Всё началось в 1970-е годы, когда волна феминизма прокатилась по стране: эмансипация стала ключевым словом, Элис Шварцер начала «досаждать» мужчинам, Симона де Бовуар стала обязательным чтением у феминисток, которые были убеждены: у них получится лучше, чем у матерей.

Почти одновременно начали формироваться феминистская лингвистика, которая утверждала, что отношения власти и подчинения находят отражение и в языковых структурах, и выступавшая против критика феминистской лингвистики.

Программа звучала так: феминизация предложений, вывод женщин с «языковых задворок», куда их изгнали.

Формы мужского рода в «гендерно-нейтральном» контексте необходимо было утилизировать, а заодно и «мужскую лингвистику» в частности, а мужчин в целом поставить на место.

Кто находится у власти в Германии
и объяснение поведения этих людей
в статье
Нравы германской элиты и тайные пружины политики
А также в статье
Болотное дело в Германии

В 1980 году в журнале «Linguistische Berichte» вышла статья «Инструкции по исключению сексизма в словоупотреблении». Марлис Хеллингер, Луизе Ф. Пуш, Сента Трёмель-Плотц стали протагонистами в создании теоретической базы по «гендерно-нейтральному словообразованию», а заголовки на немецком языке вида «Alle Menschen werden Schwestern» (искаженная строка из «Оды к радости», где слово «братья» заменено на слово «сестры» — прим. пер.) и «Vatersprache Mutterland» (замена существующих слов — «родной язык» и «Родина» — несуществующими либо только за счёт перемены частей слов Vater «отец, отцовский» и Mutter «мать, материнский» в первом слове, либо также с помощью дополнительного семантического сдвига «метрополия» вместо «Родина» во втором прим. пер.) стали трамплином из академических «башен из слоновой кости» в немецкую языковую среду.

После трёх десятилетий феминистской языковой войны можно констатировать: дамы поэтапно одерживают победы, мужчины уже не имеют прежних позиций здесь красноречивая Луизе Пуш права. Однако язык обезображен. Это что, сопутствующий ущерб?

Шутовские идеи феминистской лингвистики

Простые времена, когда не подвергалось сомнению, что на свете существуют два пола, постепенно прошли. Теперь требуются такие стилистические приёмы, которые бы обеспечили отражение в языке гендерных идентичностей по ту сторону деления на мужчин и женщин. Предложенные решения основываются на американской «квир-теории», в которой постулируется, что пол и сексуальная ориентация определяются социокультурными процессами.

Подробно о о теневой стороне
канцлера Германии
в статье

Ангела Меркель как агент Штази

В соответствии с «квир-теорией» использование «гендерно-нейтрального_подчёркивания» устроило бы тех, кто не хочет идентифицировать себя ни с мужским родом, ни с женским. Сторонники феминистского обновления языка предлагают и другие идеи: вместо «гендерно-нейтрального_подчёркивания» использовать «гендерно-нейтральную*звёздочку» на манер карточного джокера, подходящего для всех возможных видов гендерной идентичности. Например:

die Frau_ , der Mann_, die Mutt_er

или: d*Mann*, d*Hom*sex*, d*Lesb*, d*Salzstreu*

Politik* в торжественных речах: Lieb* Deutsch*

Интересно было бы ознакомиться с устным прочтением такого текста. Эрнст Яндль (австрийский поэт и радикальный экспериментатор — прим. пер.) был бы особенно рад это услышать.

Признание только на словах и языковые вывихи

«Фаллическая» форма гендерного равенства (прописная буква в новой орфографии формантов женского рода - In и - Innen) преподносится в качестве стандарта в университетах на специальностях по изучению социальных, культурных и гуманитарных наук. А едва лишь некоторые дамы, приверженные ретро, решаются использовать традиционный «общий мужской род», то тут же подвергаются за это резкой критике («Она не склоняет по родам!»).

Но мужчины понимают: гендерное равенство признаётся только на словах. Они не считают, что их господству угрожает чрезмерное использование пары спецсимволов.

Подробное исследование
о проблеме исламской миграции в Германии
в статье
Мигрантский вопрос в Германии

Сегодня лингвистическое равенство женщин и мужчин преподносится как подарок, однако, это всего лишь отвлекающий манёвр. Складывается впечатление, что в университетах теперь ситуация следующая: вы, женщины, получите заглавные буквы внутри слов, а уж мы, мужчины, как-нибудь удовольствуемся руководящими должностями.

Предвыборная риторика спешно двинулась из университетов в политику. Каждый, кто участвует в выборах, должен использовать удвоения: теперь уже недостаточно сказать «граждане», нужно добавить «и гражданки». Слов больше, а смысла меньше.

Поскольку женщины составляют большую часть голосующего населения, считается, что языковые чудачества и избыточные речевые обороты придутся им по душе, а это в свою очередь увеличит их благосклонность к кандидатам. Однако многие готовы от этого отказаться, считая, что красноречие и языковая эстетика важнее, чем надуманное словесное равенство.

Гендерное неравенство закрепляется

Польза от повсеместного использования двойного наименования пока что незаметна. Три десятилетия языкового равенства привели лишь к уродливым текстам, но не к социальному равноправию.

Возможно, в некотором смысле это и неплохо: как и прежде женщины воспитывают детей и занимаются повседневными мелочами, мужчины принимают решения и устраивают банковские кризисы. И, как сорок лет назад, обсуждают, чего больше приносят квоты для женщин в наблюдательных советах крупных компаний: пользы или вреда?

Мало-помалу приходится задаваться вопросом, не были ли удары феминистской лингвистики направлены в обратную сторону и не добились ли феминистки цели, противоположной той, что была поставлена изначально. Не привело ли это к тому, что непрерывный акцент на очевидном факте наличия полов не только не смягчил их социальное неравенство, но наоборот лишь усилил его и закрепил?

Ведь так постоянно неявно утверждается, что нет никакого взаимодействия, взаимного дополнения полов, нет абстрагирования от половой принадлежности, позволяющего рассматривать просто людей всех вместе. Постоянно делается упор на том, что существуют именно мужчины и женщины. Половая дихотомия, которая должна быть в соответствии с общечеловеческими ценностями отменена, в каждом предложении устанавливается заново, и социальные разрывы не становятся меньше.

Благозвучие или грубое косноязычие

Многие книги, изменившие мир, создавшие революцию в политике и обществе, пережившие столетия, перевернувшие науку, начиная с эпоса о Гильгамеше, Ветхого и Нового Заветов, и заканчивая Кораном, написаны хорошим языком: сложно, объёмно и многопланово, допуская различные интерпретации.

Все писатели, от Гомера до Макса Вебера, от Платона до Бронислава Малиновского, Мартина Лютера, Зигмунда Фрейда, Мишеля Фуко, Пьера Бурдье все они умели хорошо писать, и многие из их книг имеют хорошие, легко запоминающиеся названия.

Получится ли создать новую реальность посредством букв, если через каждые два слова в благозвучную мелодию речи будет грубо вторгаться косноязычие, обрушиваясь как стук кувалды? Прописная буква «I», косая черта, подчёркивание, звёздочка, двойное наименование и тому подобные конструкции с таким оружием ни одну лингвистическую битву не выиграть, это не лингвистическая борьба, а лингвистические судороги. С этим необходимо покончить.

http://inoforum.ru/inostrannaya_pressa/gendernye_sudorogi_portyat_nemeckij_yazyk/