Планы Владимира Путина по евразийской интеграции объективно не стыкуются с китайскими стратагемами региональной интеграции Средней Азии — об этом, в ходе виртуального круглого стола «Советы Владимиру Путину», проходящему на базе проекта «Центральная Евразия» заявил доктор политических наук, директор Аналитического центра МГИМО Андрей Казанцев. Мнение специалиста публикуется полностью.

В ближайшей и среднесрочной перспективе (до 3–5 лет) ключевое влияние на политические процессы в Средней Азии, кроме России, будут оказывать США и Китай. Многие эксперты полагают, что именно последние два государства и будут основными конкурентами в борьбе за влияние в регионе, что соответствует ключевым глобальным тенденциям. При этом ЕС будет поддерживать по ключевым параметрам США, а Россия будет сохранятьвоенно-стратегическоепартнерство с КНР. В то же время структура интересов ключевых держав в регионе будет достаточно сложной, а противоречия и «мягкое противостояние» будут возникать даже между ближайшими партнерами (например, Россией и Китаем), делая неизбежной политику гибких альянсов.

Россия в настоящее время воспринимает партнерство с Китаем, в основном, в глобальной перспективе, как экономическую альтернативу западному направлению (интеграция с ЕС) и как стратегический противовес США. КНР в нашем сообществе лиц, принимающих политические решения, не всегда воспринимается в среднеазиатском контексте (о нем просто обычно забывают).

Для Китая Средняя Азия была и остается стратегическим «тылом» по многим позициям — безопасности, энергетике, противодействия Западу (США и НАТО), созданию новых рынков сбыта и источников сырья, транзитным «коридором». Однако этот «тыловой регион» глубоко вторичен для китайцев по сравнению с их океанической, глобальной политикой (инвестиции с Запада, доступ к ресурсам по всему миру). Он связан с развитием отсталых районов самого Китая, особенно, Синьцзяна. В то же время передовые приморские районы связаны с океанической политикой.

В этом плане среднеазиатское измерение взаимодействия РФ и КНР не является главным для обеих стран. Тем не менее, в нем складывается основа для объективного «мягкого противостояния», которое, разумеется, не вытеснит партнерство, но будет модифицировать его по темпам и объему.

Общий объем осваиваемых китайских инвестиций в странах Средней Азии, по разным данным, на 2011 г. составил около 17 млрд. долл. Российские инвестиции в регион незначительны на фоне китайских вложений.

В настоящее время просматривается четкая тенденция к доминированию Китая в торговле Средней Азии. Современный товарооборот Китая со странами региона превышает 20 млрд долларов (большая его часть приходится на Казахстан). По мере увеличения импорта туркменского газа роль Казахстана будет уменьшаться. Во второй половине текущего десятилетия по оптимистическим прогнозам импорт газа из Казахстана и Туркменистана может быть в диапазоне 80–100 млрд кубометров в год.

Сотрудничество в торговле энергоресурсами с таким стабильным «оптовиком» — импортером как Китай, способствует устойчивости коммерческих связей государств Средней Азии на трансрегиональном уровне, а также росту их добывающего комплекса. Помимо углеводородного сырья, Китай импортирует из Средней Азии хлопок и другие продукты для дальнейшей переработки. В свою очередь, Средняя Азия является емким рынком для китайских товаров народного потребления, а также инженерного и промышленного оборудования, строительной и дорожной техники. Развитие экономических связей с Средней Азией стало важной составной частью китайской политики развития СУАР.

В то же время идет абсолютное сокращение торговли между РФ и регионом, хотя со всеми странами Средней Азии Россия сохраняет положительное сальдо во внешней торговле. Экспорт из России промышленной продукции постоянно сокращается, замещаясь китайской.

Идея создания Евразийского союза, изложенная российским премьером Владимиром Путиным, поддержанная президентами Казахстана Нурсултаном Назарбаевым и Белоруссии Александром Лукашенко, воспринятая в Пекине внешне спокойно, на самом деле, как отмечают авторитетные эксперты, вызвала серьезное беспокойство Китая, особенно в плане перспектив реализации китайской модели создания зоны свободной торговли в рамках проекта ШОС.

Как известно, в 2004 г. китайская версия создания такой зоны была отклонена среднеазиатскимигосударствами-членамиШОС и Россией. Сегодня в Китае готовится новый вариант проекта, и планы Владимира Путина по евразийской интеграции объективно не стыкуются с китайскими стратагемами региональной интеграции Средней Азии.

http://www.mgimo.ru/news/experts/document225945.phtml