В свое время (в 1997 году) вокруг противостояния Каспарова и суперкомпьютера Deep Blue, сконструированного в IBM, развернулась немалая медийная шумиха. Шахматный матч преподносился как историческое сражение человека и машины. Машина оказалась сильнее… Экономист Тайлер Коэн предлагает, однако, не ставить на этом точку в истории. Возможно, победа Deep Blue была стартом новой эпохи, о которой в самое ближайшее время мы услышим отнюдь не только из мира шахмат.

Коэн напоминает о существовании так называемых фристайл-шахмат, в которых могут соревноваться команды людей и машин в произвольных сочетаниях. Вопреки тому, что можно было бы предположить, в такой разновидности шахматной игры не побеждают ни суперкомпьютеры, ни команды суперкомпьютеров и гроссмейстеров. На первый план здесь выходят специалисты особого рода. Сильные шахматные игроки, вооруженные ноутбуками, которые умеют лучше других действовать совместно с компьютером, используя сильные стороны как искусственного, так и человеческого интеллекта.

«Конец среднего» (Average is Over)[1] построена вокруг идеи о том, что аналогичные способности очень скоро станут главным навыком, востребованным в экономике, а симбиоз людей и машин в формате таких цифровых кентавров полностью изменит рынок труда и, в конечном счете, все американское общество. Причем эти изменения будут выглядеть, мягко говоря, неоднозначными.

Еще в 2011 году на экраны вышла спортивная драма режиссера Беннетта Миллера Moneyball (в русском прокате – «Человек, который изменил все»). В этой ленте, основанной на одноименном документальном бестселлере, показаны принципы принятия решений и формы развития карьеры, которые, возможно, будут определять нашу жизнь на ближайшие десятилетия. Бейсбольная команда «Окленд Алтетикс», не хватающая звезд с неба, приглашает молодого и амбициозного тренера Билли Бина (играет Брэд Питт). Команда сопротивляется его попыткам изменить порядок вещей – игроки довольны своими контрактами… и последним местом в лиге. Бин случайно встречает молодого математика, выпускника Йеля. Тот рассказывает о своей базе игроков в бейсбол, которая позволяет сравнивать детально проработанную игровую статистику каждого игрока с его рыночной стоимостью и делать вывод о том, насколько тот или иной игрок недооценен и переоценен.

В ключевой сцене фильма Бин, нанявший молодого человека своим помощником, вынужден доказывать собственному тренерскому штабу, что решения о покупке или продаже игроков теперь будут приниматься не на основе человеческого опыта или интуиции, но в соответствии с компьютерными алгоритмами. Ему удается сломить сопротивление традиционно мыслящих специалистов и привести «Окленд Атлетикс» к победе. Успешная бейсбольная команда отныне и навсегда та, которая использует компьютерное моделирование при разработке своей стратегии.

А вот новость уже из мира реального. В марте 2013 года было объявлено, что в США создан и успешно работает программный комплекс, способный диагностировать и назначать терапию раковых заболеваний. Трогательный онколог Уилсон из сериала о докторе Хаусе, который так любил держать умирающих за руку, больше никому не нужен. Больницы теперь охотнее наймут на работу врача, который умеет идеально взаимодействовать с современными автоматизированными системами диагностики, и производительность труда которого, соответственно, на порядок выше, чем можно было представить себе в прошлом.

Average is Over рассказывает историю общества, которое состоит из таких супер-профессионалов нового типа, работающих во всех сферах экономики, а также из значительного большинства всех тех, кто не попал в число этих счастливчиков. Жизненные стандарты второй группы работников резко упадут, так что в заголовке книги обыгрывается грядущие (очередные, окончательные?) похороны среднего класса.

Коэн утверждает, что стратификация современного общества в ближайшем будущем будет лишь нарастать, причем опережающими темпами. В результате технологических изменений сформируется меньшинство высокообразованных работников, способных развивать свою карьеру в сотрудничестве с автоматизированными компьютерными системами. Это меньшинство станет своего рода новой аристократией. Все остальные останутся без традиционных рабочих мест и средств к существованию. Они будут перебиваться, пользуясь дешевыми товарами, создаваемыми первой группой, и жить в трущобах.

С мечтой о собственном уютном доме для всех работающих граждан однозначно покончено. Около 60% рабочих мест, закрывшихся после кризиса 2008 года, относилось к категории среднего класса. Средняя зарплата мужчин в США с 1969 по 2009 год в реальном измерении снизилась на 28 процентов без всякой видимой причины. Эти тенденции будут лишь нарастать в будущем. Что случится с американской мечтой, если она станет доступна лишь незначительной части населения? Что случится с самой Америкой, у которой не будет среднего класса? Это те не слишком приятные вопросы, которые Коэн предлагает своему читателю.

Развитие автоматизированных систем и человеческого симбиоза с ними выглядят для автора объективным и неизбежным, хотя и опасным в социальном отношении. Мэттью Иглесиас, написавший рецензию на книгу Коэна для сайта Slate.com, в этой связи отмечает, что, если присмотреться, в тексте в разных местах разбросаны пункты политической программы, выполнение которой сделало бы последствия воцарения «кентавров» более мягкими. Иглесиас перечисляет эти пункты:

  • Либерализация законов об авторском праве;
  • Новое социальное государство, приоритетом которого является поддержание минимального дохода для всех граждан;
  • Финансовая политика, поддерживающая молодых работников;
  • Поддержка цифровых технологий доступного образования;
  • Реформа здравоохранения по сингапурской модели (любое обращение пациента является платным, несмотря на госсубсидии);
  • Более открытые границы и более свободная миграция.

Получается, говорит автор Slate.com, что перед нами все-таки достаточно «открытая» ситуация, где далеко не все заранее предрешено «наступлением машин», а «среднее кончилось». На самом деле, предсказание Коэна, будь оно верным, означало бы в первую очередь появление политической элиты нового типа, с более узкой социальной базой, не заинтересованной в поддержании высокого уровня средних зарплат и продления жизни среднего класса. Это, в свою очередь, – политическая проблема, которая требует политических форм борьбы.

Коэну нравится развитие новых систем онлайнового образования, ориентированного на гибкое взаимодействие между студентами, выстраивающими собственную академическую среду в сети. Только это образование позволяет сегодня широкой аудитории следовать за быстрыми социальными изменениями и открытиями в науке. Не меньший интерес автора вызывает популярная сегодня геймификация, то есть, перенос механики видеоигр в реальную жизнь (например, в задачи, связанные с обучением). С его точки зрения, роль преподавателей в будущем скорее сведется к мотивации студентов, чем к чтению им лекций. Образование будет похоже на онлайновые тренажерные залы, наполненные людьми, старающимися выжать еще немного знания.

Коэн успокаивает американский истеблишмент. Вопреки всем прогнозам последних тридцати лет, статус США как мирового лидера, скорее всего, никуда не денется. США сохранят преимущество в ключевом секторе современной экономики – создании автоматизированных систем с элементами искусственного интеллекта. Соответствующие технологии будут хорошо продаваться на рынке, более того, Коэн предрекает возвращение части американского промышленного производства на родину. Реиндустриализация станет возможной в том случае, если создавать продукцию при помощи роботов станет все-таки выгоднее, чем прибегать к помощи дешевых китайских рабочих. Китай, кстати, в этой логике ждут серьезные испытания, потому что его низкие зарплаты в мире, где началась новая технологическая революция, могут оказаться сомнительным преимуществом.

Здесь будет уместным напомнить, что с точки зрения современной экономической истории, ключевым фактором промышленной революции в Англии XVIII века стало именно сочетание высоких уровней заработной платы местных рабочих и изобретение ткацкого станка. Рабочие стоили так дорого, что появилась экономическая целесообразность для создания машинного производства. Именно после этого европейцы начали конкурировать с традиционными производственными центрами Азии.

Хотя этот сюжет не является главным для книги Коэна, его появление свидетельствует о том, что со времени появления его предыдущей популярной работы «Большая стагнация» (The Great Stagnation, 2011), автор пересмотрел некоторые свои прогнозы. Прошлая книга представляла из себя манифест, в котором Коэн заявлял, что США исчерпали исторические ресурсы для технологического роста. Все «яблоки, которые висели низко, мы уже сорвали», – утверждал он. Среди таких «низко висящих яблок» были доступные и обильные, а значит дешевые земли, несколько технологических прорывов, пришедшихся на период с 1880 по 1940 годы (транспорт, заморозка, электричество, связь и гигиена), а также образование, полученное массой людей, которые были прежде лишены доступа к нему.

В двух главах Average is Over Коэн рассуждает о том, почему к его теме не имеет отношения старые дискуссии о возможности/невозможности искусственного интеллекта в соответствии с тестом Тьюринга, а также, почему вопрос о природе человеческой интуиции нуждается в новой формулировке. Вновь на примере шахмат Коэн показывает, что сегодня даже самые ориентированные на интуицию игроки-профессионалы вынуждены смотреть на доску с фигурами «глазами компьютера», и что человеческая интуиция начинает работать в тех рамках, которые задаются возможностями компьютера. Что касается теста Тьюринга, то он нерелевантен, поскольку вне зависимости от того, будет ли в ближайшее время создан компьютер, способный удовлетворительно имитировать полноценную человеческую дискуссию, автоматизированные системы уже начали напрямую влиять на экономику, производительность труда и количество рабочих мест.

Коэн предлагает узнаваемый стиль анализа, когда комплексные факторы изучаются в некоторой единственной, определенной однажды, жесткой перспективе. Рабочие места, образование, качество жизни, судьба Америки – все это в данном случае анализируются с точки зрения начавшейся, по мнению автора, новой технологической эры «цифровых кентавров». Такой подход, однако, провоцирует критиков спрашивать, почему Коэн не рассматривает и другие феномены современного мира. Рецензент The Wall Street Journal, например, критикует книгу за то, что там не нашлось места для анализа будущей динамики высоких финансов.

Average is Over – необычная книга о будущем. Прогнозы Коэна в большинстве своем пессимистичны. Технологии вырываются из-под контроля и готовы сломать наш привычный мир ради эффективности и роста прибыли. Тем не менее, текст вряд ли можно назвать антиутопией. Коэн не обещает людям будущего ни войн, ни кровавой тирании, ни борьбы с инакомыслием. Он старается видеть плюсы там, где они могут быть найдены. Хотя, разумеется, предложить утопию он тоже не в состоянии. Мир ближайшего будущего за счет дешевых вычислений, развития Big Data и тотальной медиафикации реальности через интернет может оказаться качественно другим по сравнению с тем, что привычен нам.

В последней главе книги («Новый социальный контракт?») Коэн пишет:

«Мы двигаемся от общества, которое основано на том, что каждый может претендовать на хорошее качество жизни, к обществу, в котором от людей, которые хотят преуспеть, требуется работать для этого еще интенсивнее, чем сегодня».

Готовы ли мы платить за социальный и экономический успех (да и то негарантированный) полным отказом от собственной жизни за пределами карьеры в условиях новой индустриальной революции? Вот тот вопрос, которым можно резюмировать описание очередных похорон среднего класса, представленное в Average is Over.


[1] Tyler Cowen/Average is Over. Powering America Beyond the Age of the Great Stagnation/Dutton Adult, 2013.

http://terra-america.ru/kuber-pohorony-srednego-klassa.aspx