Визит Председателя КНР Си Цзиньпина в Индию, состоявшийся с 17 по 19 сентября, многими экспертами оценивается как новый этап в отношениях между двумя сверхдержавами. Уже сам факт приезда китайского лидера в Индию, где впервые за восемь лет принимали гостя такого высокого уровня, свидетельствует о росте заинтересованности двух стран в укреплении двухстороннего сотрудничества, которое они рассматривают как имеющего стратегическое значение для них.

Свидетельством этому служит подписание трех меморандумов о взаимопонимании и 12 соглашений в сфере торговли и инвестиций, промышленного и инфраструктурного развития, науки и технологий, экологии. На эти цели Китай пообещал выделить Индии 20 млрд. долл. в течение пяти лет, что обеспечивает возможность китайскому капиталу укрепить свои позиции на растущем индийском рынке, а Индии получить необходимые финансы для модернизации страны. И это в дополнение к тем 33.6 млрд.долл., которые обещаны Индии Японией, куда недавно с официальным визитом накануне встречи с китайским лидером ездил премьер-министр Н. Моди. По его мнению, развитие делового сотрудничества с Японией должно было содействовать укреплению его переговорных позиций с Китаем, который рассматривает Японию как своего главного конкурента в сотрудничестве с Индией, и привлечь в страну иностранные инвестиции. В итоге между китайскими и индийскими бизнесменами были подписаны соглашения на сумму 3,4 млрд. долл, и была достигнута договоренность об увеличении товарообмена между странами до 100 млрд. долл. к 2015 г.

Индия - Китай

Китай - Индия: сравнение армий

В основе сближения Индии и Китая, начавшегося всего несколько лет назад, лежит чисто прагматичный подход к обеспечению своей национальной безопасности. При этом экономические соображения доминируют в региональной дипломатии. Китай является главным торговым партнером Индии. Их торговый оборот составил в 2013 г. 65.5 млрд. долл., но складывается не в пользу Индии: с дефицитом в 40,8 млрд. долл. по сравнению с 1 млрд. долл. в 2001-2002 гг. Эту ситуацию Н.Моди и намерен исправить, подписав новые соглашения с Китаем, который пообещал улучшить доступ на свои рынки индийским фармацевтическим товарам и компьютерным технологиям.

Н.Моди, который в своей предвыборной компании делал ставку на рост экономического могущества страны и укреплении ее позиций в мире, рассматривает экономическое сотрудничество с Китаем, как средство достижения этой цели. Признавая заслуги Китая в экономическом строительстве, он стремится перенять его опыт в интересах промышленного роста Индии, делая в основном ставку на привлечение китайских прямых инвестиций, объем которых в течение последних 14 лет не превысил 400 млн. долл. из-за проводимой ранее политики ограничений.

Китай же в свою очередь нуждается в Индии как в рынке сбыта своей продукции, рост спроса на который возрастает с увеличением индийского среднего класса, и с помощью инвестиций в ресурсы и инфраструктуру Индии планирует создать новые возможности для расширения своего промышленного производства. Как заявил Н.Моди накануне приезда китайского лидера, «Китай и Индия – два тела, но одна душа». А Китай не преминул заметить, что Н. Моди является индийским «Никсоном», который выведет китайско-индийские отношения на новый уровень развития.

И все же каким бы радушным не был прием, оказанный Н.Моди Си Цзиньпину, конфликт интересов между двумя супердержавами, сохраняется: остаются нерешенной территориальная проблема в Гималаях, разногласия по трансграничным водным ресурсам, тибетскому вопросу и визовому режиму. И все же главное столкновение интересов происходит на политическом поле в АТР и связано оно с амбициями каждой страны на политическое лидерство в регионе. Индия, чей ВНП составляет лишь одну четвертую от ВНП Китая, не может пока составить ему реальную экономическую конкуренцию в Южной и Юго-Восточной Азии, но расширение здесь его сферы влияния (накануне своего визита в Индию Си Цзиньпин посетил Шри Ланку и Мальдивские острова) вызывает беспокойство политического руководства Индии и рассматривается как угроза безопасности страны. Н. Моди, проводя курс на экономическое сближение с Китаем, в то же время, когда недавно посетил с визитом Японию, подверг резкой критике страны с «экспансионистским типом мышления», что было расценено многими как прямой намек на агрессивную политику Китая в Южно-Китайском море.

Индия - Китай

Китай - Индия: сравнение экономик

В индийском обществе сохраняется недоверие и подозрительность по отношению к Китаю, о чем свидетельствуют данные недавно проведенного социологического опроса. Подавляющее большинство реципиентов поставило Китай на второе место после Пакистана по степени угрозы для страны. И для этого есть основания, если не считать простым совпадением вторжение китайских солдат на спорную пограничную территорию и визит в Индию Си Цзиньпина. Только с начала года зафиксировано 334 случая нарушения границы со стороны китайцев.

Китай же в свою очередь крайне неодобрительно отнесся к последнему соглашению между Индией и Вьетнамом, с которым он ведет борьбу за контроль над Парасельскими островами, в водах которых намечено совместное бурение нефти. Китай дал понять, что рассматривает это соглашение как не имеющее законного права, поскольку оно касается территории, находящейся под его суверенитетом. Индия же, подписав это соглашение с Вьетнамом, с которым она укрепляет и военное сотрудничество, дала понять, что не разделяет единоличные притязания Китая на спорные территории.

Н.Моди, в отличие от своего предшественника, не боится проводить политический курс на сближение со странами – стратегическими соперниками Китая по влиянию в АТР, руководствуясь интересами национальной безопасности, которым может угрожать ускоренная военная модернизация Китая и расширение его присутствия в Индийском океане. И в этой связи Индия готова искать себе союзника в лице Японии и США, куда вскоре и отправляется премьер-министр Индии с официальным визитом. Но участвовать в альянсе Япония-США, направленном против усиления влияния Китая в регионе, Индия остерегается. А Китай, который крайне настороженно относится к возникновению антикитайской коалиции в АТР, в свою очередь открыто поддерживает Пакистан.

Индия и Китай – скорее, соперники и конкуренты, чем союзники, несмотря на наличие ряда общих интересов и совпадение позиций по многим вопросам международной политики – в ВТО, по реформе международной финансовой системы, борьбе с терроризмом и экстремизмом, изменением климата, по сирийскому вопросу. Но интересы национальной безопасности, которые в немалой степени исходят из необходимости решения неотложных внутренних социально-экономических задач и определяют прагматизм в их подходе к расширению экономического формата двухстороннего сотрудничества. А это, в свою очередь, поможет поддержать стабильность в регионе, что облегчает развитие торговли, приток инвестиций и решение внутренних проблем. Достигнутое согласие сторон на создание экономического коридора, связывающего Бангладеш, Китай, Индию и Мьянму, может стать началом нового этапа в развитии сотрудничества в регионе. Нельзя не согласиться с мнением Джонатана Холслага (Jonathan Holslag) из Брюссельского института современных исследований (Brussels Institute of Contemporary Studies), что «одна из причин того, что индийско-китайские отношения становятся более сложными, заключается в том, что они становятся более тесными».

Базы в Индийском океане

В полном размере: Базы в Индийском океане

Индия входит в группу ведущих и активных участников политической игры, которая разворачивается на пространстве “расширенного” Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), включающего в себя ареал Индийского океана. Кратковременное снижение этой активности в первой половине 2014 г. было обусловлено острой внутриполитической борьбой, которая сопровождала парламентские выборы, прошедшие в апреле-мае.

Их итогом явилась триумфальная победа партии “Бхаратия джаната” (БД), вернувшейся к власти после десятилетнего перерыва. Естественно, что основное внимание новый премьер-министр и лидер БД Нарендра Моди в первые месяцы правления уделял накопившимся внутренним проблемам, прежде всего в сфере экономики.

Это не значит, что в период предвыборной борьбы и в первые месяцы после выборов Моди полностью “отключился” от внешней политики. Он делал примечательные заявления (как до, так и после прихода к власти), принимал лидеров других стран, а также сам выезжал за границу: в Бутан, Непал, в Бразилию на саммит БРИКС.

И всё же, знаковый характер приобрёл его официальный визит в Японию, состоявшийся в начале сентября, итоги которого подтвердили особый характер отношений Индии с этой страной. Помимо конкретных и документально зафиксированных итогов этого визита, он оставил за собой и заметный символический “шлейф”, который сразу оказался в фокусе экспертного внимания.

Речь идёт о фразе, произнесённой Моди в ходе одного из публичных выступлений в Японии, в которой использовались слова “экспансионизм” и “посягательство” на некие территории и водные пространства. У японских и других западных комментаторов не вызвал сомнений ответ на вопрос, кого подразумевал индийский премьер-министр под “экспансионистом” и “посягателем”.

Но дело в том, что на вторую половину сентября был запланирован визит в Индию лидера того, о ком многие “неправильно” подумали. И за десять дней до этого визита на “неправильность” трактовок слов Моди указала новый руководитель индийского МИДа Сушма Сварадж.

Индия - геополитика

В полном размере: Внешняя политика Индии

Судя по комментариям в СМИ “подозреваемого” (то есть Китая), там не стали реагировать на упомянутое высказывание Моди, и визит Си Цзиньпина в Индию внешне прошёл вполне успешно. В частности, были заключены соглашения о расширении участия КНР в решении ключевой для Индии задачи развитии транспортной инфраструктуры. Си Цзиньпин согласился увеличить импорт индийской продукции, главным образом, фармацевтической с целью снижения нынешнего огромного (положительного для Китая) сальдо в торговле с Индией.

Однако внимание комментаторов в ходе и этого визита сосредоточилось на “сопутствующих” событиях, высветивших одну из основных проблем в двусторонних отношениях, которая обусловлена взаимными территориальными претензиями.

Переговоры на тему урегулирования территориальных споров, а также демаркации границы общей протяжённостью в 4 тыс. км ведутся в течение нескольких десятилетий и без заметного прогресса. Особенно конфликтным является высокогорного плато Ладакх, где противостояние относительно небольших групп пограничников (пока без применения оружия) происходит в среднем раз в месяц.

Однако инцидент, случившийся во время визита Си Цзиньпина, резко выделяется масштабами. Если верить источникам из индийских сухопутных сил, речь идёт о китайском контингенте численностью в 500-1000 человек, углубившийся на 30 км по территории, которую Индия считает своей.

В связи с указанным инцидентом возникает ряд вопросов, на которые сложно дать определённый ответ. Например, среди западных аналитиков пользуется популярностью вопрос о том, насколько надёжно гражданское руководство КНР контролирует своих военных.

Разговоры на эту тему ведутся по крайней мере с 2007 г., когда Китай сбил собственный спутник, что дало США повод резко активизировать военную компоненту своей космической программы. Некоторые эксперты тогда сомневались, что данную акцию китайские военные согласовали с гражданским руководством страны.

Индия - оборона

В полном размере: Военная политика Индии

Сегодня утверждается, что Си Цзиньпин подобный контроль успешно осуществляет. Но если судить по высказываниям китайской прессы о том, что Японии следует оставить “сумасшедшие фантазии” на тему окружения Китая, такая перспектива в КНР, видимо, вполне серьёзно рассматривается.

В этом плане естественным казалось бы принятие мер по нейтрализации подобной угрозы путём исключения Индии из числа потенциальных участников гипотетического “окружения” Китая. Но как с этой задачей согласуется масштабный вооружённый инцидент на границе с Индией, да ещё в ходе официального её посещения руководителем КНР?

Несомненно одно – Индия получила очередной повод для развёртывания в районе границы с Китаем корпуса горных войск (численностью до 50 тыс. человек), а также развития здесь необходимой логистической и транспортной инфраструктуры. Причём, в адрес Японии уже отправлялись прозрачные месседжи на предмет совместного участия в создании подобной инфраструктуры.

Кроме того, упомянутый инцидент, вероятно, утвердил Моди во мнении о необходимости продолжения курса на развитие стратегического партнёрства с США, установившегося в середине прошлого десятилетия, несмотря на недавние личные проблемы в отношениях с Вашингтоном. Свидетельством укрепления этого партнёрства стал пятидневный визит Моди в США, прошедший в конце сентября с.г.

Тем не менее, немаловажным представляется отметить, что основной заявленной целью поездки Моди в США являлось его участие в процедуре открытия заседания осенней сессии Генеральной ассамблеи ООН. Всё лето в прессе обсуждался вопрос, а состоится ли вообще его встреча с президентом страны, на территории которой располагается штаб-квартира ООН.

Стремясь полностью вытереть даже память о недавних “недоразумениях” в отношениях с новым премьер-министром страны, значимость которой во внешней политике Вашингтона будет только расти, исполнительная и законодательная ветви власти США ещё с лета 2014 г. начали готовить антураж, который должен был подчёркивать чрезвычайную важность предстоящего визита Моди.

В частности, в середине июля Б. Обама обратился к нему с официальным приглашением посетить США, а 30 парламентариев от обеих партий направили письмо руководству Конгресса, чтобы оно предложило премьер-министру Индии выступить на совместном заседании обеих палат.

В ходе визита Моди выступил в весьма авторитетном Совете по международным отношениям (выпускающий, в частности, знаменитый журнал Foreign Affairs), побеседовал с группой руководителей ведущих американских компаний, дважды встречался с Б. Обамой, а также имел примечательную беседу с четой Клинтон. Итог официальных переговоров президентов обеих стран были представлены в обширном Совместном заявлении.

Обращает на себя внимание намерение и далее увеличивать объём двусторонней торговли, который уже находится на уровне 100 млрд. дол. (США сегодня занимает первую строчку среди торговых партнёров Индии). Этому должна способствовать новая экономическая политика Моди, направленная на устранение препятствий притоку иностранных капиталов и технологий в национальную экономику.

Будет развиваться кооперация в области энергетики, борьбы с негативными климатическими изменениями, здравоохранения, высоких технологий и космической деятельности.

В сфере безопасности актуальность для обеих стран “китайской темы” проявилась в виде записи Совместного заявления о необходимости “обеспечения свободы судоходства в соответствие с нормами международного права”, а также о намерении продолжать совместные военно-морские учения “Малабар”.

Отсутствие “проектных” соглашений говорит о том, что главной целью состоявшихся переговоров являлось скорее восстановление атмосферы доверия между ранее “невъездным” в США политиком чрезвычайно важной страны (который “вдруг” стал её премьер-министром), а также определение в общем виде основных направлений развития двустороннего сотрудничества в сферах экономики и безопасности.

В этом плане примечательной стала встреча Моди с четой Клинтон. Необходимо напомнить, что именно с “исторического” визита 2000 г. в Дели тогдашнего президента Билла Клинтона начался процесс восстановления и плодотворного развития американо-индийских отношений.

Что касается его супруги Хиллари (недавнего госсекретаря США), то она сегодня считается едва ли не фаворитом предстоящей в 2016 г. президентской гонки. Проведя с ней “частные” переговоры, Моди заранее готовит базу для взаимодействия с вероятным будущим американским президентом.

Наконец, следует отметить, что последние встречи премьер-министра Индии с лидерами других ведущих держав (каковыми являются Япония, Китай и США) вписываются в сложный процесс развития новой глобальной политической игры, которая начала формироваться после завершения холодной войны.

Несомненно заслуживает самого пристального внимания предстоящий саммит АТЭС, который состоится в начале ноября с.г. Но значимость этого мероприятия во всё меньшей степени определяется декларативными документами, которые принимаются по итогам его работы.

Саммиты АТЭС превращаются в одну из важных площадок, на которых разворачивается новая глобальная игра. Гораздо большее значение приобретает вопрос о том, кто и с кем из ведущих игроков встретится “на полях” этого форума, а также на какую тему состоятся двусторонние беседы.

http://ru.journal-neo.org/2014/10/02/rus-vizit-si-tszin-pina-v-indiyu/

http://ru.journal-neo.org/2014/10/10/rus-narendra-modi-aktiviziruet-indijskuyu-vneshnyuyu-politiku/