Раскол в Евросоюзе

В 2017 г. внимание приковано к судьбоносным выборам в Германии, Франции и Нидерландах, где евроскептики угрожают демонтировать Евросоюз. Однако череда выборов пройдет и в странах Юго-Восточной Европы, где наблюдается ряд интересных тенденций. Болгария стоит на пороге тяжелого кризиса, который может расколоть силовые ведомства, а прозападный курс Сербии переживает сложные испытания.

Хотя избирательная кампания в периферийных странах Евросоюза во многом является вещью в себе, а круговорот политиков нескончаем, в избирательном процессе отражаются тенденции, которые будут актуальны в регионе ближайшие несколько лет. Постараемся определить эти тенденции.

Ахиллесова пята экономики

На этот раз выборы различного уровня пройдут в 6 странах (Албания, Болгария, Хорватия, Словения, Македония, Сербия). Эта большая «южная» предвыборная кампания характеризуется тремя особенностями.

Леваки и марксисты побеждают в Европе

Выборы пройдут в условиях некоторого экономического роста. Практически все страны региона в 2014-2016 гг. сумели добиться снижения уровня безработицы (в Болгарии она достигла показателя менее 9%), роста ВНП и промышленного производства (самые высокие показатели в Албании – 3,4% ВНП и Черногории – 5,1% ВНП). Замедлился прирост внешнего долга, показатель бюджетного дефицита не превышает 3%, в нулевом диапазоне колеблется инфляция. С другой стороны, это не сильно изменило общую картину.

Так, в благополучной Словении безработица составляет 11,6%, а за чертой бедности проживает 13,5% населения. Уровень безработицы в Сербии составляет 18,9%, а в Хорватии 19,5% проживают за чертой бедности.

Тем не менее, некоторые улучшения при сохранении общего неблагоприятного фона дают аргументы как власти, так и оппозиции. Более актуальным становится противостояние правых и левых. Подъем правого популизма в Европе ослабил позиции левоцентристских партий, которые либо потеряли власть (как это произошло в Хорватии), либо, находясь у власти, сталкиваются с давлением (Албания), либо заинтересованы в смене власти (Македония).

Определенное движение в этом направлении существует в Сербии, где 2016-й г. был отмечен прохождением в парламент двух партий социальной направленности (прозападная «Достаточно того, что было» и ориентирующаяся на развитие отношений с Евразийским экономическим союзом «Двери»). Вместе с тем, представляется, что в проблемных странах интересам Брюсселя скорее отвечает победа левоцентристов, способных сгладить межнациональные противоречия.

Актуален вопрос политической конкуренции. Практически во всех странах региона положение дел характеризуется местным населением как узурпация власти. Под лозунгами борьбы с диктатурой проходили многие акции протеста, состоявшиеся в 2015-2016 гг. Между тем, если в одних странах идет борьба за укрепление режима, то в других вполне возможно «возвращение демократии».

Германия не торопится открыть для Албании двери в ЕС

18 июня 2017 г. должны состояться парламентские выборы в Албании. В отличие от ряда других стран, албанская политическая жизнь отличается стабильностью: после государственного коллапса 1997 г. и реставрации госинститутов благодаря международному вмешательству (операция «Альба»), выборы проходят согласно намеченному распорядку, без импичментов и роспусков правительства. Однако сегодня для существующей системы наступают непростые времена.

Франкфуртская школа, марксизм и толерантность

Точкой преткновения является вопрос европейской интеграции. 22 июля 2016 г. парламент Албании (Кувенд) единогласно (140 депутатов) принял рекомендованные ЕС поправки, касающиеся борьбы с коррупцией и права собственности. В результате были изменены 58 статей законодательства.

Реформа стала возможна после прошедших в июле консультаций ведущих политических партий при посредничестве посла США и экс-помощника госсекретаря Виктории Нуланд, совершившей визит в Албанию.

Проведение реформы считалось основным требованием для начала переговоров о вступлении Албании в ЕС, которое было намечено на конец 2016 г. Между тем, в ноябре 2016 г. процесс был ветирован Германией в связи «с недостаточностью принятых мер», что откладывает начало переговоров как минимум до 2018 г.

Это событие поколебало хрупкий компромисс между правящей коалицией во главе с Социалистической партией Албании (СПА) и оппозиционным блоком во главе с ДПА (Демократическая партия Албании). В итоге сегодня оппозиция даже угрожает бойкотом электорального процесса.

На конъюнктурные противоречия накладываются разногласия фундаментального характера. Электорат партий различается по племенному принципу. Так, СПА скорее ориентируется на юг страны (этническая группа тоски, присутствующая также в Греции). ДПА поддерживается гегами – этнической группой севера Албании, которая также присутствует в Косово, Черногории, Македонии и на севере Сербии.

СПА является наследником Коммунистической партии Албании, в то время как созданная в 1990 г. ДПА ориентируется на национализм и в своей пропаганде более активно использует лозунги о создании большого албанского государства.

Сама кампания проходит на фоне обвинений в адрес правящей партии в коррупции и узурпации власти. Так, одним из требований оппозиции является введение электронного голосования как средства страховки от манипуляций при подсчете голосов. Выступающий посредником представитель ОБСЕ считает данную меру пока преждевременной. Последний факт указывает на то, что победа СПА при мирном проведении процедуры стала бы вполне приемлемым исходом для ЕС.

Болгария на пороге политического кризиса

Парламентские выборы в Болгарии (26 марта 2017 г.) пройдут раньше намеченного срока. Причиной стал уход в отставку премьер-министра Б. Борисова в связи с неудачным исходом президентских выборов ноября 2016 г. для правящей партии ГЕРБ, ориентированной на Запад.

Причина военной слабости Европы

Победа генерала Р. Радева, которого СМИ окрестили «пророссийским» кандидатом, при поддержке Болгарской социалистической партии не позволила ГЕРБ создать политическую монополию. Возросла вероятность повторения государственного кризиса 2013 г. (спровоцировавшего отставку правительства на фоне акций протеста – прим. ЕЭ)

Возможно, стоит говорить о размежевании в госструктурах: считается, что генерал ВВС Р. Радев пользуется особой поддержкой армии, в то время как Б. Борисов (в прошлом – министр внутренних дел) связан с МВД.

Выборы покажут, насколько в Болгарии сильны антиэлитные настроения и существует ли запрос на очищение от номенклатуры, созданной на этот раз партией ГЕРБ. В региональном отношении победа БСП в Болгарии (в случае прихода к власти в Македонии социал-демократов) может способствовать сглаживанию национальных противоречий, существующих между странами.

Правые «бьют» левых в Хорватии

Региональные выборы в Хорватии (должны состояться летом 2017 г.) обычно служат «репетицией» национальных выборов. Победа оппозиции в регионах традиционно являлась предзнаменованием смены правительства. Однако изменение избирательного цикла в связи с досрочными парламентскими выборами 2016 г. сегодня ставит вопрос в иной плоскости: усилится ли в Хорватии крен в сторону однопартийности?

Результатом кризиса 2016 г. стало то, что всю полноту власти получила правоцентристская партия ХДС. Другая системообразующая Социал-демократическая партия (правопреемница Союза коммунистов), потерпев поражение на пятых выборах подряд, включая выборы в европарламент, вошла в стадию перестройки. 26 ноября 2016 г. был избран новый 37-летний лидер партии.

Спустя 27 лет СДП сходит с центристских позиций, которые занимала в 2000-е гг., и делает заметный крен влево, фокусируя свое внимание на борьбе с социальным неравенством, но при сохранении рыночной экономики. Целевой аудиторией партии должны стать наемные работники, «креативный класс», служащие, работники сферы услуг и образования, то есть наиболее уязвимые слои населения (безработица в Хорватии составляет сегодня 15,8%).

Также социал-демократы обещают представить программу борьбы с демографическим кризисом, что является актуальной темой для Хорватии. Борьба за рождаемость в сегодняшних реалиях, очевидно, подразумевает перераспределение общественных благ от богатых к бедным, а это может угрожать интересам правящего класса, тесно связанного с ХДС. Фактически, это приведет к усилению классовой поляризации. Поэтому, политический выбор между правой и левой опцией может приобрести более принципиальный характер, чем это было в 2000-е гг.

Будущее НАТО в свете демографии

Если перестройка в рядах социал-демократов затянется, а выборы будут проиграны, то республика фактически вернется к однопартийной модели 1990-х гг. с партией правого толка во главе.

Это грозит разрушением созданного в 1990-е гг. компромисса («примирения») между «правыми», находящимися в одной традиции с христианскими демократами 1930-х и национал-экстремистами 1940-х гг., и «левыми», утверждающими преемственность с социалистической Хорватией периода Югославии.

Впрочем, изменения в структуре власти в Хорватии не должны стать проблемой в отношениях с Сербией при сохранении там у власти популистского режима А. Вучича, с которым у лидеров Хорватии в основном существует взаимопонимание. В этом отношении характерна состоявшаяся между ними последняя встреча в Давосе, где лидеры Сербии и Хорватии сделали совместное фото с президентом Украины П. Порошенко.

Словения наслаждается политической стабильностью

Наиболее спокойной является ситуация в Словении, где пройдут очередные президентские выборы. Большие перемены здесь произошли еще в 2014 г., когда по итогам парламентских выборов старожилы словенской политической сцены уступили бразды государственного правления новой партии (партия Миро Церара). «Кризис старых партий» был обусловлен социально-экономическим кризисом, больно ударившим по экономике Словении, и дискредитацией старых партий в связи с коррупционным скандалом, в котором оказался замешан экс-премьер Я. Янша. Таким образом, спустя 3 года вопрос заключается в том, смогут ли функционеры 2000-х гг. взять реванш и вернуться во власть.

Кандидатов можно условно разделить на три группы. Первая – реформисты в рамках существующего курса. К ним относится действующий президент Б. Пахор (партия Социал-демократов, входящая в созданную в 2014 г. правящую коалицию). Вторая – проевропейская либерал-консервативная Словенская демократическая партия (создана в 1989 г.). Баллотироваться будет и Я. Янша – старожил политической сцены, которого можно назвать апологетом существующей системы. Третья опция олицетворяется Словенской национальной партией З. Егличича, стоящей на позициях правого евроскептицизма. Хотя вряд ли от нее стоит ожидать повторения рекордных результатов (в 2007 г. З. Егличич в первом туре набрал 19,16%), они покажут, насколько спокойная приальпийская республика оказалась затронута тектоническим сдвигом на европейском континенте.

Турция усиливает влияние в Македонии

Более сложной представляется ситуация в Македонии, где продолжается противостояние между правящей партией ВМРО и оппозиционной СДСМ. В марте 2017 г. в 84 общинах и столичном округе Скопье пройдут региональные выборы. Однако не они являются главной темой. На повестке дня стоит проведение новых парламентских выборов – по итогам последнего голосования в ноябре 2016 г. правящая партия победила с перевесом лишь 2 голоса (потеряв 10 мест) и не может сформировать правительство.

Тем не менее, региональные выборы должны показать, насколько сильным является падение результатов ВМРО и может ли СДСМ перехватить власть легитимным путем. Обеспечить СДСМ поддержку могут голоса албанцев, если они воспримут призывы лидера партии З. Заева предоставить албанскому языку статус второго государственного и провести федерализацию государства.

Следует обратить внимание и на результаты на местных выборах албанских партий, где «Демократический союз за интеграцию» (крупнейшая партия этнических албанцев) рискует уступить позиции созданной в 2014 г. партии «Беса», поддерживаемой Турцией.

Другим камнем преткновения является попытка ВМРО упразднить институт Спецпрокуратуры (специальный орган, пользующийся особым статусом), деятельность которого по расследованию коррупционных дел сегодня объективно отвечает интересам оппозиции. Заседание конституционного суда по закону о Спецпрокуратуре должно состояться в этом году и может стать катализатором новых волнений.

Проевропейский курс Сербии под угрозой

Выборы президента в Сербии 9 апреля 2017 г. станут вотумом о доверии проевропейскому курсу. Также они будут испытанием для премьер-министра А. Вучича (Прогрессивная партия), позиции которого оказались поколеблены парламентскими выборами апреля-мая 2016 г., по итогам которых в парламент прошли 3 оппозиционные партии.

Предвестником президентской кампании стал нашумевший инцидент с поездом Белград-Косово (Косовска Митровица). Украшенный национальной символикой и лозунгами состав не доехал до пункта назначения под предлогом угрозы безопасности на территории края.

Евросоюз придуман при Гитлере

Данный эпизод отражает проблематику положения для сербского руководства. После подписания Брюссельского соглашения 2013 г. от Сербии ждут в Брюсселе де-факто признания независимости Косова. Кроме того, Белград сам заинтересован в развитии регионального транзита, для чего требуется создание деловых отношений с албанцами. Однако поскольку Сербия не может пойти на уступки одним росчерком пера, требуются демонстративные акции. Хотя сербское руководство сделало ряд грозных заявлений по итогам инцидента, фактически, как отмечают эксперты, это стало поводом для усиления албанского присутствия на севере Косова.

Вместе с тем, хотя сворачивание присутствия Сербии на севере Косова ведется, континентальные тренды показывают, что с этим торопиться пока не стоит. Так что январский инцидент может служить как маскировкой для реализации практических договоренностей, так и основой для начала шумной патриотической кампании.

Не нужно забывать, что основной задачей сербской внешней политики по-прежнему заявлено вступление в ЕС (крайней датой называется 2025 г.). Вне зависимости от реальности этих перспектив, сегодня перед Сербией стоит вопрос изменения конституции под предлогом приведения ее к «европейским стандартам».

В списке возможных перемен фигурируют: сокращение численности сербской Скупщины (что приведет к уменьшению роли оппозиции), расширение автономии края Воеводина, предоставление дополнительных прав нацменьшинствам, снятие положения о Сербии как государстве сербского народа, реформа судебной системы. Возможно и изменение статуса Косова, которое сегодня определяется конституцией как «составная часть Республики Сербии». Говорится и о трансформации политической системы из парламентской в президентскую с А. Вучичем во главе государства, что даст ему полномочия для такого рода перемен.

Но как показала ситуация февраля-апреля 2016 г., когда в Белграде прошли массовые демонстрации (в связи с подписанием соглашения с НАТО о логистике и попыткой Избиркома Сербии не допустить оппозиционные партии в парламент по итогам парламентских выборов), волюнтаристские действия руководства могут повлечь негативную реакцию общественности. Будут ли приняты большие решения, и что предпримет оппозиция – в этом заключаются вопросы, стоящие в 2017 г. перед Сербией.

Отношения «старой» и «новой» Европы обостряются на глазах. Раньше камнем преткновения был вопрос мигрантов, которых наотрез отказывались принимать младоевропейцы из Восточной Европы. Новым этапом противостояния стала фронда внутри ЕС со стороны Вышеградской группы, в которую входят Польша, Чехия, Словакия и Венгрия. Эти страны борются с «брюссельской машиной» и отвергают планы Ангелы Меркель по реформированию ЕС.

Европейская идея — фашистский интернационал

Польша и вовсе отказалась подписывать итоговую декларацию последнего саммита ЕС в знак протеста против «немецкого диктата». В Брюсселе обвиняют Варшаву и Будапешт то в «путинизме», то в «авторитаризме», грозят санкциями, а Люксембург и вовсе предлагал изгнать Венгрию из Евросоюза. В чем глубинные причины раскола в Евросоюзе, как далеко может зайти противостояние и какие козыри есть у Вышеградской четверки? Ведь ее участники получают за счет трансфертов из бюджета ЕС в среднем 15-20% ВВП.

Причины раскола «старой» и «новой» Европы

Европейский союз, столкнувшийся, по словам Ангелы Меркель, с «экзистенциальным кризисом», вынужден решать, куда двигаться дальше в условиях обрушившихся кризисов и Brexit’а. Данный поиск уже сам по себе вскрывает различные линии раскола внутри ЕС. Как известно, серьезные изменения всегда ведут к столкновению интересов, так как создают новых «выигравших» и «проигравших».

Разногласия сегодня обостряются уже не только между северными («кредиторы») и южными («должники») странами Евросоюза, но и между «старыми» и «новыми» европейцами – странами Восточной Европы, вступившими в ЕС уже в новом веке.

Европа демография

Процент мусульман в странах Европы

Есть целый ряд причин для разногласий между «старой» и «новой» Европой, среди которых главные – вопросы экономики и безопасности. В последнее время критически важными для дискуссий о дальнейшем развитии ЕС стали «фактор России» и «фактор Трампа». Несмотря на жаркие дебаты об этих «угрозах», в действительности Евросоюз оказался разделен по линии «старой» и «новой» Европы с самого начала расширения в 2004 г., и этот раскол так и не был преодолен.

Уже с 2004 г. между старыми и новыми членами ЕС обозначились различия в отношении к вопросам безопасности. Так, многие западноевропейские страны не стремились безоговорочно поддерживать военные предприятия США, даже будучи членами НАТО. Здесь уместно вспомнить оппозицию Франции, Германии и России вторжению США в Ирак, после которого многие эксперты заговорили о «конце единого Запада». Или, например, блокирование рядом европейских стран, в том числе Францией, вступления в НАТО Украины и Грузии.

В то же время, младоевропейцы, присоединившиеся к ЕС после 2004 г., связывали решение вопросов безопасности исключительно с НАТО и США, и с удовольствием приняли на себя задачу «сдерживания России», вступив в НАТО и затем в ЕС. Антироссийская риторика служила обоснованием их значимости как буферной зоны, сдерживающей Россию. Во многом именно риторика «новых» европейцев тихо, но верно прокладывала дорогу антироссийским настроениям в ЕС.

Террор НАТО в Европе и США

Второе явное различие между «старой» и «новой» Европой заключается в том, что после вступления новых государств в ЕС они стали получать большую часть субсидий из структурных фондов, внося меньше в общий бюджет. Это вызывает неприятие у населения таких государств как Нидерланды, Франция или Германия, не говоря уже о готовящейся к официальному разводу с ЕС Британии.

При этом младоевропейцы предъявляют претензии самому Брюсселю по разным вопросам, связанным и с экономикой, и с безопасностью, обострившимся в связи с возросшим миграционным давлением на Евросоюз. А Брюссель, в свою очередь, осуждает поворот к национализму в странах Восточной и Центральной Европы.

Вышеградская фронда

Сегодня именно Вышеградская группа, состоящая из Польши, Чехии, Словакии и Венгрии, громче всех бросает обвинения Брюсселю и требует учитывать свое мнение.

Во-первых, «Четверка» позиционирует себя как единую силу, совместно отстаивающую свои позиции перед лицом «старой» Европы. Более того, страны старой Европы периодически высказывают неудовольствие предварительными совещаниями стран Вышеградской четверки перед крупными заседаниями ЕС.

Европа - ресурсы

Во-вторых, некоторые страны Вышеградской четверки, прежде всего, Польша, стремятся продемонстрировать свою состоятельность и демократичность тем, что сами готовы демократизировать своих соседей в западном поясе постсоветского пространства, входящих в программу Восточного партнерства ЕС.

В-третьих, Вышеградская группа недовольна направлением последних изменений Евросоюза, хотя во многом их причина – в резком и масштабном расширении ЕС на Восток. Изначально Вышеградская четверка сплотилась в борьбе против приема мигрантов из Северной Африки и Ближнего Востока по квотам, определяемым Брюсселем. Однако по мере разыгрывающейся «семейной драмы» между Евросоюзом и Британией, на первый план вышли более серьезные проблемы.

Европа «двух скоростей» как угроза

Лидер Евросоюза Германия, и группирующиеся вокруг нее страны «старой» Европы, одновременно составляющие промышленное ядро Евросоюза, приступили к подготовке реформ Евросоюза. К этому подталкивает страх, что выход Великобритании может запустить «эффект домино» и привести к распаду ЕС. Тем более, во Франции, Италии, Нидерландах, да и Германии, растет поддержка оппозиционных партий, ратующих за выход из Евросоюза.

Путь зла

Причем, к обсуждению готовящихся реформ «старая» Европа младоевропейцев допускает неохотно. Это неудивительно, так как перестройка в Евросоюзе может существенно ущемить их интересы. Суть готовящейся реформы заключается в разделении Европы, как минимум, на две группы – так называемых «быстрых» и «медленных» стран.

Идея Европы «разных скоростей» давно вызревала в странах «ядра» Европы. Еще в 2015 г. вице-канцлер Германии Зигмар Габриэль опубликовал статью в журнале Bild о Европе «двух скоростей», где страны-лидеры могут двигаться быстрее по пути интеграции, а «другие могут нагнать их, когда будут готовы». В начале февраля 2017 г. канцлер Германии Ангела Меркель заявила: «История последних лет показала, что в ЕС и дальше будут существовать различные скорости, что не все непременно будут участвовать в тех или иных интеграционных шагах».

В свете готовящихся реформ страны Вышеградской группы опасаются, прежде всего, возможного сокращения финансирования из бюджета ЕС [в среднем достигает 15-20% ВВП стран Восточной Европы – прим. «ЕЭ»]. Они отстаивают идею сохранения в полном объеме выплат из общего бюджета Евросоюза и выступают категорически против идеи Европы «двух скоростей».

Вышеградская четверка играет дрожащей рукой

1 марта 2017 г. глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер предложил пять сценариев будущего развития ЕС со следующими условными названиями: «оставить все, как есть»; «сохранить только единый рынок»; «более глубокая интеграция для тех, кто хочет и готов»; «делать меньше, но эффективнее»; «делать вместе больше».

Ни один из предложенных Юнкером сценариев будущего Евросоюза, по сути, не учитывает цели государств Вышеградской группы, поскольку предполагает деление стран-членов ЕС по способностям и возможностям, что, несомненно, скажется на их финансировании.

Поэтому страны Вышеградской четверки буквально на следующий день, 2 марта 2017 г., приняли свою декларацию о будущем ЕС, которая отвергает любое деление на разные группы стран внутри Евросоюза.

Тем не менее, на руках у партнеров по Вышеградской группе не так уж и много козырей. Да и внутри самой Вышеградской группы существуют противоречия. Например, Чехия и Венгрия более евроскептичны, нежели Польша и Словакия. Хотя даже в Польше недовольные форматом евроинтеграции и предложенными сценариями ее развития впервые начали агитировать за подписание петиции о выходе Польши из ЕС. Конечно, Польша явно не готова к разрыву отношений с ЕС, как, впрочем, и Венгрия.

Однако венгерский премьер-министр Виктор Орбан настаивает на том, что страны Центральной и Восточной Европы должны проводить свою собственную политику и не обязаны всегда считаться с Брюсселем. Стоит напомнить, что на саммите 16 сентября 2016 г. в Братиславе министр иностранных дел Люксембурга заявил о том, что Венгрию вообще следует исключить из состава ЕС по причине несоблюдения европейских ценностей.

Не стоит забывать и о том, что среди всех стран Вышеградской группы именно Польша получает наибольшие субсидии из общего бюджета ЕС, что не может не вызывать вопросов у ее товарищей «по фронде».

Помимо этих противоречий, в Вышеградской группе единственным общим рабочим механизмом остаются консультации представителей четырех стран. Этого хватает для совместных заявлений, но недостаточно для полноценного блока. По вопросу сотрудничества с Россией также возникают разногласия, так как Венгрия постоянно высказывается за активизацию взаимодействия с Москвой и отмену санкций.

Отмеченные различия не позволяют странам Вышеградской четверки выработать свой собственный сценарий будущего развития ЕС. В большей степени они говорят о том, с чем не согласны, и не предлагают свое видение будущего евроинтеграции.

Тем не менее, перед ЕС действительно стоит серьезнейшая задача сохранить эффективную интеграцию, что предполагает и изменения в финансировании стран, и их разделение на группы готовности к интеграции разного уровня и скорости. И Вышеградские страны-бунтари будут вынуждены либо принять сценарий, который предложит «старая» Европа, либо продолжить играть на усиление внутреннего раскола, не имея на руках по-настоящему серьезных козырей, кроме шантажа собой.

http://eurasia.expert/chem-konchitsya-bunt-vyshegradskoy-gruppy-v-es/

http://eurasia.expert/yuzhnaya-evropa-zakolebalas-v-evrointegratsii/

Опубликовано 14 Июл 2017 в 13:00. Рубрика: Международные дела. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.