На этой неделе я во второй раз за последние полгода побывал в Вашингтоне, чтобы встретиться с американскими чиновниками и экспертами по России. Меня интересовали их оценки украинского кризиса и будущего отношений с нашей страной. Мой визит совпал с объявлением о том, что администрация Обамы планирует одобрить законопроект сената о поддержке Украины. Согласно этому документу, Киев получит оружие и военную технику на сумму до 350 миллионов долларов, а США введут дополнительные санкции против российских оборонных и энергетических компаний. Эта инициатива укрепила Москву во мнении, что конечная цель стратегии США — смена режима в России.

Мои наблюдения в Вашингтоне показывают, что пока это не является непосредственной задачей США. Правда, это не означает, что американцы не воспользуются возможностью ускорить падение режима в России, если ее внутренние проблемы вызовут социальный взрыв. Встречи с чиновниками в Белом доме, Совете национальной безопасности и Пентагоне, а также с группой американских экспертов по России в Вашингтоне говорят о том, что США испытывают сложности в выработке единой непротиворечивой линии в отношении Москвы, не говоря о том, чтобы планировать заговор в тайне от нее.

Главная дилемма американской политики в кризисе вокруг Украины — как наказать Москву и при этом не превратить ее в стратегического противника на ближайшее столетие.

Американцы не скрывают злорадства по поводу проблем в российской экономике, но опасаются, что от отчаяния Москва пустится во все тяжкие. Например, совершит хакерскую атаку против американской финансовой системы или совместно со странами БРИКС ослабит позиции доллара как глобальной валюты.

При этом американцы подчеркивают, что антироссийские санкции США вынуждены принимать исключительно в ответ на действия России на Украине. Они считают, что в этом кризисе Россия тестирует НАТО, и жалуются, что вынуждены реагировать быстро и на основе неполных данных. Это влечет риск ошибки. Поэтому американцы не хотят глубже увязать в украинском кризисе и углублять противостояние с Россией. По крайней мере сейчас.

Американские эксперты полагают, что роль США в событиях вокруг свержения Виктора Януковича преувеличивается Москвой, а сам переворот стал следствием исключительно внутриукраинских процессов. Полагают, что если искренней поддержкой Майдана и спровоцировали Россию, то сделали это ненамеренно. В конце концов, Соединенные Штаты никогда не могли устоять перед соблазном поддержать новую «молодую демократию».

Эпизоды участия заместителя госсекретаря Виктории Нуланд в украинской политике многими в Вашингтоне трактуются как оппортунизм или импровизация. Эксперты и чиновники в один голос говорят, что США не вынашивали планов свержения Януковича, хотя именно этому косвенно поспособствовали действия Нуланд в Киеве.

В результате некоторые американские наблюдатели — впрочем, далеко не все — осознают долю ответственности США за развертывание украинского кризиса.

Поскольку он привел к первому со времени окончания холодной войны лобовому столкновению России с Западом, многие эксперты вспомнили «славные 60-е» — времена Карибского ракетного кризиса, который привел к нормализации советско-американских отношений в 1970-х годах. В целом на этом этапе Вашингтон настроен на деэскалацию противостояния с Россией, которая хотя и остается в списке приоритетов, но уже не на первом месте.

В украинском кризисе администрация Обамы стремится воспрепятствовать политике России на Украине, по возможности избегая прямого вовлечения в конфликт и оставляя перспективу для нормализации отношений с Москвой. Эта позиция делает Белый дом уязвимым для критики со стороны республиканцев. Поэтому резолюция сената скорее всего будет подписана Бараком Обамой — это позволит ему продемонстрировать солидарность с республиканцами и избежать необходимости принятия более жестких мер. В нынешнем виде резолюция не содержит обязательных положений и может применяться гибко и не целиком. Однако, превратившись в закон, она не будет отменена вплоть до полного урегулирования украинского конфликта, включая вопрос о Крыме, то есть с большой вероятностью — никогда.

Американцы понимают, что Россия не изменит свою политику под влиянием санкций. Их ограниченный эффект они объясняют тем, что Вашингтон не хочет навредить ЕС и Украине — последнее особенно трудно. Главным условием антироссийских санкций называют готовность европейцев подписаться под ними. От падения мировых цен на нефть США страдают сами и никакого отношения к этому процессу не имеют. Эксперты считают, что виной тому желание стран ОПЕК воспрепятствовать американским программам по добыче не конвенциональных нефти и газа (при низкой стоимости углеводородов она становится нерентабельной).

Условием снятия санкций остается исполнение Москвой предложенных ею же минских соглашений.

Примечательно, что США связывают разрешение кризиса с документом, к которому сами прямого отношения не имеют. Это указывает на то, что их интересы на Украине ограничены.

Американцы допускают несколько значимых ошибок в анализе украинских событий. Большинство экспертов склонны интерпретировать политику России через призму личности Владимира Путина. Практически никто не следит за внутренней политикой на Украине. Это не позволяет американским экспертам заметить, что 75 процентов беженцев с Донбасса едут в Россию, что выборы на Украине сопровождает низкая явка населения, а в городах юго-востока развивается диверсионная активность вооруженного подполья. Радикализм нынешних властей в Киеве американцы склонны трактовать как предвыборную конъюнктуру и надеются, что в перспективе здравый смысл возобладает.

Вместе с тем США осознают, что поддержка Украины может привести к новому обострению военного конфликта на Донбассе и не хотят провоцировать ситуацию. В кулуарах большинство экспертов отмечают, что без участия России экономическая ситуация на Украине никогда не стабилизируется. При этом у нового правительства в Киеве очень мало времени, чтобы начать менять ситуацию к лучшему и оправдать ожидания Запада и самих украинцев — не больше шести месяцев.

Примечательно, что в контексте нынешних проблем на Донбассе и в украинской экономике практически не встает вопрос о статусе Крыма. Неоднократно звучала формула о нахождении «международно-приемлемого статуса» для полуострова. Путь к этому лежит через договоренность Москвы с Киевом.

Все мои собеседники в один голос указали на дефицит дипломатических контактов между Россией и Западом накануне и в ходе развертывания кризиса. Американцы сожалеют о том, что ЕС проигнорировал предложение Москвы о консультациях по Соглашению об ассоциации и о прекращении контактов с Россией по военной линии и в рамках совета Россия-НАТО (хотя именно США были инициаторами этого). Признают, что в конце февраля была упущена дипломатическая возможность — сразу после переворота договориться о новых правилах взаимодействия с правительством в Киеве в многостороннем формате.

Наиболее важно то, что впервые за все время наблюдений американские эксперты соглашаются с тем, что архитектура европейской безопасности нуждается в дополнительных обсуждениях и гарантиях. На российскую инициативу о Договоре по европейской безопасности в США впервые смотрят всерьез.

Это дает почву для некоторого оптимизма. На этом этапе кажется, что объективно назревший кризис на Украине дает свои первые положительные результаты — отрезвление и признание необходимости диалога Запада с Россией.

http://www.foreignpolicy.ru/analyses/kak-ssha-vidyat-ukrainskiy-krizis/