По западным средствам массовой информации катится волна безудержного восторга по поводу «мусорного» кредитного рейтинга России, объявленного агентством Standard&Poor's.

Радости нет границ. The Washington Post поёт панегирик Обаме, который в своем послании «О положении страны» объявил, что экономика России «изодрана в клочья» – а значит агентство S&P абсолютно право. The Wall Street Journal заявляет, что причиной тому стали «хаос, вызванный падением цен на нефть, и влияние санкций, нанесших удар по экономике страны… Россия при Путине растратила возможности для создания более устойчивой, более диверсифицированной экономики, привлекательной для инвестиций».

«По оценке Standard&Poor's, новый рейтинг России – BB+, – пишет британская The Guardian. – То есть Россия оказалась на одном уровне с Болгарией, Индонезией и Турцией». Ниже её только бунтующая против диктата ЕС Греция с её рейтингом всего лишь в B. И – в самом низу – Аргентина, отказавшаяся платить грабительские дивиденды американским банкам-заимодавцам и МВФ.

Оценивая и саму эту статистику, и вызванный ею на Западе политический оптимизм, возьмём себе труд разобраться: действительно ли мнение Standard&Poor's, или Moody’s, или Fitch для нас так важно, а, самое главное, так точно и объективно отражает состояние нашей экономики и её непривлекательность для инвестиций.

Сегодня не составляет большого труда получить информацию о той или иной компании даже из-за моря-океана. Озадачившись этим, вы очень быстро узнаете, что все три вышеперечисленные компании – Moody’s Investors Service (Moody’s), Fitch Ratings и Standard & Poor’s (S&P) – имеют штатовскую прописку. И на сегодня являются самыми известными в мире. Но прежде чем разбираться в том, почему они являются таковыми, необходимо совершить короткий экскурс в историю – всего в несколько слов.

Лежащую в руинах после Второй мировой войны Европу было легко уговорить понизить тарифные барьеры для облегчения доступа товаров – «чтобы быстрее преодолеть последствия войны», конечно. К концу Второй мировой США принадлежало 70 процентов всего мирового запаса золота – они хорошо нажились на европейской бойне. Именно поэтому доллар, конвертируемый в золото, в Бреттон-Вудсе стал для участников антигитлеровской коалиции (без СССР) базой валютных паритетов, средством международных расчетов, одним словом, мировыми деньгами.

Последствия были неизбежны: долларизация экономик ряда стран, выход денежной массы из-под национального контроля и перехода её под контроль Федеральной Резервной Системы США. Международный валютный фонд (МВФ) и Международный банк реконструкции и развития (МБРР) стали механизмами осуществления этого контроля.

Печатая доллары без оглядки, с 1949 по 1970 год США сократили свои золотые запасы с 21 800 до 9838,2 тонны. Однако, печатный станок не останавливался – он не остановлен и поныне. И тогда, пытаясь вернуть Франции экономический суверенитет, генерал де Голль предъявил США к обмену 1,5 миллиарда долларов. США показали ему фигуру из трех пальцев.

Тогда де Голль объявил о выходе Франции из военной организации НАТО, ликвидации всех натовских баз на своей территории и выводе с неё натовских солдат. И не остановился на этом. Во время официального визита в США он привёз и предъявил к обмену на золото 750 миллионов долларов. И золото получил. Тогда, по прецеденту, отправила свои доллары в обмен на золото и ФРГ. Только за два года – с 1965 по 1967-й – США были вынуждены были вернуть за свои доллары 3000 тонн золота.

Тогда Штаты, предотвращая крах всей системы бреттон-вудского дармоедства, в одностороннем порядке отказались от всех своих международных обязательств по золотому обеспечению доллара. То есть, банально «кинули» своих партнёров по торговле. 15 августа 1971 года это сделал президент США Ричард Никсон.

Причём здесь рейтинговые агентства, легко и просто присваивавшие американским банкам высшие рейтинги – знаменитые «ААА» – и до 15 августа 1971 года, и после?

Вот как раз при этом.

В семидесятые отстроившаяся Европа росла и производила все больше товаров, укрепляя свои национальные валюты. И США пришлось уже силой навязывать своим партнёрам и союзникам в Европе и Азии долларизацию в торговле, чтобы спасти свой золотой запас. Понятно, что при этом реальные запасы золота по ту сторону Атлантики уже значения не имели. Но огромное значение для США и всего мира имело то, что мировая торговля газом, нефтью, зерном, металлами, техникой и технологиями велась в долларах. Как считает Уильям Энгдал из канадского центра по изучению глобализации Global Research, покупательская способность доллара с 1970 по 2000 год выросла на 2900 процентов.

Только потому, что доллар стал «резервной валютой», которая стала практически единственной валютой в международной торговле. Где брали её торгующие компании, страны, правительства? В американских банках. Кто определял уровень доверия к этим банкам в мире? Рейтинговые агентства. Что позволяло им тогда и позволяет сегодня обеспечивать высочайшими кредитными рейтингами США и её банковскую систему?

Поддерживаемый Западом статус-кво американского доллара. Долго ли будет этот насильственный порядок сохраняться? До тех пор, пока в мире не возникнут новые экономические и финансовые «центры»… которые уже возникли. Китай, Индия, Россия в Евразии. Бразилия и все та же Аргентина, экономический рост которой США сдерживают изо всех сил – в Южной Америке.

Так называемый кредитный рейтинг американских агентств в этой войне США за монополию доллара на мировом рынке после 1971 года стал одним из главных инструментов.

Его назначение – дать сигнал «своим», что Америка обидится, если «свои» станут вкладывать средства в «чужие» – страны, банки, проекты. И чем более открыта страна для инвестиций, чем крепче села на «долларовую иглу», тем прочнее её зависимость от рейтинга американских агентств и пожеланий Вашингтона.

В последние 20 лет открыла свою экономику «для западных инвестиций» – то есть, села на ту же самую иглу – и Россия.

Вновь сошлюсь на Энгдала и «New Eastern Outlook»: «В конце 70-х, используя огромные суммы «нефтедолларов» ОПЕК от двух нефтяных кризисов 1973 и 1979 годов, нью-йоркские международные банки через Лондон начали кредитовать весь мир для финансирования импорта нефти и других необходимых товаров. Именно тогда рейтинговые агентства США и приобрели международное значение и силу: от них одних зависело, кто получит кредит.

Отделения этих агентств появились в Германии, Франции, Японии, Мексике, Аргентине. Появились они теперь и в России. И от них зависит, может ли страна теперь получить заем на международном финансовом рынке…. При этом финансовые клерки в Лондоне и Нью-Йорке открыто говорят о том, что рейтинговые агентства «политически» используют свою фактическую монополию для поддержки планов Уолл-стрит и Долларовой системы».

Это они сыграли решающую роль для распространения азиатского кризиса 1997-1998 годов, стремительно сбрасывая рейтинги и провоцируя панику на азиатских биржах. И в считанные недели более 200 миллиардов долларов «улетели» из региона в банки Нью-Йорка, породив кризис неплатежей. Куда делись при этом набирающие экономический вес в регионе «азиатские тигры» – Таиланд, Южная Корея и Индонезия? Впервые в истории были вынуждены принять условия финансирования «в обмен на реформы» от МВФ.

Вспомните, что в тот же самый момент те же рейтинговые агентства в упор не видели наступающего банкротства американского энергетического гиганта Enron, который до последней минуты имел самый высокий кредитный рейтинг у всех трех агентств. То же самое Moody’s и её коллеги делали с рейтингом агентств недвижимости в начале двухтысячных. И давали высший рейтинг AAA даже когда уже началась паника на этом рынке в марте 2007 года.

Любопытно, что деятельность этих трех агентств не регулирует никто - они де факто ни перед кем не несут ответственности.

А что эти агентства сделали с Грецией в апреле 2010 года, когда Евросоюз уже готов был стабилизировать греческий финансовый рынок? Standard & Poor’s (S&P) неожиданно сбросили рейтинг страны сразу на три позиции вниз, к «мусорному», и заставил тем самым крупные международные пенсионные фонды ликвидировать греческие бонды. Что и послужило началом к кризису евро.

И, наконец, о России.

И «New Eastern Outlook», и наши читатели, и – особенно ясно – творцы этой политики понимают, что диктатура интересов США во всем мире долго удержаться не может. И если задача одних – максимально приблизить время её падения, то задача других, соответственно, – максимально её упрочить. Сегодня США используют рейтинговые агентства для провокации масштабного экономического кризиса и в нашей стране. К тому у них есть определённые возможности: открытость нашей экономики и её долларовая зависимость. Тут мы ничем не отличаемся от той же Аргентины или Греции.

Вспомните, с чего началась в Греции беда… Рейтинговый «домолов меч», стало быть, занесён и над нашими головами… Теперь те же самые международные пенсионные фонды и другие финансовые институты должны сбросить российские гособлигации на рынок, на растерзание хеджфондам – то есть, в руки дельцам вроде Д. Сороса, фонд которого Quantum сыграл на падении стоимости английского фунта стерлингов после «чёрный среды» 1992 года так, что заработал на обрушении английской валюты 1 миллиард долларов. Он и сегодня, как пишет «New Eastern Outlook», «бьёт в барабаны войны Украины против России».

Но…

Мы не Британия. И у нас в активе не пусто. Во-первых, мы не только понимаем разрушительную роль американских рейтинговых агентств в мире и в России.

Мы уже договорились с Китаем о создании собственного международного кредитного агентства - Universal Credit Rating Group (UCRG), которое должно заработать уже в этом году.

Базироваться оно будет в Гонконге. И его третьим партнёром будет – прошу отметить особо – американская компания Egan-Jones Ratings. Эта кампания в Америке особая. Она выражает интересы инвесторов, а не финансирующих клиентов, «заказывающих музыку». То есть, есть надежда, что её деятельность не будет политизирована. Такое независимое рейтинговое агентство будет иметь большой вес в странах БРИКС с их банком в 100 миллиардов долларов.

Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка – колоссальный потенциал не только для торговли. Это и политический потенциал для переустройства торговли мировой. На мой взгляд, именно здесь лежит и главная причина того, что в Вашингтоне «голова болит всё сильнее» от того, что очевидным становится близкий конец «долларового спрута».

http://www.stoletie.ru/tekuschiiy_moment/a_sudi_kto_493.htm