным пропагандистским наступлением, ведущимся против Новороссии со стороны киевских и западных средств массовой информации.

Статья 39 п. 3 предоставляет каждому право «в соответствии с международными договорами обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты». Межгосударственные органы ставятся выше судебных органов Донецкой Народной Республики. Статья 39 явным образом устанавливает систему ограниченной суверенности ДНР в вопросах права. Предполагается, что права и свободы человека в Новороссии могут не соблюдаться. Высшим же арбитром определяется Запад, где и сосредоточены соответствующие межгосударственные правовые институты.

Конституция, согласно проекту ЛК ДНР, принимается не от имени народа, а от лица Республиканского Собрания. Проблема в данном случае заключается не в процедуре принятия. Конституция может быть принята как референдумом, так и, ввиду военных действий, законодательным органом государства. Принципиально важно другое – кто объявляется субъектом принятия – народ Новороссии, или группа депутатов. Очевидно, что формулировка о принятие Конституции народом, или от лица народа дает необходимую легитимность. Предложенная же в проекте ЛК ДНР формулировка – Республиканское Собрание, опирающееся на соответствующие ценности, принимает Конституцию – уровень легитимизации Основного закона принципиально понижает. Декларированные в преамбуле ценности и цели – это только ценности и цели группы лиц, а не всего народа. А если это так, то принятая от имени одной группы лиц Конституция может быть дезавуирована, отменена и заменена другой группой. Процедурно по проекту ЛК ДНР это сделать достаточно легко. Очевидно, что принятие Конституции в такой версии оставляет максимально широкие возможности для ее отмены.

Проведенное рассмотрение доказывает подрывной, провокативный характер проекта ЛК ДНР. Принятие его в качестве основы конституционного строительства в Донецкой Народной Республике нанесло бы существенный удар по всему национально-освободительному движению в Новороссии. Не допустить принятия ЛК ДНР является в настоящее время важнейшей задачей отстаивания завоеваний «русской весны».

http://vbagdasaryan.ru/o-liberalnom-proekte-konstitutsii-donetskoy-narodnoy-respubliki/