В последнее время история все чаще перестает быть наукой и превращается в мощнейший инструмент психологического воздействия на человеческое общество. Правда, в этом случае от истории, как науки факта, мало что остается. Или не остается вообще ничего, а под «историческими фактами» обществу преподносится чудовищная ложь.

Для чего это делается? Разумеется, для достижения политических целей. За примерами далеко ходить не надо: в 1991 году приход к власти «демократических» сил состоялся на волне эксплуатации темы репрессий, раскулачивания, ГУЛАГа и прочих исторических событий, раздутых и извращенных до степени грандиозной пропагандистской кампании, направленной на полную дискредитацию КПСС и всего советского строя. Два года назад у руля Украины встали люди, захватившие власть в процессе грандиозной эксплуатации темы виновности русских в голодоморе, а также темы ОУН и Бандеры как спасителей Украины. В современной России история также нещадно используется в политических целях: возьмём хотя бы повсеместное козыряние советской символикой (даже гимном) при либеральном правительстве и совершенно антисоветском экономическом курсе.

Почему неизбежны этнические чистки для русских

В Эстонии… Но про Эстонию мы поговорим отдельно. Тут случай совершенно уникальный. Иногда даже создается впечатление, что в этой стране наука История умерла полностью, а ей на смену пришли сказки разного формата, разной степени бреда и идиотии.

В 2015 году в прокат вышел художественный фильм «1944» совместного эстонско-финского производства, посвящённый солдатам 20-й эстонской войсковой гренадерской дивизии SS и, в меньшей степени, солдатам 8-го эстонского стрелкового корпуса Красной Армии. Естественно, солдаты Waffen-SS показаны благородными воинами, борющимися за независимость Эстонии от «кровавых большевиков». Фильм начинается с диалога двух эсэсовцев, один из которых рассказывает, как его семью депортировали в Сибирь. Тема "зверств" советской власти красной линией (уж извините за каламбур) проходит через всю картину и показана с помощью разных приемов: это и диалоги героев, и различные эпизоды, среди которых расстрел эстонских мирных граждан с советского самолета, или попытка советского капитана расстрелять эстонских подростков.

Прибалтика

Карта в полном размере: Эстония - национальные меньшинства

Не менее интересен и другой идеологический реверанс сценаристов. Создатели фильма даже умудрились дистанцировать эсэсовцев от нацизма весьма своеобразным образом: в фильме эстонские солдаты SS очень пренебрежительно отзываются о Гитлере (которому они, смеем напомнить, присягали на верность).[1] Кроме того, в нём нет ни одного упоминания о реальной истории этой дивизии Waffen-SS - в частности, о чудовищных преступлениях перед русским, эстонским, белорусским и еврейским народами.

Можно даже констатировать, что непрерывные военные преступления 20-й эстонской гренадерской дивизии SS – это и есть главная история этой дивизии.

О каких же исторических фактах «забыли» упомянуть создатели фильма? Как вообще получилось у авторов полностью проигнорировать историческую правду и заменить фактический образ эстонских эсэсовцев как кровавых убийц гражданского населения и военнопленных на фантастический образ «защитников независимости Эстонии»?

Прибалтика

Для начала следует вспомнить процесс создания этой дивизии. Примерно в конце лета 1941 года, административными инстанциями Вермахта были сформированы шесть эстонских охранных батальонов (Estnische Sicherungs-Abteilungen), имеющих нумерацию от 181 до 186. Затем, в ноябре 1941 года немцы формируют эстонские шуцманшафт-батальоны общей численностью в 9000 человек. Эти батальоны сначала имели нумерацию от 29 до 42, несколько позже от 286 до 292. А 22 декабря 1943 года были переименованы в эстонские полицейские батальоны (Estnische Polizei-Bataillone).[2]

В начале августа 1942 года Гитлер разрешает создание Эстонского легиона. Официально Эстонский легион SS создан приказом SS-FHA в октябре 1942 года. В мае 1943 года он переформирован в 3-ю эстонскую добровольческую бригаду SS, а она, в свою очередь, в январе 1944 года - в дивизию. Официальное название стало таким: 20-я войсковая гренадерская дивизия SS (Эстонская №1).

Документально установлено, что в неё вошли следующие эстонские и немецкие части и подразделения: три эстонских охранных батальона, которые позже получили наименования «восточных батальонов»,[3] примерно 250 эстонцев из местных шума-батальонов.[4] В феврале 1944 года в район станции Мыхва прибыл 33-й учебный запасной батальон бригады и личный состав различных полицейских формирований, которые вместе с новобранцами последней мобилизации сформировали новую дивизию.[5]

В неё также попала 1-я рота батальона Waffen-SS специального назначения (1.Kp./Bataillon der Waffen-SS z.b.V.).[6] Таким образом, в 20-ю эстонскую войсковую дивизию SS попал личный состав всех ранее сформированных эстонских подразделений (некоторые вошли в полном составе, некоторые, после расформирования, лишь частично), а также немецкие подразделения Waffen-SS.

Для чего я акцентирую внимание на всех этих военных формированиях? Только для того, чтобы в последующем перечислении фактов было четкое понимание того, что все они имеют самое прямое отношение к 20-й эстонской войсковой гренадерской дивизии SS.

Теперь поговорим о фактах. Начнем с 1941-42 годов - периода массового уничтожения гражданского населения на оккупированных территориях Прибалтики и Белоруссии.

Зимой 1941-42 года командованию полиции порядка Белоруссии были подчинены несколько литовских, латышских и эстонских шуцманшафт-батальонов, так как немецкие полицейские батальоны, выполнявшие свои функции в Белоруссии, были отправлены на фронт. Прибывшие из прибалтийских республик были задействованы в массовых убийствах еврейского населения и советских военнопленных в Белоруссии.

Например, в октябре-ноябре 1941 года два литовских шума-батальона, выполняя приказы командования полиции порядка Белоруссии, участвовали в убийстве более 17 000 евреев и советских военнопленных в районе Минска.[7] 8 августа 1942 подобный приказ был издан для нескольких прибалтийских шума-батальонов, среди которых находился 36-й эстонский. Исходя из этого приказа, подобные действия должны были быть выполнены в Слониме, Столбцах, Налибоках, Логойске и Новогрудке.[8]

А 281-й охранной дивизии был передан 39-й эстонский шума-батальон. Он в августе 1942 года ликвидировал две еврейские семьи под предлогом возможной поддержки ими партизан и распространении листовок.[9] Кроме 39-го эстонского шума-батальона, в 281-ую охранную дивизию вошёл еще и 40-й эстонский шума-батальон.[10] Оба они находились в составе дивизии до конца 1943 года, периодически участвуя в кровавых антипартизанских операциях на территории Ленинградской области (ныне Псковской). Часть населения в районах проведения таких операций уничтожалась, а другая часть депортировалась в концентрационные лагеря “Lublin” и “Auschwitz” по приказу рейхсфюрера SS Гиммлера.[11]

В сентябре 1943 года, 30-й эстонский шума-батальон был задействован в мероприятиях в рамках «Акции 1005».[12] Специальная команда, сформированная из служащих этого батальона и немецких полицейских, приняла участие в мероприятиях по ликвидации массовых захоронений ранее уничтоженных советских граждан в районе Пушкина, Красногвардейска, Вильнюса и Каунаса. В качестве рабочих по извлечению трупов и их кремации были использованы лица еврейской национальности. Под Красногвардейском после окончания работ, рабочие были расстреляны и сожжены в амбаре с соломой. Затем подобные мероприятия проводились в районе Мги, Чудово, Слуцка и Вильнюса. Число рабочих в каждом районе варьировалось от 15 человек в Красногвардейске до 60 человек в Вильнюсе. После окончания работы их расстреливали и их трупы также сжигали на кострах.[13]

Упомянутая выше 1-я рота батальона Waffen-SS специального назначения, которая также вошла в состав 20-й эстонской дивинзии SS, больше года находилась в составе айнзатцгруппы А и вместе с подразделениями её, такими как зондеркоманда 1b, занималась уничтожением гражданского населения Белоруссии. Например, в октябре 1942 года рота была задействована в массовых убийствах евреев в районе Минска. Она участвовала в расстрелах женщин и детей без оглядки на возраст.[14]

В ноябре 1943 года эстонская бригада SS приняла участие в крупной антипартизанской операции «Генрих». Операция проводилась в треугольнике Полоцк – Себеж – Невель и имела цель ликвидировать так называемую «Партизанскую республику Россоны».[15]

Итог операции – 5452 человек местного населения были убиты, изъято 476 единиц стрелкового оружия. Это значит, что из этого числа убитых, вооруженных партизан было около 500 человек, а остальные пять тысяч – гражданское население района проведения операции. Кроме того, в концентрационные и трудовые лагеря было угнано 15810 человек местного населения.[16]

В сентябре 1944 года эстонские солдаты Waffen-SS из 20-й эстонской войсковой дивизии SS были задействованы в уничтожении узников трудового лагеря “Klooga”. Этот лагерь находился в 70 км юго-западнее Таллина. В нём содержалось около 3000 евреев, мужчин и женщин, а также около 100 советских военнопленных. Лагерь охранялся немецкими и эстонскими солдатами Waffen-SS. 19 сентября 1944 года в 5 ч. утра заключенным приказали построиться. Комендант Вильгельм Верле сообщил узникам о том, что они будут якобы эвакуированы в Германию.

Вскоре после этого, 300 заключенных, под предлогом подготовительных работ по эвакуации, были направлены в лес, где примерно в 1 км севернее лагеря находилась лесная поляна. Там находилось 700 эстонцев, арестованных за уклонение от мобилизации. Всех этих людей задействовали: одна группа должна была заниматься заготовкой дров, остальные должны были соорудить 4 костра из досок, поленьев и веток.

После того, как основания костров, размером 6 на 6 метров, были готовы, немцы приступили к мнимой «эвакуации» заключенных лагеря. Из 2400 евреев и 100 советских военнопленных формировались группы по 30 человек. Группы заставляли лечь лицом вниз на подготовленное основание костра компактными рядами по всей его площади. После этого, команда немецких и эстонских солдат SS убивала заключенных выстрелом в затылок из пистолетов и пистолетов-пулеметов.

Затем на расстрелянных укладывался ряд поленьев, после чего операция повторялась вновь: новая группа укладывалась сверху и расстреливалась. Таким образом, убивали практически всех узников лагеря, в том числе и женщин, а также больных и персонал лагерного госпиталя. После этого костры поливались бензином и поджигались. Спастись удалось лишь нескольким узникам, совершившим побег во время проведения этой операции.

28 сентября 1944 года подразделения Красной Армии ворвались в лагерь и обнаружили в лесу последний подготовленный костер из сложенных рядами поленьев и трупов, который немцы не успели поджечь. В отчете советской комиссии военных прокуроров и судебных медиков сообщалось, что, по свидетельским показаниям, не все во время расстрелов были убиты. Многие из них ранены и, как установлено медицинскими исследованиями обгоревших трупов, сожжены при жизни.[17]

В 1960 году в Берлине проходил судебный процесс над гауптштурфюрером SS Вильгельмом Шеффером (OG vom 20.05.1961, 1 Zst (I) 1/61). Во время своей службы в 20-й эстонской гренадерской дивизии SS подсудимый занимал должность командира взвода мотоциклетного батальона дивизии. С 1943 и до начала 1945 года он и его подразделение участвовали в большом количестве антипартизанских мероприятий. Во время таких мероприятий арестовывались люди, подозреваемые в партизанской деятельности, которых после допроса помещали в специальный лагерь.

По прошествии некоторого времени все они расстреливались. Расстрелы проводились специально сформированной командой из солдат дивизии. Если во время таких рейдов «подозрительных» граждан не удавалось обнаружить, то деревня сжигалась, а ее население угонялось солдатами SS на сборный пункт дивизии. Угонялись все без исключения: мужчины, женщины, дети и старики, которые также были расстреляны специальной командой дивизии. За проведение подобных мероприятий Вильгельм Шеффер был награжден Железным крестом 2-го класса.[18]

Вот лишь несколько ярких эпизодов из реальной истории эстонских солдат Waffen-SS, которая представляет непрерывную череду кровавых и иногда совершенно изуверских преступлений (как ликвидация узников лагеря “Klooga”). Что удивительно во всей этой истории с фильмом «1944», так это полное отсутствие какой либо официальной реакции со стороны российских государственных министерств и ведомств на факт создания и показа в нашей стране этого фильма.[19]

Режиссер - Эльмо Нюганен - регулярно работает в России, ставит свои постановки, например в Большом драматическом театре им. Георгия Александровича Товстоногова в Петербурге. Все это происходит на фоне постоянных судебных процессов в Эстонии над советскими ветеранами ВОВ, например над 88-летним подполковником советской милиции Павлом Илларионовичем Бойцовым, или над 89-летним фронтовиком, Героем Советского Союза Арнольдом Мери и многими другими…

Нет, Эльмо Нюганена никто не судит за пропаганду и реабилитацию нацизма и он спокойно продолжает работать в России, в то время как в эстонских судах продолжают доводить до инфарктов и инсультов ветеранов ВОВ и ветеранов правоохранительных органов СССР, некоторые из которых умирают в эстонских тюрьмах.

Сегодня в Эстонии этот фильм также используется в пропагандистских целях как «уникальный и великий» шедевр Эстонского кинематографа. Диски с этим фильмом не просто продаются на каждом углу, а преподносятся в подарок к любым товарам, покупаемым населением в магазинах. Что наводит на очень тяжелые размышления, так как где-то мы это уже видели…

Waffen-SS. Новые сказки вместо старых фактов