Одно из направлений диффузной сепаратистской войны, ориентированной на развал России, – разработка и внедрение в общественное сознание разного рода этнических и региональных мифов, подчеркивающих «исторически сложившуюся отличительность» той или иной группы населения.

Как правило, на первом этапе такие «мифотворцы» занимаются последовательной фальсификацией истории, подменяя реальные исторические факты легендами и окружая их «облаками» вольных интерпретаций.

Но если таких мифотворцев вовремя не останавливает доказательное научное опровержение их сочинений, то следующими шагами оказываются заявления «об ущемлении прав и свобод» придуманной «этноотличной» части общества, притязания сначала на культурную, а затем и на политическую автономию. А далее – вплоть до призывов к созданию независимой государственности.

Поморы

Яркий пример подобного развития событий – скандальная ситуация, сложившаяся вокруг активистов так называемого поморского движения.

21 ноября 2012 года в Архангельске начался суд над главой Поморского института коренных и малочисленных народов Севера, председателем Ассоциации поморов Архангельской области Иваном Мосеевым. Мосееву предъявлено обвинение по статье 282, ч. 1 УК РФ: возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства (что грозит лишением свободы до двух лет).

Поводом для обвинения стало высказывание И.Мосеева в дискуссии по статье местного регионалиста, журналиста А.Беднова «Поморье в евразийском мире» на сайте «Эхо Русского Севера».

Один из критиков «поморского мифа», сотрудник Северного Арктического федерального университета А.Халтурин так прокомментировал статью: «Сейчас автор призывает разделиться на регионы, а... послезавтра – присоединиться к Северной Европе. Цари и коммунисты собирали страну, поморы хотят ее развалить... Поморы! Уймитесь. Нас... в Архангельской области – 1 млн 200 тыс. Вас, поморов – всего 2000... Мы не допустим, чтобы лидеры поморов оторвали область от русской цивилизации».

Ответ Мосеева был таков: «Что ты с нами сделаешь? Вас миллионы быдла, а нас 2 тысячи людей». В этой фразе суд увидел признаки разжигания национальной ненависти в отношении русских.

Многочисленные защитники «главного помора» Архангельска развернули вокруг этого процесса скандальную информационную кампанию. Один из местных «белоленточников» пустил слух, что Мосеева собираются судить по статье ст. 275 УК «государственная измена» (здесь наказание – лишение свободы от 12 до 20 лет). Эту «утку» подхватили скандинавские, английские и отечественные СМИ, представляя Мосеева «новой невинной жертвой путинского режима». Норвежский эксперт П.Каате сразу связала обвинение с принятием в России нового закона о некоммерческих организациях. Организация «норвежских поморов», с которой сотрудничает Мосеев, стала защищать «ученого», занимающегося «исключительно укреплением культурно-исторических связей между Архангельской областью и Северной Норвегией». Консул Норвегии в Архангельске, директор центра «Баренц-секретариат» А.Шалев заявил, что «норвежское финансирование поморских организаций – это миф. Мосеев участвовал в совместных гуманитарных проектах».

В защите «мечтателя о создании Поморской республики» и «собирателя поморского фольклора» проявились и карельский регионалист Штепа, и член Координационного совета «оранжевой» оппозиции Д.Быков, вешающий своим поклонникам на уши лапшу «о цветущей сложности США». И игнорирующий факт гражданской войны в Америке, в ходе которой было – ради избавления от этой цветущей сложности – уничтожено чудовищное количество конфедератов. Под сурдинку выдуманной американской «цветущей сложности» Быков говорит о необходимой независимости Дальнего Востока, Сибири и Татарстана.

Местные защитники Мосеева из либерального и националистического лагеря ополчились против историков, публицистов и активистов Общественного движения «Суть времени», которые указывают на провокационность действий лидеров «поморского движения».

Отвечаем. Наше движение борется за своевременное разоблачение исторической лжи, а не за посадки. Но если историческую ложь не разоблачить вовремя, то позже возникают две плохие альтернативы. Либо сажать – либо проводить перестройку-2 и заливать страну кровью междоусобных разборок.

Но вернемся к Мосееву.

Почти 25 лет «поморство» будоражит местных регионалистов. Оно стало предметом «исследований» некоторых ученых, активно поддерживается частью областной либеральной элиты. И, наконец, по инициативе местных регионалистов вошло в качестве особой учебной дисциплины в стены ведущего ВУЗа Архангельска – Северного Арктического федерального университета.

Еще в 1987 году в Архангельском мединституте возник «студенческий кружок», где будущий врач И.Мосеев обсуждал с товарищами «поморскую идею». А в январе 1991 года в газете «Волна» появилась статья Мосеева «Мы – за Поморскую республику» со следующим заявлением: «ЮНЕСКО разрабатывает план создания объединенных штатов Европы на основе существующих европейских государств. У Архангельской области есть реальная возможность в будущем стать одним из таких штатов».

Отметим, что в начале 90-х годов ХХ века сторонники «автономизации» своих регионов и получения ими широких политических и экономических прав активизировались по всей России. Вспомним хотя бы идеи «Уральской республики», «Сибирской республики», «Карельской республики», «Европейского Кенигсберга» и т.д. Так что молодому Мосееву было на кого равняться.

И он явно действовал не в одиночку, а выражал позицию части региональной элиты, зараженной сепаратистскими настроениями. Именно эта часть элиты в тот момент начала требовать признания поморов «коренным малочисленным народом России». Этот статус должен был предоставить жителям побережья не только льготы при ведении традиционных промыслов, но и отдельное «право на владение и пользование традиционными территориями и природными ресурсами наравне с другими коренными народами Севера».

С 1992 года И.Мосеев участвовал в создании и деятельности нескольких поморских организаций, которые в ноябре 2011 года объединились в «Ассоциацию поморов Архангельской области».

В сентябре 2007 года состоялся Iобъединительный съезд поморов. В принятой Декларации, кроме предъявления права на территорию и ресурсы, содержались и такие программные пункты:

«Мы, поморы, коренной народ российского Севера, традиционно испокон веков проживающий в Архангельской, Мурманской областях, республике Карелия и Ненецком автономном округе, заявляем о своем праве на существование в качестве самостоятельного народа Российской Федерации, равного по правам другим коренным народам нашей страны.

Мы, поморы, заявляем о праве своего народа на сохранение и развитие собственного традиционного уклада жизни, культурного своеобразия и особой поморской этнической идентичности».

К этому времени лидеры «поморского движения» уже наладили тесные «культурно-исторические связи» с «норвежскими поморами». Устраивались выставки, конференции, экспедиции, выпускалась соответствующая литература. Утверждается, что первые издания, посвященные восстановлению поморского языка («поморьской говори») спонсировались американским Фондом Форда и норвежским «Баренц-секретариатом». Сборник поморских сказок Мосеева (на русском, норвежском, поморском языках) в 2010 году частично оплатили норвежцы.

Вряд ли «поморское движение» в Архангельской области могло развить такую активность без «административного ресурса», причем не только на региональном уровне (где мэр и губернатор участвуют в мероприятиях поморов). Но для такой активности была еще нужна и «интеллектуальная подпитка».

В 90-е годы, в период сокрушительного разгрома «либеральными реформами» всех отраслей советской экономики, науки и культуры, свой вклад в разработку поморской тематики внесла часть научной интеллигенции, связанная с Архангельским пединститутом и польстившаяся «ради выживания» на гранты зарубежных фондов. Это отразилось и на изменении названия института: в 1991 году он был переименован в Поморский государственный педагогический университет, в 1996-м – в Поморский госуниверситет им. Ломоносова (в 2011-м вошел в состав Северного Арктического федерального университета – САФУ).

Здесь следует особо отметить «заслуги» бывшего ректора Поморского университета профессора В.Булатова (1946–2007), с середины 90-х активно занимавшегося темой «поморского этноса». По словам ряда коллег профессора, делалось это при поддержке «либералов из окружения А.Чубайса». Позже один из этих либералов – А.Кудрин – стал почетным доктором и председателем попечительского совета САФУ.

Исследования В.Булатова, изложенные в пятитомной монографии (и затем ставшие учебным материалом для студентов и «доказательной базой» для обоснования претензий лидеров «поморского движения»), содержат ряд, мягко говоря, спорных заявлений.

Например, по Булатову: «Название «поморы» возникло не позднее Х−ХII веков… Поморы – русскоязычная группа этноса, заселившая (с XIIвека) берега Белого и Баренцева морей…

В XV−XVII веках Поморьем назывался обширный экономический и административный район по берегам Белого моря, Онежского озера и… вплоть до Урала…

Только завоевательная и репрессивная политика Москвы в XV−XVI веках воспрепятствовала складыванию четвертой по счету восточнославянской нации – северороссов».

Эти и другие заявления опровергаются исследованиями других специалистов, опирающихся, в том числе, на те исторические источники, которые Булатовнедобросовестно интерпретирует.

Во-первых, ни один из историков каких-либо упоминаний о поморах в источниках ранее XVIвека не находит.

Далее, профессор А.Куратов утверждает, что «правильнее рассматривать поморов как жителей только Беломорского побережья, представляющего собой область расселения специфической локальной группы северорусского населения».

Сотрудник Музея антропологии и этнографии РАН д.и.н. Т.Бернштам считает «выделение поморов в особый народ не только нецелесообразным, но и абсолютно ничем не обоснованным», и расценивает такое выделение как «ненаучные спекуляции».

Историк Д.Семушин пишет: «Все ранние упоминания поморов первой половины и середины ХVI века относятся к береговой оконечности Белого моря, носящей со времен Средневековья название Поморского берега... Логично предположить, что первоначально под «поморцами» в ХVI веке понимался не особый народ (этнос), а локальная группа населения, получившая название от конкретной местности на побережье Белого моря...  Этнографическая группа исторических, а не мифических поморов возникла на основе этнического контакта трех народов: русских, карел и лопарей...

Все существующие исторические источники XVI века говорят о «малом» Поморье и не подтверждают тезиса о существовании в этот период «большого» Поморья, протянувшегося от Белого моря и Белоозера на западе до Урала на востоке».

В «исследованиях» Булатова и его коллег поражает то, с какой бесцеремонностью эти «специалисты» интерпретируют фактически в антирусском ключе историю края, не тронутого татаро-монгольским нашествием и считавшегося «солью Земли Русской».

Тем не менее, последователи Булатова и их норвежские партнеры активно отстаивают и развивают идеи «учителя». Его ученик Мосеев и возглавил созданный в начале 2012 года в рамках САФУ «Поморский институт коренных и малочисленных народов Севера». Но этот шаг стал лишь формальным закреплением давних связей между Мосеевым и коллективом САФУ. Ведь они совместно ведут международную научную программу (которая, впрочем, требует отдельного рассмотрения).

Здесь же подчеркнем следующее.

«Либеральные реформы» последних 20 лет поставили на грань выживания большинство населения России, в том числе и жителей территории, называемой Поморьем. Часть российской элиты, имеющая прямое или косвенное отношение к этим «реформам», сейчас, пользуясь «плодами своего труда», покровительствует тем регионалистским тенденциям, которые ведут страну к гибели.

В Архангельской области этот процесс, под лозунгами возрождения «коренного поморского народа», возглавили люди, давно грезящие Поморской республикой и перспективой отделения от России территории, богатой нефтью и газом. Эти лидеры «поморского движения» строят свое «будущее» совместно с норвежцами и американцами, которые давно хотят осваивать энергоресурсы Русского Севера.

Но нашим поморам при этом вряд ли что-либо достанется.

Одной из особенностей диффузной сепаратистской войны является то, что обнаружение и демонстрация ее узловых элементов провоцирует субъектов войны на активную защиту с привлечением самых различных методов: от вполне респектабельных (официальное опровержение) до совсем низкопробных (например, грязные, ничем не подкрепленные оскорбления оппонентов в духе подворотни).

В данном случае таким узловым элементом является «поморский миф», который мы начали разбирать в предыдущем номере нашей газеты.

В Архангельске продолжается судебный процесс над председателем областной Ассоциации поморов И.Мосеевым, обвиняемым в разжигании межнациональной розни. Поводом для привлечения к суду явилось высказывание, принадлежащее этому «главному помору Архангельска», в котором русские названы «быдлом».

При этом информационная кампания, развернутая сторонниками Мосеева, насыщается не только искажениями очевидных фактов, но и нарастающей агрессией в адрес оппонентов, среди которых находятся и члены Движения «Суть времени».

Оставим в стороне эмоции и различные вольные интерпретации, и уделим больше внимания содержанию вопроса.

Сторонники «главного помора» представляют И.Мосеева как мирного ученого-антрополога, выступающего за «возрождение поморской культуры» и «укрепление российско-норвежских связей». На Западе широко употребляют термин «антрополог в штатском». Давайте обсудим факты, свидетельствующие о причастности Мосеева именно к этой «антропологии».

Факт №1. В 1991 году И.Мосеев – руководитель общества «Поморское возрождение». Именно тогда в местной прессе появляются статьи от имени возглавляемого им общества, призывающие к «ликвидации колониальной зависимости Архангельской области от центра» и «защите прав северян самостоятельно распоряжаться своей территорией и расположенными на ней природными ресурсами». Это обычная мирная антропология?

Факт №2. В ноябре 1991 года архангельская группа «Поморское возрождение» поддержала сепаратистские действия генерала Д.Дудаева и «независимость самопровозглашенной Чеченской Республики Ичкерия от РСФСР». Это тоже антропология? С террористическим уклоном?

Уже тогда начинающий «ученый» заявил о том, что «коренные северяне, поморы... являются самостоятельной субэтнической группой» и «поморский субэтнос – это тоже народ, ...имеющий право распоряжаться всем на своей территории».

Так как И.Мосеев к тому времени имел лишь диплом врача (закончил медицинский институт), то он, как и другие сторонники «поморского возрождения», нуждался в «научных доказательствах» своих
«смелых гипотез».

Довольно скоро такие «доказательства» возникли. На это с середины 90-х годов работал не только бывший ректор Поморского госуниверситета им. М.В.Ломоносова профессор В.Н.Булатов (1946–2007 гг.), но и часть научно-педагогического состава этого вуза, ставшего в 2011-м частью Северного Арктического федерального университета (САФУ).

Именно этими работами оперировали в дальнейшем лидеры «поморского движения», требуя внести поморов в «Перечень коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ».

Эти же разработки по конструированию «поморской идентичности» были использованы для построения зарубежных коммуникаций с «норвежскими поморами». И не последнее место в этом процессе занимал глава «Ассоциации поморов Архангельской области» и президент «Поморского братства» И.Мосеев.

Как заявляют сторонники Мосеева в Норвегии, с начала 90-х поморская тема была для них лишь «выражением доброй воли в отношении России» и являлась одним из элементов развития российско-норвежских отношений. Этим объясняются и введение особых «поморских виз» для жителей северо-западной части РФ, и проведение ежегодного Поморского фестиваля в г.Вардё, и учреждение в 2009 году норвежского отделения «Поморского братства».

Сторонники Мосеева умалчивают о факте №3, а именно – о том, что среди членов этой «благостной» организации оказались довольно известные политические деятели Скандинавии. Например, руководитель Норвежского Баренц-секретариата Рюне Рафаэльсен и бывший министр обороны (и бывший глава МИД) Норвегии Торвальд Столтенберг. Оба этих господина имеют прямое отношение к крупному проекту, в котором тема «поморов» занимает свое почетное место.

Речь идет о международном сотрудничестве в рамках «Баренцева евро-арктического региона» (БЕАР). Сразу отметим, что одним из инициаторов этого проекта во второй половине 80-х годов был «отец перестройки» М.Горбачев. Тогда под лозунгами «усиления общеевропейской интеграции» и «расширения межрегиональных контактов» происходил распад СССР. Позже под этими же лозунгами испытывалась на прочность и территориальная целостность России.

В 1992 году тогдашний глава МИД Норвегии Т.Столтенберг предложил документально оформить международное сотрудничество в рамках БЕАР, куда были включены прибрежные административные районы России, Норвегии, Финляндии и Швеции. (В Баренц-регион с российской стороны вошли территории Архангельской и Мурманской областей, Республик Карелия и Коми, а также Ненецкий автономный округ.)

В январе 1993 года в норвежском Киркенесе была подписана Декларация о сотрудничестве в БЕАР, охватывающая такие сферы, как защита окружающей среды, экономика, научно-техническое взаимодействие, развитие транспортной инфраструктуры и культурных связей, туризм, «обеспечение прав коренного населения Севера». В Декларации было заявлено о «приверженности укреплению коренных общин региона». В октябре 1993 года в Киркенесе для организации такой многоплановой работы был создан Баренц-секретариат. Главной целью Баренц-сотрудничества провозглашается «стимулирование регионального взаимодействия в рамках установленных приоритетов для создания общего идентитета и содействия экономическому и социальному развитию».

Когда на территории одного государства создается маленький очаг альтернативной идентичности, отрицающей идентичность общегосударственную, а потом этот очаг пристегивают к другому государству – то это антропология? Рассказать вам, как в Африке осуществляют подобные вещи западные и транснациональные корпорации? Но они-то хотя бы не рядят подобную «антропологию» в одежды антропологии обычной и мирной.

В перечне задач Баренц-сотрудничества встречаются и такие строки: «Сегодня по мере развития процессов децентрализации и регионализации предпринимаются шаги по укреплению существующих и созданию новых региональных структур. Предполагается, что этот процесс... улучшит демократические функции общества».

Отметим, что конструирование «поморской идентичности» и создание поморских организаций, осуществляемое по обе стороны российско-норвежской границы, вполне соответствует целям и задачам БЕАР.

Эксперты отмечают активное участие некоторых норвежских ученых в конструировании «поморского мифа». Цель – придание российским поморам «статуса особой этнической группы, коренного малочисленного народа Севера», для обеспечения «права голоса при доступе к природным ресурсам Русского Севера и Русской Арктики». При этом выдвигается гипотеза, что идет расчет на такое налаживание региональных связей в рамках БЕАР, при котором норвежские кампании получат преференции в добыче энергоресурсов от своих «поморских братьев».

Сторонники «поморского движения» это всячески опровергают, обвиняя своих оппонентов в работе на «нефтяную», «алмазную», «рыбную» и прочие мафии. Но в данном случае нас интересуют не фантазии Мосеева и Ко, а реальные факты и заявления. И иногда приходится слышать очень странные вещи.

В середине сентября 2011 года в Архангельске состоялся IV Съезд поморов. Среди гостей и выступающих были гости из Скандинавии, Москвы и Санкт-Петербурга, представители Северного Арктического федерального университета им. М.В.Ломоносова (САФУ).

На первый взгляд – ничего странного. САФУ – многопрофильный ВУЗ, реализующий крупные научные и учебные международные проекты с университетами Скандинавии, США и Канады, том числе и в рамках БЕАР, имеет прямое отношение к разработке «поморской тематики».

Но от того, что гости услышали от президента «Ассоциации поморов Архангельской области» И.Мосеева, вздрогнули, наверное, не только критики «поморского мифа», но и его творцы из САФУ. Мосеев представил удивительную историю «древнего коренного народа» русского Севера: «В освоении российской Арктики огромную роль сыграло коренное поморское население современных Архангельской, Мурманской областей, республики Карелия и Ненецкого автономного округа...

Задолго до образования большинства арктических государств именно поморы, мореходы и промышленники, были первооткрывателями и первыми хозяевами морской Арктики... Освоили огромные пространства арктических морей от Кольского полуострова до Чукотки... Благодаря поморам Арктика вошла в состав земель русского государства...

Культура поморов, ...которой несколько тысяч лет, продолжает эти традиции в современности... Сегодня без участия поморов немыслимо представить себе современный полноценный диалог арктических стран и коренных народов о будущем Арктического региона...

Большой вклад в сохранение поморской культуры вносит норвежский Баренц-секретариат...»

Итак, миф об общей поморской судьбе используется для легитимации далеко идущих прямых межрегиональных связей в рамках БЕАР. Заметим, что в одном из своих интервью в декабре 2011 года Мосеев заявил, что «без добровольного согласия коренных народов... Россия не вправе принимать решения о начале и расширении своей деятельности в Арктике». Вот такие амбиции у «поморского движения».

Вдохновленный такой приветственной речью замруководителя «Ассоциации поморов Норвегии» (из г.Вардё) Реми Странд ответил на этом съезде не менее ярко. Но тут уже возникли вопросы не у историков, а у политиков...

Странд заявил: «Территория поморов разделена границей между Норвегией и Россией. История поморов, однако – сообщество через границы. В Поморское время были «беспроигрышные связи» между Архангельском и Вардё... Главной целью сегодня должно стать использование истории поморов так, чтобы в будущем организовать «беспроигрышную лотерею» для нас...

Баренцево море также содержит нефть (и газ)... Мы должны использовать этот тип развития энергетики для разработки новых возможностей поморской зоны...

Чтобы ответить на вызовы завтрашнего дня, мы должны добавить знания для будущих игроков в области изучения поморов... У университетов и колледжей есть потенциал...

Образовательные учреждения должны проявлять инициативу и создать возможность изучения тематики территории поморов на всех факультетах... Федеральный университет в Архангельске является пионером в этой области. В нем создано структурное подразделение «Поморский институт коренных и малочисленных народов Севера».

Да, если у нынешних «поморостроителей» появятся еще и ученики этого профиля, то «лотерея» будет, действительно, «беспроигрышная»...

Некоторые эксперты утверждают, что создание Поморского института под руководством Мосеева лоббировал «отец-основатель» проекта БЕАР Т.Столтенберг. В феврале 2011 года, во время визита в Архангельск и избрания Почетным доктором САФУ, Т.Столтенберг заявил, что идея Баренц-сотрудничества, высказанная в 1992 году, была вызвана его желанием возобновить отношения, адресующие к страницам общей истории поморов. В 1990–93 гг. Т.Столтенберг возглавлял МИД Норвегии, и возникновение поморских организаций в России (в том числе, при активном участии И.Мосеева) вряд ли прошло мимо его внимания.

Таким образом, международный проект, созданный фактически для управления «процессами децентрализации и регионализации» России, идет при активном участии так называемых ученых и публицистов, создающих и пропагандирующих «поморский миф», призванный эти процессы подтолкнуть.

Но Норвегия (между прочим, член НАТО) для освоения «северных территорий» собирается использовать не только сторонников «поморского возрождения».

В начале сентября 2012 года в норвежском городе Будё состоялось крупное военно-политическое совещание, в котором приняли участие министры обороны и иностранных дел пяти северных стран (Норвегии Швеции, Финляндии, Исландии и Дании). Обсуждались вопросы «более тесного сотрудничества в приарктическом и арктическом регионах». Норвежские политики заявили: «На севере – наши самые важные стратегические интересы... Этот регион планеты играет все более важную роль... Впервые стремление к более тесному сотрудничеству... обсуждается на таком высоком уровне».

Таким образом, норвежская элита ведет сложную геополитическую игру, защищая свои национальные интересы. И пока неясно, как в этой ситуации намерена защищать наши национальные интересы элита российская.

Эта война, как я уже писал, ведется и на Русском Севере. В первую очередь, с помощью конструирования регионалистских мифов и провоцирования сепаратистских настроений при участии (что наиболее тревожно) местной научной и политической элиты. Причем отдельные представители этой элиты бывают вовлечены и в международные проекты, представляющие угрозу для целостности нашей страны.

Мы уже разбирали в нашей газете так называемый поморский миф. Еще со второй половины 80-х годов часть региональной элиты, зараженная сепаратистскими настроениями, стала проталкивать идею обособления северных территорий от Федерального Центра. Именно тогда в Архангельской области появились сторонники «Поморской республики», заявлявшие о существовании такого «коренного малочисленного народа Севера» (КМНС), как «поморы». Статус КМНС требовал предоставления этому «народу» льгот для ведения традиционных промыслов и «права на владение и пользование традиционными территориями и природным ресурсами наравне с другими коренными жителями Севера».

Напомню, что одним из первых популяризаторов «поморской идеи» был студент медицинского института Иван Мосеев, впоследствии возглавивший «Ассоциацию поморов Архангельской области». Но один И. Мосеев с его «познаниями» вряд ли смог так лихо раскрутить бренд «Поморья», практически вытеснивший сейчас упоминание о «Русском Севере». Здесь нужна была определенная «квалификация» по созданию из этнографической группы, обитавшей на части побережья Белого и Баренцева морей, нового народа.

И такие «специалисты» нашлись в Архангельском пединституте, переименованном в 1996 году в Поморский госуниверситет им. Ломоносова (в 2011 году стал частью Северного Арктического Федерального университета — САФУ). С середины 90-х годов коллектив преподавателей на зарубежные гранты под руководством профессора В. Булатова (1946–2007) создал целый корпус псевдонаучных текстов, ставших впоследствии основой для «научных трудов» и учебников.

В этих «исследованиях» путем подмены и искажения фактов была сделана попытка создать новую «поморскую идентичность», отдельный народ с «тысячелетней культурой». При этом мнение значительной части представителей исторической науки, доказывавших строгими научными фактами мифологичность этой версии, «поморостроителями» упорно игнорировалось.

Например, замдиректора по науке Института этнологии и антропологии РАН В. Зорин презентовал такую научную позицию: «Поморы — являются наиболее крупной территориальной группой северно-русского населения... Поморы живут на побережьях Белого и Баренцева морей, их жизнедеятельность во многом связана с морем. Поморы являются потомками древних новгородцев и отчасти ростово-суздальцев, которые заселяли Поморье в 12–13 веках. Они — часть русского народа. Таких групп, к слову, несколько десятков. В частности, казаки... С антропологической точки зрения, поморы — северная группа русского народа. Смешение этнических групп, в том числе и с финно-уграми на большей части территории России происходило и происходит... Мы с уважением относимся к этно-культурной группе поморов, но отдельным народом её не считаем».

Тем не менее, регионалистская поморская идея стала очень популярна у части архангельской либеральной интеллигенции и у местных «белоленточников». Именно из этой среды пришли защищать главу Ассоциации поморов Архангельской области И. Мосеева во время судебного процесса, который начался в ноябре 2012 года.

Напомним, что поводом для обвинения стала оскорбительная фраза Мосеева в адрес русских на сайте информационного агентства «Эхо Севера».

1 марта 2013 года Октябрьский районный суд Архангельска признал И. Мосеева виновным по ч. 1 ст. 282 УК («возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства»). Приговор — штраф в 100 тысяч рублей. Но не это напрягло сторонников Мосеева, обещавших дойти с апелляцией до Европейского суда по правам человека в Страсбурге.

По словам адвоката, сам «факт осуждения за экстремизм даже с погашенной судимостью не позволит Мосееву заниматься дальнейшей научной, общественной и исследовательской деятельностью». Ведь до суда Мосеев являлся еще и директором научно-образовательного центра «Поморский институт коренных и малочисленных народов» при Северном Арктическом Федеральном университете им М. В. Ломоносова.

Надо подчеркнуть, что такая потеря не является трагической для САФУ, ибо в стенах данного ВУЗа преподает немало мастеров «поморостроительства» и их учеников.

Например, профессор САФУ Т. Буторина — один из разработчиков мифа о М. В. Ломоносове как об «этническом поморе». (Хотя сам великий русский ученый об этом ну никак не подозревал и именовал себя «великороссом».)

По мнению экспертов, именно Т. Буторина была в 1990-е годы одним из разработчиков тематики «Поморская этнопедагогика», а также «национально-регионального образовательного комплекса» по «формированию поморской этнической идентичности у школьников». В настоящее время во многих школах Архангельска и Северодвинска введен курс краеведения «Мы — поморы», включающий в себя такие образовательно-воспитательные программы, как «Поморская душа», «Поморская семья» и «Поморское братство».

Очевидно, что внедрение таких «разработок» может в недалеком будущем породить десятки «мосеевых», которые будут развивать регионалистское краеведение и подталкивать регион к обособлению.

У профессора Т. Буториной есть ученики, которые работают не только в системе среднего образования. К примеру, доцент В. В. Лисниченко (из САФУ), выпустивший в 2012 году в соавторстве с Н. Б. Лисниченко книгу «Петр I и поморы».

Отметим, что Т. Буторина известна как ведущий специалист по М. В. Ломоносову, который в своих трудах прославлял Петра I как «просвещенного государя». Однако ее ученик В. Лисниченко в своем «исследовании» рассматривает деяния государя-реформатора иначе: сколько «неисчислимых бед» принес он поморам, «больнее всего страдавшим от петровских нововведений». И потому Лисниченко пеняют «помору» М.ВЛомоносову за почитание русского самодержавца.

К этим искажениям фактов и поношениям русской истории присоединяются норвежские «поморостроители». Грантодатели главного разработчика «поморского мифы» профессора В. Булатова с начала 1990-х годов также лихо разрабатывали «поморскую тематику», сделав ее предметом научных и культурных контактов с российскими коллегами. В результате между «поморскими организациями» двух стран, а также между сотрудниками САФУ и связанными с поморской тематикой норвежскими университетами наладилось тесное сотрудничество. Включая обмены делегациям, фестивали, конференции, издание «поморской» литературы, совместные учебные программы и т. д.

Возникла площадка регулярного неформального диалога на «поморскую тему», которая фактически сразу была использована участниками (существовавшего с 1993 года) большого международного проекта «Баренцева евро-арктического региона» (БЕАР).

Программа БЕАР нацелена на «стимулирование регионального взаимодействия» и «обеспечение прав коренного населения Севера». Она предусматривает совместную работу на прибрежных территориях России, Норвегии, Швеции и Финляндии. С российской стороны в проекте БЕАР принимают участие Архангельская и Мурманская области, Республики Карелия и Коми, Ненецкий автономный округ.

Обратим внимание на то, что инициатором создания Баренц-региона стал бывший министр обороны и экс-глава МИД Норвегии, Почетный доктор САФУ Т. Столтенберг, хорошо знакомый с поморской тематикой. Так что не случайно норвежцы довольно скоро стали использовать диалог с САФУ и местной российской элитой для лоббирования своих интересов, а также для построения выгодного для себя формата международных отношений. И уже добились определенных результатов.

9 апреля 2013 года в Архангельске при участии представителей САФУ и норвежского университета г.Тромсе состоялась конференция под странным, на первый взгляд, названием «Нет Севера, а есть Севера». Данное мероприятие подвело итог стартовавшему в 2007 году историческому исследовательскому проекту «Асимметричное соседство. Россия и Норвегия. 1814–2014». Причем некоторые участники конференции отмечают, что если раньше в своем диалоге стороны активно развивали тему «северной (то бишь поморской) идентичности», то на последней встрече норвежцы настойчиво подчеркивали свой особый статус в полярных широтах. То есть откровенно давали России понять, что кроме нее есть и другие реальные претенденты на территорию и богатства «совместной» Арктики.

Отметим, что проект «Асимметричное соседство», разрабатываемый Институтом оборонных исследований (Осло) и университетом Тромсе, носит для Норвегии стратегический характер и связан с освоением арктических территорий и разработкой северных месторождений. Один из промежуточных результатов этого проекта был достигнут норвежцами в сентябре 2010 года при подписании Договора между Москвой и Осло о «разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане».

У этого Договора трудная судьба. В 1926 году СССР объявил эти территории своими «полярными владениям». В 1976-м Норвегия также в одностороннем порядке заявила о своих претензиях на часть полярной территории. Неурегулированность вопроса помешала тогда начать разработку нефтяных и газовых месторождений. По договору 2010 года Россия признала за Норвегией права на существенную часть ранее оспаривавшейся Россией акватории арктического шельфа.

По оценкам экспертов, такому решению давнего спора в немалой степени способствовало лоббирование интересов Норвегии в России через «поморскую» тематику. Исследователь «поморской темы» Д. Семушин утверждает, что «САФУ в Архангельске под управлением ректора Елены Кудряшовой из объекта политики «мягкой силы» норвежцев …превратился в удобный канал проведения политики Норвегии и стоящих за нею США в приарктическом регионе».

Семушин также обращает внимание на то, что в июне 2013 года у САФУ появились и китайские партнеры. Которые, в частности, хотят участвовать в проектах: «Создание Центра Европейского союза в Баренц-регионе России» и «Электронный университет». При этом один из участников диалога — китайская корпорация Huawei, по мнению западных спецслужб, связана с военной разведкой. Но ни этот факт, ни интерес Китая к Арктике не ограничивает международные контакты руководства САФУ.

Но такая странная неразборчивость САФУ может существенно навредить российским интересам. Известно, что в последние годы иностранные судоходные кампании (в том числе, китайские) осваивают Северный морской путь (СМП), где «хозяйкой» всегда была Россия. В этом году Китай запускает по СМП регулярные коммерческие рейсы, а к 2020 году собирается перевозить по Севморпути своими ледоколами до 16 % экспортных грузов.

Норвежские эксперты уже высказывают сильное беспокойство по этому поводу: «В условиях таяния арктического ледового щита, ускоряющего открытие новых судоходных маршрутов и месторождений полезных ископаемых, Китай стремится занять в регионе определенные позиции... Китай настойчиво добивается статуса постоянного наблюдателя в Арктическом совете, образованном восемью представленными в Арктике государствами».

Скандинавские страны уже реагируют на появление в регионе нового конкурента идеями расширения НАТО за счет Швеции и Финляндии.

3–4 июня 2013 года в норвежском Киркинесе на юбилейном заседании Совета стран БЕАР премьер РФ Д. Медведев так прокомментировал сообщение о возможном вхождении Швеции и Финляндии в НАТО: «…Мы на это вынуждены реагировать… НАТО — это структура, имеющая определенный военный потенциал, который в своей значительной части может быть использован против нашего государства при неблагоприятном развитии событий».

Но это пока слова. А Норвегия — член НАТО — прилагает немалые усилия для консолидации своих скандинавских соседей. И явно не только для освоения природных богатств. И при этом, отметим, активно используется та же «поморская» тематика. Так в новой киркенесской Декларации, принятой на юбилейном заседании Совета стран БЕАР, большое внимание уделено «правам коренных народов участвовать в процессе принятия решений в Баренцевом сотрудничестве».

В связи с этим можно предположить, что главная борьба за статус поморов в качестве «коренного малочисленного народа Севера» еще впереди. В этой борьбе уже «играют в одной команде» норвежцы со своими скандинавскими союзниками, борющиеся за арктическую территорию, и часть архангельской интеллигенции, на протяжении многих лет с удивительным упорством отстаивающей региональный бренд «Поморье».

Такой игре необходимо противопоставить широкий союз тех, кто хочет вернуть нашим северным территориям, связанным с остальной Россией многовековыми историческими, культурными и социально-экономическими нитями, гордое название Русский Север.

Русский ученый мирового значения М. В. Ломоносов, заложивший основы географических исследований северных и восточных территорий Империи, во второй половине XVIII столетия сказал: «Российское могущество прирастать будет Сибирью и Северным океаном». И это необходимо помнить всем, в том числе и «ломоносоведам» из САФУ.

http://vk.cc/4UW6Bw

http://vk.cc/4UW6Fu

https://gazeta.eot.su/article/russkiy-sever-ili-regionalnyy-brend-pomore