«Двойной Брекзит», британский и американский, интересен не только сам по себе, но и в плане публичной реакции. Российская публика восприняла эти события на удивление эмоционально. Многие истолковали исход народного волеизъявления в формате личной обиды на «тупое британское/американское быдло». Другие, наоборот, стали радоваться успеху рабочих масс и лепить из Трампа настоящего русского мужика. Помню, чтобы получить трезвый и правдоподобный анализ ситуации по первому Брекзиту, мне пришлось дожидаться, пока с дачи вернется русский старичок Косарекс и, наконец, расставит все по полочкам.

Нельзя утверждать, что его мнение - истина в последней инстанции, но оттуда, по крайней мере, была вычищена большая часть тех хотелок, пугалок и ложных ассоциаций, коими увлеклась прочая пишущая публика. Впрочем, реакция на эти события российской публики – сама по себе достойна изучения. Вдумчивое исследование этой реакции, зафиксированной в российской прессе и социальных сетях, потянет на несколько толстых диссертаций по социологии.

Меня больше всего заинтересовала реакция публики, склонной к элитаристским симпатиям, от российских «либерастов» до русских «приличных правых» (обобщенной «аудитории Богемика и Волкова»). Британский Брекзит затронул этих людей гораздо сильнее и дал нам о них более емкую информацию, чем выборы Трампа. Наши элитаристы, особенно кто посолиднее, ориентируются на Европу и европейскую элиту, а в отношении американских дел и американской элиты могут позволить себе прагматичный взгляд. Рефлекс «Наших бьют!» в британском случае включился практически у всех, а в американском – лишь у той малой части, которую принято называть «пятой колонной».

Остальные, наоборот, цинично посмеивались над поражением американской «Совести Нации». Хотя невооруженным глазом видна связь обоих событий и явный «англо-саксонский сговор»: прозорливые британцы, очевидно, предпочли дистанцироваться от Европы, ожидая трамповский разворот в американской политике. Но мы все же сначала сосредоточимся именно на «настоящем» Брекзите, а об американской «кавер-версии» поговорим в конце.

Элитаристы годами убеждали нас в том, что на Западе все сколь-нибудь серьезные вопросы решаются элитами, народ реальной власти не имеет, а демократические процедуры за рамками муниципального уровня - только ширма. Казалось бы, исход британского референдума логично было интерпретировать в той же любимой парадигме: «Значит, так было нужно Ее Папуасскому Величеству». Но эти люди, за редким исключением, заговорили о «восстании масс», о том, что «английское быдло взбрыкнуло» и пошло против воли элит.

Почему, на каком основании они сочли необходимым отказаться от своих любимых взглядов? Откуда они взяли, что британская элита солидарно играла против Брекзита? К такому выводу пришел даже компетентнейший С.В. Волков, лучший в России специалист по элитам. Но ведь не нужно быть особым экспертом, чтобы заметить отсутствие единства британской элиты по теме референдума. В пользу Брекзита высказывались влиятельные представители британского политического класса (как, например, Борис Джонсон и Майкл Гоув).

Элитарист мог бы ухватиться за это и сказать, что имел место раскол британской элиты, и сильнейшая часть победила слабейшую. Но нет, историк почему-то абсолютно уверен, что британская элита, в целом, никоим образом не могла хотеть такого исхода референдума (даже в рамках торга с Брюсселем), и что это именно сбой управления народными массами, и даже что никаких серьезных последствий этот референдум иметь не будет.

Более того, автор не побоялся опуститься до уровня газетной конспирологии и счел, что убийство политик-вумен Джо Кокс незадолго до референдума - сознательная акция элит ради направления общественного мнения против Брекзита. Но привычки к такого рода «сакральным жертвам» во время судьбоносных плебисцитов ранее в Королевстве не наблюдалось, и делать столь сильный вывод на основании 1 события для профессионального историка как-то легковесно. (Между тем, сами судьбоносные референдумы проводятся британской элитой не так уж редко, из недавних - об отделении Шотландии и Квебека, об отказе от монархии в Австралии, и везде, кажется, обходилось без «сакральных жертв»).

Возникает подозрение, что мысль о сознательном курсе британской элиты на выход из ЕС нарушает какие-то более глубокие и более серьезные предрассудки наших идейных элитаристов, ради которых они готовы пожертвовать любимейшей концепцией «могущества элит». Эту более существенную идею можно назвать фантазией «содружества» или «интернационала» элит, - она столь цепкая, что краешком, на уровне подсознания, затрагивает даже таких рациональных людей, как Волков («а хомячков – разрывает пополам»).

Один из ее вариантов - популярная с 1980-х «постмодернистская» футуро-политология, которая представляет будущее как сговор элит, которые обменяют государственный суверенитет на соразмерную долю мест в правлении «Мировой Корпорации». Все вообще мировые элиты должны объединиться в некий глобальный «клуб по борьбе с быдлом». Национализм - для простонародья, все разногласия между элитами - чисто рабочие, а в самом главном они давно сговорились: их общий враг - распоясавшееся быдло, собственные народы.

Нужно загнать быдло в стойло, урезать его права, сократить поголовье, а самим - выделиться в надгосударственную сеть анклавов, которая ни от кого не зависит, но всем остальным миром распоряжается как мебелью. Некоторые приписывают «интернационалу элит» желание покончить с остальным человечеством раз и навсегда, устроив «зомби-апокалипсис». Разумеется, редко кто высказывает все это открытым текстом, но на уровне смутно осознаваемых мечтаний так, оно, по-видимому, и выглядит.

Итак, Брекзит логически не совместим с двумя любимыми постулатами российских элитаристов, взятыми вместе. Либо придется признать, что элиты не всевластны, что английский народ пошел против воли элит. Либо придется признать, что одна из самых влиятельных элит планеты - британская - отнюдь не намерена угождать «интернационалу» и сдавать в архив такое старое доброе оружие, как государство-нация. В то время как многие другие элиты в одностороннем порядке идеологически разоружаются, «кидая» свои народы за ненадобностью и предвкушая слияние в глобализированной элитарности, британцы держат порох сухим.

Понятно, что крушение второго постулата вызывает у наших элитаристов гораздо больший дискомфорт, чем отказ от первого. Ибо означает, что смертельная борьба элит еще не закончилась, что грядет не уютный «конец истории», а Битва Империй, и что антинародная капитулянтская политика российской верхушки за последние несколько десятилетий - это сплошное «лоховство», путь к самоуничтожению, а не «билет на Ковчег».

Поэтому большинство решило пожертвовать «всевластием элит» ради продолжения веры в «интернационал элит против народов». Только изобретательному Богемику удалось сохранить оба постулата: он хитроумно интерпретировал Брекзит как очередной шаг британской элиты в сторону глобализации и разгосударствления, - то есть, по сути, все к тому же «интернационалу элит». «Мне бы вашу веру, сестры!» - сказал человек, наблюдая монашек, заливающих в бензобак содержимое ночного горшка.

У большинства, не обладающего оптимизмом и Верой Богемика, признание того, что исход британского референдума сигнализирует о «крысятничестве» и «раскольнических» планах британской элиты, дотоле считавшейся флагманом глобализации, вызвал неприятное прозрение. Люди вспомнили, что издревле суть мировой политики - это смертельная, на выбывание, борьба элит между собой, а не мифическая «всеобщая борьба элит с быдлом». И в этой реальной борьбе свой народ - не «никчемная обуза», а важный ресурс элиты в борьбе с другими элитами.

Нужный хотя бы для того, чтобы при нужде сослаться на референдум, а затем защитить результаты этого референдума силовым путем, если другим элитам они сильно не понравятся. В этой картине мира глупее всего выглядит «элита», которая всю свою жизнь посвятила тому, чтобы максимально ослабить свой народ и продать его чужим элитам, ради места в мифическом «элитарном интернационале». А ведь это именно тот тип «элитарного сознания», который культивируется в России последние десятилетия, и который привел к тому, что декоммунизация страны пошла по наиболее разрушительному и проигрышному пути.

Единственный отечественный элитарист, который сумел посмотреть на эти вещи без иллюзий и озвучил мнение пессимистов - это Галковский. Философ прямо заявил, что Брекзит - это не сбой управления и не предмет для мелочного торга, а реальный шажок в смертельном противоборстве за мировое господство, по итогам которого мы все (особенно Россия) можем превратиться в радиоактивный пепел. Впрочем, Галковскому можно поставить в вину иллюзию другого рода. С некоторых пор он слишком пристрастно относится к великой американской демократии и ее победоносному шествию по планете. Это, конечно, абсурд: нельзя ставить волку в вину то, что он волк и щелкает зубами. И тем более нельзя недооценивать хищника: ”«Белое население» США само по себе блеф”. (Галковский, июль 2016). Трамп доказал, что если и «блеф», то хорошо работающий.

Переход Америки от взвешенной дипломатии эпохи Холодной войны к «беспределу» двух последних десятилетий (см. об этом хорошую подборку у Обогуева) находит свои параллели в аналогичном эпизоде античной истории. Точно такой же переход к разрушительному хищничеству и грубому подавлению не только бывших противников, но и прежних союзников, обозначился в политике Рима примерно с 180 г. до н.э.

Этап «Злого Следователя» в римской истории продлился полторы сотни лет и был необходим для переформатирования римской гегемонии в непосредственное имперское управление Средиземноморьем. В ходе этого переформатирования римляне уничтожили (иногда - физически) практически все державные элиты Средиземноморья, в том числе союзные и вассальные, возвышающиеся над муниципальным (полисным) уровнем. На эту тему у меня есть объемистый текст «Ницшеанство Мирового Гегемона».

Наблюдаемое сходство симптомов наводит на мысль, что американцы при строительстве своей Империи выбрали древнеримский путь, трудный, но надежный, и отказались от легкого и менее болезненного для всего мира пути собирания всех действующих мировых элит в феодальный конгломерат по модели СРИГН (Священной Римской Империи Германской Нации). Американцы, как и римляне в определенный период своей истории, задали себе, с украинской непосредственностью, логичный вопрос: «Зачем делиться акциями в Мировом Правительстве с побежденными конкурентами, если можно всех убить и забрать себе ВСЕ?»

Соответственно, американская элита не пустит в свой «Ковчег» никого постороннего, а другим «Ковчегам» сохраниться не позволит. Все в мире, что справедливо или по недоразумению называется себя «элитой» и возносит свои амбиции выше микро-регионального уровня, будет «раскулачено» и уничтожено. Всякий «элитарий» отныне должен чертить у себя на груди мишень. Революционная тема «Мир – хижинам (народам), война – дворцам (элитам, правительствам)», уже давно обозначившаяся в американской внешней политике, будет доведена до логического завершения. Крупные державы будут уничтожаться во имя регионов, малых национальных государств-штатов и слабых, зависимых от Америки конфедераций таких штатов.

Разумеется, открыто заявлять об этом и стимулировать консолидацию противников американцы не будут. Вспомним, что римские челюсти работали медленно, и на каждом этапе «всемирного истребления элит» римляне охотно пользовались услугами тех элит, которые были предназначены к уничтожению на следующем этапе. «Интернационал элит» - это одна из тех «морковок», которые нужны Америке, чтобы успокоить скот, предназначенный к забою. Никакого раскола американской элиты по вопросу «жить или умереть Америке», разумеется, нет и быть не может.

Часть американского истеблишмента (представленная на прошедших выборах фигурой Хиллари Клинтон), которая изображает готовность демонтировать американский суверенитет во благо «интернационала элит», это лишь умелая команда дезинформаторов. Высокие профессионалы, не стыдящиеся и дурочку сыграть, когда это надо для Дела. Поскольку Европа не купилась на эту игру и не согласилась на TTIP, то есть на демонтаж своего финансово-экономического суверенитета, то американцы решили, что прикрываться этой командой далее нет смысла. «Пора мочить!»

Создается впечатление, что вообще вся лево-либеральная Америка, расцветшая с 1960-х гг., была создана американской элитой под проект мирного поглощения Европы. Это систематическое заигрывание с модными трендами полевевшей Европы, которая к тому времени завершила построение социального государства. Америка хотела представить Европе некое «человеческое лицо», а по ряду левацких позиций даже оказаться «святее Папы Римского», дабы идеологически разоружить европейских интеллектуалов.

Здесь можно найти параллель с желанием римлян II в до н.э. выставлять себя «вполне своими» в глазах эллинов, разглагольствовать об «освобождении эллинов» и при всяком случае подчеркивать параллелизм латинской и греческой культур. Вершиной этого тренда стало избрание в президенты Обамы Святого. Тут уже европейцы должны были устыдиться и дрогнуть. Но они прошли тест на уровень интеллекта и тем самым подписали себе смертный приговор. Никого умнее себя Америка в своей Мировой Империи не потерпит.

Вероятно, на лево-либеральной внутренней политике скоро будет поставлен крест, и Америка по многим параметрам вернется «назад в 1950-е», в более комфортную для себя идеологическую конфигурацию. (Сказанное не означает, что борьба в американской элите вообще иллюзорна - она вполне реальна и жестока, как было и в Риме, но это «борьба хорошего с лучшим» для Америки, а не «противоборство патриотов и капитулянтов», характерное для зависимых и колониальных стран).

Что такое «Трамп»? Банально: «Трамп – это Война с Европой», что бы себе там ни воображали российские трампопоклонники. Точнее, пока еще – подготовка к Большой Войне. Это окончательный, уже без масок и полумер, поворот Америки к древнеримской программе «Злого Следователя». Трамп в своей триумфальной речи не зря упомянул про «200 генералов и адмиралов». Генералы заждались в нетерпении, бьют копытом. Всем уже понятно, что ни культурой, ни экономикой Америка не сможет окончательно покорить весь мир (хотя в первые десятилетия после 2МВ можно было питать такую надежду).

Переходная миссия Трампа – сделать Америку менее зависимой от внешнего мира, прежде чем этот мир будет отправлен в тартарары. Американское общественное мнение также должно быть перестроено и сделано более пригодным для эгоистично-разрушительной внешней политики. «Свойская» фигура Трампа как нельзя лучше подходит для вовлечения американского среднего класса и «одноэтажной Америки» в дело строительства Мировой Империи на римский манер. Сегодня конек Трампа – рабочие места, создаваемые возвращением американского бизнеса из зарубежного аутсорсинга. Завтра таким коньком станут рабочие места, создаваемые проектами по утилизации внеамериканского мира.

Америка, конечно, будет подобрее Рима и, вероятно, приговорит к смерти далеко не все элиты, запятнавшие себя в ее глазах амбициями выше регионального уровня. Римляне, «молодые варвары» в глазах греков, имели основание считать опасно-умными и чрезмерно-искушенными практически все остальные державные элиты Средиземноморья. Тогда как американцы в этом отношении всерьез опасаются только Европы и старых европейских элит. Поэтому за пределами Европы подобие «постмодернистской мечты» действительно может осуществиться. Наиболее полезные для Америки азиатские, латиноамериканские и африканские элиты могут, без особых потерь, быть приветливо инкорпорированными в нижние этажи американского Мирового Правительства.

Конечно, не в роли «пассажиров Ковчега» (на что надеются многие россияне), а вместе со своими народами, в качестве толковых менеджеров, способных привести свои страны к экономическому процветанию и повысить их «пищевую ценность» для Всемирной Империи. В античные времена это получилось у Египта. Поставки продовольствия, которые осуществляла мощная централизованная египетская экономика, были так важны для римлян, что в эпоху «Злого Следователя» они оставили Египет в покое, опасаясь ненароком все порушить, а в эпоху Августа инкорпорировали Египет в Империю целиком, не дробя, вместе со всей его бюрократической машиной. Китай, видимо, может надеяться на такой вариант, а вместе с ним, «вагончиком», получает шанс и Россия, как инструмент «присмотра» и давления на Китай, а также как желательный партнер по уничтожению Европы.

Но эта возможность открыта только в том случае, если американцы не признаЮт в нас опасных «старых европейцев», если они понимают разницу между «теми русскими» и «этими русскими» («советские на 50%») и видят в постсоветских русских молодой наивный народ «американского» типа, «восточных американцев». Тогда избавление России от власти проевропейской и по-европейски искушенной постсоветской верхушки может реабилитировать русских в глазах Америки. Если же американцы всерьез верят в имманентную европейскую искушенность русского народа, в нашу «староевропейскую испорченность», то нам поневоле придется держаться Европы, «пока смерть не разлучит нас».

http://kornev.livejournal.com/499635.html