После довольно неожиданной победы партии Ликуд на внеочередных выборах в Израиле, отношения между Бараком Обамой и Биньямином Нетаньяху испортились всерьез, настолько, насколько вообще могут испортиться отношения премьера Израиля и хозяина Овального Кабинета.

В последний день предвыборной кампании Нетаньяху в отчаянной ― и, как выяснилось, успешной ― попытке привлечь на избирательные участки ультра-правых израильтян заявил, что он до тех пор, пока он является премьер-министром страны, такого государства, как Палестина, не будет, и что строительство еврейских поселений на «новых территориях» будет продолжено. А за неделю до этого, несмотря на активное противодействие Белого Дома он выступил перед Конгрессом США, критикуя возможную сделку по ядерной программе Ирана и американо-иранское сближение в целом.

«Царь Биби», как иногда называют израильского премьера, получил вожделенную (он назвал ее «исторической») победу, но уже на следующий день получил строгую отповедь из Белого Дома. Барак Обама заявил, что он не доволен «тактикой и приемами» Нетаньяху в ходе предвыборной гонки. Высказывания израильского лидера были названы «разделяющими». Напомню, что в день голосования Биби в своем твиттере призвал евреев идти на выборы, потому что арабы, мол, валят на участки толпами.

Заметили в Вашингтоне и отказ Нетаньяху от концепции «двух государств», т.е. существования Израиля и Палестины, как двух независимых государств-соседей. В 2009 году израильский премьер публично подтвердил свою приверженность этой идее, однако в предвыборном запале отказался от нее, сославшись на «возросшую опасность исламского экстремизма на Ближнем Востоке».

И вот Белый Дом делает недвусмысленный намек, что готов занять более решительную позицию в отношении создания независимого Палестинского государства. Ранее США, какой бы риторикой это ни сопровождалось, всегда блокировали любые международные решения (тем более, резолюции ООН), способствующие появлению на карте государства Палестина. Теперь же игра может поменяться.

И это очень серьезная угроза для Нетаньяху и его сторонников.

Если на заседании Совбеза ООН США проголосуют за признание полноценного палестинского государства, вопрос, видимо, будет решен. Генассамблея ООН большинством голосов примет такое же решение, и либо Израилю придется стать де-юре государством-агрессором, либо сворачивать все «новые поселения», отказываться от блокады Газы и вообще серьезно потерять политическое влияние в регионе.

Разумеется, на руках у Нетаньяху останется такая карта, как «право Израиля защищать себя». Эта формулировка в Вашингтоне всегда означала, что Израиль может проводить военные операции на сопредельных территориях, если, по его мнению, на них укрываются террористы, угрожающие стране. Однако в ситуации, когда палестинская автономия грозит конвертироваться в государство Палестина с признаваемыми ООН границами, применение этого права значительно затрудняется.

То есть вчера Израиль был региональным гегемоном, который «только из вежливости» не наносил по своему усмотрению удары по Дамаску и Тегерану (независимо от того, хотел ли этого Нетаньяху в действительности или нет), а завтра может оказаться в положении, которое иначе, как унизительным, не назовешь.

Впрочем, не будем забывать, что это был взаимный обмен любезностями. Победа Нетаньяху на выборах была названа в американской прессе унизительной для Обамы, особенно после того, как «царь Биби» столь мастерски воспользовался американским Конгрессом для демонстрации своего влияния за океаном.

Обама играл против Нетаньяху на выборах, о чем еще в феврале сообщало влиятельное американское внешнеполитическое издание Foreign Policy. Однако, как выясняется, «унизительный проигрыш» Обамы и «историческая победа» Биби в результате привели к тому, что нынешний президент США развязал себе руки на Ближнем Востоке.

Как бы ни сопротивлялся пронизанный самыми разными лоббистскими интересами Конгресс, Обама может, угрожая окончательным решением палестинского вопроса (решение ООН можно опротестовать в каком-нибудь билле, но статус государства уже изменить будет нельзя), довести до конца «иранскую разрядку», подписав, наконец, пресловутую ядерную сделку и сняв с Ирана санкции. Даже если эта сделка не будет ратифицирована Конгрессом (как этого требуют сегодня республиканцы), она все равно «распечатает Иран», ведь в переговорах участвуют, помимо США и Исламской Республики, еще пять стран, так что санкции против Ирана перестанут быть международными.

Более того, «реабилитированный» Иран может расширить свое влияние в Ираке и Сирии, где сегодня свирепствует ИГИЛ, и только курды, Башар Асад и поддерживаемые Ираном шиитские ополченцы оказывают этой террористической группировке достойное сопротивление.

И если «иранская разрядка» все-таки будет осуществлена, а признание палестинского государства будет висеть над головой Нетаньяху подобно дамоклову мечу, Обама, как ни крути, оказывается в стратегическом выигрыше, а все американские политики, которые ставили на Биби и против иранской ядерной сделки (прежде всего, республиканские ястребы), окажутся в положении проигравших, что за два года до президентских выборов грозит им неприятностями.

Разумеется, это не вся ближневосточная игра. Если представить себе, что Исламское государство будет купировано силами курдов и шиитов при поддержке Тегерана, а Асад удержится у власти в Дамаске, то Обаме и левому крылу Демократической партии вне всяких сомнений припомнят такое переформатирование региона. Неоконсерваторы вновь активизируются. Израильское лобби тоже спать не будет.

И на этом фоне вполне вероятен выигрыш на выборах 2016 года довольно жесткого «ястреба».

Однако «запечатать» обратно Иран, во всяком случае, быстро, не удастся. Вводить новый постоянный воинский контингент на территорию Ирака будет вряд ли будет даже пламенный преемник Джона Маккейна, а военная операция против Асада (который будет к тому времени еще более плотно контролироваться тегеранскими покровителями) станет еще более опасной и потому бессмысленной.

Поэтому к 2020 году вполне может сложиться такая ближневосточная конфигурация, в которой США и Иран будут естественными союзниками, расходящимися в политических взглядах ― такими же, как были во времена Никсона США и Китай. В 1970-х был заложен фундамент так называемой «чаймерики». Не сложатся ли к 2020 году первые контуры «ираномерики»? И не станет ли в связи с этим избранный в 2016-м «ястреб» президентом одного срока?

Заметим напоследок, что Иран, как союзник, выгоднее США, чем сегодняшние монархии Залива даже по культурным основаниям: права человека в Иране очевидно защищены лучше, чем, скажем, в Саудовской Аравии, где женщинам лишь только предполагают дать право на управление автомобилем, а в Иране женщина ― активный член гражданского общества. И если вместо проблемного, истерзанного войнами региона мировое сообщество получит очередную точку быстрого экономического роста, то Корпус стражей исламской революции оно будет терпеть так же, как терпит руководящую роль китайской компартии в Поднебесной.

Остается всего один вопрос: хватит ли терпения, выдержки и настойчивости Бараку Обаме, чтобы довести дело до конца? Слишком часто за прошедшие шесть с лишним лет мы видели, что 44-й президент действовал чересчур эмоционально, упуская из виду главные приоритеты.

http://vk.cc/3BTsda