Вот дилемма, которая свалилась на политических лидеров и обозревателей во Франции с того момента, когда трое вооружённых людей в масках ворвались в офис сатирического еженедельника «Шарли Эбдо» (Charlie Hebdo) и убили двенадцать человек.

Нападавшие скрылись. Но ненадолго. Эти люди были до зубов вооружёнными убийцами. «Шарли Эбдо» постоянно получал сообщения с угрозами убийства со времени публикации провокационных карикатур на пророка Мухаммеда несколько лет назад. Но скандал, казалось, был забыт, тираж еженедельника снизился (как и бумажной прессы в целом), а полицейская охрана была ослаблена.

Двое полицейских, ещё стоящих на охране, были с лёгкостью расстреляны вооружёнными мужчинами, перед тем как они ворвались в служебные помещения, в момент заседания редакции. Редкий случай, когда так много карикатуристов и писателей присутствовало сразу. Двенадцать человек было расстреляно из автоматического оружия, а ещё одиннадцать ранено, некоторые тяжело.

Кроме карикатуриста, известного как Шарб (Стефан Шарбоньер 47-ми лет), который был главным редактором журнала, в числе жертв – двое самых известных карикатуристов во Франции: Кабу (Жан Кабу 76-ти лет), Жорж Волински (80-ти лет). На карикатурах Кабу и Волински выросла пара поколений, они были мягким отражением настроений французских левых.

Уходя, один из убийц вернулся, чтобы прикончить лежащего на улице раненого полицейского. Они остановились и прокричали «Пророк отомщён!». Затем скрылись в  направлении северо-восточного пригорода.

На Площади Республики в Париже, недалеко от маленькой улочки, где располагается редакция «Шарли Эбдо», спонтанно собралась толпа. Были развёрнуты отважные и фальшивые лозунги:

«Мы все – Шарли!».

Нет, не все.

«Шарли живёт!».

Нет, это не так.   Он почти уничтожен.

Все потрясены. Это бесспорно. Произошедшее было хладнокровным убийством, преступлением, которое нельзя оправдать. Это также бесспорно, но это будут говорить все. И есть кое-что другое, что также говорить будут все, к примеру: «Мы не позволим исламским экстремистам запугать нас и отобрать у нас свободу слова» и так далее. Президент Франсуа Олланд, естественно, подчеркнул, что Франция сплотилась против убийц. Первая реакция на жестокость такого рода предсказуема.

«Нас не запугать! Мы не откажемся от наших свобод!»

И да, и нет. Конечно, даже самые безумные религиозные фанатики не могут вообразить, что убийство юмористов обратит Францию в Ислам. Результат, несомненно, будет прямо противоположным: усиление растущих анти-мусульманских настроений. Если это провокация, что замышлялось спровоцировать? И что она спровоцирует? Очевидная опасность в том, что, подобно событиям 9/11, она может усилить полицейский надзор и, несомненно, уменьшить свободы во Франции, и не в том направлении, к которому, предположительно, стремились убийцы (ограничение свободы критиковать Ислам), но в том направлении, как ограничиваются свободы в Америке после событий 9/11, с помощью некоего подражания «Патриотическому Акту».

Лично мне никогда не нравились провокационные материалы «Шарли Эбдо», где карикатуры, оскорбляющие Пророка – или, если уж на то пошло, Иисуса – как правило, печатались. Дело вкуса. Я не считаю грязные, непристойные рисунки действенным аргументом, будь то против религии или против властей в целом. Это не по мне.

Люди, которые были убиты, это больше чем «Шарли Эбдо». Рисунки Кабу и Волински появлялись во многих публикациях, и с ними были знакомы люди, никогда не покупавшие «Шарли Эбдо». У художников и писателей, собравшихся  на том редакционном совещании, были свои таланты и качества, не имеющие ничего общего с  «богохульными» карикатурами. Свобода прессы – это также и свобода время от времени быть и вульгарным, и глупым.

В действительности «Шарли Эбдо» не был эталоном свободы слова. Как и многие «левые правозащитники», он закончил защитой возглавляемых Соединёнными Штатами войн против «диктаторов».

В 2002 году Филип Валь, в то время главный редактор,  осудил Ноама Хомски за антиамериканизм и чрезмерную критику Израиля и официальных СМИ. В 2008 году ещё один известный карикатурист «Шарли Эбдо», Сине, написал короткую заметку, протицировав новость, что сын президента Саркози, Жан, собирается принять иудаизм, чтобы жениться на наследнице процветающей сети бытовой техники. Сине добавил в комментарии: «Этот парень далеко пойдёт». За что Валь уволил Сине с формулировкой «за антисемитизм».  Сине быстро основал соперничающее издание, которое увело часть читателей «Шарли Эбдо», возмущённых двойными стандартами «ШЭ».

Короче говоря, «Шарли Эбдо» был крайним примером того, что с линией «политкорректности» у сегодняшних французских левых не всё в порядке. Ирония в том, что нападение, осуществлённое, по-видимому, исламистскими убийцами, вдруг освятило это затухающее проявление расширяющегося своеобразного «подросткового бунта», который терял свою популярность, превратив его во всеобщий символ Свободы Прессы и Свободы Выражения Мнений. Чего бы ни хотели убийцы, добились они именно этого.

Кроме того, что они лишили жизни невинных, они, несомненно, углубили ощущение жестокого хаоса в этом мире, усилили недоверие между этническими группами во Франции и в Европе и, несомненно, достигли и других недобрых результатов. В наш век подозрений и конспирологии, несомненно, будут множиться и другие версии.

Примечание:

* – театральные статисты, изображающие гул толпы на сцене, так и говорят: «Что говорить, когда нечего говорить?»

http://polismi.ru/politika/evrosoyuz-titanik/943-chto-govorit-kogda-nechego-govorit.html