После «пасхального обострения» недельной давности, прошедшая неделя охарактеризовалась определённым спадом интенсивности боевых действий, при сохранении общей напряжённости в тех же самых горячих точках, которые вот уже второй месяц задают новостной фон событий военного противостояния на Донбассе. География зон горячего конфликта, уже хорошо знакомая читателям наших обзоров, осталась прежней — столкновения происходили в Широкино (возле Мариуполя), Песках и Спартаке (Донецк), Майорске (Горловка), а также в районе Бахмутской трассы (между Лисичанском и Луганском).

Основными средствами огневого поражения выступали с обеих сторон стрелковое оружие, 82-мм и 120-мм миномёты, однако с украинской стороны было отмечено и применение артиллерии и танков. Сложность учёта для таких нарушений перемирия «Минск-2» осложняется тем, что существующая миссия ОБСЕ крайне недостаточна для эффективного мониторинга очень протяжённой линии противостояния и, в силу этого, фиксирует большинство даже существенных нарушений постфактум, значительно позже того момента, как они уже произошли, если она вообще соглашается на такого рода официальные заявления.

Однако масса материалов аэрофотосъёмки, проведенной со стороны ВСН, в основном с использованием небольших БПЛА и фиксирующей массовые скопления артиллерии, бронированной техники и танков в запрещённых зонах по соглашению «Минск-2», уже превысила некий критический порог. Это вынуждает даже весьма лояльную к ВСУ миссию ОБСЕ констатировать массовое невыполнение условий отвода тяжёлых вооружений со стороны украинской армии. Вместе с тем, как и предполагалось в прошлых обзорах, пока ВСУ не готова к решительным и масштабным боевым действиям: как и прошлая неделя, наступающая последняя неделя апреля не приведёт к быстрому обострению ситуации на Донбассе.Скорее всего, речь будет идти о столь же «вязком» и тлеющем противостоянии, как и за весь предыдущий период «Минска-2».

 Украина

Из каких несоответствующих друг другу частей состоит Украина,
Материал, с графиками и картами,
в статье:
Раскол Украины сегодня
А также в статье:
Экономический раскол Украины

В военном обеспечении тыла противоборствующих сторон за истёкшую неделю произошло несколько фактических событий, которые высветили все те тенденции, которые развивались за последние месяцы.Так, уже публично озвучено, что на полигон в Львовской области прибыли 300 военнослужащих 173-й воздушно-десантной бригады армии США. Официальная миссия данных американских солдат и офицеров — участие в совместных украинско-американских военных учениях.Однако ряд заявлений высшего военного командования и дипломатов Украины говорят об ином: данный ограниченный контингент должен создать на полигоне в Львовской области крупный учебный центр по подготовке местных инструкторов для нужд обучения ВСУ. Программа обучения рассчитана на срок не менее 6 месяцев и может быть в дальнейшем расширена до формата постоянно действующего учебного центра.

Лишь за первые шесть месяцев такой учебный центр уже может подготовить до полутора тысяч инструкторов из числа сержантского и офицерского состава ВСУ, что позволит как значительно укрепить среднее управляющее звено в самих ВСУ, так и обеспечить качественную подготовку украинских новобранцев уже силами таких местных инструкторов.Кроме того, ряд фактов, продемонстрированных в публичных фото и видеоматериалах, позволяют усомниться и в том, что в состав миссии входят лишь бойцы 173-й бригады. Не исключено, что часть переброшенных американских военных специалистов являются бойцами войск специального назначения, которые будут осуществлять подготовку спецподразделений ВСУ по отдельным программам.

Прошедшая неделя ознаменовалась окончанием четвёртого этапа мобилизации новобранцев в ряды ВСУ. Всего в рамках этого этапа было призвано около 50 тысяч солдат и офицеров. Несмотря на то, что повестки были разосланы 200-250 тысячам человек, а число мобилизованных составляет всего 20-25% от числа повесток, данного количества призывников вполне достаточно для того, чтобы компенсировать уменьшение численного состава ВСУ по демобилизации весеннего призыва 2014 года и боевых потерь зимней кампании, так и обеспечить формирования новых боевых частей.

Дополнительный людской ресурс ВСУ получает и за счёт полного переподчинения «территориальных батальонов самообороны», которые в этом случае перестают быть видом «альтернативной воинской службы». С ликвидацией в политическом и военном смысле последнего независимого от Киева территориального губернатора Игоря Коломойского, который больше года бессменно руководил Днепропетровской областью, киевский режим уже может окончательно выстроить единую военную вертикаль управления, и территориальные батальоны, сыграв свою стабилизирующую роль на начальном этапе подавления и локализации восстания на юго-востоке Украины, окончательно уходят в прошлое.

Подобная же судьба, в общем-то, постигла и накачанный пропагандой жупел «Правого Сектора». Его боевики сегодня уже вынуждены либо уходить в тень, либо же должны искать себе применения в рамках официальной военно-репрессивной машины украинского государства. Кроме того, как будет сказано ниже, «таланты» такого рода радикалов вполне находят себя в рамках новой стратегии «большого террора», которая выстраивается киевским режимом на подконтрольных ему территориях. Таким образом, в отличие от весьма авантюрных и плохо продуманных наступлений прошлой весны и лета и зимней кампании 2015 года, на сегодняшний день мы видим со стороны Украины тщательную и детальную подготовку к новому наступлению, которое должно начаться только в ситуации полного и решающего превосходства ВСУ над вооружёнными силами Новороссии, и даже с учётом возможности локального противостояния с вооружёнными силами Российской Федерации в ходе такого обострения.

Со стороны киевского режима и законодательной власти Украины такого рода противостояние между Украиной и Россией всячески облекается в ряд инициатив, которые, с одной стороны, служат открытой конфронтации Украины с Россией, но, с другой стороны, всячески пытаются выставить Россию в качестве агрессора и оккупанта. Так, за прошедшую неделю в Верховной Раде было принято постановление об «агрессии России против Украины» и продолжено обсуждение законов о конфискации российского имущества на Украине и о нацбезопасности, которые ещё больше расширят «правовое поле» украинских законов.

Это, по факту, позволят уже явочным порядком производить политические репрессии, конфискации имущества и нагнетать атмосферу ненависти и террора до необходимых пределов — как с точки зрения запугивания несогласных, так и с точки зрения мобилизации на «войну с Россией и сепаратистами» всего украинского общественного «болота». «Болото» в этом случае ставится перед простым выбором: или попасть под каток «военных законов», или же всецело поддерживать текущую политику государства, всячески поощряющую войну. Отсидеться на хуторе уже не получится.

Кроме того, вдобавок к официальным законам и постановлениям, производится и накал градуса так называемого «большого террора», когда некие «неназванные патриоты» осуществляют показательные «акции возмездия». Так, череда политических убийств в Киеве, стартовав с людей, причастных к режиму Виктора Януковича, понемногу перешла просто на представителей Партии Регионов, а потом уже и скатилась на уровень обычных журналистов и общественных деятелей.

Нетрудно предугадать, что убийство Олеся Бузины станет лишь первым в длинном ряду внесудебных «частных» расправ над неугодными, вдобавок к официальным преследованиям их со стороны киевского режима.Резюмируя всё вышесказанное, можно утверждать, что в ближайшее время киевский режим предпримет все шаги для выстраивания и внутренней репрессивной вертикали — как формальной, так и неформальной, что позволит обеспечивать тыл для войны на Донбассе на протяжении достаточно длительного периода времени.

С другой стороны, кратко и тезисно можно изложить и последние изменения в структуре фронта и тыла ДНР и ЛНР. В народных республиках с начала апреля месяца проведена практически полная централизация военного командования и подчинённых ему частей. Кроме того, выполнены текущие задачи мобилизации, хотя ВСН при этом во многом утратили свой добровольческий характер, превратившись частично в призывную армию с денежной мотивацией. К сожалению, в экономическом и политическом плане таковая централизация и укрепление тыла пока так и не произошли.До сих пор на Донбассе сохраняется двойственность политического устройства, выражающегося в отдельном существовании ЛНР и ДНР, а экономически республики очень слабы, даже по сравнению с Украиной.

Поскольку само по себе развитие ситуации от ЛНР+ДНР к созданию единой Новороссии, пусть даже и в размере существующей территории будет являться маркером окончательной неудачи минского мирного процесса, можно сказать, что окончательный выбор со стороны донбасских республик и стоящей за их спиной России пока не сделан.

Единая армия Новороссии и единое армейское командование сейчас считается достаточным аргументом против возможного украинского военного наступления, а формирование государственных институтов Новороссии ещё не осуществляется, в силу надежд на продолжение мирного урегулирования со стороны России и самих республик.Насколько эти планы соответствуют реальности и применимы при дальнейшем развитии ситуации, как и насколько их может изменить неизбежная, по нашему мнению, война — мы увидим уже в ближайшем будущем.

Комментарий:

Основная мысль данного военного обзора достаточно проста: США решились взяться за подготовку украинской армии всерьёз и «в долгую», понимая, что тем кавалерийским наскоком, которым пытались зачистить Донбасс весной-летом прошлого года, сегодня вооружённые силы Новороссии уже не перемолоть.

Я здесь не буду останавливаться на уже вошедшем в мейнстрим сюжете о «военторге», «отпускниках» или «северном ветре» — думаю, все думающие читатели уже составили себе более-менее адекватную картинку о роли как местного, так и «северного» фактора в противостоянии на Донбассе.

Пока, на основе опыта весны-лета 2014 и зимы 2015 года, ситуация была предсказуема и однозначна: «укропы» били «сепаратистов», но однозначно пасовали перед «северянами» и даже «отпускниками».

Поскольку, всё-таки, ополчение всегда проигрывало стратегически регулярной, хоть и призывной армии, пусть и побеждая в тактических боях, а призывная армия раз за разом сливала профессиональным контрактникам, которые обучались военному делу не две-три недели, а два-три года.

Короче, Fleiß schlägt Grips (порядок бьёт класс) на двухуровневом поле конфликта.

Что может измениться в этом раскладе, если к военному конфликту уже в той или иной форме подключатся западные страны?

Во-первых, понятное дело, такого рода подключение будет идти, скорее всего, как раз по тому плану «гибридной войны», о признаках которой так долго распинаются специализированные сайты, курируемые напрямую из ЦРУ и собирающие информацию о перемещениях российских войск, «отпускникиков» и вооружённых сил Новороссии.

В первой линии противостояния, безусловно, будут задействованы в большей мере лишь «туземные» подразделения, благо, достаточно непоследовательная и неуверенная политика России прошлого года провела линию противостояния сторон на Украине гораздо восточнее и южнее реальной «линии Субтельного», за которой противодействие российскому влиянию росло бы уже по экспоненте.

Однако, что сделано — то сделано. По состоянию на середину весны 2015 года российское влияние на просторах бывшей Украины сейчас ограничено лишь тремя несвязанными анклавами — Донбассом, Крымом и Приднестровьем.
При этом один из анклавов (Приднестровье) находится по факту в состоянии полной блокады, учитывая враждебную позицию Молдовы, а Крым — в полублокаде, поскольку как транспортное снабжение полуострова, так и электроснабжение его потребностей в очень сильной мере завязано на материковую часть Украины, которая сейчас уже открыта враждебна России.

Во-вторых, сегодня, конечно же, Украина по-прежнему катастрофически проигрывает России в своём военном, экономическом и мобилизационном потенциале.

Но в данном случае речь идёт об иной плоскости конфликта — в данном противостоянии Украине и Западу отнюдь не критично одержать военную победу или же выстроить жизнь страны в какой-либо долгосрочной перспективе. Задачей, которая поставлена Западом перед Украиной, является нанесение максимального урона самой России и поддерживаемых Россией территорий — Приднестровья и Донбасса.

Конечной целью такого процесса, понятное дело, является «единая, антироссийская Украина», которая будет либо всё-таки включать в себя Крым, либо же будет иметь вечную территориальную претензию к России в виде «незаконно оккупированной территории», вокруг которой Западу всегда можно создать очаг напряжённости в виде эдакого «вечного Кувейта».

При этом рисунок будущих действий Запада вполне можно срисовывать с предыдущих конфликтов, конечно же, укореняя его лекала на украинскую территорию.

Задачей будущего периода видится окончательное, но управляемое торпедирование «минского процесса». Реальной масштабной эскалации будут добиваться именно от Новороссии и России, для того, чтобы обвинить именно ВСН и Россию в нарушении «минского формата».

Рычаг такого воздействия на позицию ЛДНР очевиден: основные города республик до сих пор находятся в зоне поражения не то, что артиллерии, но даже танковых орудий и миномётов украинской армии, поэтому эскалация конфликта происходит при желании «сама собой».

С другой стороны, темп эскалации должен быть достаточно медленным и управляемым, для того, чтобы украинская армия не развалилась от ударов ВСН или же «отпускников», а смогла затянуть на территорию Донбасса максимальное количество боеспособных частей «северного ветра».

В какой-то момент времени, как я понимаю, по расчётам Запада, война станет слишком затратной для России, после чего вопрос Крыма или контроля за Приднестровьем снова и снова будет ставиться на повестку дня, для того, чтобы заставить российское руководство снова сесть за стол переговоров в формате некоего «совместного управления Крымом» или же «конституционного процесса по соединению Молдовы и Приднестровья».

Понятное дело, мечты Украины о том, что НАТО будет каким-то образом впрямую впрягаться за Украину в противостоянии с Россией, беспочвенны.

Инструкторы и советники стран НАТО, в первую очередь Канады и США, вполне могут последовательно готовить критическую массу «пушечного мяса», от солдат и вплоть до высшего военного командования, далеко за «линией Субтельного», в спокойствии львовских военных баз или же ровенских полигонов.

Как я уже сказал, прошлогодняя и нынешняя позиция России вполне обеспечила для США и легитимность киевского режима, как и достаточный контроль за территориями, которые позволяют иметь десятикратный мобилизационный перевес в сравнении с территориями, контролируемыми Россией.

Для достаточного контроля над Украиной на текущем этапе никакого «членства в НАТО» совершенно не требуется — какого чёрта Западу отвечать по договору коллективной безопасности за возможный широкомасштабный конфликт России и Украины, сорвись ситуация в неуправляемый штопор?

Уроки Корейской и Вьетнамской войны изучены и усвоены — и теперь формат «партнёрства» вполне позволяет Западу навесить на «туземцев» массу обязательств, промыть им мозги пропагандой, а потом спокойно отказаться от каких-либо обещаний, если даже таковые и давались в неких официальных заявлениях.

Ну, нешмогли.

Создание же неформальных военных баз НАТо под видом «постоянных учений» и «длящегося партнёрства» уже, в общем-то, не добавит чего-то нового в общественное сознание украинских граждан — по последним социологическим опросам, проведи Порошенко сегодня референдум о вступлении (пусть и виртуальном) в НАТО — за него выскажется уже больше 50% населения.

Позиция же России в таком варианте развития конфликта оказывается достаточно уязвимой. Пытаясь избежать украинской проблемы и рассматривая политически Донбасс, Крым и Приднестровье, как три независимых политических процесса, Россия оказывается разделена и в процессе военного противостояния.

В случае же Украины — Крым, Донбасс и во многом Приднестровье (через управляемость Молдовы со стороны США) оказываются в рамках единого политического и военного процесса, задачей которого ставится возвращение территориальной целостности (Донбасс, Крым) и окончательно потерянный Россией тезис о «защите соотечественников» на Приднестровье.

Напомню, что формально значительная часть жителей Приднестровья имеют украинские паспорта, а возможность противопоставления «преступного пророссийского режима» и такого населения на Приднестровье никуда не делась.

И, пока повестка существования киевской власти будет рассматриваться через призму «партнёров» и «единой Украины», киевский режим будет плотно контролироваться США, снабжение его при всех возможностях и при шантаже вопросами Крыма и Донбасса будет перекладываться на Россию, а «единая Украина» будет воевать против России.

http://www.regnum.ru/news/polit/1918236.html

http://alex-anpilogov.livejournal.com/52906.html