Что может противопоставить сегодняшний Юг милитаристской машине Запада? Абсолютному превосходству западных вооружений и приемов ведения войны? Разве не доказала уже «Буря в пустыне» (не говоря уже об Афганистане и позднейшей кампании в Ираке, триумфально завершившейся пленением Саддама Хуссейна), что варварство ни при каких условиях не способно противостоять цивилизации?

Редакция АПН, в связи с волной террактов в Европе,  считает крайне актуальным содержание публикуемого текста, первые версии которого появились около 20 лет назад в процессе работы группы аналитиков, известной как "Имперский Генеральный Штаб". Текст настоящей публикации приводится по книге С.Переслегина "Самоучитель игры на мировой шахматной доске".

Заметим прежде всего, что ставка на превосходство в вооружении часто оказывалась битой. Лучшее оружие не помогло ни Римской Империи, ни империи Чжурдженей, ни Киевской Руси. Связано это с тремя факторами.

В чем ложь утверждений, говорящих что
Ислам религия мира
в статье:

Почему ислам религия войны
Причины того что европейцы и жители Востока несовместимы
в статье:

Почему мусульмане агрессивны

Во-первых, оружие имеет тенденцию к распространению. В силу факта взаимодействия с Империей варварская периферия – пусть с некоторым опозданием, но получает имперские военные технологии. Различие в вооружениях нивелируется – тем быстрее, чем медленнее развивается наука и техника Империи.

Во-вторых, новейшие оборонные технологии требуют развитой инфраструктуры. Тем самым они более уязвимы, нежели традиционные. Наконец, в-третьих, исход сражения не всегда может быть решен техническим превосходством.

Во всяком случае, исходить в оценке перспектив межцивилизационного конфликта только из факта технико-экономического превосходства Запада представляется опасным.

Германия после Версаля была неизмеримо слабее своих будущих противников во Второй Мировой войне. С разрушенной транспортной системой, голодающая, лишенная армии и флота, с полностью подорванными финансами, какую опасность могла она представлять для англо-французской коалиции?

Подробнее об истоках современного арабского терроризма в статье:
Арабский терроризм, нацистское подполье и советские спецслужбы
А так же в статье:
Связи арабов и нацистов

Уже Кувейтский кризис 1991 г. четко показал, в чем сила Запада и в чем его слабость. Иными словами, в ходе «Бури в пустыне» была похоронена старая стратегия Юга и, возможно, родилась новая.

При непредвзятом анализе противник должен был прийти к следующим выводам:
• Техническое превосходство европейцев является подавляющим и не может быть нейтрализовано военными средствами.

• Запад эффективно действует в военной области, если ему удается добиться единой политической реакции на события.

• Запад крайне медлителен. Время его реакции на события составляет несколько месяцев.

• Запад безразлично относится к материальным потерям.

• Запад крайне чувствителен к людским потерям.

• Потери среди мирного населения оказывают на Запад еще более сильное воздействие, нежели потери солдат.
На основании этих выводов может быть построена новая стратегическая концепция.
Как всегда, при взаимодействии более слабой в военном отношении системы с более сильной, речь идет о партизанских действиях.

Проблема вербовки и возврата боевиков-террористов:
опыт Европы и перспективы России

В статье:
Как борются с возвращением экстремистов в Европу

Точнее – о наступательной партизанской войне. То есть о партизанских действиях на территории противника, слабые и разрозненные попытки которых называют сейчас «терроризмом».

Действия террористических групп (палестинские, алжирские боевики, ИРА и т. п.), как правило, направлены на достижение чисто тактических целей. Цели эти тривиальны. Обычно их можно свести к деньгам либо – к освобождению из тюрем других террористов. Лишь совокупность актов террора способна привести к эффекту в оперативном масштабе.

Исключение составляют действия группы Басаева в Буденновске, где террористы с самого начала ставили перед собой военно-политические цели оперативного масштаба и почти добились стратегического результата. И разумеется, исключение составляет грандиозный террористический акт, осуществленный 11 сентября 2001 года на территории Соединенных Штатов Америки и приписываемый Усаме бен Ладану и организации «Аль-Кайеда».

Чеченская война должна занять особое место в истории конфликта «Юг—Запад». Впервые в единоборстве с исламскими боевиками европейская армия потерпела поражение. (По Лиддел-Гарту: выигрыш в войне есть достижение мира, который, хотя бы с вашей точки зрения, был бы лучше довоенного. Чем бы ни кончились боевые действия в Чечне, Россия, потерявшая честь, союзников, людей, деньги и престиж, войну уже проиграла.)
Тем самым изучение особенностей данного конфликта приобретает приоритетное значение для обеих противоборствующих цивилизаций.

Не подлежит сомнению то, что российская армия в Чечне действовала (и поныне действует) не лучшим образом.

Однако разве не действия противника заставили ее так действовать?

Любая армия имеет свои достоинства и недостатки. Суть военного искусства в том и заключена, что победитель создает обстановку, в которой недостатки его войск не видны, а достоинства проявляются максимально. И каковы бы ни были слабости господина Грачева как военного министра, сделали эти слабости заметными воины и полевые командиры «республики Ичкерия».

Суть стратегии политического ислама в Чечне может быть охарактеризована следующим образом:

а) в области психологии – постоянно провоцировать противника на совершение действий, позорных для европейской армии (бомбардировка городов, убийство мирных жителей, мародерство и пр.). За счет этого способствовать международной изоляции противника и создавать у своих людей чувство превосходства над захватчиками;

б) в обороне – партизанская война, опирающаяся на тесное взаимодействие труднообнаруживаемых лагерей боевиков в горах и своих сторонников в населенных пунктах. В связи с этим федеральная армия постоянно втягивалась в дорогостоящие бои за эти населенные пункты. Операции либо на деле приводили к геноциду, либо могли быть истолкованы как геноцид дудаевской пропагандой;

в) в наступлении – действия террористических групп против мирного населения противника на его территории. Последнее создавало многочисленные внутриполитические проблемы и приводило к ужесточению войны, то есть к игре по правилам Юга.

Эффективность данной стратегии видна уже по истерической реакции на нее. Потери от буденновского теракта, которые трудно назвать чрезмерными, привели к множественным скандалам, политическому кризису и требованиям мира едва ли не «любой ценой». Еще более серьезным мог оказаться эффект «Норд-Оста», если бы не высокопрофессиональные действия российского спецназа и не сильнейшее давление, своевременно и умело оказанное на российские СМИ.

Следует отметить, что война со стороны чеченских фундаменталистов носит оборонительный характер, каких-либо активных целей они перед собой не ставят.

Представляет интерес активный, «бен-ладеновский», вариант террористической стратегии.

Итак, пусть некоторая условная Южная страна стремится военными методами добиться решения своих внешнеполитических задач и готова идти на риск столкновения с Европой. Рассмотрим стратегические приемы, которые при этом могут быть использованы.

Прежде всего адекватная стратегия должна быть не оборонительной (как в случае Кувейтского кризиса), а наступательной, то есть военные действия должны быть перенесены на территорию европейского противника. Далее, следует стремиться к максимальным людским потерям с обеих сторон, причем по возможности к потерям среди мирного населения.

Наконец, по мере развития операции связность противника должна неуклонно понижаться. Все это должно привести к резкому падению морально-психологического состояния противника, к развитию паники, общественному и политическому кризису, выход из которого Запад будет искать на пути «мира на любых условиях». При благоприятном стечении обстоятельств должно предусматриваться развитие операции вплоть до крушения западной цивилизации.

Этим требованиям удовлетворяет концепция «насыщающего террористического нападения».

Суть операции состоит в организации на территории европейского противника ряда террористических актов, направленных исключительно на уничтожение мирного населения. При желании можно «прикрыть» силовым «зонтиком» важнейшие военные и промышленные объекты, можно обеспечить охраной политическое и военное руководство, но ни армия, ни спецназ, ни госбезопасность не в состоянии защитить все детские сады, школы, больницы и родильные дома (приводится наиболее вероятный список объектов-целей).

Подготовка террористических групп, действующих против неохраняемых целей, может быть минимальной. С точки зрения «южного» менталитета, эти состоящие из женщин и детей и убивающие женщин и детей группы чрезвычайно дешевы и высокоэффективны. Причем они эффективны не только, когда убивают, но и когда погибают.

Массовые скоординированные действия таких групп приведут к панике. Нельзя заранее предсказать, какой будет реакция подвергнувшейся нападению европейской страны, но можно с уверенностью заключить, что она окажется неадекватной и приведет к дальнейшему усложнению обстановки.

Так, возможно резкое ужесточение пограничного контроля. Поскольку группы, естественно, будут переброшены на территорию противника до и, скорее всего, задолго до возникновения кризиса, ни к какому результату, кроме понижения общей связности транспортной сети, это не приведет. Далее, рано или поздно паника дойдет до стадии «охоты на ведьм» – со всеми вытекающими последствиями.

Попытки армии и полиции справиться с самими терактами и особенно с их последствиями, обсуждения нарастающих как снежный ком проблем в правительствах, парламентах, на уровне ООН «забьют» транспортные и информационные сети. Попытки «все прикрыть и ничего не отдать» быстро исчерпают возможности силовых структур реагировать на быстро усложняющуюся обстановку.

К дополнительным проблемам может привести оперативная схема «Вальс Отражений» – засылка на территорию противника безоружных людей, имитирующих действия террористических отрядов. Уничтожение таких групп недопустимо с позиций европейской этики и означает победу «Юга». Игнорировать же эти группы не представляется возможным, поскольку они усложняют и без того тяжелую для сил правопорядка обстановку.

Когда террор и «Вальс Отражений» достигнут локального максимума, наступит время для «включения» второго этапа «насыщающего террористического нападения»: применения биологического оружия.

Высокая связность европейской транспортной сети делает цивилизацию чрезвычайно уязвимой для нападения с использованием бактериологического оружия. Практически невозможно предотвратить появление в ряде крупнейших международных аэропортов смертников, зараженных инфекцией с длительным инкубационным периодом. Распространение болезни будет начато еще в мирный период, а случаи массовых заболеваний должны быть приурочены к пику террора.

При применении серьезных и трудноизлечимых (особенно при массовой заболеваемости) инфекционных болезней количество жертв к концу второй недели «биологической» стадии превысит десятки тысяч. Насколько можно судить, этого достаточно для того, чтобы в сегодняшней Европе пало любое правительство. Тогда наступит момент для перехода к третьей стадии – внезапному удару резервными, специально подготовленными, «дорогими» боевыми группами по военным объектам – прежде всего по аэродромам, диспетчерским центрам, транспортным узлам, атомным электростанциям, культурным и историческим центрам.

Поскольку к этому моменту возможности вооруженных сил Европы будут сведены к минимуму, этот удар имеет реальные шансы на успех. Потеря господства в воздухе означает для современной европейской армии полное и безоговорочное поражение.

Таким образом, возникает последовательное «насыщение» возможностей охранных, медицинских и чисто военных структур. За счет «эффекта насыщения» оборона полностью разваливается – с очевидным и страшным стратегическим результатом.

Итак, мы должны заключить, что, несмотря на колоссальное военное превосходство Запада, существует стратегия, позволяющая, скажем так, как минимум заставить Запад перейти к стратегической обороне. (Что, собственно, и продемонстрировала атака «башен-близнецов»: при всей внешней активности стратегия США в конфликте носит оборонительный характер, действия в Центральной Азии и на Ближнем Востоке будут, по всей видимости, прекращены после смены Президента, войска будут выведены).

Но для основанной на экспансии Империи оборона означает поражение.

http://www.apn.ru/index.php?newsid=35270