Артём Войтенков: Многих зрителей Познавательного ТВ волнуют вопросы с курсом рубля, ростом доллара, падением рубля, как это связано с международными какими-то делами. Дмитрий, объясни, пожалуйста, коли ты взялся нам рассказывать про банковские тайны.

Дмтирий Еньков: Да, это имеет отношение напрямую к банкам, к финансовой системе, о которой мы уже несколько раз рассказывали зрителям. Сегодня мы встречаемся буквально через небольшое время после так называемого чёрного понедельника, когда у нас произошёл обвал мировых бирж. Интересно, я в этот день смотрел РБК, как они преподносили эту новость. Они начинали с того, что в России опять продолжается падение рубля. То есть, во всём мире рушатся биржи, понятно, что для РБК вот эта новость главная - чёрный понедельник в мире настал.

- А они начинают, каждый новостной выпуск начинался, на первом месте, что в России продолжается падение рубля, доллар растёт, рубль падает, и так далее.

- На втором месте у них была новость о том, что в Китае биржи там испытывают сложности. Практически Китай спровоцировал вот эту вот биржевую ситуацию негативную и так далее. То есть, вторую новость они всё валили на Китай.

- И только третья новость была о том, что и в Нью-Йорке Доу-Джонс просел на тысячу пунктов. Тут же корреспондент появляется из Нью-Йорка, который говорит: "Я уже побеседовал с экспертами, часть из них говорит, что это всего лишь небольшое такое временное явление, часть настроена оптимистично, часть, может быть, не так оптимистично". Вот, забалтывают, забалтывают.

То есть, идёт такой мировой кризис, именно потому, что в Нью-Йорке всё обвалилось. Но нам рассказывают, что это у нас тут рубль падает, во всём виноваты китайцы, а потом быстренько так забалтывают, говорят, что в Америке там…

А при этом целый день все ждали выступление Обамы. Говорили, что в шесть часов Обама выступит перед нацией. Ну, всё, Америка рушится как бы, должен выступить Обама. Обама так и не выступил. Зато наш министр иностранных дел, Сергей Лавров приехал на молодёжный форум "Территория смыслов" (такая замена Селигера, можно сказать), и рассказал молодым ребятам несколько интересных вещей, я просто хотел процитировать.

Он говорил так

- "Мы наблюдаем конец очень длинной эпохи, завершения длинной эпохи доминирования исторического Запада, доминирования экономического, финансового, политического". То есть, все ждут выступления Обамы, а в это время сидит министр иностранных дел России и говорит, что мы наблюдаем закат эпохи Запада воочию.

- Говорит: "Это продолжалось сотни лет, не одно столетие, и сейчас эта эпоха вступает в объективные противоречия с тем, что реально формируются новые центры силы в Азиатско-Тихоокеанском регионе. И объективно формируется полицентричное устройство, хотя это будет достаточно длительным процессом".

Интервью я предлагаю почитать телезрителям. А мы вернёмся к сегодняшней теме, к курсам, что с ними происходит. Потому что, новость понедельника, она своей этой волной новостей во всех СМИ, она перебила другие новости, о которых я хотел сказать изначально. Они продолжались и предыдущую неделю, такие были всплески небольшие, и сейчас они продолжаются, если по новостям посмотреть.

А эти новости заключались в том, что действительно, нам всё время рассказывают, что рубль опять продолжает падение, доллар растёт. И вот тут уже хотелось бы разобраться, а что происходит, когда рубль падает, а доллар растёт. Если посмотреть, кому это выгодно, то выясняется такая интересная ситуация, что, например, все наши отечественные производители, которые любой вид продукции производят от сельскохозяйственной, до оборонной, и любой другой, они в один голос говорят: "Я что? Здорово".

Потому что, когда завозят импортный товар, он автоматически, с ростом курса доллара дорожает. Получается, так называемое падение рубля выгодно нашим производителям. Причём всем, кого ни возьми: от тех, кто нам еду непосредственно производит, до наших оборонных предприятий. И всем остальным тоже это выгодно. Причём, это выгодно не только производителям, которые работают на внутренний рынок, но и на внешний, потому что, на внешнем рынке их продукция становится сразу дешевле. То есть, на то же количество долларов можно купить больше русских комбайнов, например, или больше труб российского производства. Получается, что всем поголовно производителям это выгодно. Получается, что выгодно производителям российским, то естественно, выгодно и России в целом.

Артём Войтенков: Подожди, я тебя тут немножко перебью. Большинство российских предприятий работает на импортном оборудовании, которое куплено на иностранные кредиты, которые, естественно, в долларах, а не в рублях. Эти кредиты отдавать надо.

Дмитрий Еньков: Вот это интересный момент. Я его хочу рассмотреть на примере автопроизводителей. У нас производство автомобилей. Помните, некоторое количество лет назад Путин сказал зарубежным производителям в первую очередь, что, если вы хотите оставаться на нашем рынке, то открывайте заводы, только на таких условиях можно будет продавать машины в России. Мало того, не просто открывайте заводы, но и локализуйте производство. Там был указан график даже. Им сказали, до какого времени нужно локализовать производство запчастей к этим машинам именно в России. То есть, они должны были перейти, к настоящему времени практически, почти на стопроцентное производство в России.

Они так и делали, те, кто понимал, те, кто Путина внимательно слушает. Они действительно организовывали производство и машин, и сидений, и моторов, двигателей и так далее, чтобы полностью собирать их здесь, в России. Потому что, любая деталь (вот сегодня мы видим последствия этого), ввезённая из-за рубежа, она автоматически удорожает машину здесь. И те, кто заводы стал открывать в России, они говорят: "А что? У нас работают те же самые русские, зарплата у них стабильная, мы покупаем русский металл, русские краски, или, по крайней мере, произведённые здесь уже, на заводах, может быть, на каких-то заводах смежниках". А многие автопроизводители тянули смежное производство, компанию Magna, и так далее. То есть, те, кто тогда услышал про это сигналы, они ни на что это не попадали, кроме кредитов, но те, кто пришёл с Запада, они брали кредиты на Западе, и поэтому, они там по ним расплачиваются.

А у нас ситуация в этом смысле интересная, что с одной стороны банки подсаживают всех, действительно (мы об этом говорили), на долларовые кредиты, потому что, они были дешевле, чем кредиты в рублях. И народ брал эти долларовые кредиты. Но тут каждый, мне кажется, должен был сам оценивать эти риски, так же, как и вкладчики, которые размещали вклады в валюте, надеясь, что она стабильная и так далее. И сейчас они, получается, на самом деле, выиграли, те, кто в валюте размещал. А те, кто в рублях, несмотря на высокую ставку, немножечко стали проигрывать. Тут палка о двух концах. Но суть-то в том, что каждый должен для себя просто это сам решать.

Мне иногда странно слышать вопросы экспертам задают: "А в чём выгодно хранить деньги?" Сегодня, например, очевидно, что те, кто положил вклады в долларах, те выигрывают, потому что доллар растёт. Но сейчас покатится обратно - начнут опять выигрывать те, кто разместил в рублях. Это такая лотерея, что ли. Я никогда таких советов не даю, в чём размещать в рублях или в долларах, и это же относится и к кредитованию. Причём вопрос кредитования я бы не относил к плоскости рубли, или доллары, а отнёс всё в плоскость дорогих кредитов в рублях. А мы уже разбирались, почему у нас кредиты в рублях дорогие из-за ставки высокой, из-за ключевой ставки Центрального Банка, который (как мы уже говорили тоже) через налоговый кодекс обязывает банки не выдавать кредиты намного ниже этой ставки.

И если даже банк какой-то патриотичный захочет кредитовать под два процента, грубо говоря, то он попадёт под серьёзные налоговые санкции по нашему российскому законодательству. Поэтому, тут надо разбираться не в том, какие кредиты выгоднее, в долларах, или в рублях, а почему у нас дорогие рублёвые кредиты, их надо просто приводить в нормальное состояние, причем, не гладя на то, какие ставки в долларах, а просто на то, какие кредиты нужны нашей экономике. Вот нам нужны кредиты под ноль, значит, они должны быть под ноль. А если нужны нам кредиты с отрицательной ставкой, значит, должны быть с отрицательной, например, на строительство социальных объектов: детских садов, школ, и так далее.

Но мы вернёмся к той группе новостей, которые нам затмила эта новость огромная о чёрном понедельнике. А новости были, помимо наших российских, к которым мы уже даже привыкли, что да, рубль якобы падает, и самое плохое, что нам рассказывают, что это плохо. А мы вот уже поговорили немножечко о том, что это не так и плохо оказывается. То есть, нам вбивают в головы, пытаются, что рубль падает. Даже сам термин - "падает".

Артём Войтенков: Уже нехорошо.

Дмитрий Еньков: Да, что он там падает? Температура упала - а на кого она попала? Так и рубль падает. Мне кажется, обывателю, всем людям, которые сейчас смотрят этот ролик, должно быть всё равно, честно говоря, какой там курс. То есть, где-то там, что-то там изменилось. Вот у вас зарплата стабильная, работа есть, вы отдых планировали в Крыму, например, пожалуйста, езжайте, цены там не менялись. Вот те, кто хочет поехать куда-нибудь, в Испанию, во Францию, даже в Турцию с Египтом, там да - идёт пересчёт на доллары. А у нас, пожалуйста, в России ничего совершенно не меняется.

Артём Войтенков: Я тебе скажу, что изменилось. Цены в магазинах. Вот за последний месяц они что-то как-то хорошо подросли.

Дмитрий Еньков: Вот это интересный момент про цены, но он, правда, немножко не связан с нашим разговором. Но у нас часто пользуются этой ситуацией (приучение народа), что если курс поменялся, то под этот дело можно увеличить цены на продукты. Особенно любят у нас наши товарищи углеводорододобывающие менять цены на бензин, когда на мировых рынках цена падает на нефть. А у нас они цену на бензин поднимают, говорят: "Потому что там у нас доходы упали, мы их должны компенсировать на внутреннем рынке". Поэтому цена идёт вверх. А когда там цены растут, они говорят: "Ну, вот видите, во всём мире цены растут, поэтому и у нас надо поднять". То есть, что бы ни происходило. Это из серии роста цен в магазинах: "Цены растут, потому что, там вам же рассказали, что курс упал, вот видите, и цены выросли". А если бы вам плевать на то, что курс упал, вы тогда спросите: "Действительно, а что это цены выросли?"

Сейчас уже новый урожай пошёл, лето, коровы доятся, куры несутся, мяса полно, почему цены-то растут? Свежие огурцы уже, помидоры, и так далее. Надо же так, с этой точки зрения подходить, а не то, что народ напугали, а потом под это можно и цены поднимать в магазинах, и всё, что угодно.

Так вот, вернёмся к новостям. Помимо того, что рубль падает, нам на прошлой неделе, например, такая новость, не знаю, слышали её или нет, рассказывали о том, что в Китае небывалая произошла девальвация юаня. Небывалая. То есть, это чёрная, не помню, что это, среда была на той неделе, или что. Там-то коммунистическая партия в Китае руководит. И всё это происходит под руководством чётким партии. То есть, не просто так падает юань, а так вот было задумано. Интересно, вот у нас рубль падает, и у Китая тоже падает - уже некая синхронность. А потом, посмотрите новости, например, из Казахстана. Вот в Казахстане то же самое происходит, оказывается. Тоже можете новости сейчас открыть, посмотреть - падение курса валюты Казахстана. Из Белоруссии те же самые новости приходят - тоже национальная валюта теряет стоимость, и так далее.

Артём Войтенков: Я тебе скажу, в Белоруссии она постоянно теряет. У них там деньги постоянно допечатываются, они дешевеют со страшной скоростью.

Дмитрий Еньков: Но в результате получается вот какая ситуация, сейчас мы её попробуем вот так изобразить. Допустим, есть Россия, условная, а это, например, Китай. Сейчас, чтобы купить какой-то товар в Китае, аудио-видеотехнику, как у нас это делается? Китай выставляет цену в долларах. И мы, когда покупаем какой-то товар китайский, произведённый в Китае, мы пересчитываем его стоимость в рубли через долларовую стоимость. То есть, у нас есть вот эта посредническая валюта - доллар.

Поэтому, когда доллар растёт в России у нас, что происходит? Предположим, стоил какой-нибудь микрофон три юаня в Китае. В пересчёте на доллары, это какая-то сумма, один доллар, например. И вот, в России это была какая-то цена по курсу тридцать рублей за доллар. То есть, надо было заплатить тридцать рублей. Потом у нас курс вырос до шестидесяти. То есть, как это стоило в Китае, три юаня/один доллар - ничего не поменялось. Но у нас человек при той же зарплате должен заплатить уже шестьдесят рублей. Это в пересчёте на какую-то, импортную, я подчёркиваю, продукцию - не на отечественную, а именно на импортную. То есть, с одной стороны, при росте курса доллара в России, у нас товар импортный дорожает.

Вот Китай начал снижать стоимость юаня, стоимость микрофона тоже стала снижаться, по идее, должно быть нам выгодно, но так как у нас курс растёт, то мы этого даже не замечаем. То есть, наш рост курса доллара внутри страны совершенно убивает выгодность покупки этого микрофона из-за снижения юаня в Китае. А при этом, если ввести какой-нибудь другой критерий, просто, чтобы наглядно это было, например, мешок зерна какой-нибудь. Допустим, он тоже стоит один доллар, те же самые три юаня, на наши деньги он стоит тридцать рублей, он стоил, например, когда-то. Вот это зерно, оно как у нас стоило тридцать рублей, так и в Китае оно стоили, например, три юаня. С зерном ничего не произошло, с условным неким зерном. Никакой курс на него не влияет.

Мы спрашиваем у китайцев: "Сколько у вас там зерно стоит?"

Они говорят: "Три юаня. А у вас сколько?"

Мы говорим: "А у нас тридцать рублей в магазине, отечественное зерно продаётся".

Это называется паритет покупательной способности. Так через собственные товары идёт пересчёт цен. То есть, чтобы виртуально в небесах ни происходило, когда нам каналы инопланетянские рассказывают (РБК), что там какие-то строки бегут, курсы меняются, туда-сюда прыгают.

Мы говорим: "У вас, по-прежнему, мешок зерна стоит три юаня?"

Они говорят: "Да, а у вас?"

- "У нас по-прежнему тридцать рублей цена в магазине".

То есть, микрофон вот этот, как стоил три юаня, без всякого пересчёта в некие доллары, он должен у нас стоить тридцать рублей, в эквивалентных ценах. Если производитель на него назначил такую же цену, как у них стоит мешок зерна. Или, ещё раз говорю, это по-простому, а вообще, это называется паритет покупательной способности.

Есть ещё для наглядности, называется, по-моему, индекс Биг-Мака, когда пытаются через стоимость Биг-Мака провести параллели валют - это такой как бы шуточный способ, но суть он раскрывает. То есть, если бы мы перевели всю торговлю на вот эти паритеты покупательной способности, через вот это измеренный, нам, конечно, доллары в расчётах были не нужны, во-первых. Во-вторых, люди бы не испытывали никаких колебаний. А самое главное, что те, кто у нас сейчас, что называется, раскачивают лодку, они бы не смогли использовать вот эти колебания курса, которые, ещё раз говорю, на самом деле они выгодны России, которые сейчас происходят. Но наши СМИ почему-то умудряются народ напугать вот такими вот рассказами, и получается, что люди в панике, говорят, что правительство не может удержать курс, и так далее, и тому подобное, хотя их, по большому счёту это не должно волновать.

Но почему я рассказывал про паритет? Интересен просто список стран, которые снижают свою валюту, девальвируют курс: это Россия, это Белоруссия, это Казахстан, вот ещё Китай подключился. То есть, вот этот ЕАЭС (Евразийский экономический союз), костяк его, и плюс Китай, который нас всегда и в ООН поддерживает: либо как мы голосует, либо вместе с нами воздерживается. Получается, есть такой костяк стран, который одновременно начал свою валюту сейчас понижать.

Идёт интересный такой, одновременный процесс некий, когда валюта в этих странах понижается. Что на самом деле, как мне кажется, пытаются людям этим самым показать?

Во-первых, это как некая протекционистская мера. То есть, не надо объявлять железных занавесов, или даже антисанкций каких-нибудь. Достаточно просто уронить свою валюту, как тут же импортный товар не может попасть на наши рынки. То есть, человек приходит, смотрит - лежат брюки нашего производства, и брюки импортные. Наши из нашего материала стоят триста рублей, а импортные, из-за курсовой разницы стали стоить тысячу двести рублей. Мы с этим столкнулись, например, на примере льна. Итальянский лён стал стоить тысячу двести рублей, живой пример, а отечественный двести с небольшим. А качество, практически одинаковое. То есть, какой смысл покупать импортную продукцию, любую, когда есть вот это наше. Дальше мы видим, что нам становится неудобно общаться, например, с тем же Китаем, из-за того, что у нас какие-то бесконечные колебания происходят, всё пересчитывается на доллар. То есть, логика подсказывает, что следующим шагом, особенно, когда страны синхронно вот этим занимаются, следует просто отказ от этого дурацкого пересчёта бесконечного.

Артём Войтенков: От доллара при международной торговле.

Дмитрий Еньков: Да, именно при международной. Но так как с Китаем у нас отношения хорошие, и не отказываемся от их продукции (не входят они ни в какие антисанкционные списки), то сейчас люди говорят: "Мы бы купили, но что-то всё подорожало". Конечно, я за то, чтобы наши производители производили, но постольку, поскольку Китай нам дружественный, давайте, можем что-то и покупать.

В конце концов, полностью не имеет смысла рынки закрывать, нужная какая-то здоровая конкуренция. Но тут и в Китае мы не можем ничего купить, просто потому… Не то, что не можем, просто получаются какие-то цены, я по себе просто даже столкнулся - существенно подорожали все товары. И просто напрашивается следующий ход, что, давайте-ка мы просто возьмём, наконец-то, давно об этом говорим, но просто пора уже наступает, как бы отрежем вот этот пересчёт в доллары. Посмотрим, померяем какую-то основную группу товаров, которые у нас и в Китае производятся, сделаем пересчёт в неё, в этот паритет, и будем общаться напрямую, без вот этих самых долларов.

Я хотел об этих новостях рассказать, и тут последовал вот этот чёрный понедельник. То есть, мы видим, что и с долларом, оказывается, происходит какая-то ерунда. То есть, мало того, что он нам тут устраивает какой-то такой цирк с валютой, который ещё и оппозиционеры используют в своих целях, хотя это, ещё раз говорю, это надо перевернуть людям сознание, чтобы сказать, что рост курса доллара он негативно влияет на нашу экономику. Ровно всё наоборот. Вот Рогозин, например, заявил, что для ВПК то, что рубль по отношению к доллару потерял в цене, это очень даже хорошо, выгодно. Почитайте, что говорят наш вице-премьер и так далее.

Наступил чёрный вторник, который показал то, что называется, на старуху бывает проруха, что у них там всё ещё хуже, чем у нас на самом деле, обвалы происходят на самом деле. Если у нас идёт практически планомерное снижение, причём, у определённых групп стран именно, то у них это просто резкий обвал, который опять больше в информационном шуме действует, во-первых. А во-вторых, доказывает, что их экономика не такая стабильная, как все рассчитывали.

То есть, хватит, мне кажется, уже упираться в этот доллар. Надо спокойно пересчитать нашу валюту, и валюты наших ближайших соседей, тем более Китая, через паритет покупательной способности - обмениваться товарами напрямую. Чтобы больше у нас никто не мог использовать в информационных ресурсах новости о том, что рубль в очередной раз якобы упал, а доллар вырос, в своих каких-то негативных целях. Напрашивается вот такой вот вывод. И думаю, что прогноз ближайший, хотя прогнозы давать это не очень хорошо, но напрашивается такой вывод, что следующий шаг должен быть вот этот - отказ от этого дурацкого пересчёта в доллары, и выход на прямой обмен товарами через паритет покупательной способности, установление прямых курсов.

И что самое интересное, что это не просто фантазии какие-то, а первые звонки-то уже есть. Мы уже объявили с Китаем первые расчёты по нефти, по-моему. Напрямую заключены контракты между Китаем и Россией, уже есть об этом новости, где пересчёт идёт напрямую из юаней в рубли и обратно. То есть, уже доллар начинает потихонечку отбрасываться - надо более активно двигаться в этом направлении. А самое главное - надо не бояться того, что, как нам рассказывают, что если мы сейчас резко откажемся от доллара, то произойдёт мировой какой-то крах, и на нас это тоже аукнется.

Я хочу сказать, что на нас уже столько аукалось, столько у нас было собственных крахов. Мы пережили девяностые, и так далее. Что нам вот эти - больше информационный шум о вот этом крахе. Мы знаем, что кризис 2008-года, это был не такой уж и кризис, как оказалось. То есть, у нас уже налажена своя промышленность - мы это видим. У нас уже год антисанкций, мы сами выращиваем продукцию, и по мясу, кстати, по молоку, и комбайны сами производим, и наши ракеты американцев уже возят в космос.

То есть, мы прямо на глазах расцветаем. И то, что, если где-то там произойдёт крах, я думаю, что не так уж нам надо сильно этого бояться, как нам это рассказывают. Наоборот, все посмотрят, что, вот, Россия стоит, как такой островок. На неё перейдут все взгляды, ориентиры. Ещё больше, может быть, людей к нам приедет жить и работать, как Тим Керби, например, и так далее. Это один момент, что не стоит бояться того, что там какой-то крах, якобы, мировой экономики на нас как-то сильно повлияет.

А второй момент, нам говорят, что те деньги, на которые мы покупаем государственные казначейские облигации в США, это надо смириться, что они сгорят, если что-то произойдёт. И сейчас уже практически они не хотят нам их возвращать, и давайте просто смиримся, нет этих денег, и нет. На самом деле, правильная экономика работает не на том, что где-то лежат у кого-то наши деньги, а на том, что если нам нужно, мы берём и выпускаем столько денег, сколько нам надо.

Мы это даже с Валентином Юрьевичем Катасоновым выясняли, что оказывается, большая заслуга вот этого сталинского прорыва, сталинской модернизации экономики, заключалась в том, что у него было три вида валют: наличные, безналичные и внешний рубль, конвертируемый. И фактически Сталин выпускал безналичных рублей столько, сколько нужно было для экономики, для строительства Днепрогэсов, заводов и так далее и тому подобное.

То есть, от этого инфляция не увеличивалась, потому что, их не выпускали в наличный оборот, просто выделяли на строительство заводов, распределяли по смежникам, а потом потихонечку изымали. Причём, правильность работы этой экономики доказывает тот факт, что как только война закончилась, то мы уже буквально с сорок седьмого года начали планомерно снижать цены. То есть, настолько это правильный, оказывается, был выбранный режим экономический, что позволял людям процветать без того, чтобы им дополнительно увеличивать зарплаты, ещё что-то, а просто снижать цены на товары. То есть, экономика, оказывается, работала правильно.

Это я к тому, что не важно, сколько у нас там денег может пропасть. Мы всегда можем, только как суверенная страна, напечатать столько денег, сколько нам нужно. Потому, главное тут, чтобы мы были суверенны, чтобы мы сами управляли своей экономикой, своим Центробанком. И нам тогда не страшны никакие внешние беды, к тому же, если мы дружим с нашими соседями ближайшими.

Артём Войтенков: Понятно, хорошо. Значит, краткий вывод такой: падение курса рубля не всегда плохо, а даже во многом и хорошо. Одновременное снижение курса национальных валют в нескольких странах, тем более, что эти страны, оказывается, входят в Евразийский союз, и, по крайней мере, мы с Китаем имеем достаточно хорошие отношения, - это всё не случайно. Это всё просто ход против Соединённых Штатов Америки и доллара, что и подтверждается крахом на американской бирже, когда индекс Доу-Джонса обвалился. Что-то они там расшумелись по этому поводу очень сильно. То есть, они сразу на себе это почувствовали. Кстати, именно потому Китай получил взрыв в своём Тяньцзынь, промышленном городе, когда там взорвался склад с большим количеством каких-то ядовитых веществ. Взрыв был очень мощный. То есть, совпадение этих событий: Китай роняет свою валюту - через несколько дней происходит взрыв.

Дмитрий Еньков: Да, после чего у них вырубился и главный суперкомпьютер Китая - мало кто об этом знает. Все слышали про взрыв, а никто не знает, что вырубился суперкомпьютер, который безопасность национальную обеспечивал.

Артём Войтенков: Дмитрий, спасибо, я думаю, что наши зрители будут больше рассуждать своей головой, и меньше поддаваться какой-то там панике, которую сеют средства массовой информации, как ты сказал, инопланетные. Наверное, по этому поводу у нас тоже будет разговор как-нибудь, но это в другой раз.

Дмитрий Еньков: Да, до свиданья.

http://poznavatelnoe.tv/enkov_protiv_dollara