Идея Германии, имеющей независимую национальную стратегию, противоречит всему, чем Германия хотела быть со времён Второй мировой войны и всему, что мир хотел от Германии. Фактически вся структура современной Европы была создана, чтобы использовать преимущества немецкого экономического динамизма, избегая угрозы немецкого доминирования. Описывая германскую стратегию, я использовал вероятность, что базовая структура Западной Европы времён Второй мировой войны и Европы в целом после 1991 года достаточно близки.

И если так, то вопрос заключается в том, проявятся ли исторические паттерны германской стратегии или возникнет что-то новое. Конечно, всегда остаётся возможность, что может сохраниться старая послевоенная модель. Как бы то ни было, будущее германской стратегии безусловно является наиболее важным вопросом в Европе и, вполне возможно, во всём мире.

Происхождение германской стратегии

До 1871 года, когда Германия была фрагментирована на большое число маленьких государств, она не являлась вызовом для Европы. Скорее, она служила буфером между Францией с одной стороны и Россией и Австрией с другой. Наполеон и его кампания по доминированию над Европой первыми изменили статус Германии, одновременно разрушая границы и провоцируя возвышение Пруссии, мощного германского образования. Пруссия стала инструментом создания объединённой Германии в 1871 году, и после этого геополитика Европы изменилась.

Тогда болото мелких государств стало не только единой страной, но и наиболее экономически динамичной страной Европы (к тому же, с самой значительной армией). Германия также была от природы не защищена. Не обладая реальной стратегической глубиной, Германия не смогла бы выдержать объединённой атаки Франции и России. Поэтому глубинной стратегией Германии было предотвращение возникновения альянса между Францией и Россией. Но даже в состоянии отсутствия такого альянса, Германия всегда пыталась решить эту проблему более контролируемым и безопасным способом – нанеся поражение Франции и тем самым устранив угрозу появления такого альянса. Этой стратегии Германия придерживалась большую часть своего сущесовования.

Динамизм Германии не создал того эффекта, которого она хотела. Вместо разделения Франции и России, угроза объединённой Германии сближала их. И для Франции, и для России было ясно, что без альянса Германия завоюет их по очереди. По многим причинам Франция и Россия выигрывали от экономически динамичной Германии. Это не только стимулировало их собственные экономики, но также создавало альтернативу британским товарам и капиталу. Несмотря на это, экономические преимущества отношений с Германией не устраняли страха перед ней. Идея, что экономика управляет решениями народов, недостаточна для объяснения их поведения.

Германия столкнулась со стратегической проблемой. В начала 20-го века был создан Тройственный союз (Антанта), подписанный в 1907 году Россией, Францией и Соединённым Королевством. Если бы они атаковали одновременно в выбранный ими момент, то эти страны могли уничтожить Германию. Поэтому единственной защитой Германии было начать войну первой, в момент, благоприятствующий ей, победить одну из этих стран и затем взаимодействовать с оставшимися.

На протяжении и Первой, и Второй мировых войн Германия сначала атаковала Францию, затем обращалась в сторону России, оставляя Великобританию в безвыходном положении. В обеих войнах такая стратегия провалилась. В Первой мировой Германия не смогла завоевать Францию и была втянута в затяжную войну на два фронта. Во Второй мировой войне она смогла завоевать Францию, но проиграла России, к тому же дав время для формирования англо-американской контратаки на западе.

Привязать Германию к Европе

После Второй мировой войны Германия была разделена. Какими бы ни были первоначальные намерения победителей, скоро стало ясно, что перевооружение Западной Германии было важным для усмирения Советского Союза. Если Германия должна быть перевооружена, её экономика должна быть стимулирована к росту, и поэтому последовало «германское экономическое чудо». Германия снова стала наиболее динамичной частью Европы.

Задача была не дать Германии вернуться к преследованию автономной национальной стратегии, во-первых, потому что в одиночку она не смогла бы противостоять советским войскам на востоке, и, во-вторых, что гораздо важнее, поскольку Запад не мог смириться с восстановлением раскольнической и опасной политической силы в Европе. Решением было привязать Германию к остальной Европе экономически и военным союзом. Или, говоря по-другому, решением было создать уверенность, что германские и французские интересы совпадают, поскольку напряжённость между Францией и Германией была одним из триггеров войн, начиная с 1871 года. Очевидно, что эта стратегия также включает другие страны Западной Европы, но германские отношения с Францией здесь были самыми важными.

Военные интересы Германии и Франции были связаны вместе с помощью НАТО даже после того, как Франция вышла из Военного комитета НАТО при Шарле де Голле. Экономически Германия была привязана к Европе через создание сложных многосторонних экономических организаций, которые постепенно эволюционировали в Европейский Союз.

После Второй мировой войны стратегия Западной Германии была тройной. Во-первых, ей нужно было защищать себя от Советского Союза с помощью договорённости о совместных военных действиях в рамках НАТО. Это ограничивало немецкий суверенитет, но убирало угрозу восприятия Германии в качестве угрозы. Во-вторых, она согласовывала свою экономику с остальной Европой, добиваясь процветания без игнорирования процветания других стран. В-третьих, она проводила внутренний политический суверенитет, возобновляя свои права, как нации без претензий на геополитическую угрозу для Западной Европы. После падения Советского Союза это было расширено на страны Восточной Европы.

Эта стратегия работала хорошо. Не случилось войны с Советами. Не было фундаментального конфликта в Западной Европе и, тем более, ничего военного по своей природе. Европейская экономика в целом, и немецкая экономика в частности, выросли после реинтеграции восточной Германии с Западной. С реинтеграцией немецкий внутренний суверенитет был усилен. Что важнее всего, Франция осталась связанной с Германией через ЕС и НАТО. Россия, или что осталось после коллапса СССР, была относительно безопасна, пока Германия оставалась частью европейских структур. Исторические стратегические проблемы Германии были решены.

Европейский экономический кризис

Ситуация стала более сложной после 2008 года. Немецкие формальные отношения с НАТО остались в силе, но без привычной угрозы со стороны СССР альянс начал разбиваться на различные национальные интересы его членов. ЕС стал новым фокусом Германии, и блок попал под интенсивный прессинг, что сделало принадлежность к нему всех европейских стран более сомнительной. Германии нужен Европейский Союз. Он нужен ей по причинам, которые существуют с конца Второй мировой войны: он является основанием для её отношений с Францией и служит гарантией, что национальные интересы не создадут конфликтов, подобных тем, которые были в прошлом.

Германии нужен ЕС и по другой причине. Германия – второй по величине экспортёр в мире. Она экспортирует во многие страны, но Европа остаётся её ключевым потребителем. Зона свободной торговли, лежащая в основе ЕС, является одним из оснований немецкой экономики. Протекционизм в целом, но особенно протекционизм в Европе, угрожает Германии, чьё промышленное производство значительно превосходит внутреннее потребление. Ценообразование в евро помогает немецкому экспорту, и регуляторы в Брюсселе дают германии другие преимущества. Европейский Союз, каким он был с 1991 по 2008 год, был критичным для Германии.

Но ЕС больше не функционирует так, как раньше. Экономическая динамика Европы поставила многие страны в значительно подавленное положение, и экономический кризис 2008 года вызвал кризис суверенных долгов и банковский кризис в Европе.

Есть два возможных решения в широком смысле. Одно заключается в том, что страны, попавшие в кризис, вводят режим жёсткой экономии, чтобы найти ресурсы для решения своих проблем. Другое заключается в том, что процветающая часть Европы прощает долги, сохраняя бедные страны от тяжести экономии. Решение, которое было выбрано, является комбинацией этих двух, но точное наполнение этой комбинации остаётся сложной причиной для переговоров.

Германии нужен ЕС чтобы выжить и в политическом, и в экономическом плане. Проблема в том, что не ясно, возникнет ли стабильное экономическое решение, которое будет поддержано политическими системами Европы.

Германия готовится выкупать долги других европейских стран, если они применят политику экономии и предпримут шаги, чтобы предотвратить повторение кризиса. С точки зрения Германии, корни кризиса лежат в налоговой политике проблемных стран. Поэтому, немецкая цена за списание части долгов состоит в том, что европейские бюрократы, сильно ориентированные на германскую политику, будут поставлены управлять финансами стран, получающих помощь от дефолта.

Это означает, что эти страны не будут контролировать свои налоги или бюджеты в рамках своих политических систем. Это будет оскорблением демократии и национального суверенитета. Очевидно, что это встретит сильнейшую оппозицию со стороны потенциальных получателей помощи, но также и оппозицию со стороны ряда других стран, видящих, что это сильно увеличивает влияние Германии. Если вы принимаете немецкое видение, что долговой кризис является результатом безответственного потребления, немецкое предложение резонно. Если вы примете точку зрения южной Европы, что кризис является следствием самого дизайна ЕС, то немецкое предложение выглядит проекцией германской силы через экономику.

Трудно представить значительную уступку суверенитета этих стран ориентированным на Германию евробюрократам, не взирая на экономическую цену. Также трудно представить, что Германия спишет долги без контроля над исполнением обещаний: даже если ЕС жизненно важен для немцев, но немецкое общественное мнение не позволит этого. И, наконец, трудно представить, как в долгосрочной перспективе европейцы смогут прийти к соглашению по этому вопросу. Эта проблема станет главной, если не в этом финансовом кризисе, то в следующем – и всегда есть следующий кризис.

Альтернативная стратегия

В то же время, базовые рамки Европы изменились с 1991 года. Россия остаётся бледной тенью Советского Союза, но стала крупным экспортёром природного газа. Германия зависит от этого газа, даже если она ищет альтернативы. России очень нужны технологии, которые у Германии есть в избытке. Германия не хочет привлекать новых иммигрантов в страхе возникновения нестабильности. Но ввиду снижения населения Германия должна что-то предпринимать.

В России также снижается население, но даже в этом случае у неё избыток рабочих, как безработных, так и частично занятых. Если рабочие не могут быть доставлены к заводам, то заводы могут быть доставлены к рабочим. Если короче, то существует значительная синергия между российской и германской экономиками. Добавьте к этому, что немцы чувствуют себя под сильным давлением со стороны США, принуждающим их участвовать в действиях, в которых они участвовать не хотят, а россияне видят американцев в качестве угрозы своим интересам, и получите военные и политические интересы, которые роднят Германию и Россию.

НАТО сильно изношено. ЕС под значительным давлением и национальные интересы доминируют над европейскими интересами. Способность Германии использовать ЕС для своих экономических нужд не исчезла, но отложена на длительный срок. Поэтому Германия должна рассматривать альтернативную стратегию. Её отношения с Россией и есть такая стратегия.

Германия – не агрессивная сила. Основанием для её текущей стратегии служат отношения с Францией в контексте ЕС. Текущее французское правительство и президент Николя Саркози однозначно заинтересованы в таких отношениях, но французская политическая система, как и у ряда других европейских стран, пребывает под интенсивным давлением. Результаты приближающихся выборов во Франции неизвестны, а следующие будут ещё более непредсказуемыми. Желание Франции дальше взаимодействовать с Германией, у которой массивный торговый дисбаланс с Францией, не гарантировано.

Но немецкие стратегические интересы не обязательно связаны с Францией, но с кем-то из пары Франция-Россия, чтобы избежать окружения враждебными силами. Для Германии отношения с Россией также привлекательны, как и с Францией. Идеальной ситуацией для Германии была бы Франко-Германо-Российская антанта (тройственный союз). Такой альянс уже существовал в прошлом, но его слабостью было то, что он обеспечивал Германию слишком большой безопасностью, что позволяло ей быть более самоуверенной. Обычно, Франция и Россия противостояли Германии, но в этом случае возможно продолжение Франко-Германского альянса или Российско-Французского альянса. Действительно, трёхсторонний альянс также возможен.

Текущая стратегия Германии сохранить ЕС и свои отношения с Францией, одновременно притягивая Россию ближе к Европе. Сложность этой стратегии в том, что немецкие торговые законы сложны для исполнения для других европейских стран, включая Францию. Если Германия сталкивается с невозможной ситуацией в отношении ЕС, второй стратегической опцией будет трёхсторонний альянс, с модифицированным ЕС или, возможно, за пределами структуры ЕС. Если Франция решит, что у неё другие интересы, например, идея Средиземноморского Единства, то Германо-Российские отношения становятся реальной возможностью.

Германо-российские отношения имеют потенциал сместить баланс сил в мире. США пока являются доминирующей силой, но комбинация немецких технологий и российских ресурсов (идея, о которой мечтали многие в прошлом) станет вызовом глобальному основанию. Конечно, есть плохая память с обеих сторон, и взаимное доверие будет сложно обрести. Но если альянсы строятся на доверии, это не обязательно должно быть глубокое доверие.

Всё же, стратегия Германии пока всё ещё сосредоточена в парадигме ЕС. Но если парадигма ЕС станет неподдерживаемой, то будут найдены другие стратегии. Российско-германские отношения уже сущесвтуют и постоянно углубляются. Германия пока думает о них в контексте Европейского Союза, но если ЕС ослабнет, то Россия станет для Германии природной альтернативой.

http://www.hvylya.org/analytics/geopolitics/21085-sostojanie-mira-strategija-germanii.html