Взаимоотношения греко-католической и православной церкви многократно становились предметом исторических исследований, а сами взаимоотношения характеризовались как конфликтные в силу того, что греко-католические иерархи признавали верховенство Папы Римского, а не православного Патриарха.

Украина демография

В полном размере: Украина - карта религий

Брестская уния 1596 г., от которой отсчитывается история греко-католицизма, спровоцировала множество смут и раздоров в православной среде. Очень четко это видно на примере Западной Украины, где униатская церковь превратилась в духовную наставницу украинского национализма, а такие одиозные националистические организации, как ОУН и УПА состояли из греко-католиков практически на 100%. Сыном униатского священника был Степан Бандера, видные иерархи западно-украинского униатства (Андрей Шептицкий, Иосиф Коцыловский, Иосиф Слепой) пошли по пути коллаборационизма с Третьим Рейхом, а основоположник украинского интегрального национализма Дмитрий Донцов призывал православных украинцев переходить в греко-католичество – промежуточный этап на пути к принятию римо-католичества. Только так украинцы смогут окончательно стать европейским народом, полагал Д. Донцов.

Сегодняшние события вокруг Украины заставляют поднять вопрос о современном униатстве и перспективах его взаимодействия с православием. Западно-украинский униатский полюс в границах православной Украины всегда был пассионарной, пульсирующей точкой, с осознанием собственной духовно-мировоззренческой миссии, которая состоит в том, чтобы сделать Украину европейским государством, максимально удаленным (в духовно-политическом плане) от православной России.

Униаты были движущим ядром первого, «оранжевого» майдана, и они же были передовым отрядом второго майдана 2013 г. Не преувеличивая их значимости, и не отрицая факта, что за этим стояли политики более космополитичные, а сами униаты использовались втемную, подчеркнем, что русско-православному ареалу неминуемо придется искать приемлемый формат соседства с ними. Пока этот формат – предельно конфликтный, и мы видим, как при содействии политиков, маргинальное, по большому счету, униатство, успешно определяет идеологический облик православной Украины, придавая ему гипертрофированно русофобские черты, усиливая напряжение у западных границ Русского мира.

Необходимо вспомнить, что многие столетия после заключения Брестской унии греко-католики считали свою веру «русской верой». Сейчас нет смысла перечислять огромное множество литераторов, этнографов, историков и богословов прошлых веков, которые были носителями общерусских взглядов, и выходцами из униатских кругов. С самого начала принятия Брестской унии  в униатской среде не прекращалась работа по возвращению униатов в лоно православной церкви, очищению восточного обряда от латинских напластований, искоренению полонизмов и сближению литургического языка с церковно-славянским.

Такие настроения среди греко-католиков продлились до первой половины ХХ в. Конечно, к тому времени в этой среде окрепли и обрели влияние антирусские элементы, и нужно говорить о конкуренции двух идеологических полюсов в лоне греко-католической церкви – русофильского и русофобского. Потенциал первого был уничтожен лишь в годы Первой мировой войны путем физического устранения австро-венгерскими войсками его носителей. Говорить о наличии русофильских тенденций в униатской среде после Первой мировой войны, можно, скорее, с натяжкой, за исключением Закарпатья, где униаты-русины остаются русофилами по сей день.

Границу цивилизационного соприкосновения греко-католицизма и православия с места не сдвинуть. Если все прошедшие века греко-католицизм вел духовно-политическое наступление на восточном (православном) направлении, нет предпосылок, что так не будет продолжаться в этом столетии. Изначально униатство не было этнически-русофобским (униаты считали себя «русским народом», а свою веру «русской верой»), а стало таким в результате «политической инженерии» соседних государств.

Сегодня мир входит в фазу серьезной геополитической трансформации, и энергетически напряженные рубежи соприкосновения цивилизационных плит проходят либо по территории России, либо вблизи нее, неся с собой угрозу очередных встрясок. Точки соприкосновения униатства и православия – один из таких рубежей. Для принятия контрмер требуется авангардный стратегический подход, позволяющий действовать с заделом на полвека-век вперед, т.е., как минимум, в рамках среднесрочного хронологического цикла. Униатский вопрос локализован в границах западного вектора российской политики, но происходящее на Украине придает ему большую важность.

После воссоединения Крыма с Россией и отказом Донбасса жить в составе Украины Галиция, как униатско-русофобский полюс, больше не имеет противовеса (в лице православного Крыма и Донбасса). Это приведет к росту идеологического влияния униатской Галиции на все украинское общество, которая останется вне конкуренции. Значимость униатского элемента в видении политического будущего Украины значительно возрастает.

Униатству надо вернуть его первоначальный облик, т.е. таковой, каким оно обладало на момент принятия Брестской унии. Хотя сама идея унии уже есть антиправославный шаг, широкие массы населения в богословских тонкостях не разбирались, и, как уже упоминалось, полагали, что униатство – такая же русская вера, как и православие.

История появления униатской церкви на западнорусских землях – часть общей истории Русского мира, но это долгое время ускользало от внимания русской патриотической мысли. Униатство воспринималось, как внешнее и чуждое, и взгляд на него многих исследователей был ретроспективным, без анализа ситуации на будущее.  Это привело к тому, что униатский ареал долгое время оставался «вещью в себе», черпая политические и идеологические смыслы из католицизма. Сегодня очень сложно назвать униатство «русской верой», а еще сложнее поверить, что оно так называлось еще 150-200 лет назад.

История хранит множество громких имен, которые боролись за русское измерение униатства, что оканчивалось, как правило, возвращением в православие и в лоно общерусской культуры. Униатство знает несколько периодов массового воссоединения с православием: т.н. «схизма Товта» 1900-1914 гг., т.н. «тылявский раскол» 1926 г. и т.д., когда сотни тысяч галичан и зкарпатцев вернулись в православие. Эти факты намеренно замалчиваются, а, между тем, они суть часть истории Украинской греко-католической церкви.

Пришло время возродить богословское наследие «русского униатства», сделать  полемические труды его представителей предметом широкого обсуждения и объектом внимания исследователей. Если униатство начиналось, как «русская вера», оно не должно таким же и оставаться. В силу разных причин все произошло по-другому, но это не повод оставлять ситуацию на самотек. Если в греко-католической среде возродятся очаги «русской веры», отношение многих униатов к Русскому миру изменится. Украинский национализм монополизировал право толковать историю униатской церкви на свой лад, отторгая все, что не укладывается в прокрустово ложе такого толкования. В его изложении история униатства сужается и сводится исключительно к русофобским мотивам. Мириться с этим не стоит.

Необходимо учреждать богословские премии имени представителей «русского униатства», посвящать им телевизионные и литературные проекты, конкурсы, конференции и прочими методами содействовать изучению и актуализации их наследия. Необходимо подчеркивать их идеологическую позицию, которая сближала их с Русским миром и православием. В самой униатской среде нужно поддерживать русофильские тенденции, которые там слабо теплятся, и способствовать их укреплению. При последовательной работе в этом направлении греко-католическая церковь перестанет быть «вещью в себе», выразительницей и опекуном исключительно национал-русофобских интересов украинского политического «бомонда». В ней могут появиться иные религиозно-идеологические настроения, иной, альтернативный полюс.

Насколько это целесообразно? Очевидно, быстро таких результатов достичь не удастся, но это не оправдывает пассивного отношения к изложенной проблематике. Политическая действительность показала, что долгая пассивность в этом вопросе не защитила Русский мир от натиска с запада, в т.ч., в религиозной сфере (регулярные погромы униатами православных церквей на Западной Украине). Необходимо начинать работу в самой униатской среде, и работа эта будет не чем-то привнесенным извне, а причастным самому ареалу греко-католической веры, ее истории и становлению. Это будет возрождением забытых, но ярких страниц униатства, и освещением событий, происходивших на землях, где господство греко-католичества сегодня никем не оспаривается.

http://interaffairs.ru/read.php?item=12280