С восьмидесятых годов прошлого века все больше функций, которые ранее выполнялись вооруженными силами и службами безопасности государств Запада, передается частным военным и охранным компаниям. Они стали главным феноменом реформы в военном деле на Западе. Частная военная компания (Private military company) - это негосударственная организация, уполномоченная государством на решение военных задач.

Однако было бы совершенно ошибочным полагать, что частные военные компании (ЧВК) появились и стали играть отведенную им роль в качестве инструмента политики своих государств именно в конце прошлого века. Начало их истории относится еще к временам Римской империи, Крестовых походов, открытия и освоения Америки, покорения Сибири. В XIX и в ХХ столетиях частные военные компании сыграли свою роль в колонизации европейцами Африканского континента, в удержании европейскими странами и транснациональными компаниями (в т.ч. Францией, Великобританией, Бельгией и другими) своих колониальных владений в различных регионах мира.

Современные частные военные компании получили статус равноправных участников военных операций в ходе войн на территории бывшей Югославии (1991-1995 гг. в Хорватии, в 1992-1995 гг. в Боснии и Герцеговине, в 1998-1999 гг. в Косово и Метохии, а также в 2000-2001 гг. в регионах Южной Сербии и Западной Македонии). Сегодня это же имеет место в Ираке и в Афганистане, а также в некоторых странах Африки.

Среди основных причин реанимации практики использования частных военных компаний и все более частого и широкого обращения государств к их услугам в наше время в первую очередь называют те крупные изменения, которые произошли в военно-стратегическом облике мира после окончания «холодной войны». Существовавшие до этого на Западе представления о практической неизбежности глобального военного столкновения межу Востоком и Западом сменились пониманием необходимости избежать этого ввиду вероятности катастрофических последствий такой войны. В западных военно-политических кругах возникло понимание невозможности и чрезвычайной опасности такого глобального военного конфликта, по крайней мере - на обозримое будущее.

Но это только одна сторона вопроса. Другую причину растущей популярности частных военных компаний и охранных предприятий следует искать в трансформации мировой экономической системы и в глобализации. Современные транснациональные корпорации, располагающие сотнями миллионов долларов, нуждаются в защите своих интересов ничуть не меньше, чем государства. Включение в эти процессы регулярной армии - процесс долгий и сложный, а затраты на поддержание лояльности бюрократического аппарата сравнимы с расходами на содержание собственной службы безопасности. Именно поэтому корпорации предпочитают неповоротливым армиям отряды оперативного реагирования частных военизированных компаний.

Это вызвало к жизни некоторые новые подходы к задачам военного строительства и роли вооруженных сил в обеспечении национальных интересов государства. Под влиянием исчезновения культивировавшегося десятками лет на Западе жупела «советской военной угрозы» произошла определенная демилитаризация сознания и настроений основной массы населения ряда западных стран. Западным политикам стало заметно сложнее обосновывать перед своими гражданами применение регулярных вооруженных сил для решения многих задач за пределами национальных территорий. Возникли трудности в комплектовании вооруженных сил по призыву и на контрактной основе из-за нежелания граждан заниматься этим. Да и реакция мирового сообщества на такие действия далеко не всегда благоприятная.

Во всех европейских странах НАТО (кроме замкнутых друг на друга Греции и Турции) начался процесс сокращения «традиционных» армий, рассчитанных на ведение войн против других армий. В составе вооруженных сил быстро уменьшается количество тяжелого вооружения - танков и боевых самолетов, чуть медленнее – боевых кораблей основных классов. Но при этом растет количество бронеавтомобилей, транспортных самолетов и вертолетов, десантных кораблей. Крупномасштабная война в Европе на обозримую перспективу снята с повестки дня. НАТО переориентируется на ведение конфликтов низкой интенсивности (т.е., по сути, полицейских операций) и т.н. «миротворческих» операций в странах бывшего третьего мира.

Правда, при этом анализе упускается из виду то, что в ряде стран (Китай, Индия, Иран, КНДР) уже созданы многочисленные и оснащенные современным вооружением армии, и процессы их дальнейшего развития продолжаются. Совершенно очевидно, что для этих стран пользование услугами ЧВК не актуально. По крайней мере, сегодня и на ближайшую перспективу.

В сложившихся условиях «палочкой-выручалочкой» для военно-политического руководства ряда ведущих западных стран при решении задач обеспечения своих национальных интересов за рубежом стали частные военные компании. Фактически речь идет о т.н. «приватизации» войны, т.е. якобы об отказе от государственной монополии на насилие. Тем более что противником вооруженных сил государства теперь гораздо чаще становится не «нормальная» регулярная армия, а партизанские и террористические группировки. Поэтому так резко выросла популярность частных военных компаний, способных во многих случаях по поручению государства и за его деньги заменить регулярные войска при решении сомнительных и непопулярных задач.

На Западе в военных кругах принято считать, что роль частных военных компаний в будущих войнах и вооруженных конфликтах будет возрастать. Главную причину такой популярности ЧВК следует искать в глобализации в целом. Современные транснациональные корпорации, тесно связанные с политическими элитами западных стран и располагающие сотнями миллионов долларов, нуждаются в защите своих интересов, которые практически всегда пересекаются с государственными интересами.

ЧВК – это не только бизнес, хотя ЧВК всегда идут следом за экономическими интересами, а не впереди них. ЧВК – это еще и инструмент внешней политики, которым активно пользуются те же США, выстраивая свои отношения с другими странами. Госдеп США и министерство обороны США на коммерческой основе привлекают свои ЧВК к работе за рубежом, устанавливая, таким образом, контроль над сырьевыми рынками и рынками сбыта, определяя доступ к транспортным артериям и к жизненно важным ресурсам. ЧВК – это, в т.ч. и культурная экспансия.

Деятельность ЧВК включает в себя выполнение задач по обеспечению безопасности, транспортной и технической поддержки регулярных вооруженных сил в условиях боевых действий, по подготовке персонала и охране лиц и объектов. ЧВК также могут оказывать иные виды услуг. Например, они все чаще привлекаются к сбору и анализу разведывательной информации, занимаются сбором и анализом информации о террористических группировках, предоставляют для вооруженных сил услуги переводчиков с восточных языков, к работе в учреждениях содержания под стражей и ведению допросов заключенных, а в некоторых случаях - для участия в боевых действиях, разминировании и др.

В США ЧВК привлекаются также для охраны ряда стратегических объектов: космодромов, некоторых хранилищ оружия и т.п. Например, фирмы-разработчики беспилотных аппаратов «Предактор» и «Глобал Хок», активно применяемых американцами в Ираке и Афганистане, полностью занимаются их обслуживанием и управлением, в т.ч. непосредственно в боевой обстановке. Армейский офицер лишь ставит им общую задачу.

Для примера ниже приводится перечень основных задач, решаемый американскими ЧВК в Ираке и Афганистане (в скобках – название компании):

Согласно версии журнала «Форбс», самая перспективная профессия в ближайшие годы – универсальный солдат. Войны будущего превратятся, по мнению издания, в точечные операции по принуждению к миру и восстановлению конституционного порядка. Для борьбы с террористами и мятежниками, окопавшимися в глухих районах планеты, нужны «солдаты будущего». Это профессиональные бойцы, участвующие в экспедиционных кампаниях, – специально обученные, готовые к решению нестандартных задач. Но за свою работу они должны получать достойное вознаграждение.

Масштабы использования Западом частных военных компаний растут. Например, в Ираке задействовалось более 400 ЧВК, суммарная численность их персонала составляла больше 200 тыс. чел., что значительно превышало численность военнослужащих США и их союзников на территории Ирака. Число частных контрактников в Афганистане составляет, по разным оценкам, от 22 до 30% группировки вооруженных сил США. Потери этих структур, как минимум, не меньше, чем у регулярных армий, но в официальной статистике они не учитываются.

Налицо рост зависимости вооруженных сил некоторых государств от услуг ЧВК. Так, недавно Пентагон обнаружил, что ВС США, в принципе, уже не могут функционировать без частных компаний, без них нельзя провести даже ограниченную военную операцию. Например, выяснилось, что подвоз ГСМ для американской группировки в Ираке приватизирован на 100%. Когда-то предполагалось, что привлечение «частников» приведет к экономии средств военного бюджета. Сейчас очевидно, что ситуация обратная, их услуги обходятся гораздо дороже, чем если бы ВС выполняли их своими силами. Но, видимо, уже поздно. Процесс принял необратимый характер.

По взглядам американских властей, преимущества использования частных военных компаний сводятся к следующему:

  • наемники, официально не являющиеся представителями американской администрации, могут действовать по своему усмотрению, превышая данные им полномочия. Администрация президента США при этом формально не несет ответственность за происшедшие при участии данных лиц инциденты;
  • их использование не вызывает того недовольства в своей стране и в мире, которое может вызывать применение регулярных вооруженных сил;
  • они могут представлять собой противовес местным вооруженным силам в государствах со слабыми политическими системами;
  • ЧВК способны к быстрому развертыванию;
  • наемники не подпадают под какую-либо статистику, их потери оцениваются приблизительно, при этом они не вносятся в официальные сводки. Соответственно, администрации США не приходится распространять точную информацию о своих потерях. По данным американских СМИ, официальные потери только компании Blackwater в Ираке составляют свыше 1000 чел. убитыми и 15 тыс. ранеными. Однако, по данным телекомпании PBS, реальные потери данной частной компании с 2003 г., вероятнее всего, значительно превышают официальные цифры.

На практике деятельность ЧВК осуществляется под плотным контролем, а зачастую и непосредственным руководством спецслужб стран Запада, прежде всего американского ЦРУ и британской МI6, с которыми такие структуры согласуют лицензии на работу и контракты. «Частные армии» обычно действуют в зонах конфликтов, лишь заручившись негласной поддержкой военных и гражданских силовых структур.

В то же время следует отметить и наличие определенных проблем при использовании ЧВК:

  • обязанности ЧВК ограничены из-за их мотивированности на получение прибыли, а не на исполнение своего долга;
  • руководство ЧВК не подчиняется воинскому командованию;
  • условия контрактов ЧВК не предусматривают все варианты развития ситуации, что уменьшает гибкость их действий в боевой обстановке и другие.

По данным Бруклингского университета США, в настоящее время ЧВК действуют в более чем 60 странах, в т.ч. в Афганистане, Ираке, Сомали, Судане, Руанде, на Гаити и др. Их ежегодные доходы приближаются к $180 млрд. По оценке заместителя директора Института политического и военного анализа А.Храмчихина, к середине 2000-х число ЧВК (речь идет о компаниях, предоставляющих именно военные услуги, а не занимающихся тыловым обеспечением) превысило сотню, численность их сотрудников достигла 2 млн. чел., суммарная рыночная капитализация превысила $20 млрд., а объем предоставляемых услуг составил, по разным данным, от 60 до $180 млрд. в год.

Приводить полный список частных военных компаний не имеет смысла ввиду их многочисленности и временного статуса многих из них. Его следует делать отдельным приложением.

Лидерами по использованию услуг ЧВК являются США, Великобритания и Франция. Кроме того, частными военными компаниями пользуются Бельгия, Испания, Австралия и ЮАР. С расширением интернационализации военного присутствия в Ираке и Афганистане и другие страны (например, Южная Корея и Индия) стали предпринимать попытки освоения иракского и афганского рынков своими частными военными компаниями. Решения о создании подобных компаний принимаются и в ряде арабских стран, таких, например, как Ирак, Кувейт, Дубай.

Наибольшие масштабы использования услуг ЧВК отмечаются в США. Первым вполне успешным опытом в этой политике следует считать действия американцев по организации, подготовке, вооружению и применению формирований афганских моджахедов против советских войск на территории Афганистана в 70-80-х гг. прошлого века. Известный «Альянс семи» представлял собой временный союз, по сути дела, военных компаний вполне определенной племенной и конфессиональной принадлежности во главе со своими авторитетами и вождями. После падения правительства Наджибуллы этот союз распался на конкурирующие в борьбе за власть в Афганистане группировки, и логика развития этого процесса в итоге привела к тому, что бывшие американские вассалы стали кровными врагами своего бывшего благодетеля.

В дальнейшем свой афганский опыт США применили на Балканах. Здесь следует отметить компанию МPRI (Military Professional Resources Incorporated). Эта компания собрала несколько десятков высокопоставленных американских офицеров в отставке, которые и занялись подготовкой высшего звена армий Хорватии и Боснии и установлением оперативной связи штабов этих армий с командованием НАТО. Успешные наступательные операции, проведенные хорватскими и боснийскими войсками весной-осенью 1995 г. против сербов в Хорватии, в Боснии и Герцеговине, в немалой доле - заслуга МPRI.

Не удивительно, что эта компания продолжила свою работу с т.н. Освободительной Армией Косово (по-албански УЧК) в 1998-1999 гг. в Албании, а также показательно ее появление в 2000-2001 гг. в Македонии. После войны новым полем деятельности для частных военных компаний стало разминирование на территории бывшей Югославии, на которое во второй половине 90-х гг. и в начале нового тысячелетия различные международные организации выделяли десятки и сотни миллионов долларов.

Другая появившаяся на территории бывшей Югославии американская компания Kellogg Brown & Root (KBR), являясь частью Halliburton (в чьем управлении принимал участие бывший вице-президент США Дик Чейни), занялась уже освоенной ею к тому времени работой по снабжению и тыловому обеспечению трудоустройства десятков тысяч человек американских компаний. Т.е. это была материнская компания, вокруг которой появились десятки других ЧВК.

Войны в Афганистане (с 2001 г.) и Ираке (с 2003 г.) способствовали росту числа таких компаний, получавших контракты как напрямую от министерств и ведомств правительств США и Великобритании, различных управлений армии США, от ООН (UNICEF, UNHCR, UNDP), Всемирной организации здравоохранения (World Health Organization), так и от новых правительств Афганистана и Ирака, равно как и от различных западных компаний, занимавшихся различными видами деятельности, прежде всего в областях нефтедобычи, транспорта, энергетики и водоснабжения. Помимо этого, большие компании нередко прибегали к использованию услуг других таких же фирм на подрядной основе.

В Афганистане работают 52 официально зарегистрированные частные охранные фирмы, 37 из которых – американские, а также множество никем не учтенных организаций. На частные военные компании работают, по разным оценкам, от 30 до 40 тыс. чел. Рынок частных военных компаний только в Афганистане оценивается в $14 млрд. И это не учитывая все остальные сферы деятельности, охрану которых они обеспечивают. Компания MPRI только за теоретическую разработку военной доктрины для афганской армии получила $200 млн. Контракт на обучение солдат афганской армии стоил $1,7 млрд. Охрана американского посольства в Кабуле принесла компании ArmorGroup International $189 млн.

Правительство Карзая недовольно тем, что в страну текут огромные деньги, неподконтрольные афганским властям. Сегодня частные военные компании, дипломаты, политики, военные, СМИ, гуманитарные организации и талибы взбудоражены. Причиной стало очередное заявление президента Афганистана Хамида Карзая, что до 1 января 2011 г. частные военные компании должны покинуть Афганистан. В августе 2010 г. Карзай дал им четыре месяца, чтобы покинуть страну, но до последнего времени никто не воспринимал серьезно его слова, списывая громкие заявления на политический популизм. Однако все изменилось 20 октября 2010 г.

Карзай в жестких тонах снова дал понять, что не намерен менять своего решения. В начале октября 2010 г. правительство Афганистана уже запретило деятельность восьми охранных фирм. Среди них известные, крупные американские компании Xe Services (бывшая Blackwater), NCL Holdings, Four Horsemen International, White Eagle Security Services, а также британская Compass International. От развернутых комментариев представители этих компаний отказались, но сообщили, что у их сотрудников аннулировали визы и не выдают новые. Афганские власти изъяли 400 ед. оружия, распустили несколько мелких компаний и закрыли афганскую фирму, где работало 75 чел.

В Ираке в «Ассоциации частных военных компаний» зарегистрированы более 30 ЧВК. В основном, - западные. Десять компаний - иракских, и только одна - из России.

Как уже было отмечено выше, по подсчетам уже упомянутого Бруклингского университета США, при 160-тысячном воинском контингенте в Ираке также действовали около 200 тыс. сотрудников частных западных, в основном, американских компаний, официально являющихся гражданскими лицами. Из них 120 тыс. - граждане Ирака, 21 тыс. - американцы, а 59 тыс. - граждане третьих стран, в т.ч. из числа государств бывшего СССР. Это без учета британских, австралийских и других охранных фирм, которые также активно задействованы в Ираке.

Таким образом, по численности личного состава частные военные компании в Ираке превосходили коалиционную армию. При этом примерно 20 тыс. чел. являются непосредственно бойцами ЧВК. Большинство из них американцы, работающие также и в неамериканских компаниях. После вывода американских и других войск из Ирака ЧВК остаются главным гарантом безопасности в Ираке (естественно, наряду с силовыми структурами этой страны).

Вопросы комплектования ЧВК личным составом решаются путем вербовки компаниями лиц, удовлетворяющих установленным требованиям. Приоритетом пользуются бывшие военнослужащие, служившие в частях и подразделениях специального назначения и имеющие личный опыт участия в вооруженных конфликтах, выпускники определенного круга военно-учебных заведений и бывшие работники специальных служб.

Обычно состав ЧВК западных стран интернационален, т.к. набор личного состава осуществляется путем вербовки по контрактам в различных районах и странах мира. Для этого ряд ЧВК открывают свои вербовочные пункты.

Нормативно-правовое регулирование деятельности ЧВК в мире уже имеет свою историю. В таких странах как США, Великобритания, ЮАР, Израиль есть более-менее прописанное законодательство, регулирующее деятельность частных военных компаний.

Международное право в вопросах наемничества руководствовалось до недавнего времени соответствующей Женевской конвенцией, затем - Конвенцией ООН, а на сегодняшний день – «Документом Монтре» (текст документа с комментариями имеется). Этот документ согласован 17 сентября 2008 г. 17 государствами и содержит правила и положения о передовых практических методах в отношении частных военных и охранных компаний, действующих в зонах вооруженных конфликтов. Этот документ регламентирует работу ЧВК на международном рынке, но Россия пока не имеет к нему никакого отношения (т.е. она к нему пока не присоединилась).

http://journal-neo.com/?q=ru/node/3899