После террористических актов 11 сентября 2001 г. Президент Дж. Буш-мл. инициировал программу борьбы с терроризмом, в рамках которой был сделан акцент на выявление потенциальных террористов. Эта программа инициировала многие инновации в Интернете, оказавшиеся «обоюдоострым мечом, который можно легко повернуть против федеральных властей».

200 лет американские законодатели «успевали» править старые законы и принимать новые, разрешая коллизии, возникающие в связи с распространением новых технологий. Это позволяло экономистам считать технический прогресс «нейтральным» по отношению к законам развития американского общества. Однако в течение трех последних десятилетий скорость развития ИКТ-технологий, судя по всему, значительно опередила совершенствование правовой базы американского общества.

Опережающее развитие ИКТ-технологий в США открыло дорогу для преступлений с помощью компьютеров, в результате киберпреступления вышли далеко за рамки пиратского использования чужой интеллектуальной собственности. Террористы все шире используют современные ИКТ-технологии (в т.ч. Интернет) как для организации своей деятельности, так и в качестве инструмента нападения. Кроме того выявилась техническая отсталость правоохранительных органов по отношению к возможностям совершения преступлений.

В докладе Исследовательского центра Конгресса США «Продвижение глобальной свободы Интернета» (2013) признается, что на информационном рынке постоянно появляются новые продукты и услуги, которые имеют «непредсказуемые последствия в отношении прав человека». Из-за распространения новых технологий в обществе все чаще стали возникать серьезные правовые коллизии, для разрешения которых действовавшего законодательства не хватало. И поскольку технологии обгоняли законотворчество, разбирательство каждого случая, зачастую затягивалось и приобретало политическую окраску.

Нечто подобное имеет место и в настоящее время. Сейчас в США набирает силу новый крупный скандал между технологическими компаниями и Вашингтоном. Американское общество буквально расколол конфликт между правом и технологиями, иначе говоря, вопрос о праве правительства собирать (перехватывать) чужие персональные данные, с одной стороны, и праве потенциальных преступников на технологии, обеспечивающие их надёжную защиту (privacy), с другой.

Этот конфликт заслуживает отдельного внимания.

В смартфонах Apple, оснащенных старыми версиями операционной системы (ОС), пароль был текстовым, а система не реагировала на его многократный ошибочный ввод (допускалась возможность подобрать пароль с помощью компьютера, и таким образом, получить доступ к содержащимся в телефоне данным). Причём во исполнение судебных приказов соответствующие процедуры корпорации Apple приходилось выполнять десятки раз в год. Об этом в марте 2014 г. заявил главный юрист-консультант АНБ Раджеша Де.

После разоблачений Э. Сноудена между технологическими гигантами и правительством США возникли серьёзные разногласия. Фактически Э.Сноуден продемонстрировал реальные возможности современных шпионских технологий, которыми пользовалось правительство; ему удалось убедить очень многих людей в том, что за ними наблюдают. В целом более трети взрослых американцев изменили своё «онлайновое поведение» (это выявил социологический опрос, проведенный в 2014 г. исследовательским центром «Pew Research Center» — см. график).

Обеспокоенность американцев программами мониторинга их поведения в цифровом пространстве

http://russiancouncil.ru/common/upload/diagr.jpg

Надёжное шифрование персональных данных перестало быть роскошью, оно стало необходимостью. На эту опцию возник спрос, отвечая на который Apple сделала большой шаг в направлении обеспечения сохранности информации своих клиентов.

В 2014 г. в Apple была разработана новая версия ОС – «iOS8», с повышенным уровнем защиты данных. Несколько упрощая, её особенности можно охарактеризовать так: во-первых, ОС стала реагировать на неправильный пароль (если неправильный код будет набран 10 раз подряд, то система автоматически уничтожит находящуюся в смартфоне информацию); во-вторых, новая ОС разрешила использовать в качестве пароля не только какой-либо набор символов с клавиатуры компьютера, но также и иные оцифрованные объекты — фотографии, музыку, внешние сообщения и проч. Надёжность такого пароля резко повысилась, доступ к содержащимся в нём данным можно получить только с разрешения владельца, который имеет право, ссылаясь на пятую поправку к Конституции США, не раскрывать пароль ни Apple, ни ФБР, ни даже Верховному суду.

Сложилась ситуация, когда технологии шифрования «обогнали» американскую правовую систему. ФБР по-прежнему просит, чтобы Apple обеспечила ему доступ к содержащейся в смартфоне информации, (создала и установила как на новых, так и на уже работающих в сети смартфонах ПО, которое позволило бы ФБР обойти пароль), а компания отказывается это делать, поскольку такое ПО понизит уровень информационной безопасности пользователей, что противоречит её маркетинговой стратегии.

В конце февраля 2016 г. федеральный судья Ш.Пим на основании представления ФБР издал судебный приказ, обязывающий Apple создать условия, позволяющие обойти особенности системы безопасности смартфона, принадлежащего террористу (например, с помошью внедрения «задней двери» — программы, разрешающей доступ к информации в обход пароля).

В ответ Apple инициировало общественную компанию, суть которой изложена в открытом письме её генерального директора Т. Кука, объясняющего, почему отказ Apple взломать смартфон террориста, становится прецедентом. Apple просит суд отменить своё решение, нарушающее ее конституционные права и дающее правоохранительным органам опасную власть. В этом письме требование судьи трактуется как «превышение полномочий американского правительства». Т. Кук утверждает, что взлом даже одного смартфона очень опасное дело.

Это угрожает безопасности всей продукции, т.к. в этом случае будет продемонстрирована возможность обхода её защиты, а потому власти могут пойти дальше и потребовать разработки кода для записи разговоров, доступа к видеокамере и отслеживания местонахождения владельца. Компании не известны законы, определяющие когда для обхода защиты смартфона применяются такие хакерские методы, как «задняя дверь». Кроме того, всё ПО смартфона Apple трактует как принадлежащую ей интеллектуальную собственность, которую правительство изменять не имеет права.

New York Times в сложившейся ситуации напомнила изречение Абрама Линкольна: «Мы все выступаем за свободу, но используя одно и то же слово, мы не всегда вкладываем в него один и тот же смысл». Так кто же объяснит, что означает «Свобода» в цифровую эпоху: право шпионить или право надёжной защиты персональных данных?

Из письма Т.Кука следует, что сейчас IT-гиганты, во главе с Apple и Google, в отношении технологического оснащения обоих сторон – государственных органов, с одной стороны, и рядовых пользователей, с другой, фактически играют роль арбитра. Именно от них зависят, как шпионские возможности первых, так и возможности защиты персональных данных у вторых. А потому именно они могут решить, какое соотношение «между мечом и щитом» будет лучше соответствовать интересам общества в целом.

Выступая на слушаниях в Конгрессе США, президент компании Microsoft Б. Смит заявил: «Мы не верим, что искать решение вопроса о технологиях XXI века должен суд, опирающийся на законы, написанные в эру механических калькуляторов. Нам нужны законы XXI века, учитывающие особенности технологий XXI века, нам нужно, чтобы эти законы Конгресс написал». Поэтому наиболее подходящим местом для решения этого вопроса он считает Конгресс – людей, избранных народом и полномочных принять решение (вместе с необходимыми законами).

А что президент? Б. Обама понимает, что ответа на этот сложный вопрос у него нет, и не занимает какую-либо стороны.

После разоблачений Э. Сноудена в 2013 г. он выражал поддержку защите персональных данных пользователей смартфонов. Но он также объявил о необходимости укрепить законодательство, позволяющее взламывать защиту смартфонов в ходе антитеррористических расследований. Начиная с 2010 г. администрация предлагала законопроекты, имеющие целью заставить технологические компании гарантировать ФБР доступ к персональным данным их клиентов. Однако, как пишет New York Times, в 2015 г. администрация отказалась от этих проектов — президент предпочёл не давить на эти компании, а договариваться с ними. Он просто попросил их «затруднить террористам использование высоких технологий».

Противостояние Apple и ФБР вступает в новую фазу — решение вопроса затягивается и, вероятно, будет передано в Верховный суд США. На фоне предвыборной президентской гонки этот вопрос приобретает политическую окраску (Трамп уже весьма определённо высказался в поддержку ФБР). Можно утверждать, что «яблоко раздора» между Силиконовой долиной и Вашингтоном превратилось в очень «крепкий орешек».

http://russiancouncil.ru/blogs/riacexperts/?id_4=2418