Пришла пора попытаться понять, что представляет собой Дональд Трамп как кандидат в президенты США. За плотной завесой обильных словоизвержений Трампа, в которых он мало того, что «растекается мыслью по древу», но еще постоянно блуждает, отклоняясь от основной темы, очень трудно отделить рациональное зерно от словесной шелухи, программные заявления – от саморекламы, здравые суждения – от неумеренной похвальбы.

Трамп обязан своими успехами на первоначальном этапе предвыборной кампании тем, что он нарушает все правила игры, и этим-то он и импонирует в первую очередь консервативным избирателям. В отличие от других кандидатов в президенты он рубит сплеча, режет правду-матку, прямо и без обиняков говорит то, что думают и о чем говорят между собой простые люди, но что не решаются вымолвить политики. Стартовая популярность Дональда Трампа отражает крайнее раздражение против истеблишмента консервативной массы, избравшей нью-йоркского миллиардера выразителем своих чаяний, – своим «микрофоном», как очень точно выразился один его поклонник на митинге в Алабаме.

Однако у эмоций ограниченный срок годности. Неизбежно наступит момент, когда избиратели, отдав дань своему протестному импульсу, начнут всерьез приглядываться к кандидатам, прикидывая, кому из них можно доверить самый ответственный пост в стране. А для этого нужно иметь хотя бы приблизительное представление о предвыборной платформе каждого кандидата.

В отношении Трампа это особенно трудно – ввиду того, что бесчисленные интервью и публичные выступления нью-йоркского миллиардера выливаются в спектакли театра одного актера, по которым трудно судить, чем дышит этот человек и насколько серьезно он воспринимает свою миссию. Но в одном чрезвычайно важном аспекте Трамп все же определился, опубликовав свою программу по проблеме иммиграции.

В ее основу положены три принципа:

  • Государство, не контролирующее свои границы, не может считаться полноценным государством.
  • Страна, где царит беспредел, не может считаться полноценной страной. Законы, принятые в соответствии с Конституцией, должны выполняться.
  • Страна, не несущая обязательств перед своими гражданами, не может считаться полноценной страной. Любой иммиграционный план должен быть направлен на расширение занятости, повышение уровня оплаты труда и укрепление безопасности всех американцев.

Основные пункты программы Трампа:

  • построить глухую стену на границе с Мексикой и заставить мексиканское правительство заплатить за нее, например, угрозой обложения мексиканского экспорта особой пошлиной, удержанием части денежных переводов мексиканцев домой и т.п. мерами;
  • утроить численность личного состава Иммиграционно-таможенной службы;
  • обязать работодателей под страхом уголовной ответственности не брать на работу нелегальных иммигрантов, пользуясь системой e-verify (электронная проверка удостоверений личности при поступлении на работу);
  • положить конец чехарде на границе, когда пограничники задерживают лиц, пытающихся нелегально проникнуть в страну, и тут же отпускают их на свободу, предоставляя им возможность вновь попытаться перейти границу;
  • отрезать федеральную финансовую помощь городам, укрывающим нелегальных иммигрантов вопреки федеральным законам;
  • наконец, ужесточить наказания для иммигрантов, остающихся в стране с просроченными визами.

В области легальной иммиграции, в особенности в том, что касается специалистов с высшим образованием, въезжающих по визам H-1B, Трамп предлагает изменить систему с тем, чтобы отдавать приоритет при приеме на работу американским гражданам.

Особого внимания заслуживают два ключевых предложения программы Трампа, о которых и пойдет здесь речь. Одно из них предусматривает депортацию всех нелегальных иммигрантов, второе – пресечение практики автоматического предоставления гражданства «якорным младенцам» – отпрыскам нелегальных иммигрантов, родившимся в США и по этому факту автоматически получающим американское гражданство, тем самым обеспечивая своим родителям-нелегалам право на легализацию. В своей иммиграционной платформе Дональд Трамп предлагает отменить это положение.

Все прекрасно понимают, что «якорные младенцы» – это мошенничество грандиозных масштабов. Из Тихуаны автобусами в Америку едут рожать на американской земле беременные мексиканки; из Китая прибывают самолеты, полные женщин на сносях – с той же целью. Но ничего не попишешь – Раздел Первый 14-й поправки к Конституции однозначно провозглашает: «Лица, родившиеся или натурализованные в Соединенных Штатах и подлежащие их юрисдикции, являются гражданами Соединенных Штатов».

14-я поправка  была принята в 1868 году по следам Войны Севера с Югом с единственной целью наделить гражданскими правами освобожденных рабов, которые до тех пор не считались гражданами. Речь фактически шла об отмене судьбоносного решения Верховного суда США от 1857 года по делу «Дредд Скотт против Сэнфорда», в котором высшая конституционная инстанция страны семью голосами против двух постановила, что ни одно лицо африканского происхождения не вправе претендовать на американское гражданство.

Дональд Трамп и его сторонники указывают, что 14-я поправка не имеет никакого отношения к детям нелегальных иммигрантов, и что если учитывать первоначальное намерение авторов поправки, «якорные младенцы» никак не подпадают под ее действие. Даже самые оголтелые защитники прав нелегальных иммигрантов (вдумайтесь, как это парадоксально звучит: какие могут быть права у нарушителей закона?) не станут утверждать, будто полтора столетия назад, когда проблемы нелегальной иммиграции не существовало как таковой, авторы конституционной поправки, пронзая пытливым взором завесу времени, были озабочены тем, как создать наиболее благоприятные условия для необузданного вторжения в пределы американского государства массы людей, не признающих его законов.

То есть совершенно очевидно: дух поправки не оставляет сомнений в ее смысле. Но кроме духа поправки существует еще ее буквальный текст. А он ясно и недвусмысленно гласит: «родившиеся в Соединенных Штатах». Тем более что Верховный суд США подтвердил абсолютный характер 14-й поправки. В 1898 году, заслушав иск к Соединенным Штатам Вонг Ким Арка, родившегося в Сан-Франциско в семье китайских иммигрантов, суд постановил шестью голосами против двух, что истец по праву рождения автоматически является гражданином США. В американской системе правосудия, в значительной части базирующейся на принципах прецедентного права, это очень весомый аргумент в пользу сторонников буквалистского толкования 14-й поправки.

Значит ли это, что вопрос окончательно закрыт? Нет, существует кардинальный способ его решения: заменить 14-ю поправку новой поправкой с исправленным содержанием, т.е. изменить Конституцию в рамках процедуры, предусмотренной ее Статьей V. Но это значит, что сначала обе палаты Конгресса должны одобрить текст новой поправки, причем не простым, а квалифицированным большинством – двумя третями голосов в каждой палате, вслед за чем легислатуры трех четвертей штатов (38-ми) должны ратифицировать поправку большинством в обеих палатах законодательного собрания. И на всю эту процедуру отводится семь лет.

Отцы-основатели американского государства намеренно приняли такую сложную процедуру изменения конституции: они не хотели, чтобы основной закон страны служил политическим футболом. Потому-то за без малого две с половиной сотни лет существования страны было принято лишь 27 поправок к Конституции (и это с учетом 10 изначальных поправок, составивших Билль о правах). Иными словами, с практической точки зрения шансы на успех путем принятия новой поправки к Конституции исчезающе малы.

Известный консервативный правовед Марк Левин ратует за другой метод изменения Конституции, предусмотренный той же Статьей V, – созыв конституционного конвента. Согласно этому положению две трети (не менее 34) штатов должны принять петицию о созыве конституционного конвента для обсуждения предлагаемых поправок к Конституции. Резолюции конвента должны быть ратифицированы опять-таки тремя четвертями штатов. Но петиции штатов сначала должны быть одобрены Конгрессом, который может – и наверняка не упустит возможности – воздвигнуть на их пути частокол процедурных препятствий. В период 1973-1992 было предпринято 22 попытки выработать и провести через Конгресс правила утверждения процесса созыва конституционного конвента, и все до одной зашли в тупик. Словом, рассчитывать и на этот путь решения проблемы якорных детей нереально.

Итак, складывается впечатление, что детям нелегальных иммигрантов, появляющимся на свет в Америке, суждено и впредь автоматически становиться американскими гражданами, инициируя цепную реакцию переезда в Землю Обетованную десятков их близких и дальних родственников. А нам, похоже, только и остается что последовать известному совету: если акт изнасилования неизбежен, нужно расслабиться и постараться получить удовольствие.

Однако многие юристы считают, что это не так. Вспомним еще раз ключевое положение формулировки соответствующего текста 14-й поправки: «подлежащие юрисдикции Соединенных Штатов». То есть дети, родившиеся в США, становятся гражданами, но только в том случае, если они подлежат юрисдикции американского государства. Однако же их родители, будучи нелегальными (или пусть даже легальными) иммигрантами, – иностранцы, и в силу этого не подлежат юрисдикции США. А поскольку дети обычно автоматически наследуют гражданство от своих родителей (этот принцип известен в юриспруденции под названием jus sanguinis), они не могут считаться гражданами США по 14-й поправке, даже если они и рождены в Америке.

И, между прочим, это прямо подтверждено Сводом законов США – в Параграфе 1401(а) Раздела 8 указывается, что родившийся в Америке ребенок иностранного посла, главы иностранного государства или иностранного военнопленного, не является американским гражданином. (Правда, американское законодательство признает в виде исключения возможность двойного гражданства американских граждан, но на страны Центральной Америки оно не распространяется.)

То есть Конгресс, утвердивший Свод законов страны, уточнил 14-ю поправку, введя в нее исключения. А это в свою очередь означает, что 14-я поправка не является абсолютом. И коль скоро Конгресс уже один раз внес в нее изменения, ничто не препятствует ему принять закон, расширяющий толкование поправки и выводящий из-под ее действия «якорных младенцев». Тем более что Конституция наделила его правом решать, кого считать гражданином США, а кого не считать: «Конгресс имеет право устанавливать единообразные правила о натурализации…» (пункт 4, Раздел 8, Статья 1).

Но неужели кто-нибудь поверит, что у лидеров республиканцев в Конгрессе, у которых колени подгибаются от одного сурового взгляда Обамы, хватит смелости поставить ребром такой трудный вопрос? Не говоря уже о том, что даже если Палата представителей и Сенат по воле провидения все же примут соответствующий законопроект и Обама каким-то чудом не наложит на него вето, поборники открытой иммиграции надежно запрут его в судах. Так что не будем наивны – этот путь решения проблемы «якорных младенцев» тоже наглухо закрыт.

Хотя элементарная логика требует этого. Ведь, наделяя гражданством детей нелегальных иммигрантов, мы фактически вознаграждаем нарушение закона! Представьте себе: бандит ограбил банк и передал награбленное своим детям. Значит ли это, что мы лишаемся права вернуть краденые деньги, потому что, отнимая их у плачущих детей, мы проявляем бессердечие? А ведь именно так аргументируют сторонники либеральной точки зрения: нелегальные иммигранты поселились среди нас всерьез и надолго, это непреложный факт жизни, и ничего с этим поделать нельзя.

И если Трамп будет педалировать проблему «якорных младенцев», на избирателей обрушится шквал телевизионной рекламы, в которой нас будут убеждать в том, что во-первых, проблема настолько несущественна по масштабам, что не стоит внимания, а во-вторых, что от этих милых малюток Америке сплошная польза (приготовьтесь к параду латинос-благодетелей Америки: первых учеников, бравых воинов, мастеров искусств… с трудом удержался от искушения написать «ударников труда», а было бы к месту).

На самом же деле проблема далеко не столь ничтожна, как нас уверяют поборники необузданной иммиграции. Ежегодно в Америке появляется на свет, по разным оценкам, 300-400 тысяч «якорных младенцев». И так год за годом на протяжении многих лет. Учитывая бесперспективность предложения Трампа, но также и серьезность поднятой им проблемы, ему, вероятно, следовало бы занять выжидательную позицию: обещать, что, став президентом, он создаст комиссию для серьезного изучения этого непростого вопроса.

Попутно не могу не отметить, как ловко и слаженно работают левые. Действуя по многократно обкатанной методике, они без промедления попытались табуировать само название «якорных младенцев», чтобы вывести проблему за пределы нормального политического дискурса. Еще буквально вчера это выражение было нейтральным термином для обозначения определенного понятия. А сегодня это уже нестерпимое оскорбление, вопиющее проявление расизма. В один голос завыла, закричала пресса, кампания за запрет «разоблаченного» оборота начала быстро набирать пары. Надо было видеть, какой мукой было искажено лицо репортера испаноязычного телевидения, когда он кричал Трампу: «Да как у вас язык поворачивается произносить ТАКОЕ? Это ни в какие ворота не лезет! Как вам не стыдно?»

Репортер, видимо, был уверен, что убийственное обвинение сработает как обычно: «преступник» разорвет на себе рубаху, посыплет голову пеплом, рухнет на колени и начнет униженно просить прощения. Но не на того напал. Трамп спокойно спросил, какую формулировку предлагает взамен его собеседник. Захваченный врасплох, тот промямлил что-то вроде «младенцы, не обладающие соответствующей документацией», на что Трамп усмехнулся и заметил: «Нет, это не годится. Постарайтесь придумать что-нибудь более удачное, а я пока буду говорить, как говорил: якорные младенцы». Посрамленный репортер с позором ретировался. Молодец Трамп!

Теперь о втором ключевом положении иммиграционной платформы Дональда Трампа – депортации всех нелегальных иммигрантов. Их численность принято выражать цифрой 11,3 миллиона человек, хотя сам тот факт, что эта цифра многими оспаривается и оценки варьируют в широчайших пределах, вплоть до 30 миллионов, свидетельствует о том, что истинной численности этой когорты никто толком не знает, и нам остается только гадать. Но одно ясно – речь идет о громадном количестве, исчисляемом многими миллионами.

Теоретически депортировать большую массу людей ничего не стоит, как многократно подтвердила история с древнейших времен. После Второй мировой войны из Судет и Силезии (подаренной Польше в качестве компенсации за утрату ее восточных территорий, «освобожденных» Советским Союзом) было изгнано 12 миллионов этнических немцев, и никто даже не пикнул. Да зачем так далеко ходить? В период 1929-1936 из Америки было насильно, без соблюдения законных процедур, депортировано в Мексику от полумиллиона до двух миллионов мексиканцев. Так что соответствующий опыт имеется.

Опыт опытом, но нравы меняются, и в наше просвещенное время о принудительной депортации говорить не приходится. Можно себе представить, как разгуляются СМИ, защищая жертвы «фашистского режима Трампа». С экранов телевизоров не будут сходить проиллюстрированные кадрами плачущих детей душераздирающие репортажи о страданиях бедных, ни в чем не повинных людей, которых жестокий диктатор сгоняет с насиженных мест, а то еще хуже – разлучает семьи. И все это под аккомпанемент негодующих воплей о том, что такая варварская, бесчеловечная политика в корне противоречит основополагающим принципам американской демократии. Хиллари Клинтон уже уподобила предложение Трампа Холокосту, заговорив о жутких видениях товарных вагонов, набитых несчастными узниками. Про печи крематориев она пока не упоминала, но все впереди…

Реакцию американского общественного мнения предсказать нетрудно: оно горой поднимется против массового выселения иммигрантов, пусть даже нелегальных. Социологические исследования ясно свидетельствуют, что американцы, вероятно, инстинктивно понимая, что радикально-силовое решение иммиграционной проблемы им неприемлемо, вполне готовы удовлетвориться половинчатым вариантом: закрыть границу, чтобы пресечь дальнейший приток непрошеных гостей, и выработать какую-то формулу постепенной легализации нелегальных иммигрантов, уже находящихся в стране. То есть приехали – ладно, оставайтесь, главное закрыть ворота, чтобы не пускать новых непрошеных гостей.

При этом не следует недооценивать яростного сопротивления всем попыткам решения иммиграционной проблемы со стороны истеблишмента. Это тот редкий случай, когда мы наблюдаем подлинно двухпартийное единство: для демократов каждый нелегал – это их потенциальный избиратель, для послушных воле деловых кругов республиканцев – это пара дешевых рабочих рук (не говоря уже о том, что кто же из элитариев не пользуется услугами дешевых, покладистых садовников, горничных и других категорий испаноязычной прислуги, если можно не платить за них налоги и не покупать им медицинскую страховку?).

Между тем нелегальные иммигранты недешево обходятся американскому налогоплательщику. По данным за 2009 год, собранным Центром иммиграционных исследований (Center for Immigration Studies), 71% семей нелегальных иммигрантов с детьми получают социальную помощь в той или иной форме, причем, как правило, помощь причитается именно их детям. Для легальных иммигрантов этот показатель составляет 52%,  для коренных американцев – 37%.

Столь же густо нелегальные иммигранты представлены и в тюремном населении Соединенных Штатов. По данным Федеральной комиссии по приговорам, в 2014 финансовом году было вынесено в общей сложности 74 911 приговоров, причем из них на долю американских граждан пришлось 43 479 (58,0%), пропорция легальных иммигрантов составила 3017 (4,0%), а численность правонарушителей из числа нелегальных иммигрантов – 27 505 (36,7%). И, разумеется, всю эту массу преступников приходится содержать в тюрьмах за счет налогоплательщиков. Так что говорить о том, какое благо для Америки нелегальные иммигранты, как-то не совсем ловко.

Но это не главное. Главное – это то, что американское общество не потерпит массового выселения людей, сколь бы нежелательными они ни были, какую бы обузу для общества они ни представляли. И все остальные аргументы отходят на задний план. Могучий ураган общественного мнения заглушает любые, самые громкие голоса. Неужели Дональд Трамп, которому никак не откажешь в уме, этого не понимает? Наверное, понимает, но следует полагать, что он избрал столь резкий дебют по тактическим соображениям.

Думается, это ошибка. Китайская мудрость учит, что тигра легко оседлать, но трудно с него соскочить. Трампу будет очень сложно дать задний ход, особенно учитывая его всем известное упрямство и нежелание признавать свои ошибки. Ему, вероятно, следовало бы выступить с более спокойной, но тем не менее достаточно привлекательной для консервативного электората инициативой о сплошной депортации нелегальных иммигрантов-правонарушителей. Вряд ли кто-нибудь станет серьезно возражать против такой меры, особенно на фоне нынешнего потока сообщений о зверских преступлениях – убийствах и изнасилованиях – совершаемых нелегалами. Да и с практической точки зрения такой вариант куда реальнее. Все же речь идет не о миллионах.

Да и вообще, зачем нужны резкие ходы? Ведь на самом деле проблема нелегальной иммиграции решается предельно легко. Основная масса нелегалов стремится в Америку в надежде найти работу. Если такую возможность для них перекрыть, отпадет главный стимул для иммиграции. А для этого нужно лишь настоять на применении штатных законов об электронной проверке права на трудоустройство (e-verify). До сих пор они практически полностью игнорируются. Но как только работодатели убедятся в том, что правительство настроено серьезно, и перестанут брать на работу нелегалов, начнется их массовый отток из страны – та самая «самодепортация», о которой говорил Митт Ромни и за которую его так нещадно бичевала левая пресса.

Иммиграционная платформа Трампа, по-видимому, рассчитанная в первую очередь на внешний, чисто пропагандистский эффект, представляет собой минное поле для кандидата. Но тут нужно оговориться. Для любого другого кандидата целый ряд публичных позиций Трампа был бы политическим самоубийством. Но Трамп – совершенно особый случай. Каждый его «ляп» скатывается с него как с гуся вода, не причиняя ему никакого вреда, – наоборот, его рейтинг только поднимается еще выше. И казалось бы, самоубийственное требование депортации всех нелегальных иммигрантов только прибавило ему популярности.

Как оно пойдет дальше? Долго ли еще продлится медовый месяц Трампа с избирателями? Может ли он реально рассчитывать на номинацию Республиканской партии? Политическое прогнозирование – вообще дело неблагодарное, но в данном случае это верно вдвойне. Если бы речь шла о любом другом кандидате, я бы смело сказал, что шансов у него нет. Но тут лучше помолчать. Потому что речь идет не о любом другом кандидате, а о Дональде Трампе.

Источник: http://vk.cc/49SsLc