Перед лицом неоколониального долгового режима, установленного США, улицы Пуэрто-Рико живут духом сопротивления. Воскресная полночь спустилась на Сантюрс - старый, центральный и рабочий район столицы Пуэрто-Рико, Сан-Хуана, который, как и многие города мира, борется с жестоким неравенством и кризисными переменами. Старики сидят на разваливающихся вращающихся стульях снаружи небольших баров, звучит местная музыка, пожелтевшие газеты на окнах скрывают пустоту магазинов, закрытых из-за экономического кризиса.

И всё же здесь процветают новые компании и экспериментальные общественные пространства, благодаря возродившемуся духу «сделай сам», который отказывается признавать политику жёсткой экономии. Сегодня две небольшие группы выпускников художественных школ, для которых приготовлены места только в туристической индустрии, рисуют на стенах чёрно-белые фрески. «Это не траур, это сопротивление!» - строгим каллиграфическим почерком написано на одной стильной фреске. Эстетика стала визитной карточкой этого неформального коллектива, который состоит почти из одних девушек. Их стиль резко выделяется даже в этом районе, который известен по всему миру своими красочными настенными росписями.

На той же стене появляется и другая работа: черно-белое изображение флага, который символизирует стремление Пуэрто-Рико к суверенитету, впервые возникшее во время скоротечной революции против испанского колониализма в 1866 году в городе Ларес. Горизонтальная ось флага заменена однозначным символом борьбы за независимость – мачете, на котором изображены знаменитые личности долгой истории антиколониального сопротивления Пуэрто-Рико, а также современные местные активисты, которые призывают к свободе. Большинство американцев очень мало знают об этой островной стране и её колониальных отношениях с США, несмотря на многочисленные зловещие новости о долге в примерно 70 млрд. долларов.

С населением 3,5 миллиона человек и примерно такой же диаспорой в различных городах США, Пуэрто-Рико технически считается территорией США с 1898 года. Пуэрториканцы – граждане США, но у них нет коллегии выборщиков, они не могут голосовать за президента, и у них нет избранных представителей в Конгрессе. Хотя на острове есть собственный губернатор, Палата Представителей и Сенат, которые управляют местными вопросами, недавнее взрывное судебное дело подтвердило, что они полностью подчиняются правительству США.

На самом деле, пуэрториканцы были шокированы, когда во время рассмотрения дела в Верховном суде Генеральный адвокат (главный юрист Белого дома) вмешался в дело, показав, что, в отличие от 50 штатов, Пуэрто-Рико не обладает суверенитетом. Люди почувствовали, что их предали. Об этом говорит другая чёрно-белая фреска в нескольких кварталах отсюда: пародия на вездесущий лимонад «Старая Колония» со стилизованным европейским барином в треуголке и лентах. В этой версии аристократа заменили скептической или утомлённой пандой с мачете. Снизу написаны слова: «Старейшая колония».

Старейшая колония.

Часто приходится слышать, как активисты говорят, что Пуэрто-Рико является колонией уже 500 лет – сначала под игом Испании, затем США. Колумб приплыл на этот остров в 1493 году. Он поработил, а затем уничтожил местный народ - таино. Рабство, отменённое только в 1873 году, а затем обедневшее крестьянство, стали главным источником рабочей силы. К моменту американской оккупации в 1898 году пуэрториканцы развили гордую и уникальную культуру рабочего класса, которая опиралась на европейские, африканские и индейские корни и провозглашала равенство и солидарность. Отсюда важность уличного искусства, которое ценит комбинацию эстетического наслаждения и политической остроты.

История колониализма – ключ в понимании сегодняшнего долгового кризиса. Сосредоточившись на соседней прибыльной колонии, Кубе, Испания игнорировала Пуэрто-Рико, что помогло островитянам развивать свои формы сельского хозяйства, забросив плантации кофе, сахарного тростника, табака и других промышленных культур. Местные малые фермеры, поначалу, с оптимизмом восприняли американские претензии на остров к концу американо-испанской войны 1898 года.

Американцы обещали освободить население от колониализма Старого Света, и даже включить остров в демократический союз свободных штатов. Но вскоре эти надежды рухнули, когда стало ясно, что у растущей супердержавы не было намерений отказываться от такого стратегического пункта и позволить радикальным испано-язычным островитянам стать полноправными гражданами США (это случилось только в 1917 году, когда США отчаянно нуждались в пушечном мясе для Первой мировой войны).

Начинающая местная экономика была разрушена в 1913 году, когда Конгресс США заменил песо на доллар в качестве платёжной валюты, установив искусственное отношение 7/10, и выкачав 40% национального богатства. Мелкие фермеры и местные компании были загнаны в долги, а когда улеглась пыль, крупные иностранные и местные землевладельцы владели большей частью земли. Население начало стекаться к побережьям в поисках работы, чтобы купить импортную еду. С тех пор главным экспортным товаром Пуэрто-Рико стали люди. Импортировались же сюда практически все предметы первой необходимости, поскольку на острове было запрещено серьёзное производство. Самые крупные сектора экономики до сих пор находятся в руках посредников, которые поддерживают режим экономической зависимости.

Неолиберальный рай.

На самом деле, нужно долго объяснять, как этот крошечный остров оказался в таком глубоком экономическом кризисе. Хотя местная политическая организация, включая вооружённое сопротивление, привела к автономии и возможности принимать решения, США всегда рассматривали территорию острова как объект эксплуатации. Местное экономическое развитие было направлено на организацию финансового рая (с безумно низкими налогами и нищими, хотя и отлично образованными, рабочими силами) для американских капиталистов.

План развития острова в эру «Нового курса» свёлся к поощрению американских компаний строить здесь магазины, которые приносили некоторое количество рабочих мест, но, в главном, усиливали экономическую зависимость Пуэрто-Рико от американского импорта. Например, в своё время подсчитали, что в случае прекращения импорта, остров смог бы обеспечить себя едой всего на две недели.

Когда, с приходом Рейгана, кейнсианские модели уступили место неолиберальным схемам, островитян заставили раскрыть двери ещё шире. В Пуэрто-Рико перемесились филиалы фармацевтических компаний, кредитные инвестиции в недвижимость и инфраструктуру, которые, главным образом, были нацелены на усиление конкурентоспособности Пуэрто-Рико, по сравнению с более эффективными Мексикой, Китаем и соседними карибскими островами.

Одним из результатов такой ситуации стал следующий медицинский феномен: почти все таблетки Tylenol и Viagra, произведённые для рынка США - родом из Пуэрто-Рико, благодаря абсурдно низким налогам и щедрым льготам для иностранных фармацевтических корпораций. Всё сырьё импортируется, а готовая продукция перевозится на материк, где упаковывается, а затем снова переправляется в Пуэрто-Рико для продажи местным жителям и туристам. Нет смысла говорить, что вся прибыль утекает в кассу корпораций, освобождённых от уплаты налогов.

Из-за расплывчатого колониального закона, весь импорт и экспорт Пуэрто-Рико должны проходить через США, транспортировка должна осуществляться только судами США, с моряками США, а это очень дорого в эпоху глобализма. Самая худшая проблема – в нормальности такого положения. Колониальное подчинение Американской империи дало Пуэрто-Рико определённые привилегии, по сравнению с другими латиноамериканскими и карибскими странами (например, гражданство США позволяет островитянам жить и работать на материке без терроризма Иммиграционной и таможенной полиции). Но это также означает, что из миллионов долларов американских «инвестиций» в Пуэрто-Рико лишь крошечная часть доходит до национальной экономики и инфраструктуры.

Остров используется как перевалочный пункт для капитала США, который умножает себя с помощью дешёвой рабочей силы, туризма, и других легальных и полулегальных механизмов. СМИ США часто ругают коррупцию островных чиновников, обвиняя пуэрториканцев в недостатке культуры, но, в действительности, Пуэрто-Рико работает на максимуме эффективности для колонии. На самом деле, коррупция – отличный механизм современного капитализма, если у вас есть деньги. У корпораций США деньги есть, им коррупция не мешает, а помогает. Таким образом, когда на США обрушились экономические кризисы, для Пуэрто-Рико наступили трудные времена. В 1990-х правительство Клинтона прекратило поощрять американские корпорации перемещать производство на остров.

Взрыв пузыря дот-комов и экономический кризис после 11 сентября привели к тому, что в середине 2000-х Пуэрто-Рико брал в кредит больше, чем мог отдать. Одновременно, кредиторы заставляли правительство снижать налоги, запрещать профсоюзы, приватизировать предприятия, земли и услуги, расширяя коммерческий сектор, в надежде привлечь американских инвесторов.

Поскольку Пуэрто-Рико – колония, государственные ценные бумаги очень привлекательны, и крупные корпорации могут позволить себе дать большие кредиты без существенного риска. Конституция Пуэрто-Рико обещает держателям государственных облигаций (в основном, американским банкам) заплатить долг перед тем, как оплачивать другие государственные обязательства, включая социальные расходы на пенсию и образование. Всё это сделало Пуэрто-Рико чрезвычайно привлекательной страной для спекулянтов.

Можно также поразмышлять о степени моральной опасности: кредиторы понимают, что правительство США не позволит острову отказаться от кредитов и перестать их оплачивать. Пуэрториканские политики, желающие выслужиться перед иностранным капиталом и произвести впечатление на местное население захватывающими мега-проектами, брали кредиты, даже когда они сопровождались огромными процентами, всё более и более смахивающими на ростовщичество. Столкнувшись с экономическим и долговым кризисом, Пуэрто-Рико (как и несчастная Греция) не может сделать то, что естественно для суверенных государств: девальвировать местную валюту. Неолиберальные политики стремились избавиться от кризиса с помощью новых кредитов и спрятать под ковёр огромные суммы долга.

К 2014 году стало ясно, что страна завязла в долгах и не может оплачивать проценты, не говоря уж о самих долгах. Губернатор объявил об этом только в 2015 году, вызвав маленькую финансовую панику и серию действий Конгресса в Вашингтоне. К этому времени большая часть долга находилась в лапах так называемых «хищнических фондов», расположенных, главным образом, в Нью-Йорке. Эти фонды специализируются на скупке долгов разграбленных стран с 99-процентной скидкой, а затем выбивают из них все возможные проценты, мирясь с низкой вероятностью получить весь долг.

Эта жестокая практика привела недавно к серьёзным разборкам с Аргентиной, которая погорела на кредитах 2008 года. В июне этого года Конгресс и различные прокапиталистические силы в Пуэрто-Рико провели запутанную политико-финансовую махинацию и приняли закон PROMESA. Это закон, якобы, предназначен для «защиты» Пуэрто-Рико от хищнических фондов, которые могли заморозить активы острова и завести экономику в безнадёжный тупик. Для страны, в которой запасов продуктов хватит только на две недели, и которая полностью зависит от импорта, это положение равносильно гуманитарному кошмару.

Однако, PROMESA – вовсе не подарок, и даже его сторонники в Пуэрто-Рико признают, что это чудовищный компромисс. Он запускает новую волну сокращений государственного сектора, уменьшений зарплат и расширения приватизации. Кроме того, он создаёт Комитет по фискальному контролю, который будет следить за финансами Пуэрто-Рико, уничтожая видимость суверенитета островного правительства. Всё это раскачивает страну. Времена итак трудные, но они будут ухудшаться. Остров Пуэрто-Рико превратился в неолиберальную утопию и игровую площадку для американских туристов и капиталистов. И этот процесс продолжает ускоряться. Но, в отличие от спокойных 90-х, уже никто не верит, что неолиберализм сможет принести экономическое процветание. Как и в других странах, жесткая экономия предвещает лишь смерть.

Дух и искусство сопротивления.

Конечно, дух сопротивления Пуэрто-Рико остаётся сильным, но впереди не видно никакого ясного пути. В течение многих десятилетий политическая сцена была заполнена спорами между неолибералами, которые защищают нынешний режим (или как они говорят: «исключительные отношения между Пуэрто-Рико и США»), и неолибералами, которые защищают аннексию острова и превращение его в 51 штат США. Левое движение за независимость, которое чрезвычайно популярно среди народа и организаций, говорящих о политическом насилии, занимает третье место в рейтинге политического влияния.

В данный момент почти половина пуэрториканцев живут за чертой бедности, а местная безработица в два раза превышает американский уровень, поэтому многие островитяне ищут лучшую долю в других латиноамериканских странах, и не верят, что свобода принесёт острову процветание. Половина пуэрториканцев живёт в США, поэтому мечты о независимости очень туманны. За последнее десятилетие было проведено несколько референдумов на тему возможного будущего страны, но они заканчивались неоднозначно и, в целом, одобряли пересмотр существующего статуса «содружества» или официальную аннексию и государственность.

Тем не менее, последние юридические вмешательства Белого дома, показавшие, что Пуэрто-Рико остаётся колонией, а также финансовый кризис и закон PROMESA разжигают пламя недовольства. На это надеются работающие по ночам уличные художники. «Мы хотим, чтобы люди видели это и понимали, что они не могут просто сидеть и жаловаться, ожидая, когда кто-то решит их проблемы», - объясняет местная художница. - «Делайте хоть что-нибудь. Дело не в демонстрациях, хотя конечно, мы должны проводить и уличные протесты. Нужно говорить со своими друзьями и родными».

Символические протесты очень важны для страны, где в середине XX-го века было запрещено изображение флага Пуэрто-Рико. До сих пор этот флаг имеет политическое значение. Политика и искусство идут здесь рука об руку, и художники выступают как общественные лидеры. Несколько недель назад эта самая группа художников нарисовала чёрно-белую вызывающе-натуральную дверь в Олд-Сан-Хуане (сердце туристического района), там где всегда изображался пуэрториканский флаг. Они отправили открытое письмо пуэрториканцам и туристам, призывая к солидарности против хунты - Комитета по фискальному контролю, привлекая внимание к авторитаризму и жертвоприношению демократии на алтаре колониального капитализма.

Использование чёрной краски для привлечения внимания к смертельному финансовому саботажу страны завоевало популярность, распространившись по всему острову и пуэрториканским районам в США. Эти молодые художники ищут новые альтернативные выходы из положения, которое представляется их родителям безнадёжным. Вдохновленные национально-освободительной борьбой прошлого, они пытаются превратить открытое пространство в радикальную «дорожную карту» создания лучшего будущего.

В этом смысле, их действия напоминают акции молодёжи по всему миру - от Греции до Гонконга и от Парижа до Нью-Йорка - которая не знает ничего кроме неолиберализма, долгов, коммерциализации и того, что культурный критик Марк Фишер называет «капиталистическим реализмом»: мрачная пропаганда, что мы находимся в «конце истории» и что «нет никакой альтернативы» капиталистическому режиму.

Эти суровые, но изящные фрески открывают портал в другой мир, соединивший прошлое и будущее, в котором «экономика» - не просто результат действий карательной иностранной силы, которая убивает всё самое важное и перекачивает все ценности в карманы олигархов, но и сумма коллективных усилий народа, которые гарантируют мир, свободу, безопасность и совместное благополучие. Тем временем, около Федерального здания к югу от исторического залива Сан-Хуан молодые пуэрториканцы установили лагерь протестов в стиле Occupy, требуя отмены PROMESA. Как и эти художники, они не спят всю ночь, сохраняя пространство открытым для неизвестности, наблюдая, как убивается будущее, и возрождая дух повстанцев прошлого.

http://antizoomby.livejournal.com/489551.html