Начнём с того, что сам я считаю скверными новостями: или Путин действительно верит в либеральную рыночную экономику или он вынужден говорить, что он в неё якобы верит. Начав отвечать на вопросы он закончил выражая безоговорочную поддержку Центробанку и его председателю Набиуллиной, а также не менее безоговорочную поддержку Правительству и его главе, Медведеву. Хуже того Путин объявил, что он верит в то, что силы рынка сами по себя смогут выти из существующего неравновесия. Самое радикальное с чем он согласился, что некоторые шаги можно было бы предпринять и раньше и что они могли быть порешительнее.

Некоторым это может страшно понравиться. Взять Лью Роквелла (Рокуэлла) — он даже заявил, что присудил бы Набиуллиной титул «Глава Центробанка Года». Не все согласятся. Виктор Геращенко, бывший председатель Центрального банка заявил, что если бы он сам оказался в положении Набиуллиной, то попросил бы пистолет, чтобы застрелиться.

Признаюсь сам – эта очевидная вера Путина в рыночное хозяйство привело меня лично в состояние смятения. «Очевидная» потому что может быть там много чего происходит, того, что очам и не видно. Например, пока Путин говорил о «механизмах рынка», Китай довольно настойчиво стал пробиваться вглубь российского экономического кризиса. Для тех, кому развивающиеся события интересны, посоветую следующие источники.

Первое, посмотрите «Перекрёстный разговор» – Сбрасывая Доллар.
Прочитайте  «Иди на Запад, молодой Хан» Пепе Эскобара.
Потом ознакомьтесь вот с этой статьей англоязычного издания «Жэньминь жибао».
А напоследок, вот почитайте вот эту статью в Zero Hedge.

Китайский друг, который и послал мне статью в “Жэньминь жибао” сделал одно весьма примечательное замечание. Он написал:

“Политика “Иня и яня”? Навязчиво кажется, что наблюдаю своеобразные действия по лекалу. Китай и Россия обращаются и к неприятелям и союзникам друг друга, к тем с кем у них не всё гладко, чтобы вовлечь с разных сторон их на евроазийскую орбиту. А Вы как сами считаете? Намеренно-ли это происходят? В начале года у меня на этот счёт были сомнения, но происходит всё это всё чаще и чаще.”

Тут, мне кажется, прямое попадание. У России есть стратегическая заинтересованность в китайской «юаневой дипломатии» внутри ЕС, не только потому, что Китай близкий союзник, а просто потому что Китай – «не США». На этом этапе, совершенно всё, что может ослабить контроль США над их еэсовскими колониями, должно приветствоваться. Один юань вложенный в ЕС равен одному не вложенному доллару.

Это просто пример. Скорее всего Путин знает много того, чего мы не знаем и не может сказать вслух, всего о чём он мыслит или намеревается сделать. Но по моему чисто субъективному впечатлению, у Путина просто нет сил для лобового столкновения с Атлантическими «интеграторами». Михаил Хазин, а он то знает многое, даже недавно заявил, что Атлантические «интеграторы» сидят и в силовых министерствах. Я сам почти уверен, что он не имел в виду Министерство Обороны, поэтому нам остаются только МВД и ФСБ. Если это правда, то это не хорошо. Вот или «это» или Путин действительно искренне верит в либеральную рыночную экономику. Я же определённо в неё не верю.

В Путинской логике есть две нестыковки. Первое, России нужно не меньше, а больше государственного управления и контроля. По крайне мере, я уверен, что сам институт Центробанка отравляет весь организм: он был создан подконтрольным Америке ельцинским режимом для обуздания российской политики (и политиков) и подчинения их международным банковским картелям, мы же можем убедиться, что система действует совершенно. Хоть Путин и может послать бомбардировщики к Мексиканскому заливу, он не в состоянии выгнать Набиуллину, а уж о подчинении Цетробанка речти вообще не идёт. Николай Стариков тут даже сказал о появившейся шутке: «Путин, пошли в Центробанк войска!»

Вот насколько многим русским опротивел наднациональный, ни перед кем не несущий ответственности, чуждый институт. Но всё обстоит ещё хуже.

Выбор свободнорыночного, не зависящего от государственных правил «решения» по просту оставляет Россию полностью в сетях Англо-американской финансовой системы. Ну и как сможет Россия освободиться от «долларового ига» если является частью международной, той самой деноминированной в долларах системы?

Должен Вам сказать, что хотя я с благодарностью опубликовал замечательную «Падение рубля – блистательный ход русских экономических Мудрецов? Чья игра в шахматы?» Петра Кёнига, это один из тех немногих случаев, когда я распространяю что-то с чем сам заведому несогласен. Мне просто кажется, что это не тот случай, что вдруг Путин хитрым приёмом дзюдо отбросит западных плутократов. Мне бы очень хотелось, что бы я оказался неправым, но нутром всё же чувствую, что это не так.

Вообще, при вопросах о Центробанке и Правительстве, Путин совершенно явно переходил к обороне. Противоположность поведения была особо очевидна в сравнении с его блистательными ответами на вопросы по Украине, даже если их задавал крайне враждебный украинский журналист. Ещё раз, и мне приходится повторять это часто, я не пророк и не умею читать чужие мысли. Я не могу поведать о чём Путин мыслит или, что он собирается предпринять. Но мне кажется, что долгие года наблюдения со стороны позволяют мне заявить, что я его чувствую нутром и, что хотя у него есть собственное ясное и оформившееся видение международной политики вообще, а особенно положения вещей на Украине, оно у него отсутствует в отношении экономических проблем.

По Украине его позиция совершенно ясна: «Крым навсегда наш и мы не позволим раздавить Донбасс, да, мы хотим единую Украину, на которой уважаются права всех народностей и областей и что придётся вести переговоры с новороссами, у которых есть право на самоопределение (что оставляет открытой возможность развития событий, когда Россия предпочла бы «единую» Украину в то время как новороссы, имеющие право на самоопределние, желали бы совершенно обратного). Это ясная, прямая и, я бы поспорил, совершенно разумная позиция.

В противоположность ей, в делах хозяйственных у меня возникает впечатление о политике основанной на «вере», ну там – «рыночные силы исправят текущее искусственное положение дел и там через года два   кризис будет преодолён». Трудность тут заключается в том, что сам же Путин тут же заявляет, что Запад манипулирует рынками и тем самым не позволяет рыночным механизмам должным образом действовать. То есть, на самом деле он говорит следующее: « Чтобы искусственно извращать рынки у Империи хватит сил так года на два». Правда? Вот в этом я совсем не уверен. На моей памяти Империя манипулирует рынками уже много, много лет (я бы сказал, с 1971 года).

В итоге, всё что я слышу от Путина, это повторение старого, только «ещё хуже» и мне совершенно не нравится то, что я вижу.

Положение дел, однако, не безнадёжно. Хоть я и считаю, что экономическая политика Путина неправильна, и я и уверен, что Центробанк Российской Федерации является проблемой, а не её решением, у нас не просто бинарный выбор черного и белого: игра по неправильным правилам или игра вообще на чужом поле не обязательно знаменует проигрыш, это просто значит, что в начале партии Вы сделали неправильный выбор.

По крайней мере, всегда можно поспорить, что рубль куда более заслуживающий доверия валюта нежели доллар.

Два, я согласен с тем, что силы рынка уже сопротивляются американским козням и что интеграция Россия и Китая неизбежно поможет всему российскому хозяйству.

Три, ЕС уже находится в состоянии рецессии и если она ухудшиться, а она неизбежно ухудшится, то в пучину будут затянуты многие тесно связанные с ЕС американские банки.

Четыре, совершенно объективно, Россия сидит на осязаемой сокровищнице природных богатств и у неё есть полный доступ к гигантскому рынку Китая. При таком положении дел, задача англо-американцев по изоляции России представляется чудовищно трудной. Поэтому объективно, Путин, конечно, прав в одном: даже если все станет много хуже перед тем как стать лучше, в конце концов все неизбежно обязано стать лучше.

Так кто Путин — гениальный игрок в шахматы? Я бы так не сказал. У него действительно есть послужной список совершенно блистательных шагов, но сейчас видно, что он сам находится в состоянии борьбы. Как и всем мне бы очень хотелось, чтобы он сделал снова блистательный «шахматный ход», вонзил бы Империи в одно место, но я просто не вижу, как это может получиться, по крайней мере прямо сейчас.

Сегодня я видел Путина в обороне, где ему пришлось вложить достаточный капитал народной поддержки и доверия. Он честно признался, что всё могло быть ещё хуже и что орудий для быстрого разрешения кризиса нет. Он обозначил период в два года, что с одной стороны очень мало, а с другой очень много. Два года — достаточный срок, чтобы потерять народную поддержку и очень мало, что бы изменить к лучшему такую огромную страну как Россия.
Самое берущее за душу мгновенье из всех трёх долгих часов это когда Путин стал объяснять, что стоит на кону.

«Я приводил, знаете, на Валдайском клубе так называемом, пример и вспомнил наш наиболее узнаваемый символ – медведя, который охраняет свою тайгу. Вы знаете, в чём дело? Если продолжить такие аналогии, мне самому иногда приходит в голову мысль: может быть, мишке нашему надо посидеть спокойненько, не гонять поросят и подсвинков по тайге, а питаться ягодками, медком. Может быть, его в покое оставят?

Не оставят, потому что будут всегда стремиться к тому, чтобы посадить его на цепь. А как только удастся посадить на цепь, вырвут и зубы, и когти. В сегодняшнем понимании это силы ядерного сдерживания. Как только, не дай бог, это произойдёт, и мишка не нужен, так тайгу будут сразу прибирать. (…)

А потом, после этого, как только вырвут когти и зубы, тогда мишка вообще не нужен. Чучело из него сделают, и всё. Поэтому дело не в Крыме. Дело в том, что мы защищаем свою самостоятельность, свой суверенитет и право на существование. Вот это мы все должны понять.”

Удивительные слова, подтверждающие одну из самых важнейших обстоятельств текущего положения дел: Англо-американская империя и Россия находятся в состоянии войны, в исходе которой или из русского Мишки сделают чучело или Англо-американская империя развалится. Для обеих сторон это война ради собственного существования — или Англо-американская Империя или Русский Мир (Русской цивилизационное пространство), или первое или второе, один из них должен победить другого.

Не первый раз Путин это объясняет, но впервые в его голосе я почувствовал чрезвычайность происходящего, того чего никогда не было раньше. Тут он и предупреждал русский народ и лично просил о его поддержке. Мне кажется он её получит, хоть и не знаю на какой срок.

Источник: http://vk.cc/3hSj6S