Стратегическое долгосрочное сотрудничество нуждается в стабильности рынка. Существенный дестабилизирующий фактор последнего времени — это цены на нефть, вышедшие за пределы естественного коридора волатильности.

Сегодня в нефтяном сообществе нарастает обеспокоенность по поводу снижающихся цен на нефть. К сожалению, имеющиеся отраслевые структуры и институты, такие как МЭА, секретариат Энергетической хартии и иные, не предложили эффективных решений для снятия возникших напряжений на энергетическом рынке. Следует признать, что в последнее время и такие проверенные механизмы, как ОПЕК, начинают утрачивать возможность эффективного воздействия на рынок.

Главная особенность текущего состояния на рынке нефти состоит в том, что фундаментальные, объективные факторы, по нашему мнению и оценкам многих аналитиков и экспертов, не дают достаточных оснований для текущего снижения мировых цен на нефть. Можно отметить в этой связи, что глобальные запасы нефти сейчас находятся на уровне не выше среднего многолетнего.

Если называть вещи своими именами, то по своей динамике текущий масштаб падения цен на нефть в исторической ретроспективе соответствует проявлению мирового экономического кризиса.


важное замечание

Настоящие материалы содержат заявления в отношении будущих событий и ожиданий, которые представляют собой перспективные оценки. Любое заявление, содержащееся в данных материалах, которое не является информацией за прошлые отчётные периоды, представляет собой перспективную оценку, связанную с известными и неизвестными рисками, неопределённостями и другими факторами, в результате влияния которых фактические результаты, показатели деятельности или достижения могут существенно отличаться от ожидаемых результатов, показателей деятельности или достижений, прямо или косвенно выраженных в данных перспективных оценках. Мы не принимаем на себя обязательств по корректировке содержащихся здесь данных, с тем чтобы они отражали фактические результаты, изменения в исходных допущениях или факторах, повлиявших на перспективные оценки.


В то же время сегодня мы не наблюдаем ничего подобного. В 2013–2014 годах мировая экономика демонстрирует темпы роста на 3%, спрос на нефть растёт, в будущем году ожидается ускорение мировой экономической динамики примерно на 0,5 процентного пункта, что достаточно значимо для спроса на нефть.

Факторы нынешнего кризиса

Как нам представляется, то, что мы сегодня наблюдаем на рынке, — следствие совпадения и одновременного действия целой совокупности факторов.

Объективная составляющая наблюдаемого процесса связана, прежде всего, с накопленным с начала года превышением предложения над спросом и укреплением доллара США.

За последние 13 месяцев на рынке образовался избыток предложения — суммарно порядка 29 млн тонн. В то же время масштаб ежемесячного превышения предложения над спросом в этот период не был слишком велик и в настоящее время практически обнулился. Накопленный дисбаланс вряд ли можно рассматривать как критический.

Во второй половине 2014 года ФРС США значительно снизила объёмы «количественного смягчения», по сути, прекратила поддерживать денежную массу на равновесном уровне — в результате произошло укрепление доллара относительно корзины прочих валют.

Подобное изменение монетарной политики не могло не отразиться на цене активов и товаров. По нашей оценке, укрепление доллара США объясняет около 40% снижения цен на нефть. В то же время основной эффект этого фактора уже реализовался.

Изменения на рынке нефти

Сложившийся в этом году дисбаланс спроса и предложения является следствием важных изменений на рынке нефти.

Буквально за полтора-два года пропорции спроса и предложения в мире изменились практически на противоположные: основным источником дополнительного спроса на нефть теперь стали развивающиеся страны, в первую очередь Китай, при этом в основной источник прироста предложения превратились развитые государства, главным образом США.

Такие факторы, как усиление страновой конкуренции и информация о росте запасов в США, во многом носят регуляторный и региональный характер. Следовательно, региональные рынки становятся генератором общего ценового тренда.

Сланцевая революция в США сформировала новый значимый источник предложения нефти в мире, влияние которого на динамику мирового предложения будет существенным ещё, по крайней мере, в течение 3–5 лет.

Согласно оценкам инвестиционных банков, даже при нынешнем уровне цен на нефть прирост добычи сланцевой нефти в США в 2015–2017 годах может составить порядка 2 млн баррелей в сутки, что покрывает более 60% дополнительного мирового спроса на жидкое топливо этого периода.

Существует большая неопределённость в масштабе экономически эффективно извлекаемых ресурсов нефти в низкопроницаемых коллекторах даже в США, не говоря о других частях мира. На нынешнем уровне знания ведущие аналитические центры — Управление энергетической информации минэнерго США и Международное энергетическое агентство — не видят перспектив роста добычи нефти в США, уже через 3–5 лет можно ожидать её стабилизации или последовательного снижения.

В краткосрочной перспективе Соединённым Штатам Америки удаётся не только реализовывать свои стратегические цели по снижению энергозависимости от остального мира, но также транслировать на мировой рынок интересы, потребности и сами принципы организации своего регионального рынка и своей финансовой системы. Главная цель здесь состоит в усилении своего влияния не только в мировых финансах, не только в технологическом развитии, но также и на сырьевых рынках.

Из-за широкого использования хеджирования сланцевая добыча какое-то время продемонстрирует стабильность даже в нынешних условиях. Руководство Агентства энергетической информации недавно заявило, что падение цен до 60 долларов за баррель если и отразится на добыче, то в небольшой степени. Если это так, то сохранение низких цен абсолютно бессмысленно для производителей — они потеряют большие доходы, не смогут увеличить свою долю на рынке, по единству и авторитету ОПЕК будет нанесён сильный удар, а стабилизация рынка так и не наступит.

Несмотря на лёгкий доступ к дешёвым заимствованиям и инвестиционным фондам, за счёт которых капитализируются независимые сланцевые игроки в США, разнообразным секторальным налоговым льготам и субсидиям как на региональном, так и федеральном уровне, сланцевая добыча не видится как долгосрочный стратегический фактор мирового неф-тяного рынка, а используется как инструмент тактического воздействия.

В то же время в краткосрочной перспективе он может существенно дестабилизировать ситуацию, возможно, даже привести к переделу рынка.

Уровни цен, необходимые для стабилизации рынка

Рынок часто склонен преувеличивать такие факторы, расширительно их толковать и распространять на глобальные процессы. При этом надо отметить, что глобальные запасы нефти сейчас находятся на уровне существенно ниже среднего многолетнего.

Важно также отметить, что за месяцы резко — в разы — снизилось количество открытых фьючерсных позиций, и это тоже следствие вполне определённого регуляторного воздействия.

Не вызывает сомнения, что чрезмерно высокие цены на нефть создают определённую нагрузку для развития мировой экономики. Правда, при этом, как правило, не учитываются характер новых запасов, разработка которых требует более дорогих технологий, и мощные мультипликативные эффекты, генерируемые инвестициями в нефтяную и смежные отрасли и способствующие росту мировой экономики. С другой стороны, излишне низкие цены дестимулируют потребителей топлива и энергии, снижают возможности энергосбережения, формируют избыточный спрос на топливно-энергетические ресурсы, снижают возможности инвестирования в воспроизводство минерально-сырьевой базы.

Проблема состоит в том, чтобы сформировать и поддерживать оптимальный для мировой экономики уровень цен, обеспечивающий поставки необходимого объёма ресурсов. Чрезвычайно важна общая ценовая стабильность. Только в условиях относительно стабильных цен возможен нормальный инвестиционный процесс.

Необходимость повышательной коррекции цен на нефть обусловлена высокой себестоимостью значительной части добываемой в мире нефти, требованием сбалансированности бюджета добывающих стран, а также тем обстоятельством, что подавляющая часть крупных компаний способна покрыть свои расходы лишь при цене нефти выше 90 долларов за баррель.

Надо различать специфику нефтяной отрасли большинства стран ОПЕК и России. Ввиду совокупности климатических, логистических и технологических факторов мы не можем изменять уровни добычи немедленно, но способны предпринять меры структурного характера с последствиями в среднесрочном и долгосрочном периоде.

Отмечу сразу, что нынешний уровень цен не критичен для нас. Мы можем передвинуть сроки реализации тех или иных капиталоёмких проектов. Конечно, это отразится на общем уровне предложения нефти.

Важно отметить также явную несостоятельность имеющихся механизмов обеспечения прозрачности на рынке и, как следствие, формирования текущих мировых и региональных цен на нефть. Так, страны ОПЕК декларировали свою приверженность и даже цель деятельности организации — обеспечение баланса спроса и предложения на нефтяном рынке. Но в реальности баланс был во многом нарушен не ожидавшимся рынком ростом добычи в Ливии и Ираке — и ОПЕК не реагирует!

Риски бездействия

Сейчас момент особенно ответственный, так как в I квартале 2015 года из-за сезонных факторов превышение поставок над спросом вновь усилится и, если производители в самое ближайшее время не предпримут согласованных усилий, возможен новый обвал цен.

Сформировать негативные ожидания у игроков рынка могло также увеличение мощности добычных активов, по тем или иным причинам фактически выведенных с рынка, но которые могли бы на него вернуться (Ливия, Ирак, Иран). Этот «навес» до 4 млн баррелей в сутки, конечно же, подогревал ожидание медвежьих настроений. Этому фактору, который выходит за рамки чисто отраслевого анализа, следует уделить должное внимание при выработке наших рекомендаций и действий.

Но фундаментальные факторы важнее. Такие как необходимость доказательного подтверждения ресурсной базы некоторых крупных поставщиков стран Персидского залива. Почему общие требования международных финансовых организаций, договорённости об открытости информации по нефтяным ресурсам не распространятся на всех? Напомню, что Россия несколько лет назад приняла решение об открытости этой информации.

Нам надо также уделить внимание тому, что в сложившейся ситуации на рынке чрезвычайно велика роль субъективных факторов, и именно это позволяет говорить о манипулировании и политической подоплёке рассматриваемых процессов.

Формирование механизмов трансляции интересов одного регионального рынка на мировые сырьевые рынки — это тоже во многом результат целенаправленных действий.

Долгосрочные тренды

Нам необходимо оценивать рыночные тенденции в долгосрочной перспективе: наша отрасль требует именно такого подхода.

Долгосрочная закономерность, обусловленная структурой мировых запасов нефти, состоит в том, что доля ОПЕК в мировой добыче неизбежно продолжит свой многолетний повышательный тренд. С учётом потенциала российского шельфа и трудноизвлекаемых ресурсов уверен, что и Россия наряду со странами ОПЕК и другими независимыми поставщиками будет оставаться стратегическим игроком в обеспечении растущих долгосрочных мировых потребностей.

Направления наших действий

Что касается сегодняшней проблемы разбалансированности рынка, то она требует объективного анализа и рыночной реакции.

Для балансировки спроса и предложения нужны согласованные, скоординированные действия всех или большинства крупных участников рынка.

Не думаю, что нужно говорить о всеобщих квотах и нормировании добычи — структура нефтяной отрасли в разных странах различна и не везде такой подход приемлем.

На текущий момент к нормализации ситуации могло бы привести снижение мирового предложения на 1–2 млн баррелей в сутки.

С учётом анализа рынка мы уже начали сокращать добычу нефти. Можно предположить, что в 2015 году такое снижение составит от 200 до 300 тыс. баррелей в сутки. Конкретные меры будут зависеть от рыночной ситуации и эффективности выработанных ключевыми участниками рынка механизмов.

Речь должна идти о модернизации ценообразования в интересах как производителей, так и потребителей, доступе к инфраструктуре, развитию инструментов торговли, формированию торгуемых маркеров нефти и т.д.

Основные страны-экспортёры нуждаются в уровне цен свыше 85 долларов за баррель. При этом даже те из них, кто сегодня балансирует свой бюджет на этом или более низких уровнях, уже в ближайшие годы будут нуждаться в ценах порядка 100 долларов за баррель!

Многие компании нефтяного сектора тоже нуждаются в ценах такого порядка. В США и Канаде нынешний уровень цен приводит к снижению инвестиционной активности.

Важно отметить, что анализ надо вести не по средним ценам, необходимым для того или иного сектора рынка, а именно по тем его субъектам, которые участвуют в обеспечении спроса, но при этом максимально чувствительны к ценовым шокам. Ведь если они «затормозят» и снизят активность, дело придёт к дефициту и тем самым к взлёту цен.

В целом есть все основания ожидать, что возобновление глобального экономического роста и ответственное — соответствующее рыночному — поведение участников рынка, и прежде всего поставщиков, должно уже в близкой перспективе привести к сбалансированности рынка. Рынки АТР, несомненно, будут расти, и мы будем активно на них представлены.

Таким образом, наша задача — максимально способствовать повышению прозрачности рынка, развитию системы биржевых торгов, дальнейшему формированию долгосрочных отношений, включая обмен активами и долгосрочные контракты.

Для того чтобы избежать манипулирования рынками и избыточного влияния факторов, характерных для одних региональных рынков, на другие, надо смелее диверсифицировать валюты контрактов. В самом деле, почему мы привязываем наши контракты к доллару?!

Мы активно работаем на евразийском рынке и нацелены на его стабильное развитие. Нам надо активнее формировать его рыночную инфраструктуру как фактор стабильности и энергобезопасности. Ведь если одной из целей разбалансирования рынка является «выдавливание» традиционных поставщиков с европейского рынка, его заполнение нефтепродуктами из США, то речь идёт об ударе по конкурентоспособности европейской неф-тепереработки и нефтехимии, и так испытывающим не лучшие времена.

В связи с этим в том числе предлагается перейти к механизму обеспечения стабильности с участием производителей, потребителей и регуляторов.

Существующая неопределённость и отсутствие мер реагирования создают риски для миллионов потребителей, поэтому необходимы универсальные нормы ответственности за нарушение рыночных принципов.

http://www.odnako.org/almanac/material/eri-deshyovoy-nefti-ne-budet/