Как-то, со своим немецким коллегой мы3 отправились на служебной машине из Франкфурта во Францию, для посещения головного офиса нашего французского субподрядчика. Поездка была длительной, коллега был за рулем, мы развлекались обычными разговорами по поводу надежности немецких машин и дискуссиями, что такое Российский автопром и чем отличается “Волга” от “Жигулей”.

Придя к единому мнению, что “Волга” от “Жигулей” ничем не отличается, мы еще немного “поприкалывались” над США за их тупую военную операцию против Ирака со смешным, инфантильным названием “Иракская свобода”, которую проводили в то время американцы. Кстати, выяснилось, что у нас с немцами много общего , по крайней мере мы одинаково снисходительно-насмешливо относимся к тому, что вытворяют США в мире и не питаем иллюзий по поводу надежности российских машин1.

В конце концов, штатно-политкорректные, в таких случаях, темы закончились на погоде,- я пошутил, что Сибирь скоро станет самым комфортным, в плане климата, местом и я застолблю ему местечко там для домика, по знакомству, так сказать,- когда в Германию окончательно придет тропический климат.

Большинство немцев, кстати, обладают превосходным чувством юмора, другими словами – он согласился.

Когда с домиком в Сибири мы уладили, я начал изобретать бытовые, “неоднозначные” темы для разговоров. Касались они, в основном, немецкого жизнеустройства. Во-первых: потому что меня это всегда интересовало, во-вторых: родные немецкие темы наверняка взбодрят его, а мне, почему-то, не хотелось, чтобы коллега заснул за рулем (BMW машина, конечно, замечательная, но я подозреваю, что ездить сама она еще, все-таки, не умеет).

Кто находится у власти в Германии
и объяснение поведения этих людей
в статье
Нравы германской элиты и тайные пружины политики
А также в статье
Болотное дело в Германии

Впрочем, бытовые темы оказались совсем не бытовыми, т.к. напрямую касались не только Германии, но и общих областей Европейской жизни.

Признаюсь, для запуска процесса обсуждения этих вопросов, моего коллегу –немца мне пришлось аккуратно спровоцировать. Аккуратно, потому что, зная “щекотливость” тем, вместо его подозрительного, расслабленно-сонного состояния, не хотелось бы получить противоположную проблему, ведь большинство автобанов в Германии не имеют ограничения скорости…

Провокации, все-таки, дали результат несколько больший, чем я рассчитывал: коллега быстро проснулся, отбросил свою обычную ширму дипломатии-политкорректности, которая стоит на вооружении у любого западного человека, и начал эмоционально, но одновременно обстоятельно и логично, как это умеют делать немцы, рассуждать о реалиях немецкого жизнеустройства. Его, что называется, “прорвало”.

Несомненно, я его с интересом слушал, тем более, что сам все это безобразие и затеял, правда, иногда, с опаской поглядывая на три правых полосы дороги. Почему-то мне казалось, что машины там как-то уж очень медленно начали двигаться. Хотя бывает же, что масса народа просто никуда не торопится…

Фриц (в России это считается оскорблением, но в данном случае, чтобы не “светить” настоящее имя коллеги, я его просто назвал довольно распространенным в Германии именем) быстро ”вскрыл” целый пласт немецких проблем. Совершенно очевидным было то, что он не выдумал их “вдруг” – мысли о них присутствуют в его голове всегда. Однако эта пресловутая ширма-политкорректность мешает мыслям оттуда выбраться. Возможно, общение с русским коллегой, который почти всегда говорит, что думает (по крайней мере, я надеюсь на это) помогло отодвинуть ширму на второй план.

Подробное исследование
о проблеме исламской миграции в Германии
в статье
Мигрантский вопрос в Германии

Честно говоря, вопреки мнению многих моих соотечественников, я никогда не считал Германию раем на Земле, но, однако, не предполагал, что проблем там не меньше, а возможно и больше, чем у нас.

Фриц начал с жалоб на всеобщее ”стукачество”, которое распространено в немецком обществе. Хотя, ему, как немцу, в принципе, это должно уже быть привычным.

Впрочем, постоянные поездки по России, возможно, повлияли на него сильнее, чем я думал, и вывели этого немца из разряда обычных бюргеров.

У Фрица недавно был юбилей, и я довольно быстро понял, почему этот вопрос так живо волновал его именно сейчас, – имея собственный дом с садом, после 10 вечера он не мог издать лишнего звука в саду, так как бдительные соседи всегда держали руку на пульсе, иначе говоря, на кнопке вызова полиции.

Особенно его возмутило то, что во время тихого (как он меня заверил) пикника по поводу своего юбилея, который он организовал с родственниками в собственном саду, неожиданно явилась полиция с просьбой прекратить это безобразие из-за недовольных соседей.

Тогда я подумал, что в России, согласно “свободным западным” СМИ, полиция должна была забрать в кутузку всех скопом , чтобы потом “навешать” какое-нибудь нераскрытое дело, да хотя бы тоже убийство Политковской, а здесь,- всего лишь корректно предупредила домовладельца о недопустимости его действий (придумал ведь, чудак, устраивать пикник в своем собственном дворе).

Если говорить серьезно , у нас, скорее всего, никто бы никого не вызвал, понимая ситуацию: сегодня ты шумишь, завтра я.

На самом деле, “стукачество” не есть какое-то особенное немецкое явление – это типично западная проблема, или возможно благодетель, смотря с какой стороны на это смотреть.

В противоположность западному человеку, у нас, русских, “стукачество” отсутствует в принципе, к счастью или, к сожалению, если смотреть с той же стороны.

Однако, в конце концов, “стукачество” оказалось “детской заморочкой”, когда Фриц начал в красках описывать немецкую бюрократию. С его слов, бюрократия была огромной проблемой и до, но, выросла до гипертрофированных размеров после того, как в игру включился Брюссель. Впрочем, я даже могу это понять на примере наших чиновников: ведь тысячам европейским депутатам надо как-то оправдывать свои немалые оклады.

Кстати, я пришел к заключению, что если нейтрализовать типично русскую бюрократию все-таки можно, используя типично российский бардак, то обойти типично немецкую бюрократию не представляется никакой возможности из-за отсутствия, в принципе, такого понятия как ”немецкий бардак”…

Однако главная проблема, которая волновала Фрица, открылась позже,- особенно сильно его возмущали неконтролируемые потоки эмигрантов в Германию из страны, на курорты которой наши соотечественники любят ездить отдыхать из-за их невероятной доступности (вот и я подцепил эту заразу-политкорректность, – язык не поднимается открыто назвать данную национальность, хотя это были турки).

“Ты представляешь, -говорил он мне,- некоторые эмигрантские семьи не работают уже в третьем поколении, и я вынужден содержать их своими налогами, в некоторых школьных классах количество учеников – немцев составляет единицы, вновь приезжающие эмигранты сразу получают весь пакет социальных услуг: жилье, страховки, пособия и совершенно не стремятся искать работу. А зачем? У них есть бесплатно все то, на что я должен сам зарабатывать, т.е. я должен работать за себя и за “того ленивого парня””.

Кстати, налоги, у немцев, действительно драконовские. Изначально хорошая немецкая зарплата, после вычета всех налогов, превращается в “ничего особенного”, и абсолютно сравнима с нашими средними российскими зар. платами после вычета обязательного 18%-го подоходного налога1.

Меня всегда забавляло, когда наши неискушенные граждане начинают завидовать немецким “запредельным” окладам.

Не скрою, очень хочется посмотреть на реакцию данной категории соотечественников, когда при получении “запредельной” немецкой зар. платы, после вычета всех необходимых налогов, у них на руках останется максимум 40% от дохода1 (Меркель и местный городской мэр, да что там,- все Брюссельские чиновники, наконец-то, узнали бы, где “раки зимуют”).

Но речьсейчас не об этом,- оставим данную тему для обсуждения нашим, вечно недовольным соотечественникам.

Главное, что я не мог понять: почему в такой развитой демократии, как немецкая, я не слышу об этих проблемах в СМИ, почему отсутствует их широкое обсуждение общественностью?

Конечно, я не могу объективно судить о немецких СМИ, так как имел возможность смотреть только англоязычные новости и аналитику, но, тем не менее, Фриц также подтвердил: “Обсуждать данные темы – не политкорректно”.

-Что значит не политкорректно? Что случится, если ты будешь обсуждать эти темы открыто?

-На меня начнут коситься коллеги, затем начальство осторожно предупредит. Потом, если я не сделаю должных выводов, моей карьере придет конец,- кончится все это дело увольнением, под каким-нибудь благовидным предлогом, и устроиться на новое “хорошее” место будет проблематично.

Отлично. Значит, возможность открыто говорить о том, что тебя заботит (а это является одним из основополагающих принципов демократии), может стоить западному человеку снижением социального статуса, т.е. в конечном счете, жизненного уровня и снижением возможности потреблять!!

“Но ведь это не правильно, вы критикуете нашу систему за недемократичность, а у нас, оказывается, свободы на порядок больше чем у вас, как же так?,- недоумевал я, -кстати, смотри за дорогой, там впереди опять какой-то ремонт намечается!!” ( все-таки немцы молодцы,- всегда поддерживают дороги в отличном состоянии, иногда отсутствие бардака приносит и пользу…).

Фриц не смог внятно ответить на поставленный вопрос, по-видимому, стереотипы западного человека ему мешали. Для него всегда было и есть: Россия: это недодемократия, Запад : в любом случае лучше и точка…

Хорошо. Если типичный представитель Западного мира здесь мне не помощник, пусть рулит дальше, тем более главная моя задача, – разбудить водителя, выполнена. Теперь можно спокойно порассуждать на тему западной политкорректности “в одно лицо”, однако не забыть параллельно контролировать, чтобы Фриц не замолкал вовсе, что могло быть нехорошим предвестником….

Что же это за зверь,-политкорректность?

Почему, не из-за угрозы оказаться за решеткой или быть сосланным в Сибирь, а всего лишь из-за риска потерять возможность потреблять в привычном объеме, заставляет западного обывателя замалчивать насущные проблемы?

Замалчивать проблемы- значит идти на компромисс со своей совестью, или, если вам будет угодно, на сделку с системой (государством??),- ты, государство, мне даешь возможность потреблять, а я буду молчать о тех безобразиях, которые у нас творятся.

Как же “западным демократиям” удалось изобрести такой замечательный инструмент, который, с помощью малой крови, способен настолько эффективно управлять обществом?

Даже неглубокий анализ новейшей мировой истории подталкивает к мысли, что политкорректность, как инструмент контроля над “демократическим обществом”, впрочем как и другие аналогичные “ноу хау”, был изобретен американцами.

В свое время, данное изобретение помогло снизить им межрасовую напряженность.

Очевидно, что американский расизм это удар другой стороной палки, под названием рабовладение, который наконец-то отыграл по американскому органу, которым они обычно едят гамбургеры.

Но американцев, как всегда, ничего не учит. Соответственно, новая, вновь изобретенная палка-политкорректность помогла загнать эту проблему на уровень “разговоров на кухне” (заметьте, пока новая палка работает правильным концом).

Конечно, прежде чем найти такое “замечательное” средство контроля, американцы, как положено, методом проб и ошибок, перебрали все возможные методы решения проблемы расизма, включая Ку-клукс-клан.

Под гнетом нового изобретения Системы белому американцу не оставалось ничего, кроме как смириться с существующим положением вещей и молчать (в крайнем случае, “бухтеть” на кухне) в обмен на возможность потреблять, как мы уже выяснили выше.

Теперь, он может спокойно жевать свой очередной гамбургер в заведении фаст фуда, напротив дома, не заходя в “черные” рестораны (кстати, отсутствие “белых” ресторанов – тоже дань политкорректности), обходить неблагополучные, “черные” downtown , как будто их просто не существует, или если бы это были некие темные зоны Х, куда политкорректность закрыла вход (да не особого и хотелось их посещать!!).

То есть, начал отлично работать принцип политкорректности: тебе гамбургер, с тебя лояльность.

Самое интересное во всем этом, что большинство американцев искренне считают, что так и должно быть (наверняка их убедила в этом Система с помощью очередного инструмента, исследовать который еще предстоит)…

Наконец, когда Система “уладила” таким образом, вопрос с расизмом в американском обществе, дядя Сэм понял (а он был не глупым господином), что данное изобретение будет полезно и в других сферах общественной деятельности, что с помощью данной палки можно вести тотальный контроль над каждым американцем, над каждым его телодвижением (помните принцип: тебе гамбургер, с тебя лояльность?)….

Задумано –сделано, политкорректность была планомерно внедрена во все области американского бытия.

Естественно, как и положено нормальному инструменту, политкорректность имеет базовые принципы, которые позволяют ей успешно работать.

В первую очередь, как не странно, это запрет называть вещи своими именами.

Низкие превратились в “непропорционально развитых в длину”, психи в ”неадекватно воспринимающих действительность”, толстые в ”людей с неординарным весом”, тупые в “людей с нестандартным развитием”, негры, почему-то стали “афроамериканцами”. Хотя негров, я бы назвал ”люди с легким оттенком кожи”, это было бы гораздо более политкорректно.

На первый взгляд, данные переименования некоторых вещей ничего не меняет.

Но на самом деле Система ничего не делает зря,- все выверено и отточено. Сущность вещей, как бы, меняется в представлении американцев со сменой названия (помните: как корабль назовешь, так он и поплывет). Назовите свой прекрасный дом” халупой” и вы сразу почувствуете, как меняется ваше отношение к нему: уже не хочется, в очередной раз, украсить холл авторской картиной или повесить красивые занавески, зачем это “халупе”?

Второй базовый принцип инструмента – политкорректности (который отлично согласуется с первым), это запрет на критику некоторых явлений американской жизни. В настоящее время Система наложила табу на осуждение таких явлений, как однополые браки, низкий образовательный уровень “людей с легким оттенком кожи”, склонность данной группы людей к правонарушениям, высокий уровень самоубийств в американской армии и многих других.

Короче, табу наложено на все, что может отвлечь рядового американца от гамбургера и начать использовать свой главный орган по прямому назначению, то есть задуматься,- а может, все-таки, не все гладко в этом королевстве демократическом.

Третьим принципом политкорректности является создание негласных квот для всех необычных групп людей в гос. учреждениях, частных фирмах, колледжах, армии,- короче везде.

По “американским кухням” ходит шутка, что самые высокие шансы найти работу имеет хромая, черная собака – лесбиянка. Принимая на работу такого “сотрудника”, фирма параллельно закрывает большое количество квот (правда, почему-то мне кажется, что собаке будет неудобно сидеть за компьютером, хотя американцам виднее).

В итоге общество, после того, как с ним поработала новая палка, стало напоминать тихое демократическое болото, из которого стало неприличным откачивать грязь. Грязь теперь тихо оседает пластами на дне, совершенно незаметна снаружи и, со временем, станет уже проблемой следующих поколений американцев.

То есть, будущие поколения теперь должны будут получить обратным концом этой палки по тому органу, которым они потребляют гамбургеры (или что там у них будет в ходу из фаст фуда?).

Но я не сомневаюсь, что американцы, естественно методом проб и ошибок, изобретут к тому времени новую палку, ведь они такие кудесники в этой области…

Но это мы несколько забежали вперед,- в настоящее время все палки-инструменты работают более менее исправно, то есть “нужным” концом и по “соответствующему” месту, если не считать отдельных сбоев…

Однако надо знать этот народ: если какой-то, изобретенный ими инструмент,- будь то самая демократичная демократия, или политкорректность, отлично работает (по их мнению), они непременно будут его внедрять максимально широко .

То есть везде, считая наиэффективнейшим инструментом в мире, пока не убедятся в обратном.

Соответственно, дядя Сэм быстро сообразил, что данную бациллу – политкорректность неплохо было бы поставить на вооружение внешней американской политики, для чего она была успешно внедрена, для начала, его европейским партнерам-конкурентам по бизнесу.

К тому же, опыт внедрения аналогичных бацилл у него уже был,- самая демократичная демократия, созданная на кухне Америки, успешно захватывала все новые и новые европейские страны, незаметно подменяя “традиционные” европейские демократии, к счастью, больной, при этом, совершенно не сопротивлялся.

Дядя Сэм мог гордиться собой, в отличии от иракской компании, когда европейцы, вместе с Россией, громко заявили протест Америке, внедренная бацилла политкорректности уже отлично сработала во время событий последних лет: борьбы за независимость Косова, Российско – Грузинской войны и Арабской весны, которая прокатилась по африканскому континенту очередной американской авантюрой.

Работает инструмент, работает,- теперь дядя Сэм может, наконец-то, плотно взяться и за Иран, в перспективе- за Китай, – европейцы парализованы бациллой, больной только может слабо кивать в знак согласия. Пока палка работает отлично, “правильным” концом, цел еще тот американский орган, которым они все реже думают,…пока цел.

Конечно, все-таки, главной целью США по внедрению бациллы-политкорректности, является Россия, которая была и остается главным противовесом американскому влиянию в мире.

Однако здесь процесс у них застопорился, – ни гранты, ни провокации, ни раздача американского гражданства местным российским либералам не сдвигают дело с мертвой точки. Гранты разворовываются (работает российский бардак, работает), провокации игнорируются, американские гражданства наших либералов не столько стимулируют их к подвигам, сколько опускают в глазах россиян.

Да и загадочная русская душа никак не может понять и принять, что “стучать”,- это благо, что семья из двух мужиков, – это круто и почетно. Для нас до сих пор важно, чтобы понятия четко отражали суть предметов: негр – это негр, а дурак – это дурак, мама и папа – это мама и папа, а не родители №1 и №2 и подлеца мы считаем подлецом, а не “человеком с нетрадиционной системой ценностей”…

Что же мы имеем в сухом остатке, в сложившейся ситуации, когда под гнетом политкорректности падает одна страна за другой, и остается все меньше свободных зон: мусульманский мир, Китай, Россия? Получается, что теперь или они нас или мы их?

Получается, что так.

Надеюсь, что все-таки мы их. Потому что, наша система честнее, да и та палка еще в полной мере не работала другим концом по уже практически не думающему органу….

Кстати, мы уже приехали, Фриц опять говорит о погоде, теперь уже французской.

Ну что сказать,- нормальная такая погода,- политкорректная. У нас-то в Росси опять дожди….

http://digitalmetro.us/2012/08/12/demokratiya-i-politkorrektnost/