А не утомил ли я всех становящейся все обширнее Сагой о Росатоме?.. Не ураном единым живет человек) И очень хочется побыть чуточку более серьезным – хотя бы для разнообразия, что ли.

Нам много говорят о войнах – о Второй и Первой мировой, о «холодной», о войнах во Вьетнаме, Алжире, Анголе, в Ираке, в Ливии… Но еще больше «нам молчат». Молчат о войне, которая началась больше сотни лет тому назад и ни на один день не затихала. О войне, само существование которой от нас стараются скрыть рассказами об отдельных стычках. О войне, которая определяет все развитие нашей цивилизации. О войне, которую ведут все со всеми, потому, что от исхода каждой отдельной ее битвы порой зависят судьбы целых стран и народов. Давайте попробуем увидеть, наконец, эту войну – пусть не всю картину целиком, но хотя бы общие ее черты.

Вступление

Все мы, считающие себя частью Русского мира, любим свою Родину. Любим, не смотря на то, что она порой неласкова к нам, что кто-то из нас брошен на произвол судьбы за сузившимися ее границами. И живем мы при этом в разгар информационной войны, когда западные, либеральные и ультра-патриотические СМИ, блогеры без устали льют ушаты помоев на Российскую Федерацию, на ее руководство.

Вот основные мотивы ведущейся информационно-пропагандистской атаки:

1) «Россия целиком и полностью зависит от экспорта нефти и газа, ни на что большее она не способна. Как только рухнут мировые цены на углеводороды, Россию ждет неминуемый крах, потому, что ни на что большее, кроме как качать нефть и газ, она не способна. А ресурсов этих у России мало, добывает она их неимоверное количество, потому крах ближе с каждым днем, а потому мы скоро все умрем».

2) «Руководство России – сплошь коррупционеры, тупорылые временщики, не способные мыслить стратегически, лебезящие перед Западом, делающие все во вред народу. Недра и богатства распроданы, национальные интересы преданы, мы сидим на нефтяной игле, Запад и «пятая колонна» победят нас со дня на день, и скоро мы все умрем».

3) «Против Запада Россия – никто, и звать ее никак, она не умеет бороться за рынки сбыта, за новые технологии, не умеет вести финансовую политику вне парадигмы подчинения интересам США и сателлитов. Будет рыпаться – растопчут падениями цен на нефть и газ, не будет рыпаться – сделают то же самое, а потому мы скоро все умрем».

4) «Могучее НАТО во главе с США многократно превосходит по вооружениям и их мощи нищасную Россию, океанские флоты и ПРО способны вмиг все покорить, ядерное оружие России безнадежно устарело, а военных и экономических союзников у России нет и быть не может. Что такое ЕврАзЭС, БРИКС против НАТО и ЕС? Денег на ускоренное вооружение у России нет, воевать мы не умеем, новое вооружение разваленной промышленности и растерявшему квалификацию предпенсионному персоналу не по зубам. Третья Мировая на пороге, мы к ней не готовы, а потому мы скоро все умрем».

Эмоционально мы понимаем, что нам – врут. Но противостоять всей изощренной пропаганде только эмоциями – без толку, нужны факты. Факты – есть, причем их много. Но факты эти разбросаны в грудах потока новостей «ни о чем». Такая вот у нас теперь журналистика: хлестать по нашим головам пожарами-наводнениями-авариями, забивать извилины сплетнями из жизни поп-звезд, леденить душу рассказами об убийствах, войнах – это просто, это звонко, это увеличивает тираж и доходы от рекламы. В этой груде гуано жемчужин фактов, говорящих о настоящей подоплеке происходящего – мало. Но они – есть. Давайте попробуем их собрать, коллекционировать и хоть как-то разложить по полочкам. Тогда споры наши станут не эмоциональными, а осмысленными, математически точными: мы сможем увидеть картину целиком, а не разрозненными фрагментами.

Энергетическая война. Введение 

Отказавшись в 1991 году от собственного пути развития, Россия «влилась в семью цивилизованных государств». Не буду делать даже попытки обсуждать, хорошо это или плохо, закономерность сработала или заговор удался, просто констатирую, как медицинский факт. Пофилософствовать и без меня есть кому, слава богу. С этого самого 1991 года все беды и проблемы глобализованного мира стали бедами и проблемами России. Это – не считая того, что у России полным-полно и собственных проблем. Решать одни, не замечая других – не получится.

Прежде, чем разбираться «как решать», нужно четко понимать – «ЧТО решать». И танцевать надо, как водится, «от печки» – от главной проблемы, которая и определяет все частные, отдельные. При этом, само собой, на истину в последней инстанции я и не пытаюсь претендовать, это просто мысли вслух человека, убежденного в том, что основа нашей цивилизации – Ее Величество Энергетика. Мне эта гипотеза кажется логически обоснованной, но мнения ведь могут быть самые разные.

Что такое развитие цивилизации в целом и в отдельных странах с точки зрения любого человека, мыслящего цифрами? Ответ прост – неуклонный, не останавливающийся рост, рост и рост потребления энергии. Наглядно это можно видеть в расчетах Международного Экономического Агентства:

Мировое потребление энергии в ТУТ:

1960 - 6,0 млрд

1980 - 10,0 млрд

2000 - 16,0 млрд

2011 - 18,0 млрд

* 1 ТУТ (тонна условного топлива) – порядка 700 литров нефти

Еще раз: рост цивилизации нашего, послевоенного времени наиболее нагляден именно в этих цифрах. Какими бы ни были политические перипетии, какие бы локальные войны в разных регионах не происходили, какие бы революции и прочие арабские вёсны не трещали, человечество год за годом потребляет энергии все больше, больше и больше. Рост этот и не думает останавливаться: нас самих становится все больше, на севере мы не хотим мерзнуть, возле экватора мы не хотим потеть, и повсеместно нам каждый день хочется кушать. Социализм на дворе или капитализм, Майдан или Рейх, Альенде у власти или Пиночет – нам то жарко, то холодно, нам хочется пить, кушать, и чтобы вода из крана шла.

Чтобы получать столь нужную нам энергию, человечество во все времена использовали те или иные природные ресурсы. И структура используемых ресурсов — еще один набор цифр, наглядно показывающих, как, за счет чего именно идет развитие нашей цивилизации. Вот эти цифры в изложении того же МЭА: Мы перестали топить печки дровами. Нам негде больше строить громадные плотины ГЭС, затапливая огромные участки земли. Нам не нравится дым и пыль от угольных ТЭЦ. Ветровая, солнечная, приливная, геотермальная энергия по прежнему слишком дорого обходятся, нам все больше нравятся энергия газа и энергия атома — самая дешевая из всех имеющихся в нашем распоряжении.

http://politarktika.ru/_nw/5/38057519.jpg

Но есть и еще одна закономерность, делающая мир все более напряженным, тревожным, готовым на большие и малые конфликты. По данным все того же МЭА, в 1960 году развивающиеся страны потребляли всего 12% мировой энергии. В 2000 – уже почти 30%. Оценочная цифра на 2020 – более 50%. Азия, Африка, Южная Америка «тянут одеяло на себя» все сильнее и сильнее, отбирая его у Старого Света и США. А у «хозяев мира» — не то, что просто стабилизация, а уже и тенденция к уменьшению потребления. Почему, собственно?

Снова — цифры, сухие и точные. 1900 год – коэффициент использования энергии первичных источников — 9%; в развитых странах в 1980 году – 23%, оценка для них же на 2030 — от 36 до 40%. За счет технологического прогресса растет КПД топок ТЭЦ, реакторов АЭС, турбин ГЭС – развитые страны охотно инвестируют в эти направления, благо денежные ресурсы именно в их руках. А у развивающихся стран свободных денег – нет! И работают небольшие ТЭЦ на дешевом местном угле, без всех этих дорогущих «прибамбасов»: дожигание и очистка/конверсия дымовых газов, утилизация/захоронение зольных остатков, замкнутый водный цикл и прочее. Дорого!

А еще в развивающихся странах стремительно растет население, которое кушать хочет. МЭА умеет считать затраты энергии и в производстве продовольствия. Если учесть все расходы — выпуск и ремонт сельхозтехники, улучшение посевного фонда, разведение племенного скота, производство удобрений и пестицидов и обработка ими полей, полив, сбор, хранение, транспортировка, переработка сельхозпродукции, то для США и ряда стран ЕС на производство 1 пищевой калории тратится 15-20 калорий! Потому совершенно не случайны огромные государственные субсидии в этих странах в сельское хозяйство: как только кончатся такие субсидии, цена на продукты станет абсолютно не конкурентоспособной.

Любые государственные дотации – это уже не «свободный рынок», про который нам усердно вещают СМИ. Это – не конкуренция. Это – холодная экономическая война с энергетической подоплекой. Война, которая шла, идет и будет идти ВНЕ зависимости от того – социализм в данной стране или капитализм, развеселая демократия или мрачная тирания, монархия или анархия. Прекратить ее может только всемирная победа учения Маркса, то есть срок окончания этой войны — никогда. В нашем мире ни на один день не прекращается уже сотню лет бесконечная мировая энергетическая война всех со всеми. В разное время и в разных регионах битвы становятся то «холодными», то «горячими», а теперь вот еще более изощренный вариант наблюдается – «гибридный».

Истина проста и груба: острота энергетической ситуации нарастает во всем мире, и агрессивны все (кроме тех, кто окончательно опустил руки и не борется за комфортное существование и развитие своего государства). И в ближайшие десятилетия это будут войны развитых стран с развивающимися, поскольку последние хотят столь мощно расходовать дефицитные энергоресурсы. Это будут войны потребителей энергоресурсов с держателями энергоресурсов. Это будут войны сил и групп, по-разному расходующих эти энергоресурсы. И еще это будут войны держателей неэнергетических жизненно важных ресурсов с держателями ресурсов энергетических.

Поясню. Eсли у вас голод и эпидемии, вы отдадите все свои энергоресурсы ради спасения населения вашей страны тому, кто даст продовольствие и медикаменты. И никуда не исчезнут войны вполне традиционные: если у вас слабы армия и ВПК, то чего ж не отобрать у вас энергетические ресурсы, раз ситуация такая острая? Цифры, демонстрирующие неуклонный рост потребления энергии и дефицитность ее источников отображают реальность за окошками наших домов куда как более объективно, чем трескотня любых политиков, журналистов и прочих политтехнологов.

Войнам – быть! Горячим и холодным, гибридным и примитивным, большим и малым, коротким и долгим. Нам повсеместно разонравился Маркс, «потому что Сталин Троцкого в ГуЛаге топором по башке расстрелял» – значит, мы сделали свой окончательный выбор в пользу креста энергетических войн, которые могут кончиться не раньше, чем исчезнет наша цивилизация. Я не собираюсь обсуждать, почему такой выбор состоялся, я просто констатирую факт: выбор сделан, Рубикон перейден, войнам – быть.

Собственно говоря, предлагаю действовать по классической схеме, которая совсем не хитра: кто гипотезу выдвинул, тот ее и должен обосновать. Гипотеза, если коротко: все, что мы видим в мире политики вне России и в ней самой – отголоски одной большой Энергетической Войны, идущей одновременно на самых разных фронтах. Эксперимент поставить, как самое бесспорное доказательство, слава богу, не получится - объектом для него надобно использовать страны и континенты, потому предстоит собрать факты, цифры, имена-пароли-явки. Будет скучновато, но это только поначалу, пока не разберемся с терминологией и воюющими сторонами.

ЕС и Штаты упорно пытаются представить Россию как некоего агрессора, якобы пытающегося поставить на колени весь мир. На мой взгляд – откровеннейшее передергивание реальных фактов. Вот так уж распорядилась мать-Природа или Всевышний – тут уж кому что больше по душе, как говорится, что России нет нужды воевать. И дело не только в менталитете, в исторических традициях – это все важно, но не предмет обсуждения в этом цикле. Все просто: энергетических ресурсов у России столько и в таком ассортименте, что ей никакие агрессивные войны не нужны от слова «вообще». Свое отстоять – так это не по собственной воле, а для того, чтобы жаждущие и страждущие чужих ресурсов слишком широко рот не разевали. Но все только что сказанное – мнение в ответ на мнение, эмоции в ответ на эмоции, а это не интересно.

Давайте сформулируем вопросы. Ведет ли в реальной действительности Россия агрессивную энерговойну? А, может, все наоборот — Россия производит некие несистемные, непоследовательные «энергодвижения», а против нее ведут тонкие, холодные, расчетливые, системные «энерговоенные действия»? Интересует ли руководство России только нефть с газом или все как-то иначе? Да, необходимая оговорка. Я не пользовался ни одним закрытым источником информации — просто попытался по крупицам собрать и привести в систему все, что рассыпано мелкой дробью в источниках открытых.

С чего начинать? Как всегда – от печки. Если предполагаем, что Энергетическая Война действительно идет, то надо, прежде всего, понять, за какие, собственно, ресурсы, за какое их количество идет энергетическая война. Что у кого есть, сколько стоит, как извлекается и так далее. И, конечно, не стоит даже пытаться проанализировать все энергетические ресурсы разом – не получится, слишком объемен материал. В первой части этого цикла заметок есть замечательная инфографика от МЭА – чего и сколько потребляет человечество. Вот берем самую большую долю в энергобалансе – нефть. С нее и стартуем.

Но для начала – необходимое отступление, без которого просто никак. Как, собственно говоря, относиться к цифрам о ресурсах в той или иной стране, как и чем «ресурсы» отличаются от «резервов»? Журналисты больших СМИ очень часто путают, смешивают эти два понятия, пытаясь перетащить кашу из своих голов в наши. А нам такой футбол не нужен!.. Если у серьезного специалиста спросить: «А сколько в мире есть нефти, газа, угля, урана?«, честный ответ от него может быть только один: «Никто в мире в точности этого не знает». И причин для такого именно ответа – много.

Во-первых, человечество умнеет: создаются все новые и новые методы выявления месторождений, добычи и переработки ресурсов. Уже поэтому с каждым годом цифры в ответ на вопрос «Сколько?» меняются и меняются. Тут израсходовали месторождение на ХХХ тонн, а вот там нашли на УУУ…

Во-вторых – деньги, которые в наше время так важны. При цене на нефть в 120 долларов за баррель арктическая нефть — извлекаемый ресурс, добыча, переработка и транспортировка которого принесут прибыль. При цене 20 долларов за баррель эта нефть интересна только геологам.

В-третьих – на войне как на войне: поскольку имеет место всеобщая схватка всех со всеми, сокрытие точных цифр – дело нужное, оправданное, а уж впарить противникам дезинформацию – дело доблести и чести. Если то или иное месторождение – в собственности того или иного государства, то оно цифры своих запасов может вообще объявить государственным секретом и не раскрывать их (именно такое решение приняла РФ). Если месторождение в частной собственности — еще хуже: достаточно ведь заявить, что в этой вот скважине 100500 миллиардов тонн нефти и столько же кубометров газа – и твои акции на бирже взлетают в цене. Ну, а при громогласном крике о том, что у конкурента скважины практически пусты ты можешь обрушить его акции. Повторяю: Энергетическая Война суть война всех против всех.

Опираться приходится только на следующее определение понятия «ресурс»: та часть резервов, которая при существующем уровне технологи добычи и переработки, при нынешней конъюнктуре цен будет добыта с вероятностью в 90%. Сланцевая нефть при цене 100 долларов за баррель – ресурс. Та же нефть при 30 долларах за баррель – уже резерв. При этом переходы из одной ипостаси в другую происходят то и дело, в зависимости от биржевых цен и махинаций с ними. Потому, чтобы понимать происходящее не со слов журналистов, а собственной головой – приходится постоянно следить за каждой фразой. Ну, или не напрягаться и получать удовольствие – тут уж каждый решает сам.

Но и это еще не все. На вопрос «Сколько?» мгновенно наслаиваются новые вопросы. Сколько есть в резервах и сколько — в ресурсах? Насколько перспективны резервы с точки зрения развития технологий и курса цен? Где и у кого именно есть? Какого качества? Как взять и доставить потребителю? Сколько добывается и сколько уже добыто? Как будут выглядеть завтрашние и послезавтрашние «есть» и «осталось»? Очевидно, что на каждый вопрос – множество оговорок и сомнений, сознательной фальсификации, а потому в Энергетической войне – широчайшие возможности для использования самых разных мифов, самой разной пропаганды, контрпропаганды и просто вранья.

Чтобы отсечь хотя бы часть дезинформации разных сортов, часто бывает достаточно использовать один эмпирический закон, опровергнуть который пока никто не может. В середине 50-х века минувшего американский геолог Мэрион Кинг Хабберт сформулировал для добычи любых невозобновляемых ресурсов правило, с тех пор носящее его имя. Опровергнуть его пока никто ни разу не смог – ни для нефти, ни для газа, ни для угля, ни для урана, поэтому не знать его нельзя. Оно несложное, никаких формул: 1) добыча начинается с нуля; 2) добыча повышается до пика, который никогда не может быть превзойден; 3) как только пик пройден, наступает падение добычи, пока ресурс не будет исчерпан.

С той поры, когда было сформулировано правило Хабберта, человечество и спорит о том, пройден ли пик по тому или иному ресурсу, думает о том, что делать, когда ресурс закончится окончательно и бесповоротно. Правило Хабберта стали применять не только в геологии, но и при оценке количества, к примеру, рыбных ресурсов, сельскохозяйственных земель. И, повторюсь – пока ни одного исключения не зафиксировано. Так что, когда нам вещают о супер-пупер месторождениях, надо помнить: как бы хорошо все ни звучало, от Хабберта не уйти.

Как относиться к тем или иным публикуемым цифрам по ресурсам и резервам? Предлагаю применять не самый хитрый метод – он срабатывает почти всегда. Чтобы понять, почему оценки ресурсов и резервов такие разные в разных источниках и у разных авторов, надо внимательно присмотреться к «ведомственной» принадлежности авторов оценок и СМИ, которые эти оценки публикуют. Война есть война, дезинформация противника – дело чести. В «углеводородном мире» на сегодня есть всего три крупных международных межгосударственных альянса – ОПЕК, МЭА и развивающийся медленно, но упорно ФСЭГ.

ОПЕК (OPEC – Organization of the Petroleum Exporting Countries) – межгосударственная организация, зарегистрированная в качестве таковой в 1962 Секретариатом ООН. Хотя мы слышим о делах ОПЕК очень много, она не так уж многочисленна – всего-то 12 государств. Вот они, по латинскому алфавиту: 1) Алжир; 2) Ангола; 3) Эквадор; 4) Иран; 5) Ирак; 6) Кувейт; 7) Ливия; 8)Нигерия; 9) Катар; 10) Саудовская Аравия; 11) Объединенные Арабские Эмираты; 12) Венесуэла.

Очевидно, что имеем дело с теми, кто добывает и продает – это страны, официально признающие, что «сидят на нефтяной игле» и ничуть этого не стесняющиеся. Заинтересованы как в высоких ценах на нефть, так и в стабильности продаваемых ими объемов – заботятся о собственных бюджетах, как умеют и как получается. Данные по ресурсам в странах, входящих в ОПЕК, сама ОПЕК привыкла завышать, делает это много лет и с большим удовольствием. Причины просты: квоты на добычу, которые ОПЕК выписывает для той или иной страны, определяются в процентах к общему количеству имеющихся у этой страны ресурсов. Чем больше резервы – тем больше квота в абсолютных цифрах, тем больше денег в казне.

МЭА – Международное Энергетическое Агентство (IEA — International Energy Agency), автономный международный орган в рамках ОЭСР (Организация Экономического Сотрудничества и Развития). Зарегистрировано в 1974, 29 членов. Заявленная цель – «содействие международному сотрудничеству в сферах совершенствования мировой структуры спроса и предложения энергоресурсов и энергетических услуг». Звучит красиво, НО. Появилось МЭА в 1974, сразу после нефтяного кризиса 1972 года, по инициативе США. Вот состав. 1) Австралия. 2) Австрия. 3) Бельгия. 4) Великобритания. 5) Венгрия. 6) Германия. 7) Греция. 8) Дания. 9) Ирландия. 10) Испания. 11) Италия. 12) Канада. 13) Люксембург. 14) Нидерланды.15) Новая Зеландия. 16) Норвегия. 17) Польша. 18) Португалия. 19) Словакия. 20) США. 21) Турция. 22) Финляндия. 23) Франция. 24) Чехия. 25) Швейцария. 26) Швеция. 27) Эстония. 28) Южная Корея. 29) Япония.

Вычеркиваем «примкнувшую к ним» Норвегию – получаем список потребителей, импортеров нефти и газа. Удивительно, но уже несколько лет подряд анализ уровня добычи в изложении МЭА содержит одну и ту же фразу: «МЭА прогнозирует снижение роста добычи нефти в России на … %». Цифры – разные, но фраза напоминает заклинание. Занимательно, что ни разу еще «заклинание» не сработало, но многих аналитиков это совершенно не смущает, они по прежнему верят МЭА на все 146%. Стоит ли быть такими доверчивыми?

Мне кажется, что МЭА изначально создавалась как некая структура с задачей не дать ценам на нефть и газ расти без их контроля, стараться выполнить задачи, прямо противоположные задачам ОПЕК. В ход идет дезинформация, биржевые спекуляции и даже цветные революции. Как это выглядит, я покажу на совершенно конкретном примере – на докладе компании ВР 2011 года, который почему-то считается «классикой жанра», на который и по нынешнее время любят опираться многие аналитики, делая оценки и прогнозы.

Да, сразу поясню, почему я связываю ВР и МЭА. ВР - это ведь давно уже не British Petroleum, от нее только аббревиатура и сохранилась. 39% акций – у английских юридических лиц, 40% — у юрлиц США, 10% — у юрлиц Европы, оставшиеся 11% — мелочь со всего мира. То есть контрольный пакет – у юридических лиц государств, входящих в состав МЭА. Потому когда говорят «доклад ВР», читать надо совершенно иначе – «Информация, вброшенная МЭА».

А какие именно вбросы следует ожидать от МЭА? Да ни разу не бином Ньютона: показать, как много ресурсов, резервов и благостных перспектив в странах, согласных на подчинение своих интересов интересам МЭА и насколько отвратительно и зыбко там, где смеют иметь собственное мнение. На мой взгляд, «BP Statistical Rewiew of World Energy 2011» - классика ведения Энергетической Войны на информационном фронте.

Это – сводная таблица от Вritish Рetroleum (BP) по запасам нефти, данные 2011 года, первые 11 стран. Нравится? Правдоподобно?

http://politarktika.ru/_nw/6/28897552.png

Какое-то время и я на все 100% доверял этим цифрам – пока не попытался тщательнее разобраться, откуда они, собственно, берутся. Почему цифры важны? Доклад как бы сугубо геологический, экономический – что тут такого интересного? Да все не так просто: ВР в своем докладе приводит и средние данные ежегодной добычи на территории каждой страны. Даны они, к примеру, и для России – 10,0 Мбд (Мбд – миллионов баррелей в день, некая стандартная единица измерения).

Тогда что значит цифра в 88 млрд баррелей для нас? 10.0 Мбд – это 3.65 млрд баррелей в год. Следовательно, за сухонькими цифрами доклада мы видим своеобразный «приговор» от МЭА в адрес России – через 24 года нефти у нас просто не останется. Просто цифра? Да нет – это жесткий совет инвесторам – имеет им смысл вкладываться в российский нефтяной сектор, или задуматься над тем, окупятся их вложения или нет. Сейчас на дворе 2016 год, с момента публикации доклада прошло 4 с лишним года, то есть, если данные точны, потенциальные инвесторы имеют перспективы поработать у нас 20 лет и никак не больше. Если цифры ВР точны – становится грустно. Если НЕ точны – значит, имеем дело с актом качественно подготовленной информационной агрессии. Давайте попробуем разобраться.

Первое место – у Венесуэлы. Как это она умудрилась обогнать Саудовскую Аравию-то? Секрет спрятан аж на шестой странице доклада: «Venezuela: Orinoco belt – 220,0».  Что это такое? В российских источниках – «тяжелая нефть бассейна реки Ориноко». И я решил посмотреть чуточку подробнее…

Классификация нефти, слава Богу, унифицирована с 1987 года: именно тогда она была принята на XII Мировом нефтяном конгрессе. Вот она:

  • легкие нефти  – имеющие плотность менее 870,3 кг/м3
  • средние нефти – плотность от 870,3 до 920,0 кг/м3
  • тяжелые нефти – плотность от 920,0 до 1000,0 кг/м3
  • сверхтяжелые нефти – плотность более 1000,0 кг/м3 при вязкости до 10 000 мПа*с
  • природные битумы – плотность более 1000,0 кг/м3 при вязкости более 10 000 мПа*с

Так вот нефть бассейна Ориноко – тяжелая. При всем уровне развития технологий никто толком с ней работать не умеет. В этом бассейне собрались нефтяные компании всех стран мира – Чавес разрешил им войти в состав СП с государством. И вот все вместе эти компании с огромным трудом освоили всего 4 участка – Ayacucho, Junin, Carabobo, Boyaca. И все, что удается добывать на них – 700 тысяч баррелей в день. А это – всего-навсего 25% от всей добычи Венесуэлы!

То есть 75% — это «нормальная», легкая нефть, ресурсов которой у Венесуэлы – всего 76,5 млрд баррелей, а это не первое, а восьмое место в мировой табели о рангах. Конечно, можно предположить, что ВР знает о неких секретных на сегодня технологиях, которые позволят Венесуэле резко увеличить добычу. Но ВР сама же и оценивает этот гипотетический рост до 2,2 млн баррелей в день к … 2035 году. При этом об этих загадочных супер-пупер технологиях в докладе – ни единого слова. Верить этим цифрам и этому странному прогнозу роста добычи – личное дело каждого. Я – не верю.

Но пусть я не прав,  давайте согласимся с оценкой ВР – пусть Венесуэла имеет полное право включить запасы своей тяжелой нефти в мировую статистику. Но есть еще одно государство, имеющее запасы нефти, почти на 100% совпадающие по качеству с оринокской – Россия. Такой нефти в месторождениях Татарстана и, к примеру, в месторождении Русском на Ямале – от 40 до 50 млрд баррелей. Но этих миллиардов российских баррелей в докладе ВР – нет!

Еще раз: 220 млрд тяжелой нефти Венесуэлы в докладе – есть, 40-50 млрд российской нефти – нет. Почему?

Ничего секретного, достаточно посмотреть, кому, собственно говоря, принадлежит компания ВР. Это ведь давно уже не British Petroleum, от нее только аббревиатура и сохранилась. 39% акций – у английских юридических лиц, 40% — у юрлиц США, 10% — у юрлиц Европы, оставшиеся 11% — мелочь со всего мира. То есть контрольный пакет – у юридических лиц государств, входящих в состав МЭА.

Заметив «финт ушами» с нефтью Венесуэлы, я куда внимательнее стал относиться к прочим цифрам.

Канада. Седьмая страница доклада, пометочка: «Сanadian oil sands: 169.2». Нефтеносные пески. Что за чудо? На той же странице доклада сама ВР пишет: «Under active development Canadian oil sands – 25,9 billions» — «разрабатываемые нефтеносные пески – 25,9 млрд баррелей». То есть эти самые пески в той самой долине реки Атабска только начали разрабатывать, исследовать, бурить – а ВР уже вогнала все эти цифры в свою статистику.

Это месторождение открыто черт-те когда – еще в 1778 году, но первые разработки начались в 1967. И разработка – экскаваторами! Черпают песок с глубины 50-70 метров и из него извлекают ту самую тяжелую нефть. Все, что глубже – вообще непонятно, как добывать и перерабатывать. Это даже не Венесуэла, где эта тяжелая нефть хотя бы теплая в силу климата, это на северо-восток от Эдмонтона, это -35 зимой, температура нефтеносного пласта не поднимается выше +5…

Как такое можно рассматривать всерьез – вообще непонятно. В 2010 году Канада сумела добыть аж 2,8 Мбд (миллионов баррелей в день), при этом 2,7 скупили США. Ну, кому такое, спрашивается, надо? Рост потребления нефти – это Европа и Китай, которым из таких вот ресурсов Канады ни капли не достается. Но Канада входит в состав МЭА, поэтому анализ ВР – такой, какой он есть.

На этом странности в докладе не заканчиваются. Саудовская Аравия, Иран, Ирак и ОАЭ, 2-е, 4-е, 5-е, 6-е и 7-е места в рейтинге ВР. Это – ОПЕК. Кризис нефти 1972 и исламская революция в Иране 1979 года стали толчком для начала жесткой экономии жидкого топлива странами МЭА – рынок стал стагнировать.

Напоминаю, что квоты на добычу ОПЕК выдает в процентах от ресурсов. Эта невероятно хитрая арабская хитрость стала причиной так называемой «гонки запасов». За 1982-1988 годы страны ОПЕК взяли, да и нарисовали себе почти 300 млрд баррелей извлекаемых запасов.

Рапортовали чуть ли не каждый месяц, но при этом… не называли, где же, собственно, находятся их новые и новые месторождения. Веселее всех себя ведут саудиты: они теперь «вечно молоды»: «У нас – 265 млрд баррелей запасов», и все тут! Ребята, на дворе 2015 год, вы уже 27 лет добываете и добываете, качаете и качаете, а цифра – все та же?! Ага – отвечают саудиты, и ВР согласно кивает – «Так и есть». Тоже надо верить, что ли?

Лондон, 2007 год, конференция Energy Intelligense – то время и то место, когда вице-президент государственной нефтяной компании Саудовской Аравии Aramco Садад Аль-Хуссейни взял, да и выдал реальные цифры. При этом должность, которую Аль-Хуссейни занимал в Aramco – отнюдь не синекура, этот человек руководил именно за геологоразведкой и развитием месторождений.  Если учесть данные, оглашенные человеком, который вынужден был сбежать из Саудовской Аравии в Бахрейн и квоты на добычу за 4 года до доклада BP, картина получится совершенно иной. Даю сразу с учетом канадских и венесуэльских реалий:

http://politarktika.ru/_nw/6/19785250.png

Итого – 439,7 млрд баррелей. А по данным ВР (приведенным выше), напоминаю, для этих 7 стран – 1230,7 млрд баррелей.

Цифры по Ливии, Нигерии и США я не перепроверял, про Россию разговор пойдет ниже. Что происходит в Ливии – тема отдельного огромного исследования, поскольку там идет гражданская война, и это всерьез и надолго. Штаты – это еще и пресловутая «сланцевая революция», которая заслуживает отдельного рассмотрения, Нигерия не имеет запасов такого объема, чтобы кардинально изменить ситуацию.

После такой вот «занимательной арифметики» стало мне как-то грустно, а потому я попробовал самостоятельно понять, каковы реальные запасы нефти у России. Почему самостоятельно? ВР дает цифру в 88,0 млрд баррелей на 2012 год. И в том же году (!) солидный западный аудитор DeGolyer&MacNaughton дает немного иную цифру. Чуть-чуть. 200 млрд! Господа западенцы, как вам верить-то?!

А кому верить? Российских данных о российских запасах в открытой печати просто нет, и быть не может, ибо такая публикация – уголовное дело. Нормально? Кто-то где-то, наверное, знает все точно, но мне, в Латвии сидючи, это откровенно «не по зубам»: в 1991 году на государственном балансе СССР числилось 2’500 нефтяных, газоконденсантных, газовых и смешанных месторождений. Две тысячи пятьсот! Оценить такое хозяйство персонально я – не в силах. Мне хватило двух месяцев, которые ушли, чтобы поднять информацию по относительно свежим, постсовестким месторождениям. Насчитал я их 81 штуку, но утомлять перечислением каждого и данными по их запасам не думаю, что стоит – проще дать итоговые результаты:

http://politarktika.ru/_nw/6/70840866.png

Следовательно, если Россия продолжит сохранять объем добычи на уровне 10,0 Мбд, что соответствует 3,6 млрд баррелей в год, только вот этих, новых месторождений хватает на 13 лет. Отражены они в докладе ВР или нет? Учитывая,  какие «нюансы»  видны в докладе не особо вооруженным глазом – вызывает сомнения.

Почему, говоря об уровне добычи нефти в России, мы привычно пользуемся «круглой» цифрой 10,0 Мбд? Ответ мне кажется довольно занимательным.

Есть такой «русский Садад Аль-Хуссейни» – Рей Леонард, трудившийся вице-президентом «Юкоса» по геологоразведке и развитию. В 2002 году на конференции в Уппселе он сделал очень примечательный доклад. Мало того, что он очень жестко «проехался» по цифрам ресурсов ОПЕК – Леонард дал невероятно точно сбывшийся прогноз по уровню добычи нефти в России. В 2002 этот уровень болтался вокруг 6-7 Мбд, и Леонард стал первым человеком, заявившим, что в 2010 Россия выйдет на цифру в 10,5 Мбд. Ошибка – 0,1 Мбд!

Воображение, фантазия, интуиция? Не знаю таких слов в такой отрасли, как нефтедобыча. Такой прогноз – это огромный уровень знаний, отличная аналитика. Вот в силу такого уровня компетенции Леонарда стоит, мне кажется, прислушаться и к прочим данным, приведенным им в том докладе: он оценивал запасы легкой нефти России в 119 млрд баррелей. Это, напоминаю – 2002 год. Если учесть уровень добычи за время, минувшее до публикации доклада ВР, то ресурсы легкой нефти России на 2012 – не менее 93 млрд баррелей, но эта цифра получается БЕЗ учета новых месторождений, открытых за эти 10 лет.

В 2008 году, когда уже было очевидно, что добыча в 10,5 Мбд, спрогнозированная Леонардом в 2002 – не фантастика, Рей выдал на-горА потрясающую фразу, ставшую «украшением» конференции ASPO-UPSA. Говорил Леонард о политике правительства РФ, процитирую: «Russia has simply decided that they will control production growth at 10 million barrels per day; they may well both be able to and decide to produce close to that level for a decade.» Перевод: «: «Россия просто решила, что она будет контролировать рост производства в 10 Мбд; они вполне могут  быть в таком состоянии и решили производить близко к этому уровню в течении 10 лет».

Вот так – «просто решила», и все тут. Эту фразу Леонард произнес не в 2002, а в 2008. Почему? Потому, что «просто решить» в 2002 году Россия не могла, а в 2008 – вполне, что и подтверждается происходящими событиями: с 2010 года цифра годовой добычи нефти не меняется (если не считать колебаний в десятые доли). В чем дело? В 2002 Рей Леонард – вице-президент ЮКОС, а в 2008 и ЮКОСа нет, и Леонард – просто эксперт. Воленс-ноленс, придется припомнить вкратце события вокруг этой компании, но это отдельная история, а пока давайте попробуем сделать выводы из полученных цифр, не обращая внимания на мои «самоделкинские» подсчеты того, что, судя по всему, в докладе не учтено – те самые почти 14 млрд баррелей в запасах вновь открытых месторождений на территории России. Обращу ваше внимание еще и на то, что в докладе ВР нет данных и по нашему арктическому шельфу – они появились позже.

Если не принимать во внимание тяжелую нефть, но учесть реальные данные по ОПЕК и России, то мировая табель о рангах по запасам нефти получается следующей:

http://politarktika.ru/_nw/6/94365786.png

Что нам дает эта табличка? Повод гордиться тем, что Россия – едва ли не самая богатая в мире страна по запасам нефти? Ну, с одной стороны – почему бы и нет. С другой – эти данные позволяют совсем по-другому взглянуть на один из заунывных либеральных мифов. Помните, наверное: «Вот-вот в России кончится нефть, и вся ее экономика полетит в пропасть, мы будем бедствовать и нищенствовать». Но цифры показывают – одновременно с российскими запасами закончится нефть и во всех остальных странах, разве что с разницей в 2-3 года.

«Нефтяной крах» не будет индивидуально российским, а – общемировым.

Плохо станет отнюдь не только РФ: ведь на пресловутой «нефтяной игле» сидят все промышленно развитые страны мира! Посмотрите на собственный автомобиль или, за неимением такового – на городской автобус. Резина колес – это продукт нефтехимии, топливо в баке – нефть, кожзаменитель на сиденьях – снова нефть. Мировые гиганты легкой индустрии – рибоки с адидасами и найками – синтетическая ткань для одежды и обуви. Радиоэлектроника – это синтетические корпуса телевизоров, компьютеров и прочих кухонных комбайнов. Перечислять можно бесконечно, но от страшилки о том, что именно Россия первой рухнет в нефтяной кризис, предлагаю просто улыбаться.

Проблема это не наша, а всеобщая – всего населения планеты Земля. Уйти от необходимости топить нефтью кочегарки и автомобили – задача общая, беспокоиться только и исключительно о России – никакой необходимости.

Продолжение: http://voprosik.net/nevidimaya-ruka-rynka-i-neft

http://politarktika.ru/news/ehnergeticheskaja_vojna_chast_1/2016-07-09-562

http://politarktika.ru/news/ehnergeticheskaja_vojna_chast_2/2016-07-11-568

http://politarktika.ru/news/ehnergeticheskaja_vojna_chast_3_doklad_bp/2016-07-30-620