Карьера Фридриха Флика началась в первом десяти­летии XX века. Окончив высшее торговое училище в Кёльне, он основал собственную оптовую торговлю ме­таллоломом. Богател он быстро, хотя это и не бросалось в глаза. Он усердно заводил и развивал полезные связи и в годы первой мировой войны стал генеральным директо­ром одного из крупнейших предприятий металлургиче­ской промышленности — «Шарлоттенхютте». В это же время он начал заниматься спекуляцией акциями и при­шел к выводу, что это и есть то самое занятие, которое ему больше всего нравится и где он обладает определен­ными способностями.

В течение всей своей жизни Флик оставался верен этому способу обогащения. Он только приобретал финан­совый контроль над десятками предприятий и сплетал их воедино в денежном отношении в одну могучую орга­низацию, холдинг, принадлежавший его семейству, клану.

Первые крупные финансовые манипуляции Флик предпринял в годы после окончания первой мировой войны, когда в Германии разразился крупнейший финан­совый крах и галопом поскакала инфляция. Они-то, собственно, и заложили основы создания фликовского капитала. Тогда он буквально за бесценок скупил мно­жество шахт и металлургических заводов. Позднее воз­рожденные с помощью американских займов, стабилизи­ровавших пошатнувшуюся германскую экономику, они в период подготовки Германии к войне стали приносить сказочные прибыли. В 1933 году, когда к власти пришел Гитлер, Флику уже 50 лет, и его имя упоминается рядом с Круппами. Ну что ж, это и понятно. Еще за год до этого, в 1932 году, Флик внес в так называемый «фонд Гиммлера», из которого финансировался захват власти нацистами, 100 тыс. марок. Он же подписал и то пресло­вутое письмо, в котором группа германских промышлен­ников просила Гинденбурга назначить Гитлера канцле­ром Германии. После прихода фашистов к власти Флик был одним из крупнейших меценатов СА и СС. (Доку­менты подтверждают, что один только Металлургический комбинат Риза, предприятие Флика, вносил по 40 тыс. марок ежегодно в кассу СС.) Вскоре после начала войны Флика по предложению Геринга назначают «фюрером военного хозяйства».

Позднее, на Нюрнбергском процессе, будет зачитано письмо, с которым в ноябре 1940 года Флик обратился к Герингу, где он подчеркивал свое «моральное право» как ветерана, поддерживавшего гитлеровский режим, на первоочередность в захвате сталелитейных заводов на территории оккупированной Франции. Еще позднее, обо­сновывая свои притязания на том же «моральном праве», он проникает на территорию оккупированной советской Украины и получает больше 40 тыс. рабочих для прину­дительного труда на своих заводах.

В конце второй мировой войны казалось, что империя Флика рухнет. 75% имущества, принадлежавшего сверх­тресту Фридриха Флика, охватывавшему в основном угольные шахты и сталелитейное производство, после войны оказалось в советской зоне оккупации Германии. Самого же владельца треста американский военный трибунал в 1947 году осудил как военного преступника на семь лет тюремного заключения.

Но Флик ухитрился богатеть, даже сидя в тюрьме! Предприятия, находившиеся в западных зонах оккупа­ции, продолжали потоком лить деньги в его кассу. И ког­да власти созданного западногерманского государства по согласованию с Вашингтоном через три года после выне­сения приговора, уже в 1950 году, выпустили Флика на свободу, сохранившегося имущества его треста было достаточно для того, чтобы его владелец снова поднялся на пирамиду самых богатых людей Европы.

Выйдя на свободу, Флик понял, что в условиях новой конъюнктуры нужно переориентироваться на отрасли промышленности, идущие во главе послевоенной эконо­мики (автомобилестроение, химическую промышленность, производство искусственных синтетических материалов, на точную механику). И он принялся скупать акции концерна «Даймлер-Бенц», производившего, среди проче­го, и автомобили марки «мерседес». К концу 50-х годов контроль Флика над концерном «Даймлер-Бенц» утвер­дился настолько, что стал основой вновь воссозданной империи Флика. Годовой оборот группы «Даймлер-Бенц», охватывавшей около 30 предприятий плюс заводы за рубежом, составлял большую часть оборота всех заводов империи Флика.

Среди остальных финансовых опор богатства Флика следует упомянуть группу Будеруса, охватывавшую 41 предприятие по производству стали, паровозов и танков, и третью по рангу группу «Динамит — Нобель» (14 пред­приятий в области химической промышленности, синтети­ческих материалов, взрывчатых веществ и порохов). Четвертая по величине группа «Фельдмюле» (25 пред­приятий бумажной и полиграфической промышленности, строительной индустрии, посреднических контор по куп­ле-продаже недвижимого имущества и морского транс­порта). И наконец, на пятом месте концерн «Максими-лиансхютте» (14 заводов, в том числе предприятия по переработке металлолома, с которых когда-то Фридрих Флик начинал свою карьеру).

В ряду крупнейших западногерманских монополий финансово-промышленный комплекс Флика занимает ныне третье место после концернов «Н. Г. Фарбен» и «Тиссен». Но в то же время он — самый крупный из числа фирм, находящихся в единоличном управлении и принадлежащих одной семье. А начиная с I960 года Фридрих Флик становится самым богатым человеком в Западной Германии.

В личной жизни Фридрих Флик был так же холоден и беспощаден, как и в сфере экономики. Ему было уже больше 80, когда в 1966 году он, похоронив жену, в тот же день снова сидел за письменным столом и давал указания биржевым агентам. Биографы Флика до сих пор спорят, являются ли эти безжалостность, беспощад­ность и ненависть, царившие в доме Флика, теми причи­нами, которые вызвали впоследствии внутрисемейные схватки за власть, тянувшиеся много лет и сотрясавшие концерн Фликов.

Первая схватка за власть внутри клана вспыхнула в 1962 году. У Флика было три сына. Один погиб на Восточном фронте. Старший из оставшихся в живых — Отто-Эрнст был упрям и наделен сильной волей. Млад­ший — Фридрих-Карл был более мягким и потому легче покорился воле старого тирана.

В 1962 году старший из сыновей возбудил судебный процесс против отца. В ходе судебного процесса вскрылись примечательные вещи. Во-первых, впрочем это делали и другие миллиардеры, старый Флик обманывал налоговое ведомство. Для того чтобы сэкономить на налоге, которым облагается наслед­ство, он переписал по 45% основного капитала, принад­лежащего акционерному обществу Флика, на обоих сыно­вей в виде дара. Однако в дарственном письме был параграф, по которому старый Флик сохранял за собой право принимать наиболее важные решения по всем финансовым и экономическим вопросам и даже изменять устав концерна!

Отто-Эрнст восстал против этой «отеческой диктату­ры» и потребовал себе ту часть имущества, которую Флик уже подарил ему. Западногерманский суд, разу­меется, не захотел тягаться с могучим Фридрихом Фли­ком. «Блудный сын» проиграл процесс, а вместе с ним и власть. Получив «всего» несколько миллионов марок, он поспешил вложить деньги в покупку небольших земель­ных владений в Канаде, США, Франции и Италии. К этому времени «старый диктатор» заготовил новое письмо о дарении, в котором доля проигравшего процесс Отто-Эрнста переходила к его детям — двум сыновьям и дочери. Так внуки Флика, увлеченные альпинизмом, «Мик» и «Мук», очутились в самом центре борьбы за власть в доме Фликов.

Борьба эта уже в первом ее периоде принесла не­сколько интересных неожиданностей: западногерманские суды, не моргнув глазом, признали фиктивный характер первого договора о дарении. Но было несколько других интересных моментов, так сказать семейного свойства. С того дня, как Фридрих Флик выплатил сыну присуж­денную ему жалкую долю имущества, он уже больше вообще не хотел разговаривать со своим сыном! После смерти старого Флика крупнейшие западногерманские газеты опубликовали траурное сообщение величиной с простыню. Но в нем ни одним словом не упоминалось имя Отто-Эрнста. Отто-Эрнст в отместку за это даже не пошел на похороны своего отца.

Словом, не хватало только, чтобы Фридрих Флик простер руку из могилы и, попирая законы смерти, принялся с того света управлять судьбами своего богатства с той же страстностью, с какой он это богатство собирал при жизни.

И, как это ни странно, такое тоже произошло.

Через два месяца после своей смерти старый Фридрих Флик, уже находясь в потустороннем мире, ухитрился надуть и своего младшего сына, и детей изгнанного стар­шего. Он сделал даже попытку дать с того света указа­ние, кого поставить во главе супертреста. А подготовил он эту операцию еще при жизни, да еще таким образом, что по/его указанию на некоторое время внуки «Мик» и «Мук» были вообще удалены «с поля боя». Одного внука по его указанию сначала отправили для изучения бан­ковского дела в американский банк Шредера, относив­шийся к предприятиям банкирского дома Рокфеллеров. Затем его отправили на практику в концерн ИТТ. Другой внук, который проходил практику в «Дойче банк», по указанию патриарха клановой фирмы также отправился за океан, в контору «Америкэн-Юропиэн бэнк» на Уолл­стрит.

Отсутствие двух внуков дедушка использовал для того, чтобы подготовить новый, дополнительный пара­граф к собственному завещанию. В этом параграфе он подтвердил ведущую роль в клане Фридриха-Карла Фли­ка, своего младшего сына, дяди «Мика» и «Мука», и давал ему указание: вернуть в концерн Эберхарда фон Браухича, прежнего генерального директора фирмы, который покинул фирму после ссоры с Фридрихом-Кар­лом, перейдя в концерн Шпрингера. В завещании старого Флика было также записано, что об этом параграфе внукам можно будет объявить только после того, как им будет зачитано само завещание.

Итак, первый этап «операции с того света» давал Фридриху-Карлу Флику возможность остаться едино­властным хозяином империи, однако при условии, что в качестве генерального директора он, в соответствии с волей отца, возьмет того самого менеджера, который два года назад ушел из концерна.

За первой последовала вторая часть операции. Пове­литель концерна, к этому времени уже тяжело больной, жил в своем замке на берегу Боденского озера. Сюда-то он и вызвал из Америки обоих внуков и в присутствии нотариуса заключил с ними соглашение. Согласно по­следнему, двум внукам было предоставлено решающее право голоса при определении экономической политики Фонда Фридриха Флика. О тайном соглашении Фридри­ху-Карлу, сыну основателя концерна, знать не полага­лось, но условие это было также занесено в текст соглашения.

Когда старый господин удалился в лучший мир, после оглашения его завещания разразился грандиозный скан­дал. С одной стороны Фридрих-Карл — сын основателя концерна, с другой стороны — дети другого сына только в конторе нотариуса узнали об этой двойной игре «импе­ратора и повелителя концерна». Тотчас начался величай­ший процесс по делу концерна Флика. Хроникеры динас­тии до сих пор раздумывают над тем, какую же цель преследовал великий стяжатель в этой своей двойной игре?! Скорее всего Фридрих Флик хотел таким образом обеспечить равновесие между властью сына и внуков. Он явно предвидел, что после его смерти они набросятся друг на друга, словно дикие звери. И, по замыслу, этим приемом ему удастся даже с того света направлять деятельность концерна и сохранить его единство.

И, как это ни покажется странным, «загробная опера­ция» удалась. Хотя и не все свершилось по замыслу старого хищника. К началу «процесса Флика» 54,5% акций находилось в руках Фридриха-Карла. Однако воп­рос об экономической политике концерна решался боль­шинством. В голосовании приняли участие Фридрих-Карл, два его племянника «Мик» и «Мук», суперменед­жер и зять основателя концерна Браухич, поставленный теперь практически во главе концерна.

В ходе процесса Фридрих-Карл и Браухич (который действовал так от его имени и вместо него) понемногу начали одерживать.верх. А внуков — тех вообще больше интересовала «сладкая жизнь», и они совсем не были заняты мыслями о политике концерна, как об этом когда-то мечтал лежавший теперь уже в могиле их дед. «Мик», «Мук» и Дагмар, двое внуков и внучка старого Флика, в 1975 году продали свои акции Фридриху-Карлу. И младший сын основателя концерна, таким образом, снова стал единоличным владельцем фирмы, а Браухич сделался его советником, генеральным представителем и пророком.

Нужно сказать, что суперменеджер Браухич настоль­ко ловко маневрировал в течение последующих лет, что ему удалось добиться того, чего не удалось сделать Круппу: понемногу он освободился от малоэффективных предприятий, входивших в концерн, и на деньги, вырученные от их продажи (а это были сотни миллионов марок), купил акции более современных и более доход­ных отраслей промышленности. Прежде всего суперме­неджер поспешил отделаться от предприятий угольной промышленности, а затем — от крупнейшего металлурги­ческого предприятия концерна «Максимилиансхютте». Вместо них были приобретены доходные акции большин­ства западногерманских страховых компаний. Частично были также проданы акции заводов «Даймлер-Бенц», производивших автомобили «мерседес», из них концерн Флика оставил за собой только 10%. На вырученные деньги были приобретены предприятия за рубежом и значительные пакеты акций в компаниях нескольких других ведущих отраслей западногерманской экономики. Так к 1980 году концерн Флика обрел новый облик.

В начале 80-х годов концерн Флика состоял прибли­зительно из 100 предприятий, в которых было занято более 100 тыс. человек, а оборот всего концерна в восемь раз превышал оборот концерна диктатора прессы Шпрингера. К этому нужно еще добавить контрольные пакеты акций более чем 200 западногерманских пред­приятий. Концерн Флика ныне оказывает влияние на экономическую политику всех крупных фирм Западной Германии, от «Сименса» до «Байера» и «Хехста».

В известном смысле компания Флика после реоргани­зации оказалась более прочной, чем замки семейства Круппа. Новейшая деятельность фирм, входящих в кон­церн Круппа, уже не будет описана в «семейных хрони­ках», а вот «империя Флика» до сих пор находится в руках потомков основателя концерна и по богатству считается семейством номер один в Западной Европе.

http://www.mirperedel.ru/mirovaya-zakulisa/flik-chast-1-sokrovishcha-rejna.html

http://www.mirperedel.ru/mirovaya-zakulisa/flik-chast-2-pervaya-skhvatka-za-vlast-i-operatsii-s-togo-sveta.html