Террор и ваххабизм в Татарстане

19 июля 2012 г. стало тем днем, когда в новейшей истории мусульманской уммы Татарстана прошел тот рубеж, после которого всем стало ясно, что такое ваххабизм. В подъезде своего дома хладнокровно был расстрелян великий татарский богослов рубежа XХ-XXI вв. Валиулла Якупов (1963-2012), работавший во главе учебного отдела Духовного управления мусульман Татарстана. Менее часа спустя был подорван на собственной машине муфтий республики Ильдус Фаизов, получивший ранения в ходе теракта и чудом оставшийся жив. Ощущение шока, подавленности, растерянности и страха проникло в сердца жителей Татарстана. Ведь до этого никто не мог поверить, несмотря на постоянные предупреждения экспертов, изучающих те процессы, что происходят в мусульманской среде, что северокавказский сценарий развития событий может повториться в Поволжье.

Ислам в России

Карта в полном размере: Расселение мусульман в России

Местные власти все время успокаивали себя и вводили в заблуждение федеральный центр разговорами о том, что «у нас в мусульманской умме все хорошо». Подобное желание поддержать иллюзию стабильности приводило к тому, что все сигналы, которые подавали и традиционное мусульманское духовенство, и эксперты-аналитики, чиновниками игнорировались, а самих экспертов выставляли в роли «исламофобов» или «клеветников на Татарстан». Игнорировалось это еще и потому, что часть бюрократии уже срослась с ваххабитами. Ответственность за случившиеся события лежит, в т.ч., и на местных властях.

Теракт в Казани подвел итоговую черту под тем, что называют внутренней политикой Татарстана. Итог можно выразить одним словом – провал. Региональные власти оказались неспособными оценить масштабы исламского радикализма. Хотя Казанский Кремль предупреждали много лет. Теракт на улице Казани меньше чем за год до начала Универсиады-2013 – подрыв имиджа города как третьей столицы России и региона мира. Татарстан превратился в зону террористической опасности.

ислам

Отношение к нациям и возможен ли национализм в исламе:
Ислам о национализме

Сейчас в Поволжье идет процесс, который условно можно назвать «кавказизацией» татарских мечетей. Изданная Доку Умаровым, лидером ваххабитского виртуального государства Имарат Кавказ, в 2011 г. фетва к своим единомышленникам о том, что кавказские «моджахеды» (т.е. лесные) должны осуществить хиджру (переселение) в Поволжье, чтобы в «вилаете Идель-Урал» (часть Имарата Кавказ, охватывающего границы Волго-Уралья) поднять местных татар-мусульман на вооруженный джихад, нашла определенный отклик. Кстати, неслучайно, что Доку Умаров взял для названия вилаета одноименный проект идеолога татарского сепаратизма первой половины ХХ в. Гаяза Исхаки: Идель-Уралом сепаратисты хотели назвать свое независимое татарское государство в границах Казанского ханства.

Проект «вилает Идель-Урал» явно льстит мечтаниям татарских националистов, что позволит их привлечь на сторону ваххабитов. Впрочем, это уже произошло. В Татарстане национал-сепаратисты публично поддерживают ваххабитов. И поскольку виртуальная ваххабитская империя «Имарат Кавказ» состоит из вилаетов, в каждом из которых есть свой амир – военный руководитель, такой же, по идее, должен появиться и в «вилаете Идель-Урал».

Сегодня во многих регионах Поволжья очень заметно число «лесных» кавказцев в татарских мечетях. Только если раньше они были на пассивных ролях, то теперь в мусульманских общинах они играют значительно более активную роль. Переезжая в Поволжье, многие «лесные» устраиваются в ЧОПы (частные охранные агентства), где имеют доступ к оружию. Такая ситуация существует и в Казани. Здесь они начинают активно вести дагват (пропаганду) среди татарской молодежи, объясняя, что такое «чистый ислам».

ислам

Отношение к собственности иноверцев в Исламе в статье:
Собственность неверных в исламе

Процесс кавказизации мусульманской уммы Татарстана и других регионов Поволжья сегодня принял весьма ощутимый характер. Мы можем говорить применительно к Татарстану о заметном числе кавказцев, имеющих «лесное» прошлое. Слушая ваххабитских бардов типа Тимура Муцураева и копируя даже манеру поведения с элементами горской борзоты, татарская молодежь все чаще ориентировалась на слушание видео-проповедей Саида Бурятского и Абу Умара Саситлинского (настоящее имя – Исраил Ахмеднабиев).

Кавказизация мусульманской уммы Татарстана – это не столько увеличение прихожан татарских мечетей представителями северокавказских народов, сколько распространение религиозно-идеологических течений радикального исламизма зарубежного происхождения, апробированных на Кавказе. Причем речь идет не о традиционном для Кавказа исламе, а как раз о кавказском салафизме с его милитаристской («лесной») составляющей. На практике это выражается в том, что татарскую молодежь кавказцы приглашают в свои джамааты, сформированные в Поволжье, где начинают пропагандировать «лесную» идеологию.

В результате такой идеологической обработки некоторая часть татар отправляется на Северный Кавказ для прохождения соответствующей подготовки в бандподполье с перспективой возвращения с полученным опытом (в т.ч. и военным) для начала «джихада» в Татарстане и соседних регионах. Иногда мы можем зафиксировать случаи участия татар в терактах в Дагестане. Речь идет о 41-летнем жителе Нижнекамска, члене местной ОПГ «Машовские» по кличке «Фора», который весной 2010 г. подорвал милицейский участок как террорист-смертник в Кизляре. Если Татарстан уже поставляет смертников, как в свое время боевиков во время Второй чеченской войны (1999-2001), когда на стороне моджахедов воевали и шакирды татарских ваххабитских учебных заведений (одним из таких был Денис Сайтаков из медресе «Йолдыз» г. Набережные Челны, воевавший в банде Хаттаба и Шамиля Басаева), то, значит, ситуация в регионе, по словам президента России Владимира Путина, «далека от идеальной». Впрочем, на этом не заканчивались связи с ваххабитами Северного Кавказа.

ислам

Положение иноверцев при шариате, подробнее в статье:
Что такое джизья?

Помимо татарских национал-сепаратистов типа писателя Айдара Халима и председателя набережночелнинского отделения Татарского общественного центра Рафиса Кашапова, которые в 1990-е гг. активно ездили в гости в «братскую Ичкерию» (об этих путешествиях можно прочитать в книге Халима под названием «Этот непобедимый чеченец, или кайся, Русь!»), была группа татар, которая отправлялась в Чечню по религиозным мотивам. Часть из них впоследствии вернулась и даже стала работать в качестве преподавателей в нижнекамском медресе «Рисаля» при директоре Рамиле Юнусове (2002-2011), выпускнике одного из университетов из Саудовской Аравии. Юнусов таким преподавателям, не имевшим никаких свидетельств о религиозном образовании (это образование они получали в лагере Басаева в Введенском районе Чечни), вручил фальшивые дипломы об окончании медресе «Рисаля» и позволил дальше работать уже в качестве педагогов.

Шакирды медресе при покровительстве преподавателей с такой биографией активно общались по социальным сетям с «лесными» с Северного Кавказа, а сотрудники молодежного отдела Нижнекамского мухтасибата даже перезванивались с террористом Саидом Бурятским, беседуя о «чистом исламе». После того, как Ильдус Фаизов, убежденный противник ваххабизма, приступил к работе в должности муфтия с 2011 г., а Валиулла Якупов возглавил учебный отдел ДУМ Татарстана, в первую очередь, они поставили задачу навести порядок в том ваххабитском гнезде, в который при Юнусове было превращено медресе «Рисаля». Назначив 6 сентября 2011 г. директором медресе ханафитского богослова Рафика Исламгалиева, муфтият столкнулся с откровенным противодействием как нижнекамского мухтасиба Юсуфа Давлетшина, поддерживавшего все эти порядки в медресе, так и со стороны чиновников Нижнекамска и даже правоохранительных органов города, вдруг заявивших, что «они все держат под контролем».

Рафик Исламгалиев был в шоке от тех учебников, по которым учили детей. Это были в основном книги из Саудовской Аравии, проповедовалась ваххабитская идеология. Могли встречаться и такие книги, в которых учили, например, практике телесных наказаний худуд – как отрубать конечности (руки, ноги) тем, кто нарушает шариат, как побивать камнями нерадивых жен. Он немедленно убрал всю ваххабитскую литературу из медресе, заменив ее на традиционную для татар - ханафитскую. Однако преподаватели стали возмущаться, настраивать против директора шакирдов, агитировали местных мусульманок, которые, не разобравшись в ситуации, стали писать какие-то заявления с многочисленными подписями возмущенных.

ислам

Отношение к атеистам и другим религиям в Исламе в статье:
Что говорит Коран про иноверцев

Нового директора стали вызывать и силовики, и местные чиновники, но вместо того, чтобы помочь ханафитскому педагогу, на него начали орать, угрожать, что он уволил якобы незаменимых преподавателей. Рафику Исламгалиеву странно было это слышать, особенно, если учесть, что некоторые из этих «незаменимых учителей» имели «чеченское прошлое». Однако у Айдара Метшина, мэра Нижнекамска, как и у его брата Ильсура Метшина, мэра Казани, были очень хорошие связи с группой Рамиля Юнусова и Юсуфа Давлетшина. Это именно то, о чем говорил убитый Валиулла Якупов, что сегодня в результате многолетнего присутствия ваххабитских имамов в ключевых мечетях республики им удалось привлечь к деятельности ваххабитского холдинга многих представителей элиты Татарстана.

К сегодняшнему дню ряд чиновников высокого ранга, представители банковского и бизнес-сообщества сознательно осуществляют финансирование ваххабитской проповеднической машины, выступая фактическими соучастниками терроризма. «В этой связи для достижения мира в республике необходим учет наличия сложившейся лоббистской, финансовой и административной группировки, инкорпорированной в состав ваххабитского холдинга», - говорил Валиулла-хазрат.

После 19 июля 2012 г. Рамиль Юнусов бросился в бега (он уволился из музея-заповедника «Казанский Кремль», где занимал должность заместителя директора по работе с религиозными организациями, правда, видимо, до сих пор остается имамом мечети «Кул Шариф», где вечерние таравих-намазы (ночная молитва в месяц Рамадан) ведет Шавкат Абубакиров – бывший имам казанской мечети «Эниляр», известный тем, что заявил, что все татарское ханафитское наследие, состоящее из 30 тыс. томов богословской литературы, не стоит и половины саудовских книг на его книжной полке): формально уехал на месяц в Лондон сдавать экзамен по английскому языку.

ислам

Отношение ко лжи в Исламе подробнее в статье:
Разрешена ли ложь в исламе?

Непонятно, зачем нужно ехать в Лондон сдавать экзамен по английскому языку, когда в той же Казани полно центров TOEFL, где можно засвидетельствовать свои знания иностранных языков. Поговаривают, что билет ему покупали республиканские чиновники самого высокого ранга с одной целью: ведь если силовики, особенно федералы, начнут работать с Юнусовым, то тот может многое рассказать, особенно о тех, кто его «крышует». Не зря же в народе говорят, что Юнусов, который вот уже 6 лет во главе главной казанской мечети «Кул Шариф», будет в ней имамом до тех пор, пока мэром Казани является Ильсур Метшин (отметим, что он тоже 6 лет во главе столицы Татарстана, до этого работавший мэром Нижнекамска, где они и скооптировались с Рамилем Юнусовым, тогда занимавшим пост мухтасиба Нижнекамска и директора медресе).

Сам Метшин постарался как можно скорее заявить, что ваххабизм надо в Татарстане «выжигать каленым железом». Сейчас мэром Нижнекамска является родной брат Ильсура Метшина Айдар, который быстро установил комплиментарные отношения с преемником Юнусова на посту мухтасиба Юсуфом Давлетшиным, которому Юнусов передал все свои связи (сам Юнусов, несмотря на то, что перебрался в Казань, до июня 2011 г. продолжал быть директором Нижнекамского медресе, т.е. подготовку молодежи по ваххабитским учебникам он сохранил за собой). Юнусов, учившийся в 1992-1997 гг. в Саудовской Аравии, трижды организовывал в Татарстан визиты Ахмада Фарида Мустафы, лидера саудовских наемников, воевавших в Афганистане против советских войск в 1980-е гг., для «чтения лекций молодежи».

ислам

Отношение к науке в исламе в статье:
Исламские научные достижения

Зачем надо было приглашать в Татарстан человека с такой биографией, да еще читать лекции татарской молодежи, совершенно непонятно. Отметим, что бывшие преподаватели медресе «Рисаля», которых так упорно защищали местные власти, обвиняя Рафика Исламгалиева в произволе, сегодня преподают на вечерних курсах в главной соборной мечети Нижнекамска, организовывают летние детские лагеря. Вместо того чтобы помогать ханафитскому богослову, сумевшему очистить с большим трудом медресе от ваххабизма, власти не помогают, а местный крупный бизнес продолжает финансировать Нижнекамский мухтасибат, в молодежном отделе которого сидят те, кто любит слушать проповеди террориста Саида Бурятского.

О том, что сращивание бюрократии с ваххабизмом уже давно происходит в Татарстане, можно проиллюстрировать на личности Айрата Шакирова, более известного как «шейх Умар» (по-татарски он называл себя Гумер Биектаулы – Умар Высокогорский), который сейчас задержан как один из подозреваемых в совершении теракта. Несмотря на многочисленные прокурорские предостережения Шакирову, чтобы он не проповедовал ваххабитское учение, тот быстро нашел общий язык с главой Высокогорского района Татарстана Рустемом Калимулиным, который позволил «шейху Умару» проповедовать в соборной мечети Высокой Горы (районный центр в 19 км от Казани).

Попытки муфтия Татарстана заменить самопровозглашенного шейха на имама-ханафита Тимергали Юлдашева не только не были поддержаны главой района, но даже в чем-то потворствовал ваххабиту сохраниться в мечети, где тот вместе со своим джамаатом из бывших ОПГшников задавал моду на «чистый ислам». Вскоре «шейх Умар» присоединился к местным национал-сепаратистам из Союза татарской молодежи «Азатлык», которые бросились защищать Рамиля Юнусова, когда муфтий Татарстана решил поменять руководство мечети «Кул Шариф». Однако, как по команде, в Казань со всех районов съехалось около 1000 фундаменталистов, заполонивших мечеть 6 апреля 2012 г. Местные власти вместо того, чтобы поддержать муфтия-ханафита, пошли на выполнение ультимативных требований Юнусова и стоящего за ним «шейха Умара».

ислам

Еще немного об Исламе в статье:
Почему деградируют мусульмане?

В итоге состоялся унизительный приход Ильдуса Фаизова в мечеть, когда толпа фанатиков начала его оскорблять. Муфтию пришлось во главе мечети оставить Юнусова, а сепаратисты и ваххабиты стали пикетировать Духовное управление мусульман Татарстана чуть ли не с требованием отставки муфтия. При этом местные чиновники уверяли и тем самым вводили в заблуждение и президента Татарстана Рустама Минниханова, и федеральные власти, что контролируют ситуацию. Какая это преступная глупость! Никакого контроля над какими-то ваххабитами у тех, кто в Татарстане отвечает за взаимодействие с религиозными объединениями, нет, никаким авторитетом в глазах салафитских «братьев» они не обладают, и не смогут они их контролировать никогда.

Все полтора года, которые Ильдус Фаизов на посту муфтия вместе с Валиуллой Якуповым разгре**ли эти «Авгиевы конюшни» ваххабизма, те, чиновники, что сидели в Аппарате президента республики, сначала обнадежили умму Татарстана, а потом гнусно ее предали, поддержав ваххабитов и объединившихся с ними сепаратистов, как это было, например, в апреле 2012 г. вокруг событий в «Кул Шарифе», когда был реальный вариант ликвидировать тот бастион салафизма, засевший на территории Казанского Кремля.

Другой из задержанных персонажей – Марат Кудакаев. В аналитических записках экспертов он проходит как идеолог «тюремного джихада». В свое время возглавляя отдел по работе с правоохранительными органами ДУМ Татарстана при муфтии Гусмане Исхакове, Кудакаев работал с заключенными тюрем и колоний, где в находившихся на зоне мечетях и молельных комнатах он не духовно воспитывал спецконтингент, а как раз проповедовал в их среде идеи фундаментализма.

Нередко можно было услышать рассуждения о том, что авангардом джихада должен стать криминал, потому что в отличие от гражданского населения «братки» более смелые, готовые и убивать, знают, как пользоваться оружием. Именно такие люди должны стать во главе тех, кто поведет татар на джихад и поможет построить в Татарстане халифат. Как только муфтием стал ханафит Ильдус Фаизов, Кудакаеву указали на дверь, а новый отдел по работе с тюрьмами стал усиленно работать с заключенными, для чего вначале из библиотек зоновских мечетей убрали ваххабитскую религиозную литературу и заменили ее ханафитской.

Сейчас власти хотят объяснить причины теракта исключительно коммерческими спорами. Дескать, все это связано с тем, что находящийся как подозреваемый в совершении теракта под арестом Рустам Гатауллин, председатель совета директоров компании «Идель-хадж», не поделил деньги с муфтием Татарстана, передавшим все квоты, выделяемые на хадж, другому туроператору – компании «Татарский деловой мир» («ДУМ РТ хадж»). Однако эти споры имеют не столько экономическую, сколько идеологическую подоплеку. Большинство паломников Татарстана ездили с «Идель-хадж» на автобусах, а это занимало много дней от Казани до Мекки. Пока люди едут в автобусе, с ними вместе ездил ваххабитский проповедник, который в микрофон читал соответствующего содержания лекции.

Религиозно настроенные паломники воспринимали подобную пропаганду как исламскую истину, им раздавали непонятно какую литературу. Собственно именно наличие ваххабитского лектора было одним из условий саудовских кураторов «Идель-хаджа». Новый муфтий обратил на это внимание и предложил в каждом автобусе посадить проповедника-ханафита. В «Идель-хадже» это сделать отказались: мол, у нас свои правила. Тогда муфтию ничего не оставалось, как срочно менять туроператора. Новая компания «ДУМ РТ хадж» теперь работает с паломниками таким образом, что во время поездки с ними будут находиться только проповедники традиционного для татар ислама ханафитского мазхаба. Естественно, в результате этого «Идель-хадж» был отодвинут от получения квот.

Только этим можно объяснить тот визг, который Гатауллин и его фирма подняли накануне, а для того, чтобы это выглядело не просто желанием сохраниться у «кормушки» (саудовские кураторы не будут давать денег, если в автобусах с паломниками не будет ваххабитских проповедников), было организовано письмо возмущенных мусульман, недовольных новой политикой муфтия в деле упорядочивания хаджа. Т.е., в этой ситуации также имели место идеологические разногласия, а не только экономические. Но даже если допустить, что на Фаизова покушались ради денег, то как быть с Валиуллой Якуповым? Он не контролировал денежные потоки, был начальником учебного отдела, и в его обязанности входило писать учебники, проверять образовательные программы и т.д. Тот, кто его знает, скажет, что жил он в обычной хрущевке, вел очень скромный образ жизни. Его убивают неслучайно. Удар был нанесен по интеллектуальному центру традиционного ислама, его идеологу.

Давайте представим себе, что было бы, если теракт против муфтия завершился успешно? Объявляются досрочные выборы муфтия, и кто реальный претендент? Якупов вполне мог претендовать на эту должность, поэтому его и устраняют. А далее по республике идёт призыв: давайте не будем делиться на ваххабитов и ханафитов, мы все - мусульмане. Власть могла достаться Рамилю Юнусову, наверняка, какие-нибудь проваххабитские журналисты стали бы писать, что Рамиль-хазрат любим татарскими бабушками и тому подобный сентиментальный бред, на который бы купились власти. Добавим и то, что у Юнусова, как уже отмечалось, сильная «крыша», которая была бы заинтересована в том, чтобы во главе мусульманской уммы стал этот человек.

Смешно сейчас слушать комментарии то бывших членов Общественной палаты России о том, что причиной казанских событий были деньги, или бритоголовых председателей каких-то исламских комитетов России о том, что убийство татарского духовенства – дело рук «кровавой гэбни», якобы заинтересованной в том, что начать репрессии против мусульман. Эти персонажи, которые давно являются представителями федерального ваххабитского лобби в стране в информационном пространстве, сейчас пытаются отвести внимание общественности и государства от проблемы ваххабизма в Поволжье. Им подпевают Ринат Мухаметов, Халида Хамидуллина, Руслан Курбанов – печально известные «исламские аналитики», постоянно визжащие о «притеснениях мусульман», когда задержат какого-то ваххабита. Для этого придумываются сумасбродные конспирологические версии. Не удивлюсь, если скоро подобные комментаторы договорятся до того, что назовут события в Казани делом рук Израиля или каких-то темных сил мирового закулисья.

Корни произошедшей трагедии в Татарстане надо искать в идеологии ваххабизма, которая подразумевает уничтожение любого инакомыслия в исламе с признанием правоты исключительно только за собой. Когда никакие аргументы склонить на свою сторону у ваххабитов нет, они выбирают террор как быстрый способ прихода к власти в мусульманской умме. Просто тупо объяснять какими-то экономическими или социальными причинами распространение ваххабизма в Татарстане, хотя бы потому, что татарстанские ваххабиты – очень даже небедные люди. Идеология ваххабизма дает им ощущение драйва и реализацию их мечты о построении глобального халифата, для чего в первую очередь необходимо уничтожить те формы ислама, что традиционно исповедуются мусульманскими народами, поскольку в их основе лежит патриотизм по отношению к своему российскому Отечеству. И уж тем более подлежат уничтожению салафитами те, кто пытается остановить распространение идеологии ваххабизма.

Сегодня любые попытки свалить вину на силовиков, якобы заинтересованных в начале репрессий, о которых разглагольствуют «исламские аналитики», или обвинить самого муфтия Ильдуса Фаизова в «неуступчивости», а также любые способы найти смягчающие обстоятельства для «исламских диссидентов», как стали террористов называть их единомышленники на ваххабитских интернет-ресурсах, являются ни чем иным как оправданием ваххабизма.

Новейшая история исламского терроризма в Татарстане началась с первых терактов на газопроводах в 2003-2005 гг. в сельских районах. Затем в республике появились свои «лесные» - боевики в Нурлатском районе Татарстана, где вооруженная банда фундаменталистов постаралась организовать подполье в местном лесу по типу северокавказского. В январе 2012 г. в дер. Мемдель Высокогорского района была обнаружена домашняя лаборатория по производству взрывчатки и «поясов шахида». Теперь уже теракты происходят в самой Казани. К сожалению, не видно, что ситуация улучшается. Наоборот, ваххабизм, о проблеме которого так долго и упорно говорил Валиулла Якупов, перешел к милитаристской стадии.

Сегодня в республике реализуется ваххабитами ингушско-дагестанский сценарий: то, что происходило на Северном Кавказе 10-15 лет назад, сейчас осуществляется в Поволжье. Первый муфтий Дагестана был убит в 1998 г. После этого было убито свыше 50 муфтиев, их заместителей и известных имамов, придерживавшихся традиционного для Северного Кавказа ислама. В Татарстане ваххабиты, похоже, перешли к такой же тактике: и был впервые убит имам-ханафит. Причем удар нанесли как по мозговому центру традиционного для татар ислама ханафитского мазхаба, каким был Валиулла Якупов, богослов уровня классика татарской религиозной мысли Шигабутдина Марджани (1818-1889), так и по организационному центру в лице муфтия Ильдуса Фаизова, впервые за 20 лет постсоветского Татарстана начавшего осуществлять политику деваххабизации. Главное – чтобы муфтий чисто по-человечески не испугался крикливых визгов ваххабитского лобби в информационном пространстве.

Сейчас вся надежда только на светское государство, органы которого в Татарстане в последнее время увлеклись тем, что стали активно привлекать в республику т.н. «исламские инвестиции» - опосредованно легальный способ финансирования ваххабитского подполья, все-таки пойдут на решительные действия. Должна быть незамедлительно осуществлена ротация ваххабитского духовенства в регионе: именно имамы-салафиты выступали в роли создателей той микрофлоры, в которой развивались и нурлатские боевики, и нынешние казанские террористы.

Опыт показывает, что самый опасный преступник – это преступник с идеологией. Отрицать сегодня наличие ваххабизма в Татарстане уже невозможно. История нас учит, что там, где появляется ваххабизм, обязательно рано или поздно начинает течь кровь.

Мне (репортеру АПН Шмулевичу) удалось получить уникальный материал – взять интервью у одного из деятелей исламистского подполья.

Мой собеседник Саляф - кавказец, живущий в центральной России, функционер Имарата Кавказ.

Авраам Шмулевич - Что вы думаете про Татарстан?

Саляф - Чем сильнее будет давление на мусульман, тем сильнее и быстрее будет происходить радикализация и эскалация конфликта

Авраам Шмулевич – Высказывалось мнение, что после ухода американцев из Ирака и Афганистана руководство всемирного джихада обратит дополнительное внимание на Россию. Эти события - следствия Афганистана?

Саляф - Думаю, что не совсем. Случился ожидаемый перехлёст татарского традиционализма с молодым салафизмом. А Афганистан ещё скажет своё слово.

Авраам Шмулевич - То есть джамаатчики оттуда ещё не прибыли в Татарстан в массовых количествах?

Саляф - В Татарстане есть на местах серьезные люди, а если понадобится помощь, думаю, аль-Каида быстро её окажет, пример оперативности – недавние события в Мьянме (Бирма).

Авраам Шмулевич – А что происходит там, где джихад идет уже давно - на Северном Кавказе? Есть ли приток муджахедов на Северный Кавказ?

Саляф - Пока нет необходимости в призыве на территорию Имарата дополнительных сил извне. Разве что понадобятся опытные инструктора прошедшие школу Афгана, молодые бойцы просто не успевают проходить даже начальный курс огневой подготовки. И количество желающих принимать участие в джихаде неимоверно велико и увеличивается день ото дня

Авраам Шмулевич - Но крупных операций пока нет.

Саляф - Скоро будут.

Авраам Шмулевич - В Дагестане - может быть. Но в Чечне подполье в последнее время проводит подрывы смертников и одиночные теракты, но крупные операции – нет. Похоже, русские с Рамзаном сумели переломить ситуацию.

Саляф - Пока экономика позволяет, а там поглядим. Хотя всё командование Имарата находится в Чечне.

Авраам Шмулевич - Я не удивлюсь, если Докка за границей.

Саляф - На границе Чечни и Ингушетии – самые комфортные и густые леса в регионе. У Докку есть несколько резиденций в труднодоступных районах и в больших лесных массивах. Амир не может покидать Имарат, если только не ранен.

Авраам Шмулевич - А в ситуации, когда есть угроза ареста?

Саляф - Угроза ареста есть всегда, для этого есть пояс, помните с Масхадовым как было? И есть правило, что Амиры не сдаются.

Авраам Шмулевич - Как вам эти статьи Раиса Сулейманова? Есть ли ошибки в фактуре, что-то можно добавить?

Саляф - Статьи не выглядят непредвзятыми, в них присутствует явный крен в пользу антиисламских настроений, и, конечно, не тянут на работу независимого эксперта. Но чтобы ускорить развитие событий, подтолкнуть к более решительным действиям местные и федеральные власти, то здесь, конечно, всё нормально. Забыли упомянуть о нескольких сотнях российских татар, воюющих сегодня на полях джихада по всему миру, и готовыми прийти на помощь по первому зову, и если власть опять что-то сделает не так, то они завтра будут в Поволжье Башкирии и Татарии.

Авраам Шмулевич – Автор этих статей, Раис Сулейманов, он Руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ. А РИСИ, Российский институт стратегических исследований – имеет статус головного аналитического института Администрации Президента РФ. Учредителем Института является Президент Российской Федерации. А еще несколько лет назад РИСИ был головным аналитическим институтом в составе Службы Внешней Разведки, недавно переведен в подчинение АП. Но до сих пор Директор РИСИ (Решетников Леонид Петрович) - генерал-лейтенант Службы Внешней Разведки (в запасе). Так что автор не является непредвзятым экспертом. Это один из ваших главных противников. А статьи отражают понимание ситуации со стороны спецслужб. Мне интересно оценить их уровень компетенции, скажите, есть ли существенные моменты, которые автор опустил или не так понимает.

Саляф - Ну в этих статьях автор показал себя по большей части дилетантом, верхушек нахватался, слышит звон да не знает где он, а то, что многие факты имеют место быть, то эти факты известны уже всем.

Авраам Шмулевич - А можете по пунктам разобрать, что у него конкретно не правильно, где ошибки в фактах и передержки?

Саляф - Автор, несколько раз упоминает о поселяющихся в Татарстане кавказских "лесных", как бывших муджахедов, пишет «Мы можем говорить применительно к Татарстану о заметном числе кавказцев, имеющих «лесное» прошлое». Хотя эти кавказцы, на самом деле, реально не участвовали в боях и операциях, но зато они носители той государстворазрушающей идеи, которая так напугала и Кремль и верхушку татар

Он допускает ряд неточностей. Он пишет: «приблизительная стоимость одного автомата (в несколько сот тысяч рублей), а также то, что их не так легко достать». Но автомат АК никак не может стоить несколько сот тысяч рублей, максимум 80.

Авраам Шмулевич - То есть он много более доступен для «широких масс», желающих «присоединиться к джихаду»?

Саляф - Да.

Далее:

- знамёна которые были на акциях протеста мусульман в Татарстане после покушения,- это не Хизб-ут-Тахрир символика, как полагает автор, а общеисламские символы.

- в помощи кавказцев, татары не нуждаются, так как поставляют муджахидов на многие поля джихада.

- у татар, конечно же, будет свой стиль в стратегии и тактике вооружённой борьбы, они по ментальности не столь порывисты и безрассудны, как кавказцы.

- в среде молодёжи при наличии таких течений как саляфы и Хизб-ут-Тахрир (чьи позиции прочны там), между ними нет вражды и они солидарны.

В конце статьи автор ударяется в свои бредовые прострации и сваливает в кучу мусульман и все остальные протестные группы, забыв указать о наличии у мусульман ясных целей и приоритетов, в отличие от других групп населения. Многое в этой статье из предположений.

Джамааты будут работать в Татарии автономно, достигая общую цель. Возможно совершение громких акций по указу Докку.

Думаю, там скоро станет жарко.

Авраам Шмулевич - То есть вы думаете, что реально начало в Поволжье такой же, как на Северном Кавказе, диверсионно-партизанской войны? И есть ли у властей пока возможность это предотвратить?

В Поволжье нет кавказских лесов и гор, смогут ли партизанские группы долго продержатся?

Саляф - Территории и ландшафт позволяют. Зимой на квартирах, а летом в лесу. А леса там есть, автор даже указал одно из направлений (один из фронтов). Власти пока не умеют и не успевают перестраивать свою работу. Несколько громких акций, и всё начнёт набирать обороты. В одном из недавних видео, Докку говорил, что муджахиды подготовили России и Путину сюрпризы. Возможно, речь шла о новом вилаяте и открытии нескольких новых фронтов. Много нефтепроводов и газопроводов федерального значения проходят по этим территориям, сил не хватит охранять.

Авраам Шмулевич - Возможно ли появление именно городской исламской герильи?

Саляф - Думаю, да, так как город-столица является в любом вилаяте центральным сектором на языке войны.

Авраам Шмулевич - На Кавказе власти сами создали механизм воспроизведения муджахедов, сами толкают молодежь в лес. В Татарстане ситуация вроде более благополучна? Хватит ли людских ресурсов?

Саляф - Если усилятся репрессии, можно думаю даже ждать акций истишхада (смертники – А.Ш.).

Ресурс - эта молодёжь, которая для себя уже давно сделала выводы

Авраам Шмулевич - Как раз вопрос в том, сколько такой молодежи. На Северном Кавказе ситуация хуже, молодежи некуда податься, перспектив нет, в Татарстане, вроде, не так плохо.

Саляф - Зато в Татарстане идейные. Часть отчаянных начинает борьбу, последователи у них обязательно будут.

Авраам Шмулевич – Вопрос, сколько их будет, и сможет ли приток молодежи перекрыть потери

Саляф - Татар намного больше, чем кавказцев, думаю 15 000-20 000 человек для этого этноса не проблема, это ещё к тому же на воспроизводимой основе.

Авраам Шмулевич - А что происходит у башкир, что там происходит в смысле джихада?

Саляф - Пока никаких движений. Башкиры наблюдают за Татарстаном, но напряжения там намного меньше. Пока, по крайней мере, так.

Авраам Шмулевич - А пассивные сторонники есть? Чем вы объясняете такую разницу между татарами и башкирами?

Саляф - Там так же сильны позиции Хизб-ут-Тахрир и саляфов , традиционный ислам в упадке.

Авраам Шмулевич - Но на джихад башкиры не идут?

Саляф - Количество верующих разное. Пока их не начнут менты напрягать, они не хотят шевелиться.

Авраам Шмулевич - А что вы скажете про принимающих ислам этнических русских?

Саляф - Эти люди более жертвенны и более искренни порой, чем нацмены.

Авраам Шмулевич - Сколько их? Насколько это значительное явление?

Саляф - В основном на Урале. В мегаполисах их тоже хватает. Это раздражает церковь и власть.

Авраам Шмулевич - То есть в Татарстане их мало?

Саляф - В Татарии, да, их мало.

Авраам Шмулевич - Какой примерно процент из принимающих ислам этнических русских воспринимает идеи джихада, а какой остается в «традиционном исламе»?

Саляф - Скажем, 3 из 10. Это в первый год - два.

Авраам Шмулевич – Как известно, многие татары - сторонники джихада объединены в отдельную группировку «Джамаат Булгар». Вот они: Уроки военной подготовки джамаата Булгар

Саляф - Он базировался в Пакистане, в зоне племён, амиром у них был дагестанец- аварец, недавно стал шахидом.

Авраам Шмулевич - Какая примерно их численность?

Саляф - Их около 400 человек.

Авраам Шмулевич - Они не возвращаются в Татарстан?

Саляф - Это они уже скоро решат.

Авраам Шмулевич - А вы как думаете?

Саляф - Они есть сейчас и в Сирии и в Йемене.

Авраам Шмулевич - Я слышал, что часть из них начинает перебазироваться в РФ. Это так?

Саляф - Они по законам Ислама обязаны прийти на помощь когда к ним обращаются. Думаю, опытные могут потянуть молодых в Сирию как на подготовку, так и пользы больше будет.

Авраам Шмулевич - Потянуть в Сирию молодых - вы имеете в виду молодых мусульман из Татарстана?

Саляф - Да, опыта набраться, своего рода учебный конвейер.

http://www.ru.journal-neo.com/node/117837

http://www.apn.ru/publications/article27003.htm

Опубликовано 05 Авг 2017 в 13:00. Рубрика: Внутренняя политика. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.