Премьер-министр России Дмитрий Медведев в статье «Новая реальность: Россия и глобальные вызовы», опубликованной в «Российской газете» 23 сентября, попытался проанализировать сегодняшнюю социально-экономическую ситуацию и предложил, с его точки зрения, варианты дальнейшего развития экономики страны.

Глава правительства при этом отдельно отметил, что его статья не является каким-либо программным документом:

Поэтому здесь не будет развернутой программы действий или описания конкретного экономического инструментария. Для этого есть другие форматы.

Её основная цель — указать приоритетные задачи, которые предстоит решать государству.

Для понимания подобных текстов — «за всё хорошее, против всего плохого» — и их последствий для страны важно видеть не столько сами тезисы, сколько некие знаковые маркеры, определяющие возможное направление движения.

В последний раз Медведев излагал свои взгляды на будущее страны в формате большой статьи в 2009 году. Тогда статья под заголовком «Россия, вперёд!» была опубликована «Газетой.ru» (http://www.gazeta.ru/comments/2009/09/10_a_3258568.shtml).

Та статья была посткризисной, нынешняя вроде бы — антикризисная. Вроде бы — потому что по-настоящему антикризисным этот текст мог бы стать лишь в том случае, если бы реальные политические причины кризиса в нём проговаривались чётко, с предложением путей выхода.

Данная статья отражает идеи либерального крыла российской власти. Расставленные в ней акценты, язык, характер обозначенных проблем не совпадают, например, с изоляционистскими тезисами Сергея Глазьева. Заметно, что над текстом работали приверженцы рыночной экономики, для которых «левые» вставки и оговорки являются скорее вынужденными, обусловленными генеральной линией государства.

Огромная в две с половиной полосы статья премьера, возможно, обозначила то, о чём он думает и считает возможным высказаться, но оставила не меньше вопросов, чем дала ответов.

Проанализируем отдельные моменты статьи (знаковые маркеры — наше примечание).

Какова новая модель экономического роста? Как её представляет премьер-министр?

Из статьи Д. Медведева:

Цель [России] формулируется достаточно просто: войти (хочется сказать: «совершить прорыв», но военная терминология тут вряд ли уместна) в группу стран с наиболее высоким уровнем благосостояния.

Наш комментарий

Является ли вхождение России в группу стран с высоким уровнем благосостояния целью? Или всё-таки необходимо определиться с целями — что реально необходимо народу России?

У России есть внятная внешняя политика, а внутрення политика начнёт проводиться только после прочного утверждения авторитета России в мире, что мы и наблюдаем.

Из статьи Д. Медведева:

Дети, инвалиды, люди пожилого возраста, семьи с невысокими доходами — это те социальные группы, на которых мы в первую очередь должны «примерять» наши будущие решения. Структурные сдвиги в экономике и социальной сфере, на рынке труда всегда проходят болезненно. Государство должно честно и без всяких иллюзий оценивать свои возможности по поддержке тех, кому сложно приспособиться к новым условиям.

Наш комментарий

Если в позднее советское время предыдущая власть людям обещала будущую сытную жизнь, и они верили, не имея опыта. То теперь делается оговорка, что у реформ будет и обратная сторона. Сам факт «предупреждения» свидетельствует о том, что болезненные реформы с точки зрения премьера необходимы. Но здесь возникают вопросы: «А о каких структурных реформах говорит премьер-министр? Какие результативные «структурные сдвиги» планируются правительством? Возможно ли их провести безболезненно?

Из статьи Д. Медведева:

Развитие России — неотъемлемая часть глобальных процессов. Глобальная повестка не может формироваться без участия нашей страны. Но и Россия не может в одиночку формировать глобальную повестку или просто её игнорировать, сосредоточившись лишь на собственном понимании успеха и справедливости.

Наш комментарий

Действительно сегодня Россия уже не может отгородиться от мира «железным занавесом», однако задавать тон глобальной повестке Россия вполне способна. Процесс глобализации объективен, а путь глобализации — субъективен и его можно выбирать. Таким образом Россия предъявив миру свою русскую концепцию глобализации активно формирует повестку дня вне зависимости понимания/непонимания данного факта.

Из статьи Д. Медведева:

При обсуждении текущих и перспективных проблем глобального развития всё чаще стал использоваться термин new normal. Он появился пять лет назад, после окончания острой фазы глобального кризиса, и быстро завоевал популярность. New normal — «новая нормальность» или, пожалуй, можно перевести его и как «новая реальность».

Наш комментарий

Как всегда, идёт увлечение новыми терминами и словами, поэтому в статье появилось новое модное слово типа «инноваций». Но «инновации» относились всего лишь к миру технологий. Их внедрение на практике означало создание синекуры «Сколково» для Меламеда с Чубайсом и примкнувшего к ним Ильи Пономарева. И всё. New normal же претендует на новое понимание реальности. Возможные последствия нового модного увлечения могут быть непредсказуемы. Вместо употребления модных словечек — имеет смысл заняться конкретными делами: обозначать населению конкретную картину развития страны и как она будет касаться каждого гражданина.

Из статьи Д. Медведева:

Инновационный технологический трансферт всё более осуществляется от гражданских отраслей к военным, в то время как прежде процесс шёл в обратном направлении (инновации сперва появлялись в военно-промышленном комплексе).

Наш комментарий

Все последние инновации построены в первую очередь на сфере коммуникаций, которая сама по себе — военная разработка. Путину уже приходилось им напоминать, что интернет изначально был рождён как военный проект. А Цукерберг обязан своим успехом Пентагону, который финансировал его работы. Другое дело, что Сеть быстро стала достоянием всех, перестав быть «вотчиной» ВПК. И трансферт всё-таки был и остаётся прежним — от военных технологий к гражданским. Чего стоит только демонстрация «последних» достижений в сфере радиоэлектронной борьбы (взяли в кавычки, потому что реально последние разработки — под замком, а людям показывают то, что уже можно показать). Все помнят как над Дональдом Куком летал наш самолёт.

Из статьи Д. Медведева:

Глобальная конкуренция за человеческий капитал, который становится главным фактором решения стратегических задач любой страны. Конкуренция эта нарастает.

Наш комментарий

Либеральным экономистам кажется, что всем управляет «рынок», и в частности рынок труда. Якобы, высококвалифицированный специалист помчится в любую страну просто потому, что там лучше условия. Однако, помимо условий работы, есть ещё условия жизни. Возможность жить на Родине, в близкой в том числе языковой среде — огромная ценность. Для большинства она перевешивает высокую зарплату и прочие «бонусы». С Родины массово бегут только от войны, от голода. Это надо учитывать.

Нет конкуренции за людей, особенно на Западе, который исторически из колоний за счёт усиленной эксплуатации их населения, вывозил богатства в страны-колонизаторы. Вывозимая дешёвая рабочая сила (это разве честная конкуренция?) со стран Востока и Африки также использовались исключительно для роста доходов конкретного бизнеса и конкретных стран. Даже сегодня работникам из других стран на Западе по большей части обеспечивают невыгодные по сравнению с «местными» условия, больше похожие на рабские.

Из статьи Д. Медведева:

Формирование новой модели глобализации и соответствующей ей новой модели протекционизма. Вместо защиты своей таможенной территории приоритетным интересом государства становится защита генерируемых национальным бизнесом цепочек добавленной стоимости.

Наш комментарий

Сейчас в России как правило «генерируемые национальным бизнесом цепочки» не выходят за пределы страны. Напротив, на внутреннем рынке огромное количество чужих цепочек, от которых как раз надо защищаться таможенными тарифами. И лишь затем, отбив атаку и выйдя на чужие рынки, начать соблюдать указанный выше приоритет. А вот с тем, что надо реализовывать новую концепцию глобализации, согласимся, но опять-таки — на каких принципах она будет строиться? На Западных или на Русских.

Из статьи Д. Медведева:

Именно эти особенности современного этапа технологического прогресса сформировали ключевой тренд — на всемерное раскрепощение (или, как обычно говорят, на либерализацию, или освобождение) экономической жизни, на дебюрократизацию современных обществ.

Наш комментарий

Вероятно автор не хочет употребить напрямую слово «либерализация», пытаясь разбавить русским «раскрепощением». Причина — в 1990-е внутренний рынок «раскрепостили» для всех: и для своих, и для чужих. Каковы были последствия либеральных реформ — известно многим и ощутимо до сих пор. Но как видно, правительство либерального толка не сделало определённых выводов, и по-прежнему делает акцент на либерализацию.

Между тем многим либералам раскрепощение не помешает — их пора освободить от заблуждений, которое присутствует в их головах и предложить им пожить по правилам, по которым они вынуждают жить население в силу его и своей управленческой безграмотности.

Из статьи Д. Медведева:

Россия не собирается покидать Европейский континент ни экономически, ни политически, ни ментально.

Наш комментарий

Главное слово — «ментально». На каком основании делается такое заявление? Мы — Русская цивилизация, чего, к сожалению, Запад не совсем понимает, называя нас частью Европы.

Но тут возникает интересный исторический парадокс: если мы — часть Запада, то почему в течение более чем 1000 лет Запад всё время нападает на свою «часть». Одно это уже доказывает отличность Руси-России от Запада. Мы другая цивилизация — Русская.

Из статьи Д. Медведева:

Несмотря на все геополитические сложности, санкции и разного рода ограничения, нельзя забывать и о проблеме привлечения иностранных инвестиций. Недооценка их означала бы, что мы принимаем навязываемую нам логику изоляции.

Наш комментарий

«Иностранные инвестиции» — это мантра. Для крупной страны их польза неочевидна. Позволить внешнему игроку заиметь бизнес на своей территории означает лишить такой возможности своих. Именно по этой причине африканские страны так и не смогли развиться — продавали концессии европейцам. И зачем это России? Пока не будет содержательного ответа на этот вопрос — будет идти скупка и подавление своего народного хозяйства транснациональными корпорациями и сетями.

Из статьи Д. Медведева:

В ближайшие три года инфляция должна быть снижена до уровня 4%.

Наш комментарий

Единственная конкретика во всей статье. Очень она может быть опасна тем, что Центральный банк теперь может и скорее всего будет всячески ссылаться на этот факт и по-прежнему не будет направлять резервы на кредитование российской экономики, якобы чтобы не разгонять инфляцию, предпочитая хранить деньги в гособязательствах США и других «пустышках». Опасен этот тезис также и тем, что премьер-министр поддерживает тем самым либерально-монетаристскую политику Минфина и ЦБ на сдерживание денежной эмиссии в развитие экономики страны.

Из статьи Д. Медведева:

Россия сталкивается одновременно с закрытием многих внешних источников финансирования и со снижением цен на нефть. Это однозначно требует большего внимания к внутренним источникам финансирования, к внутренним сбережениям, к повышению нормы накопления в экономике. Несомненно, государственные инвестиции должны сыграть здесь свою роль. Но государственные инвестиции не могут быть главным источником роста на все времена.

Наш комментарий

Их, государственных инвестиций, по-прежнему кот наплакал. Но, так и не дав экономике наесться деньгами досыта, правительство уже думает о том, как прекратить эту практику. При этом говорится о том, что снижаются цены на нефть, значит, снижаются доходы федерального бюджеты от продажи, доля которой составляет около 60%. Горюет о том, что при высокой цене на нефть, можно было не думать, как и за счёт каких источников пополнять бюджет. А тут проблема, которую не знает, как решить. Причём все этапы развития страны, когда она развивалась исключительно за счёт внутренних источников — как будто не существовали и словно они забыты навсегда.

Из статьи Д. Медведева:

Импортозамещение — ещё одно ключевое направление работы правительства. И важно, чтобы оно не превратилось в «лозунг дня». Мы должны отчетливо понимать: импортозамещение — это не замена иностранной продукции отечественной, но только более дорогой и худшего качества.

Наш комментарий

Курс на импортозамещение был объявлен Путиным. Импортозамещение может превратиться в лозунг только благодаря бездействию правительства, как это происходит в настоящее время. Что делается конкретно в каждой сфере экономики, как решается вопрос о продовольственной, а значит, о национальной безопасности страны? Почему иностранная продукция должна превалировать над отечественной?

Что мешает правительству заняться целенаправленно импортозамещением, то есть выпуском собственной качественной продукции. Закройте внутренний рынок, напитайте экономику деньгами и не меняйте правила хотя бы пять лет — и предприниматели насытят продукцией внутренний рынок. Усилят себя и страну, да ещё и потребуют экспансии вовне.

Но начинать надо с себя.

Краткий обзор статьи

Либеральные сигналы и западные концепты от премьер-министра Д.Медведева

Итак, краткий обзор статьи, претендующей на роль своего рода программной заявки. И по содержанию, и, особенно, по форме. Что видно хотя бы по тому, что главным из концептуальных документов в ней названа, скажем, не Стратегия национальной безопасности России, майские (2012 г.) президентские указы и не Федеральный Закон «О стратегическом планировании», а «Основные направления деятельности Правительства до 2018 года».

В своей антикризисной статье премьер-министр не ведёт разговор о реальных причинах проблем в экономике. Если исходить из изложенной в статье логики — реформы внутренней политики будут скорее косметическими. В этом, в частности, убеждает уверенность премьера в том, что стране потребуется не кардинальная смена «модели развития», а лишь плавный «переход» к той, что «позволит более успешно конкурировать, чем до сих пор». И при этом явный «отворот» сограждан от либералов и их идей, что давно фиксируется и социологическими исследованиями, и некоторыми итогами недавних региональных выборов никак не учитывается, будто бы статья Медведева адресована только «креативному» либеральному сообществу, но не всем.

Откуда этот акцент именно на экономической конкуренции? Особенно в условиях, когда России объявлена холодная война, отличающаяся от холодной войны Запада против СССР только тем, что протекает она, во-первых, в гораздо менее стабильной международной обстановке, во-вторых, в много худших для нас стартовых условиях и в-третьих, при куда более жёстком, чем прежде, режиме санкций.

А чем отличается война от конкуренции? Тем, что в этом случае стараются уже не сами подняться над конкурентами, а опустить их ниже себя, как врагов, по умолчанию соглашаясь и с собственными издержками. Этим Запад и занимается.

Чтобы понять политический подтекст данной статьи, необходимо обратиться к документам, которые выходят «из-под пера» западных элитарных концептуальных центров, занятых стратегическим планированием.

Одним из важнейших таких институтов является «Chatham House» — лондонский Королевский институт международных отношений (КИМО), созданный в 1920 году на базе «Круглого стола» (КС) — элитной группы, связанной с кланом Ротшильдов.

Первоначально КИМО должен был стать англо-американским институтом. Но отказ Сената Конгресса ратифицировать Версальский договор, оставивший США за бортом Лиги Наций, привёл к формальному разделению и появлению американской секции — основанного тогда же Совета по международным отношениям (СМО). По иронии судьбы именно в СМО Дмитрий Медведев, тогда президент, выступил 16 ноября 2008 года (http://tiras.ru/v-mire/5020-stenogramma-vystuplenija-dmitrija.html ) на заседании под председательством экс-госсекретаря и «заклятого друга России» Мадлен Олбрайт.

4 июня 2015 года «Chatham House» презентовал общественности доклад «Российский вызов» («The Russian Challenge») — (https://www.chathamhouse.org/sites/files/chathamhouse/field/field_document/20150605RussianChallengeGilesHansonLyneNixeySherrWood.pdf?,3F7BE,B3XOTD,C8U3N,1).

Среди шести авторов — двое послов Британии в Российской Федерации: Родрик Лайн и Эндрю Вуд. Что же там написано про «экономическую либерализацию», санкции и перспективу их «отмены», вводящую межгосударственные отношения России и Запада «в нормальное русло», как это представляется главе правительства?

Сами по себе европейские и американские санкции вряд ли спровоцируют такие экономические трудности, которые заставят Россию отказаться от своей политики в отношении Украины, — сообщают авторы доклада. — Напротив, для российского руководства они являются удобным объяснением, на которое можно списать существующую стагфляцию. Тем не менее, санкции оказывают ощутимое давление на режим при продолжении конфронтации с Западом (цитата из доклада).

И далее, в рекомендациях:

Запад не должен возвращаться к сценарию сотрудничества с Россией в более широком контексте отношений с российскими властями до тех пор, пока не будет достигнуто приемлемое урегулирование украинского конфликта, и пока Россия не начнет соблюдать свои международно-правовые обязательства»( цитата из доклада).

Всё понятно, уважаемый читатель? Условием отмены санкций и восстановления отношений нам выставлено урегулирование на Украине на приемлемых для Запада условиях? А что это за условия, премьер не в курсе? Во-первых, сдача Крыма. Ибо

санкции были введены в ответ на нарушение территориальной целостности Украины, — констатируют авторы доклада, — и должны оставаться в силе до тех пор, пока этот вопрос не будет полностью решён». А во-вторых, отказ от поддержки Донбасса. Ведь «привязывание отмены санкций исключительно к выполнению плохо проработанных минских соглашений, — заключают они, — обречено на провал.

Рассуждая о «нормальном русле» и далее о том, что несмотря на текущий кризисный характер российско-западных отношений, «восстановление сотрудничества всё равно неизбежно», премьер призывает к чему? Он не читал доклад «Chatham House»? А если он его все-таки читал и всё написанное там понял и принял к сведению? И, скажем, сделал акцент и подобным экстравагантным способом «отозвался» на такой его фрагмент:

С точки зрения долгосрочных интересов России самым разумным было бы провести структурные реформы внутри страны и достичь взаимовыгодных договоренностей с различными по своей мощи и влиянию внешними игроками. Однако такая политика поставила бы под угрозу возможность В.В. Путина и его окружения удержаться у власти? (цитата из доклада).

Выступление в СМО в 2008 году разве не свидетельствует о горячем стремлении «взаимовыгодно договориться» с «внешними игроками»?

Если вернуться к той стенограмме, то легко убедиться, что президент Медведев говорил:

  • о ядерном разоружении — в контексте «настоящего партнерства» в российско-американских отношениях. Как будто не знал о том, что все «безъядерные» инициативы Барака Обамы, с приходом которого он связал надежды на укрепление двустороннего доверия, обусловлены ставкой США на стратегию глобального неядерного удара с помощью высокоточного оружия. И что в условиях существенного превосходства США и НАТО по этому оружию и по конвенциональным силам в целом обнуление ядерных потенциалов гарантирует Вашингтону полное и безраздельное доминирование, а Москве — утрату суверенитета;
  • о своей инициативе создать «Договор о европейской безопасности, так называемый панъевропейский договор» — с сохранением всех западных институтов — НАТО, ЕС, ОБСЕ — и включением в него США и Канады. Как будто не было печального опыта хельсинского Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, Заключительный Акт которого в 1975 году провозгласил нерушимость европейских границ, которая просуществовала всего полтора десятилетия.

А как вам, уважаемый читатель, например, такие фрагменты выступления Медведева в Совете по международным отношениям:

  • «США — это супервлиятельное государство, поэтому мы всегда анализировали то, что происходит в Америке, и понимаем важность всех внутриполитических процессов, влияние этих процессов на мировую среду», — «Я не могу вам обещать, что, скажем, новый Бреттон-Вуд (так в стенограмме — Наше примечание.) возник сегодня в Вашингтоне (речь идет о провалившихся затем решениях саммита «двадцатки», на полях которого состоялась встреча в СМО — Наше примечание), но совершенно очевидно, что сделан шаг к созданию такой системы. И это очень важно и для того, чтобы снять проблемы, существующие в экономике США, в Евросоюзе и в Российской Федерации». (Медведев считает Россию не просто частью Запада, но его младшим партнером?), и т.д.

Скажут: «дела давно минувших дней, преданья старины глубокой». Как бы не так!

Целый ряд цитат из выступления в Совете по международным отношениям без труда отыскивается в обсуждаемой статье (http://www.rg.ru/2015/09/23/statiya-site.html).

Как будто и не минуло целых семи лет. Сравним:

Нам нужны структурные преобразования, мы хотели бы создать инновационную экономику, а не просто экономику, которая работает только за счёт поставок нефти и газа. Интеллектуальный потенциал российской нации очень велик, это преимущество не используется (из выступления в СМО).

Структурные сдвиги в экономике и социальной сфере, на рынке труда всегда проходят болезненно. Но возникли и дополнительные трудности, связанные с внешними факторами. И поэтому у Правительства сегодня задача «двойной сложности» — даже в этих непростых условиях, проводя структурные преобразования, не допустить серьезного снижения уровня жизни людей (из статьи в «РГ»).

Во-первых, структурные реформы, которые в узком смысле определяют динамику институциональной среды развития бизнеса, в широком смысле охватывают все, что связано с «расходной» частью бюджета, — образование, здравоохранение, ЖКХ. Весьма критические оценки действиям правительства в этих сферах давались неоднократно. В том числе, скажем, в наблюдениях, обнародованных активистами Общероссийского народного фронта на сентябрьском форуме по вопросам здравоохранения.

Во-вторых, преимущества отечественного интеллектуального потенциала системно уничтожаются правительственной концепцией реформы образования, ориентированной — и по Фурсенко, и по Ливанову — на подготовку «квалифицированных потребителей», способных не создавать собственный продукт, а потреблять чужой. Этот инструментарий внешней зависимости подпитывается и Болонской системой, и ЕГЭ, и сохраняющейся системой грантов, за которой стоят вполне определенные круги на Западе. Например, Ватикан, который через спецпрограмму «Santander-Universities» обеспечивает «нужную» ему направленность образовательных программ. И кто первый в списке этих «поставщиков человеческого капитала» и «квалифицированных импортеров» собственных разработок, сделанных на Западе нашими умами? Разумеется, Высшая школа экономики, которая в правительстве — «на особом счёту» (http://www.hse.ru/news/life/7147948.html ).

И случайно ли в докладе «Chatham House» присутствует следующая многозначительная мысль:

Необходимо поддерживать каналы контакта с простыми россиянами (в том числе посредством образовательных программ и других межличностных связей»)?

Никакого повода для критики того, как развиваются эти контакты сегодня, в Лондоне не нашли, хотя от всего остального не оставили камня на камне!

В-третьих, о том, как слова о «недопустимости серьёзного снижения уровня жизни» сочетаются у правительства с делами, нам день в день с появлением в «РГ» статьи Дмитрия Медведева поведал глава Минфина Антон Силуанов (http://www.rg.ru/2015/09/23/siluanov-site.html).

И таких примеров, как «первое» и «второе», если пренебречь разумным объемом статьи, можно набрать ещё. Мы же пренебрегать не станем и вернемся к лондонскому докладу. Ведь приведенные оттуда выдержки, свидетельствующие как о бескомпромиссности и наступательном характере антироссийской западной стратегии, так и об откровенной ставке на внутренние подрывные силы в нашей стране, далеко не единственные. Авторы доклада настойчиво, если не сказать настырно, проталкивают мысли о том:

  • что реализуемая Россией модель «независимой «Великой Державы», восстанавливающей свое геополитическое положение на собственных условиях, …в корне расходится с концепцией международного порядка, которую приняла Европа»;
  • что «новая модель развития России неустойчива, и западным правительствам следует разработать возможные варианты реагирования на различные сценарии… перемен»;
  • что ещё с десяток лет назад «Россия сигнализировала о своих амбициях и намерениях, но тогда Западу было удобно… предаваться фантазиям, что Россия развивается в направлении либерально-демократической модели, устраивавшей Запад»;
  • что главной «стратегической целью» Запада заявляется «сдерживать и ограничивать попытки принуждения со стороны России по отношению к её европейским соседям…, но не создавать при этом фиксированных разделительных линий. Двери должны оставаться открытыми для возобновления взаимодействия с Россией в будущем, когда изменятся обстоятельства»;
  • что «нельзя с уверенностью ожидать, что это произойдет при В.В. Путине, но также невозможно предсказать, каким будет следующий режим»; что «существует вполне резонная вероятность, что спад в российской экономике, расходы на конфронтацию и подъем Китая (подкоп под наше стратегическое партнёрство.) положительно повлияют на готовность будущего российского руководства к возобновлению сотрудничества с Западом»;

И в конце концов, авторы доклада требуют «убедить российский режим и российский народ (через внутреннюю агентуру влияния?) в том, что их долгосрочным национальным интересам отвечает интеграция России в основанную на правилах Европу, а не изоляция в качестве регионального гегемона».

Во-первых, поражает уровень «аналитического провидчества»: что из нарисованной Совету по международным отношениям благостной перспективы в российско-американских отношениях за семь лет сбылось, ведомо наверное только самому премьеру. И коль так, то что удивительного в том, что и во внутренней политике «воз» и поныне там, где был? На наш взгляд — в тупике.

Во-вторых, всё это выглядит парафразом ряда фрагментов весьма известного исторического документа — Директивы Совета национальной безопасности США от 18 августа 1948 г. № 20/1 (и не только его):

Наша первая цель в отношении России в мирное время состоит в том, чтобы содействовать и поощрять невоенными средствами постепенное сокращение несоразмерной российской мощи и влияния в нынешней зоне сателлитов и выхода восточноевропейских стран на международную сцену в качестве независимого фактора.

[…]

Первая из наших военных целей… должна заключаться в ликвидации российского военного влияния и господства в районах, прилегающих к любому российскому государству, но находящихся за его пределами.

[…]

…До какой степени мы могли бы стремиться к изменению советских границ в результате успешных военных действий с нашей стороны… Ответ почти полностью зависит от типа режима, который в итоге военных действий останется на этой территории. Если этот режим будет иметь по крайней мере достаточно благоприятные перспективы соблюдения либерализма во внутренних делах и умеренности во внешней политике, то можно было бы оставить под его властью большинство, если не все, территории, приобретенные Советским Союзом в последней войне. Если же, что более вероятно, будет трудно полагаться на либерализм и умеренность послевоенных российских властей, то может потребоваться более значительное изменение этих границ… (http://lazarev.org/ru/interesting/full_news/direktiva_soveta_nacionalnoj_bezopasnosti_ssha_20_1_ot_18_avgusta_19481/ ).

Премьер опять не в курсе этих хорошо знакомых профессионалам параллелей? Может ли он узреть, что они одинаковые, только с поправкой на «текущий момент»? Как он тогда, будучи президентом, руководил внешней политикой? Ливийский провал, нанёсший тяжкий урон международному авторитету России, — не по этой ли причине?

В-третьих, его не коробит абсолютно не изменившийся за полстолетия стиль того, каким языком ОНИ разговаривают? Не только С НАМИ (см. июльское интервью посла США Джона Тефта «Московскому комсомольцу» — http://www.mk.ru/politics/2015/07/08/posol-ssha-dzhon-tefft-to-chto-proiskhodit-na-ukraine-uzhasno.html). Но и между собой — О НАС.

В-четвёртых, не слишком ли наивным (или наоборот, расчетливым) является ссылка на утверждение екатерининского «Наказа комиссии по составлению нового уложения», что «Россия есть Европейская держава»? И не забыто ли при этом, что завершение екатерининской эпохи отделено от поражения под Аустерлицем и Тильзитского мира всего лишь десятилетием?

Кстати, о «европейскости», в которую её поборников, в том числе и Медведева, с головой окунают авторы лондонского доклада:

…Перспектива стратегического партнерства с Россией, к которому стремились многие на Западе, становится все более призрачной из-за несовместимости интересов России и Запада и конфликта их ценностей.

Среди западных политиков будут сохраняться разногласия в оценке серьезности проблемы России и того, как лучше реагировать на нее. Однако уже складывается консенсус относительно того, что Россию невозможно интегрировать в европейский международный порядок на основании правил, признаваемых всеми европейскими государствами, до тех пор, пока не произойдет кардинального изменения кремлевского курса. И такое изменение должно произойти изнутри (выдел. — нами. Цитата из доклада).

Вот тебе, бабушка, и Юрьев, точнее «европейский», день. Понимает ли премьер, что из «конфликта ценностей» есть только два выхода?

Первый: сохранение своих ценностей за счёт отказа от «европейского выбора», не разделяемого значительной частью сограждан и близкого только тем, кого премьер именует «энергичными и образованными» (а остальные в его понимании — кто?).

И второй: преодоление обозначенного лондонским институтом конфликта ценой сдачи и отказа от своих ценностей в угоду чужим? Все остальные варианты, сочетания интересов и выработки общих для наших цивилизаций, на данный момент отсечены самим Западом. А отнюдь не «косными ретроградами», которые не воспринимают излюбленных «инновационных» премьерских словечек, которыми статья в «РГ» испещрена вдоль и поперек.

И какой из этих двух вариантов, оставленных Западом, выбирает Медведев, прямо-таки «по Фрейду» проговаривающийся насчёт «нормального русла» отношений с Западом? Какую цену готов он за это платить? Каким практическим способом намерен это сделать? Отдает ли отчёт, что коренной разворот страны ОТ Запада требует и новой модели развития? Что все ресурсы либерального монетаризма исчерпаны? Что на повестке дня не «инновации» и «инвестиции в человеческий капитал», а восстановление Госплана, государственной промышленной и социальной политики и тотальная, беспощадная, борьба с коррупцией, о которой в премьерской статье не сказано ни слова, что особенно удивительно на фоне нарастающего потока новостей в этой сфере?

ПослеСловие

Явная слабость текста статьи — в недоговорённости или невозможности быть с аудиторией до конца откровенным.

Интонации Дмитрия Медведева за эти годы несколько изменились — модернизация и инновации в тексте новой статьи упоминаются редко.

Зато есть модная политическая лексика — отсюда, например, название «Новая реальность: Россия и глобальные вызовы». Выражение «новая реальность» в своё время запустил в чиновничий обиход нынешний глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев. Тогда он занимал пост зампреда в Центральном банке и обещал российской банковской системе долгие годы жизни в условиях дефицита ликвидности. Так, кстати, и случилось.

Постоянно повторяющиеся слова о глобальном характере кризисных явлений звучат как мантра. Ведь совершенно ясно, что российский кризис стоит особняком, является политически мотивированным, и анализ глобальных тенденций может кого-то успокаивать, но не решает проблему.

Таким образом, напрашивается вполне определённый вывод:

  • Опыт свидетельствует что недостаточно написать красивую статью на 50 тысяч знаков. Не менее важно, чтобы эта статья соотносилась с реальностью, в которой мы живём. Но для этого необходимо понимание и политическая воля — поскольку такого рода статьи пишутся специалистами, то их как раз и нет.

Мнение экспертов информационно-аналитического проекта «Русская Планета»:

Автор или коллектив авторов, что более вероятно, скорее всего, махровые либералы. Фактически это манифест либерального реванша. Такое впечатление, что флешмоб про 1990-е, объявленный вFacebook, оказал на них неизгладимое впечатление, вдохновил на вторую попытку «причесать» страну по-своему. Вряд ли это случится. Положение, в котором оказалась Россия, возможно исправить только напряжением национальных сил, но никак не рецептами из книжки «Экономикс». Правительство, которое не осознает этого, обречено. Впрочем, до выборов оно наверняка доработает» (http://rusplt.ru/phrase/phrase_9.html).

http://inance.ru/2015/10/medvedev/