Наше право быть свободными от необоснованных обысков и арестов было подорвано ограниченной консервативной группировкой, больше обеспокоенной защитой должностных лиц, чем прав рядовых американцев.

В прошлом апреле пять консервативных судей Верховного Суда предоставили тюремщикам право раздевать и обыскивать каждого арестованного и заключенного в тюрьму человека, даже если предполагаемое преступление тривиально, и нет никаких оснований подозревать какую-либо опасность.

Дело Флоренса выросло из-за ошибки. 3 марта 2005 года афро-американский бизнесмен Альберт Флоренс (Albert Florence), его беременная жена и 4-х летний сын ехали в семейном БМВ, когда их остановил патрульный штата Нью-Джерси. За рулем была жена Флоренса; причина остановки не указана в протоколе, никаких судебных записей на этот счет тоже нет. Патрульный приказал Флоренсу, как владельцу автомобиля, выйти из машины. Сверка по компьютеру показала, что на него когда-то был выпущен ордер на гражданский арест из-за неуплаты штрафа, однако ошибочно не указано, что штраф был оплачен и ордер аннулирован.

Флоренса несколько раз останавливали и прежде, это он объяснял тем, что он афро-американец и ведет дорогой автомобиль. Он достал свидетельство, подтверждающее отмену ордера, чтобы показать его патрульному. Однако, на него надели наручники, арестовали и заключили в тюрьму округа Берлингтон. Руководство тюрьмы признало, что у них не было каких-либо подозрений на счет Флоренса, кроме неуплаты штрафа. Тем не менее, его заставили раздеться, принять душ с дезинсекционным препаратом, открыть рот для осмотра, растянуть руки, поднять гениталии и развернуться так, чтобы офицер смог исследовать его ягодицы.

После шести дней заключения, без встречи с судьей, как того требует закон, Флоренс был переведен в тюрьму округа Эссекс. Там его снова обыскали с раздеванием, снова без всяких признаков того, что он что-то сделал не правильно. На этот раз его заставили садиться на корточки и кашлять, а также пройти тщательный осмотр ушей, носа, рта, волос на голове, подмышек, внутренней поверхности бедер и других частей тела. На следующий день Флоренс предстал перед судьей, который «ужаснувшись» обращением с ним, приказал немедленно его освободить. Флоренс подал иск на власти этих двух округов, и присоединился к групповому иску других граждан, подвергнутых такому же обращению.

То, что произошло с ним, могло произойти с каждым. Как например, с Гейл Этвотер (Gail Atwater) – на неё надели наручники и заключили в тюрьму, после того, как её поймали за езду на автомобиле, вместе со своими детьми, с временно расстегнутыми ремнями безопасности. Её арестовали, и тоже могли бы подвергнуть обыску с раздеванием. Всё потому, что государственные уголовные и дорожные кодексы переполнены огромным множеством таких мелких и часто тривиальных нарушений, за которые аресты производятся по полному усмотрению полицейских.

Среди тех, кто присоединился к коллективному иску Флоренса, были люди, которые обвинялись в наличии шумного глушителя, неработающей фары, лысой шины, неисправной фары дальнего света или стеклоочистителя. Другие были обвинены в игнорировании знака остановки, неправильной езде назад, пересечении двойной сплошной линии и парковке в зоне с запрещенной парковкой, а двое обвинялись в неправильной езде на велосипеде и езде без звонка. Всех их раздели и обыскали.

В округе Колумбия начаты судебные процессы против 12-летней девочки, которую арестовали за то, что она ела французское фри на станции метро, и против шофера – за «ложное намерение» выехать задним ходом из гаража. В Кентукки женщине предъявлено обвинение за неявку в суд по дорожно-транспортным происшествиям, из-за того, что судья выписал ей повестку с неправильной датой.

Люди с цветной кожей, такие как Флоренс, особенно уязвимы для такой полицейской тактики, когда очень часто, аресты и последующие обыски, действительно происходят за такие «нарушения» как «вождение по-негритянски», попадание в «не тот район» или пререкания с полицией.

Такие политические протестующие, как борцы за гражданские права и права рабочих, которые выступают на Юге и на демонстрациях Occupy Wall Street, особенно те, кто воспринимается как враг, также уязвимы для злоупотреблений, ставших возможными благодаря решениям суда по делам Флоренс и Этвотер.

Верховный суд оправдал решения судов по делам Флоренс и Этвотер, с тем объяснением, что полицейским и сотрудникам тюрем нужно четкое правило, чтобы не нести персональную ответственность за незаконный арест или обыск, и чтобы не отказываться от этих мер, когда они нужны. Но четкое правило для этих ситуаций легко понять – полиция не должна иметь право арестовывать или обыскивать кого-либо за незначительное нарушение, типа один неуплаченный штраф, за исключением чрезвычайных обстоятельств. Полицейским не угрожает персональная ответственность, если они сделают ошибку исходя из добрых побуждений, потому что у них есть право на неприкосновенность, в случае таких ошибок.

Никто не может оспорить характеристику, данную федеральным апелляционным судом, обыску с раздеванием - «унизительный, негуманный, недостойный, оскорбительный, ужасающий, неприятный, смущающий, отталкивающий, свидетельствующий о деградации и подчинении». Даже Верховный суд заявил, что обыск навязывает «собственные специфические подозрения». Шок и унижение, перенесенные людьми, которых подвергли таким арестам и обыскам, усугубляется тем фактом, что почти всегда, они являются рядовыми гражданами, которые раньше никогда не были в тюрьме. В одном случае, чикагская женщина-врач, которую обыскали с раздеванием, затем заболела паранойей, у неё появились мысли о самоубийстве, депрессия, и она уже не будет раздеваться нигде, кроме закрытой комнаты.

Консерваторы подчеркнули, при рассмотрении дела Флоренс, что тюрьмы — опасные места, и поэтому действия тюремщиков имеют право на уважение со стороны судей. Действительно, тюрьмы - опасны, а контрабанда наркотиков - проблема. Но такие люди, как Флоренс, не представляют угрозы, именно поэтому Федеральное бюро тюрем, Служба маршалов США и Бюро по делам индейцев всегда запрещали обыски с раздеванием для неопасных нарушителей, кроме случаев обоснованного подозрения. Кроме того, стандарты, определенные Американской Исправительной Ассоциацией — основным органом для взрослых исправительных учреждений — требуют разумного доверия или четких подозрений в контрабанде для обыска с раздеванием.

Четвертая Поправка была разработана, чтобы встать между нами и произволом правительственной власти. Во всех практических случаях, сейчас этот щит разрушен, предоставив нашу свободу и личную неприкосновенность на волю прихотей каждого полицейского на улице, патрульного на шоссе и тюремщика в тюрьме.
Отцы основатели были бы потрясены.

http://antizoomby.livejournal.com/111805.html