Публикуем статью нашего читателя и собеседника Максима Лебского с обзором идей и практики революции в Рожаве. Мы не разделяем ленинистских взглядов автора, но отдаём должное его взвешенному подходу и осведомлённости.

Гражданская война в Сирии приковывает к себе внимание всего мира уже не один год. С 2011 года в этой арабской стране началось восстание, которое переросло в полномасштабный военный конфликт, унесший десятки тысяч жизней и миллионы людей превративший в беженцев.

В считанные месяцы стали явными те многие политические, национальные и социально-экономические проблемы[1], которые не смог решить режим сирийского президента Башара Асада.

Курдская проблема является ключевой для понимания происходящего на севере Сирии. Этот многомилионный народ до сих пор не имеет собственной государственности. Долгие годы активность курдов была заметна прежде всего в Турции и Ираке.

Курдистан

В Сирии авторитарный режим Асада смог успешно подавлять вспышки сопротивления сирийских курдов. Во многом это объясняется относительно малой численностью курдов в Сирии — лишь 2,5 млн. человек. Но все изменилось с началом революционных событий в 2011 году.

Наконец-таки стремление курдов бороться за сохранение национальной идентичности и достойную жизнь получило реальную возможность реализоваться.

Основные пункты политической концепции

В июле 2012 года отряды народной самообороны курдов (YPG) заняли крупнейшие города севера Сирии : Амуда, Африн , Кобани, Эль-Камышли. Во время последующих лет на севере страны курдами были созданы независимые кантоны, образующие автономию Рожава.

Можно ли это назвать государством? Пожалуй, что нет. Партия PYD, которая осуществляет политическую гегемонию в движении сирийских курдов, декларирует приверженность принципам идеологии демократического конфедерализма, которую разработал Абдулла Оджалан, находясь в тюрьме на острове Имрали. Перечислим основные пункты этой концепции, не вдаваясь в ее подробный разбор[2]:

1. Народы Ближнего Востока должны стремиться не к созданию национальных государств, а к демократической конфедерации, в которой все народы живут в равенстве и дружбе. В этом образовании отсутствует народ-гегемон.

2. Жизнь в этой конфедерации должна строиться на основах коммунализма. Структура управления общества будет состоять из советов и коммун разных уровней. Эта система должна прийти на смену государству со всеми ее репрессивными институтами : армия, бюрократия, полиция.

3. Угнетенное положение женщины, сохранявшееся веками, требует особого развития женского движения. Это должно выражаться в полной вовлеченности женщин в систему управления обществом.

Оджалан и анархизм

Сирийский Курдистан сегодня для европейских левых — это своеобразная зона революционного туризма, подобно штату Чьяпас в Мексике в 90-е годы. И существенную часть потока добровольцев составляют анархисты, которые едут в Сирию, симпатизируя идеям Оджалана. Его идеи нельзя назвать вполне анархическими, они гораздо шире этих рамок.

С одной стороны Оджалан призывает обратить внимание на теорию и практику анархизма. С другой вместе с позитивными оценками в своих работах подвергает классический анархизм и критике: «На мой взгляд, наиболее существенным недостатком анархистов было то, что они не смогли развить систематическое мышление и структуры, относящиеся к демократической политике и современности. Тщательные усилия, продемонстрированные ими на поприще изложения взглядов и критики, не нашли продолжения в плане систематизации и практического применения. Вероятно, этому препятствовали классовые позиции анархистов.

Другим существенным препятствием является нетерпимость и агрессивная реакция анархизма на лю¬бого рода власть в теории и практике. Справедливую реакцию на реальную власть и государство распространяли на все виды и органы власти, что и помешало поставить на повестку дня вопрос о теории и практике современной демократии.

Я считаю, что наиболее слабым местом анархистов является вопрос законности демократической власти и необходимости современной демократии. Более того, анархисты не смогли реализовать выбор в пользу демократической нации вместо национального государства, что тоже является их существенным недостатком и серьезной ошибкой»[3].

Курды в Сирии

Курды в Сирии

«Нам нужна общественная экономика»

Остановимся подробнее на социально-экономическом аспекте курдских кантонов, так как он важен в понимании дальнейших перспектив Рожавы. Автономия состоит из трех кантонов (18 300 кв.км.) : Африн (600 тыс. человек), Кобани (300 тыс. человек), Джазира (1,4 млн. человек). До войны на этой территории проживало 3,5 млн. человек. Согласно брошюры самих сирийских курдов A Small Key Can Open A Large Door сегодня население составляет не болье 2,5 млн.

На территории автономии проживают не только курды, но представители и других национальностей: ассирийцы ,арабы, армяне[4]. Многие беженцы из разных уголков Сирии и Ирака нашли на территории кантонов безопасное убежище для себя.

Экономика Рожавы работает на войну. Около 70 % бюджета кантонов тратиться на покупку оружия, формы, продовольствия и подобных вещей [5]. Интересно отметить, что милитаризация экономики не сподвигла курдов к проведению национализации и введению прогрессивной шкалы налогообложения. Как сельскохозяйственные предприятия, так и нефтеперерабатывающие могут принадлежать частным лицам — при этом непосредственно собственником самой нефти является- самоуправление.

Курды в контексте трубопроводов

Курдистан в контексте трубопроводов

Советник по экономическому развитию Джазиры Абдурахман Хемо замечает: «Нашей главной задачей развития будет общественная экономика. Но она будет сосуществовать с открытой и частной экономикой. Например, мы нуждаемся в предприятиях, связанных с сельским хозяйством. Мы нуждаемся в перерабатывающем оборудовании. Нам нужна своего рода общественная экономика, и заводы должны быть в общественной собственности. Но мы не будем создавать централизованную, государственную экономику. Она должна быть организована локально»[6].

Большая часть населения занята в сельском хозяйстве. Рожава была самой настоящей житницей Сирии. В Кобани собирается основной урожай пшеницы и хлопка. В Африне — оливки. В Рожаве экономическая инфраструктура разрушена войной. В связи с этим жители данного региона предпринимают самостоятельные усилия по развитию кооперативного движения. Пока кооперативы больше распространены в сельском хозяйстве, но есть прецеденты создания кооперативов и в легкой промышленности.

Еще одной важной отраслью является нефтедобыча. Сирийское правительство старалось строить нефтеперерабатывающие заводы на юге страны. В связи с этим после взятия власти курдам пришлось создавать с нуля два новых нефтеперерабатывающих предприятия, чья основная функция — вырабатывать дизель для генераторов, снабжающих кантоны электроэнергией[7]. Интересно заметить, что дизель дешевле чем вода. Литр дизеля можно купить за 25 центов, так как за ту же цену вы купить пол-литра воды[8].

Курды - пешмерга в Ираке

В полном размере: Курды - пешмерга в Ираке

Рожава находится в полной экономической изоляции, что очень сильно бьет по ее экономике. Особенно это касается торговли нефтью. В то время как существенную часть казны ИГИЛ составляет прибыль от торговли черным золотом по заниженной цене. Рожава имея сотни нефтяных полей, использует сырье лишь для собственных нужд. Казалось бы, иракские курды могли протянуть руку помощи, но реакционные лидеры ДПК в лице президента Иракского Курдистана Махмуда Барзани в своей политике оглядываются на Турцию и США, поэтому экономическая блокада сохраняется.

Единственный союзник курдов — это горы

Курдские партизаны контролируют важнейший участок фронта сирийской войны — турецкую границу. Есть множество свидетельств[9], доказывающих что джихадисты получают периодические подкрепления и вооружение именно из Турции.

Если курды окончательно перережут поток турецкой помощи радикальным исламистам, это поставит их в очень сложное положение. Рожава находится на передовой фронта борьбы с мировым и региональным империализмом . Ведущие державы видят в курдах реальную угрозу целостности Сирии, которая и так трещит по швам.

Ни США, ни Европа, ни Россия реальной помощи курдам не окажут. Их всегда будут воспринимать как тактических союзников-попутчиков до первого политического перекрестка. Здесь, как никогда верна курдская пословица : единственный союзник курдов — это горы[10].

Давайте будем откровенными. Перед нами отсталый аграрный регион[11], который окружен врагами со всех сторон. В ситуации закрытых границ отсутствует какая-либо экономическая база для сохранения и дальнейшего развития автономии. Единственные реальные союзники этого движения — это курдские военные формирования в Турции и Ираке.

В случае победы исламистов в Сирии физическое существование курдов будет под большой угрозой, так как джихадисты доказали, что они не остановятся перед геноцидом в своей политике. Яркий пример тому Шангал.

Если победит сирийская правительственная армия и Асад сможет стабилизировать ситуацию в стране, он неизбежно переключит все свое внимание на курдскую автономию. Не факт, что он уничтожит ее военным путем. Но в сущности его политика будет сводиться к уничтожению основных завоеваний революции в Рожаве.

Курды

Разделение иракского Курдистана между партиями

Здесь слишком хорошо помнят ползучую арабизацию, которая проводилась еще со времен Хафеза Асада. Данный политический расклад понимают и сами сирийские курды поэтому они не бросаются в объятия к Асаду, декларируя наличие с ним временного военно-тактического союза против ИГИЛ.

Так в чем же выход?

Выход в том, чтобы курдская революция в Рожаве перестала быть чисто курдской. Сейчас у курдских революционеров есть уникальная возможность заложить основы нового, революционного общества, заразительный пример которого будет распространяться на другие народы и страны Ближнего Востока. Это уничтожит экономическую блокаду региона, открыв его для различной помощи и инвестиций. Возможно частный капитал может быть заинтересован в развитии отдельных проектов на территории Рожавы. Этого хотят и сами курды, говоря о смешанной экономики.

Как подорвать силы империализма? Необходимо создать постоянный и мощный очаг напряженности на его территории. Дабы основные силы и ресурсы государства шли на уничтожение этого очага. Указанной стратегией активно пользуются турецкие левые, которые систематически проводят акции солидарности с курдским сопротивлением в Сирии.

Теракты, произошедшие в Турции, носят не случайный, а закономерный характер. Организаторы терактов явно намеревались запугать людей и предотвратить поддержку революции Рожавы в Турции.

Здесь сразу хочется вспомнить пример крушения интервенции в Советскую Россию. Усилия империалистов потерпели крах не только вследствие военных поражений, но во многом и потому, что у интервентов запахло жаренным дома. Советская Россия была мощнейшим политическим символом борьбы за социальную и национальную справедливость. Советская революция смогла преодолеть национальные рамки, получив отклик в сердцах англичанина, немца, француза и представителей других народов.

Надежда Ближнего Востока

Успех борьбы сирийских курдов будет зависеть от того возникнет ли своя Рожава у арабов, турков и других народов. Именно поэтому курды уделяют внимание ключевым политическим проблемам ближневосточного региона: национализму и религиозной нетерпимости.

В Сирии несколько десятилетий власть и армия были сконцентрированы в руках алавитской общины[12]. Экономический кризис, которые терзает Сирию с момента либеральных реформ 90-х годов, дал почву для развития социального недовольства в суннитском большинстве. Господствующая в общества идеология трактует все проблемы на религиозном языке, что вызывает кровопролитные столкновения между алавитами , христианами и суннитами.
Курды предлагают свой выход из ситуации «войны всех против всех». Система демократических советов (TEV — DEM) предоставляет всем живущим здесь народам возможность участвовать в политической жизни автономии. В отличие от ИГИЛ YPG не проводят этнических чисток и показательных казней, эта сила зовет в свои ряды всех желающих сражаться за новое общество.

Как верно замечает американский ученый Йост Джонгерден: «…освобождение в Рожаве не произойдет в одночасье – это все-таки непрерывный процесс»[13]. Сирийские курды сражаются уже несколько лет. В этой борьбе они приобрели бесценный опыт самоорганизации и дисциплины, показав примеры личного и коллективного героизма.

Рожава – это надежда всего Ближнего Востока на освобождение от вековых пут угнетения и рабства. Можно уничтожить Рожаву, но не те ценности, которые вдохновляют курдское революционное сопротивление.

hevale.nihilist.li/2015/12/nadezhda_vostoka