Прошлым летом, после нескольких месяцев зашифрованной электронной переписки, я три дня встречался с Эдвардом Сноуденом в Москве, готовя статью для журнала Wired. За пиццей он рассказал мне: что, в конце концов, заставило его покинуть страну и стать разоблачителем – он понял, что Агентство национальной безопасности незаконно следит за всеми американцами. В прошлый четверг Второй окружной апелляционный суд Нью-Йорка подтвердил его слова.

Это давно ожидаемое решение комиссии из трёх судей пришло к выводу, что программа АНБ, которая тайно перехватывает телефонные метаданные каждого американца (кто звонит, кому и куда) нарушила законодательство. У меня, как у одного из истцов вместе Кристофером Хитченсом (Christopher Hitchens) и несколькими другими, подавшими первоначальный иск ACLU, возникло чувство морального удовлетворения.

Теперь должен проголосовать Конгресс: изменить ли законодательство и продолжать программу слежки, или раз и навсегда запретить её. По этому вопросу законодатели должны проголосовать 1 июня, когда они будут продлевать Патриотический акт.

Ключевой фактор этого решения – отношение американской общественности к слежке. Разоблачения Сноудена серьёзно изменили это отношение. Например, в опросе PEW 2006 года, после того, как журналисты New York Times Джеймс Райсен (James Risen) и Эрик Личтблау (Eric Lichtblau) рассказали о незаконной подслушивающей деятельности АНБ, 51% американцев посчитали программу слежки АНБ допустимой, а 47% - недопустимой.

После сноуденовских разоблачений эти цифры изменились. Проведённый в этом марте опрос PEW показал, что 52% американцев обеспокоены государственной слежкой, а 46% - не обеспокоены.

Учитывая множество разоблачений незаконной деятельности АНБ, довольно удивительно, что только немного больше половины американцев (согласно официальным опросам) взволнованы государственной слежкой. Возникает вопрос: почему? Может ли быть какое-нибудь другое разоблачение, которое увеличит число противников программы слежки АНБ?

Как сильно должны уничтожить неприкосновенность частной жизни службы безопасности, чтобы американская общественность взволновалась? Какая программа сможет разжечь настоящее общественное возмущение?

Например, немногие люди знают, что программа АНБ под названием TREASUREMAP («карта сокровищ») разрабатывается для составления карты каждого подключения к интернету – телефонов, ноутбуков, планшетов – всех землян, включая американцев.

«Составить карту всего интернета», - говорится в совершенно секретном документе АНБ. - «Любое устройство, в любом месте, в любое время». Там же говорится, что эта программа позволит «спланировать компьютерную атаку и операцию», а также «сетевую разведку».

Одна из причин общественного равнодушия – так называемая усталость от АНБ. Нынешняя тотальная слежка воспринимается как новая норма, всего лишь каждодневный новостной поток.

Я спросил об этом Сноудена. «Это становится проблемой: одна смерть - это трагедия, а миллион - статистика», - ответил он. - «Если переложить на наше сегодня: нарушение прав одного человека - трагедия, миллиона - статистика. АНБ каждый день нарушает права каждого американского гражданина – на всеобъемлющей и постоянной основе. И это подавляет нас. Это вселяет в нас чувство бессилия и бесправия».

Точно также, в начале войны на первых полосах пишутся цифры убитых американцев, независимо от того, насколько они малы. Но через два года войны эти цифры становятся намного больше, и их прячут в глубине газет и в свалке новостных сайтов.

Кроме того, рассказы о слежке АНБ отягощены техническими сложностями, в том числе туманными описаниями сложных методов перехвата и анализа информации. Хотя они (например, программа сбора телефонных метаданных) касаются каждого американца, из-за полной секретности очень сложно определить конкретных жертв.

Тот способ, каким рассказывают о слежке затрудняет её понимание. Поэтому получившие доступ к секретным документам решили распространить их для более демократического анализа. Они передали их СМИ по всему миру – от новейших веб-сайтов до старых иностранных газет.

Например, один документ директора АНБ приказывает шпионить за порно-сайтами, следя за гражданами США и других стран. В нём давалась рекомендация использовать эту слежку для тайной дискредитации людей, помеченных как «радикалы». Но об этом было рассказано только в считающемся прогрессивным интернет-агентстве Huffington Post, а, например, New York Times и Washington Post промолчали об этой новости, и она осталась практически никому неизвестной.

Другое важное разоблачение – сверхсекретная карта АНБ с устройствами, зараженными вредоносным программным обеспечением (компьютерными вирусами), с более 50000 местоположениями по всему миру, в том числе в дружественных странах (например, в Бразилии) – появилось только в небольшой голландской газете NRC Handelsblad, и о нём ничего не знает большинство американского общества.

Таким образом, несмотря на множество разоблачений, большая часть общественности остаётся в неведении об истинных масштабах агрессивной и юридически сомнительной практики наблюдений. При незначительном большинстве обеспокоенных американцев, реальные изменения существующей системы маловероятны.

Хотя программа сбора метаданных известна многим из-за многочисленных судебных процессов и шума вокруг них, существуют и другие программы слежки АНБ, которые серьёзнее влияют на американцев, но общественность очень мало о них знает.

Например, в моих беседах со Сноуденом он сказал, что одним из самых шокирующих его разоблачений была практика АНБ, в рамках которой информация тайно и регулярно передаётся израильской радиоэлектронной разведке – Подразделению 8200. Аналогичная практика касается и ещё нескольких стран. Переданная информация состоит не только из метаданных, но и включает в себя полное содержание электронных писем, главным образом американцев. Они сообщали об американских гражданах (вероятно, палестинского происхождения), которые общались с родственниками в Израиле и вообще в Палестине.

Один из показателей опасности подобных действий – в прошлом году в отставку внезапно ушли 43 сотрудника Подразделения 8200, продолжая службу в армейском резерве. Эти агенты обвинили разведку в использовании перехваченной информации для политического преследования невинных палестинцев. Эта информация - состоявшая из данных о сексуальной ориентации, супружеской неверности, финансовых проблемах, заболеваниях в семье и о других важных личных проблемах - использовалась для принуждения к сотрудничеству с оккупантами и создания раскола среди палестинцев.

Другая проблема состоит в том, что некоторые американцы думают, что тайная программа сбора метаданных проводилась около десяти лет и закончилась несколько лет назад. Каждое отправленное американцами письмо попадает в базу данных АНБ, и агентство всё ещё продолжает собирать данные о телефонных переговорах. Хотя считается, что программа почтовой слежки закончилась, вся частная информация хранится в АНБ без срока давности.

Американская общественность устала от разоблачений АНБ и не знает о большинстве злоупотреблений этого агентства, поэтому неудивительно, что только чуть больше половины общества обеспокоено уничтожением неприкосновенности частной жизни. И я согласен с бывшим главным консультантом Церковного комитета (Church Committee) Фредериком Шварцем (Frederick A. O. Schwartz Jr.), который в 1970-х составил годовое исследование нарушений закона разведывательными службами – сегодня нам необходимо столь же тщательное и независимое расследование.

«Настало время для создания нового комитета, который подробно расследовал бы правительственные тайны», - написал он в журнале Nation. - «особенно в период после 11 сентября».

Пока общественность не знает и не понимает полностью насколько далеко зашло АНБ (с точки зрения закона, морали и этики), не должно быть никакого возобновления и продолжения программы АНБ по сбору телефонных метаданных.

http://antizoomby.livejournal.com/377365.html