Мои личные сомнения и неприятие заявленной российским руководством военной кампании против Исламского государства вызваны тем, что мне пришлось довольно подробно изучить феномен ИГИЛ при написании книги о нем. ИГИЛ не выглядит каким-то новым и неведомым словом, в истории Ближнего Востока подобные образования возникали неоднократно. Последний раз ближайший аналог Исламского государства - Саудовская Аравия - прошла практически тот же самый путь, теми же самыми средствами и с той же самой идеологией практически на том же самом месте.

Дважды Саудовская Аравия была разгромлена и прекращала свое существование, однако в третий раз, воспользовавшись катастрофой Османской империи, она сумела не только возродиться, но и утвердить свое существование. Надолго или нет - это, конечно, вопрос. Вторая версия Королевства просуществовала примерно 70 лет, так что нынешняя реинкарнация государства Аль-Саудов тоже может быть не окончательной.

У заявленной Кремлем кампании против ИГИЛ сегодня нет ничего, кроме деклараций. Конкретики пока - ноль. Смутная задача "борьбы с терроризмом" выглядит не более чем лозунгом о борьбе с империализмом с трибуны очередного съезда КПСС. Скорее, под прикрытием этого лозунга могут решаться совсем иные, чем заявлено, задачи. На эту мысль наводит и идущая аналогичным образом "война" западной коалиции с ИГИЛ - демонстративные точечные налеты с последующим крайне хвастливым отчетом о неимоверной эффективности бомбежек сараев, одиночных тачанок и песчано-каменистых пустошей.

ИГИЛ, кстати, не отстает: показательная расправа с пленным иорданским летчиком продемонстрировала несгибаемую волю к победе в условиях коварства и мощи неверных. В реальной жизни вся эта война ведется скорее в Ю-Тубе и телевизоре, чем на самом деле. Действия ИГИЛ совершаются абсолютно вне зависимости от любых налетов авиации коалиции - как будто ее и нет. Авиация бомбит боевиков примерно так же - никто не может точно сказать - эти ребята вообще точно ИГИЛ бомбили?

Подробнее об истоках современного арабского терроризма в статье:
Арабский терроризм, нацистское подполье и советские спецслужбы
А так же в статье:
Связи арабов и нацистов

Государственные интересы России в заявленной войне, безусловно, имеются. Главный из них - существенное ослабление боевых возможностей ИГИЛ и Исламского фронта, так как обе эти группировки являются пусть и в разной степени, но угрозой России как вне нашей территории, так и внутри нее. Не разгром - подчеркну особо, а именно ослабление. Разгромленный ИГИЛ или прозападный Исламский фронт опасен прежде всего массовым возвращением боевиков по домам - а с учетом того, что во всех нынешних террористических группировках воюет не менее 10 тысяч выходцев из России и стран СНГ, такое количество возвращенцев станет довольно серьезной проблемой. Пусть даже половина из них погибнет в боях, но половина-то вернется.

В реалиях современной России, где царит кромешная несправедливость, а по стране в полный рост идет кризис и в экономике, и управлении, и политической жизни, появление кристаллизующего начала исламистов может запустить самые разные процессы в исламских регионах страны. К ним, кстати, теперь относятся не только места традиционного проживания народов, исповедующих ислам, но и северные нефтегазовые провинции и мегаполисы - в них количество инокультурных приезжих, в последние два десятилетия существенно увеличилось. Опасность появления боевиков, имеющих опыт ведения современной иррегулярной войны в городских условиях, в российских мегаполисах, разъяснять, видимо, не стоит.

5 тысяч возможных "возвращенев" - это конечно, капля в море, однако не стоит забывать эмпирическое правило 10-10-10. На одного боевика приходится примерно 10 человек, готовых оказывать ему деятельную помощь, и около 100 - разделяющих в той или иной мере его взгляды и идеи. Понятно, что далеко не все из этих людей готовы брать в руки оружие, но эти десятки и сотни тысяч симпатизантов - серьезный мобилизационный ресурс. Для пяти тысяч "возвращенцев" это более полумиллиона сочувствующих им. Причем чем серьезнее станет развиваться внутренний кризис в России - тем более радикальной станет эта группа населения. А развиваться он будет - нынешняя команда воров и бездарей у власти не позволяет появиться ни тени сомнения в подобном утверждении.

Подробнее об арабской психологии глазами экспертов и исследователей в статье:
Арабская психология и национальный характер
а так же в статье:
Психология работы с арабами

Стоит отметить, что "ослабить" ИГИЛ - задача не менее сложная, чем его разгром. Она предполагает ведение затяжной войны на истощение и блокирование территории Исламского государства. Ключевой проблемой ИГ является его ресурсная необеспеченность - и удержание его в нынешних рамках и границах через некоторое время гарантировано подорвет наступательные возможности Исламского государства: чем меньше ресурсов, тем меньшую армию смогут содержать руководители ИГИЛ, тем скорее им придется переходить от стратегии экспансии к стратегии выживания.

Примерно по тем же причинам в 20 годы 20 века прекратилось расширение территории Саудовской Аравии: у Абдель-Азиза не было возможности содержать бОльшие отряды фанатиков-ихванов, территория его королевства не могла без экономической катастрофы изыскать дополнительные ресурсы, на чем расширение территории и завершилось. Особо упоротых "братьев" пришлось истребить, а террористическое Гуляй-поле Абдель-Азиза довольно быстро встроилось в мировой порядок в качестве периферийной и дикой, но тем не менее вполне вменяемой и почти цивилизованной страны.

Такое развитие событий устроило бы Россию, безусловно, больше всего. Проблема в том, что войну на истощение могут не потянуть ни Сирия, ни Ирак - они сами истощены, причем режим Асада - до состояния полной дистрофии. Россия, кстати, тоже не выглядит могучей военной державой, способной на удалении вести продолжительную, пусть и локальную, войну. США на Афганистан и Ирак потратили два триллиона долларов за десять лет.

У нас нет даже десятой части такого бюджета, который мы щедро отломим на ведение ближневосточной войны. Нам еще платить и каяться за поражение на Украине, а российское чиновное ворье с гораздо большим интересом будет рвать глотки друг другу за тощающий бюджет, чем за мифические для них госинтересы где-то на другом краю Галактики. В общем, теоретически интересы повоевать есть, но с практической точки зрения есть глубокие сомнения в их реализации.

Почему восточные страны оказались в таком состоянии:
В чем причина отсталости восточных стран
а так же в статье:
Почему арабы не добиваются успеха?

Вполне возможно, что заявленная кампания против ИГИЛ - вообще блеф. Путин и его команда лгут уже настолько часто и много, что определить, где именно в их словах правда, весьма затруднительно. Для его обожателей все это объясняется очередной "военной хитростью" и непознанной мудростью Вождя, а любые сомнения опровергаются лозунгом: "Это геополитика!" - на чем оппонент должен посрамленно заткнуться. Однако в совокупности с реальными делами слова российского руководства больше напоминают какие-то рефлекторные дергания и метания, чем обдуманные действия.

Тем не менее, у блефа есть одна неприятная особенность. Оппонент, которому блеф и адресован, может уютно устроиться в кресле и заинтересованно ждать, когда блефующий будет вынужден громко и неаппетитно обоср...ться, доказав на деле свою полную несостоятельность. Если он слишком горд, чтобы допустить такое фиаско, он будет вынужден начать исполнять угрозы, загоняя себя все глубже в тупик. Пока сирийская авантюра очень сильно напоминает именно этот сюжет. Сидеть ровно три года и спокойно смотреть на истекающую кровью Сирию, чтобы теперь вдруг вскинуться и обгоняя собственный визг, начинать что-то делать - это, конечно, продуманная политика. Ага. Мы уже насмотрелись на эту продуманность на Донбассе, спасибо.

В политической области, прямо скажем, пока грядущая война вызывает определенные сомнения. Однако есть еще и сугубо военный аспект. И с ним тоже не все так однозначно, как любила говорить одна офицерская дочь.

Неясность политической задачи, которую будет решать Россия, ввязываясь в сегодняшних, совершенно невыгодных со всех точек зрения, условиях в войну на Ближнем Востоке, создает сложности и в оценке сугубо военной составляющей будущих действий.

Почему причина упадка арабских стран - мировоззрение, в статье:
Почему деградируют мусульмане?

Задача любого командира еще до прямого боестолкновения с противником, заключается в сложной организационной и предварительной работе. Во-первых, он должен создать адекватные условиям и поставленной задаче организационные структуры, обеспечить их необходимыми инструментами, наладить обучение личного состава к ведению выбранного им способа войны. Вторым этапом подготовительных мероприятий является организация бесперебойного снабжения группировки войск с опорой на местные источники и защитой всех коммуникаций. Третий этап - создание аналитической и информационной структуры, позволяющей ему в реальном времени отслеживать оперативную обстановку, проще говоря - создание максимально плотной разведывательной сети.

Однако даже после выполнения этих, прямо скажем, не самых простых задач (которые предельно усложняются удаленностью и оторванностью экспедиционного корпуса от своей территории), до собственно войны и столкновения с врагом еще очень и очень далеко. Командир должен до соприкосновения с противником обозначить и провести маневры своих войск, обеспечивающие ему максимально выгодную позицию по отношению к противнику. При этом он же должен проводить прямо противоположные по своей сути контрманевры, блокирующие противника и его возможные перемещения. Пустынная и горная война (которую и предстоит вести российскому контингенту) в чем-то похожа на морскую - она ведется не на захват территорий, а за контроль над точками и узлами связности.

Это означает, что предстоит борьба за перекрестки дорог, города (которые и выросли на таких перекрестках), оазисы в пустыне, горные перевалы и ущелья. Неважно - рассчитывает ли российское командование на сирийскую и иракскую армию в деле ведения сухопутной войны или нет, но ему придется учитывать вероятность необходимости самостоятельно вести такого рода боевые действия. Как показал опыт афганской войны, надежды на туземные армии очень быстро развеиваются, и за дело приходится браться самостоятельно.

Еще о психологии арабского человека в статье:
Почему арабы плохие солдаты

Скорее всего, в Сирии (если в эту войну все-таки придется втягиваться) ситуация будет абсолютно аналогичной - сирийская армия будет заниматься военно-полицейской работой, а непосредственную войну с боевиками придется вести нашим войскам. Это, конечно, при условии, что война с ИГИЛ и Исламским фронтом вообще планируется, а не является блефом и прикрытием каких-то других задач (скажем, постыдной торговли по Крыму). В этой войне Россия может рассчитывать на помощь лишь небольших по численности элитных подразделений сирийской армии - той же Республиканской гвардии. Сил сирийской армии и ополчения сейчас совершенно недостаточно: это видно даже по последнему репортажу Евгения Поддубного, когда успешная операция на весьма локальном участке фронта может быть прервана ударом боевиков на другом участке - сил оборонять периметр и наступать даже в одном месте у сирийцев нет. Либо одно, либо другое.

Раз так - то ни о каком ограниченном контингенте российских войск нельзя говорить даже в принципе. Он будет совершенно неограниченным, и логика войны заставит наращивать его не в арифметической прогрессии, а гораздо быстрее.

При этом нужно понимать, что размытость общеполитической задачи будет постоянно висеть над командованием. Нужно будет наступать - но наступление в любой момент может быть приторможено или вообще прервано окриком сверху и какими-то сугубо политическими соображениями - в общем, Донбасс в чистом виде, когда даже полный военный разгром противника не будет означать его поражения. Нет гарантий, что в любой момент не появится гениальный план, набросанный на коленке в полете к месту очередного поиска амфор. Вой пропаганды заглушит мат командования, вынужденного подчиняться очередному руководящему бреду.

Еще одной неприятной особенностью конкретно этой войны является двузначность заявленных целей. С одной стороны, наши будут стараться ликвидировать как можно больше "своих" боевиков (а это означает, что в подобных операциях приоритеты будут определять спецслужбы), с другой - оперативная обстановка будет требовать чисто военных решений (где командовать должны армейские). По Донбассу уже видно, что создать единый командный центр так и не удалось. Разные отряды ополчения имели разные линии подчинения, в итоге все всегда превращалось в кашу, в которой разные ведомства решали свои задачи.

Вряд ли в Сирии будет как-то иначе, а это значит, что параллельно будет идти несколько войн. При этом необходимость координации действий с иностранными союзниками (у которых точно так же идет соревнование по своим внутренним линиям) будет создавать хаос в квадрате и кубе. В Афганистане, по крайней мере, было проще хотя бы в том, что там было понятно, кто главный - советские командиры или афганские. В нынешнем хаосе даже такого упрощения не предвидится - нужно учитывать еще и "партнеров" с Запада, которые будут воевать одновременно и с нами, и с нашими противниками.

Вот, в сущности, очень беглый и далеко не полный перечень проблем, с которыми столкнутся российские военные в Сирии. Ведение даже очень ограниченной войны на очень локальном участке упростит их задачу ненамного - практически все указанные сложности будут присутствовать даже при пассивном поведении россиян (а уж США постараются сделать все возможное, чтобы вывести наших из спячки - тут к гадалке не ходи).

Тем не менее, пока можно констатировать полный туман вообще везде: от постановки политической задачи (что именно наше руководство будет считать победой в этой войне) до сугубо организационных мероприятий. Никто не может сказать, на что способна сегодня российская армия после всех реформ, учиненных над нею. В героизме наших военных никто не сомневается, но героизмом принято прикрывать провалы на всех других направлениях. Ввязываться в одну из самых сложных по всем параметрам войн, не имея ни надежного тыла, ни уверенности, что твое руководство тебя не предаст в любой момент, ни гарантий того, что "партнеры" не нанесут удар в спину - в общем, даже этого перечня достаточно, чтобы испытывать большие сомнения в успехе столь безнадежного мероприятия.

Бездарно упустить все возможности и влазить в события на самом последнем этапе - это фирменный стиль современной России. Даже с закрытыми глазами можно узнать этот неповторимый идиотизм нынешнего Кремля. Если бы кремлевские небожители сами расплачивались за свой кретинизм - можно было бы удобненько устроиться в зрительном зале и с интересом наблюдать за происходящем. К сожалению, в зале будут сидеть как раз они. Свои ошибки, просчеты и предательство они предпочитают заливать кровью простых смертных.

http://el-murid.livejournal.com/2523448.html

http://el-murid.livejournal.com/2523678.html