Выкладываю полную версию своего доклада на научно-экспертной сессии «Партия нового типа: необходимость и перспективы создания в России». Доклад вызвал лютое негодование (проще говоря, батхерт) у большинства присутствовавших экспертов, одержимых желанием "что-то делать". Проблема в том, что большинство из них не понимают: чтобы что-то делать, надо понимать ЧТО делать, и знать КАК делать. Да, еще бы  и УМЕТЬ неплохо, но если первые два условия соблюдены, умение - дело наживное. Но если нет - получится как в поговорке про дурака, которого заставили богу молиться...

Сегодня партии, как часть политической системы – такой же анахронизм, как, например, церковь. Напомню, что в средневековье церковь была важнейшим политическим институтом, но теперь эту роль она в цивилизованных странах утратила абсолютно. Партийная система возникла в Западной Европе в середине XIX столетия одновременно с системой буржуазной демократии и парламентаризмом.

В условиях, когда власть при капитализме стала товаром, политические партии стали предприятиями, торгующими властью. Изначально идеалисты предполагали, что партии станут механизмом выработки общественного консенсуса. У буржуазии (верхов) есть деньги, но нет массовой поддержки, а у низов (пролетариата и широких обывательских слоев) нет денег, но очень много голосов, которые они на выборах отдадут социальным партиям. Интеллигенция и мелкая буржуазия (средний класс) в этой системе оказывались в центре. В итоге должна сложиться система, при которой власть буржуазии (власть денег) легитимизирована через всенародное волеизъявление, но она вынуждена искать компромисс с широкими массами, представленными в парламенте партиями левого толка.

На практике, разумеется, эта схема никогда не работала. Почему? Да просто потому, что в большинстве случаев под флагами рабочих партий депутатами становились отнюдь не рабочие, а жаждущие власти ловкие демагоги и политические проститутки. К тому же, быстро выяснилось, что победа на выборах невозможна без денег – они нужны для функционирования самого партийного аппарата, для финансирования газет и избирательных кампаний. Кто платит – тот и контролирует партию. Наконец, буржуазия быстро смекнула, что проще создавать контролируемые умеренные псевдосоциалистические партии (электоральные коллектора, то есть ловушки) чем иметь дело в парламенте с радикальными революционными партиями.

Именно поэтому ни разу за всю историю европейского парламентаризма к власти не приходили партии, представляющие интересы большинства населения. Да, эти партии получали большинство голосов, но НИКОГДА не представляли интересы большинства. Прекрасная иллюстрация – веймарская Германия, где с 1918 г. почти до прихода к власти Гитлера у власти находились марксисты – крупнейшая в Германии и мире социал-демократическая партия, получающая власть в ходе вполне свободных и демократических выборов. Правительства Эйснера, Эберта, Шейдемана, Мюллера – это были социалистические правительства (с участием центристов). Даже во главе центристского правительства в 1930-1932 гг. встал популярный среди рабочих профсоюзный лидер Брюнинг.

Все годы германской межвоенной демократии социал-демократические правительства расстреливали рабочие демонстрации, урезали социальные права и при этом энергично отстаивали интересы буржуазии, прежде всего, интересы крупного американского капитала, что не удивительно, учитывая, что именно американцы сделали в Германии львиную часть инвестиций. Стоит напомнить, что рейхспрезидент Гинденбург, назначивший главой правительства Гитлера и тем самым положивший конец республике, был поддержан на выборах социал-демократами, которые привыкли чутко реагировать на пожелания своего истинного хозяина – крупного капитала.

Отсюда мы делаем вывод: с самого своего начала партийная система стала инструментом манипуляции в условиях буржуазной демократии. Исключений из этого правила не существует. Конечно, были сотни честных и нищих маргинальных партий, однако никаких шансов на успех они не имели. К сегодняшнему дню система манипуляции массовым политическим сознанием достигла такого совершенства, что между всеми системными партиями в Европе нет никакой разницы в проводимой ими политике – левые правительства в Западной Европе так же как и правые уже четверть века занимаются демонтажом системы социального государства и столь же энергично пресмыкаются перед заокеанским гегемоном. А вот по части насаждения толерастии левые даже действуют значительно энергичнее правых. Источник финансирования у левых и правых – один.

В России партий в европейском смысле слова никогда не существовало. Первые организации, которые называли себя партиями, возникли в самом начале XX столетия. Самые известные  из них – Партия социалистов-революционеров, РСДРП, Конституционно-демократическая партия, Союз русского народа, «Союз 17 октября». Наиболее похожей на политическую партию была партия кадетов – это была своего рода калька с европейских шаблонов. В сегодняшней системе координат ее можно охарактеризовать, как умеренно-либеральную. Ныне либералы-белоленточники выступают исключительно за смену власти в РФ, но не за смену политической системы. Примерно такие же устремления были у кадетов. Они отрицали силовые  методы борьбы, выступали за конституционную монархию – сам монарх им не нравился, но монархия, как таковая, устраивала. Социальный состав партии был представлен, как бы сегодня сказали, средним классом – интеллигенцией, студенчеством, мелкой буржуазией.

Триумф партии – первые выборы в Государственную думу, в которой они получили более трети мандатов – 176 из 499. Во втором составе этого псевдопарламента партия получила 98 мест, в третьем – 53. Лебединая песня кадетов – выборы в Учредительное собрание, где им досталось 15 мандатов, правда к тому времени большевики объявили КДП вне закона. Никаких видимых достижений у кадетов за 12 лет истории нет. Собственно, их и не могло быть, поскольку политическая партия может проявить себя исключительно в условиях буржуазной парламентской демократии.

Если кадетов можно охарактеризовать, как либеральную, левоцентристскую партию, то вплотную к ней примыкала правоцентристская – либерально-охранительная партия октябристов. Октбяристы пользовались неформальной поддержкой правительства – фактически это была модель «системной оппозиции» - своего рода КПРФ, ЛДПР и СР в одном флаконе. «Союз 17 октября» делал ставку исключительно на легальную парламентскую деятельность, не поддерживал забастовочное движение, чем грешили иногда даже кадеты, и вообще, вся деятельность партии сводилась лишь к избирательным кампаниям, это была, говоря сегодняшним языком, электоральная машина. Выборы закончились – партия впала в анабиоз.

ПСР, созданная в 1902 г. получила известность главным образом благодаря своей Боевой организации, возглавляемой двойным агентом Азефом. В наиболее «горячий» преиод 1905-1907 г. эсерами было осуществлено 233 теракта (в числе прочих было убито 2 министра, 33 губернатора, в частности, дядя царя, и 7 генералов), с 1902 по 1911 год — 216 покушений.  Руководящий состав организации был представлен интеллигенцией, подавляющее большинство ее членов во время Первой русской революции составляли рабочие и крестьяне. Во второй думе эсэры получили 37 мест, остальные выборы они бойкотировали, хотя частным порядком в первую думу прошли 23 их члена.

Разгром Боевой организации и разоблачение Азефа фактически похоронили партию. Второе дыхание она получила после Февральской революции – ПСР стала крупнейшей партией страны, насчитывающей миллион членов.

«Союз русского народа» или черносотенцы – это монархическая псевдопартия, по сути – что-то вроде движения «Антимайдан».

Наибольший интерес для нас представляет РСДРП. Существует миф, будто партия была создана в 1898 г на минском съезде, то есть эсдеки стали первой партией в истории России. На самом деле это не более чем красивая легенд. В том съезде участвовало 9 человек, которые фактически представляли лишь самих себя. Они провозгласили объединение марксистских кружков в единую партию, однако вскоре все  были арестованы полицией и свою задумку реализовать им не удалось ни в малейшей степени.

Реально о создании организации можно говорить лишь начиная со II съезда, на котором присутствовало аж 43 делегата и еще 14 «участников» с совещательным голосом. Разделение на большевиков и меньшевиков произошло уже в момент рождения партии.

Что можно говорить совершенно уверенно – ПСР и РСДРП с момента своего образования финансировались, как бы сейчас сказали, «госдепом». Пик финансирования приходился на первую русскую революцию. В 1905 г. эсдеки вели очень бурную деятельность. Вот что пишет участник событий 1905 г. старый социал-демократ С. В. Дмитриевский: «В период революции партия была богата, деньги текли в нее со всех сторон: уже это манило многих…». Думаю, Как только финансирование урезали – партия впадала в анабиоз. Собственно, вся партийная жизнь велась в европейских столицах, где несколько десятков политэмигрантов яростно спорили в пивных о том, кто из них круче и изредка проводили съезды в тех же самых пивных. Если в период первой русской революции социал-демократы провели три съезда, то после 1907 г. наступило десятилетнее затишье. Кто же финансировал мероприятия? В своих мемуарах все видные революционеры этот вопрос обходят стороной. Но порой проскакивают очень любопытные подробности. Читаем мемуары Троцкого:

«Партийный съезд 1907 г. заседал в лондонской социалистической церкви… Начавшийся революционный отлив уже сказался, однако, в ослаблении партийной кассы. Не только на обратный путь, но и на доведение съезда до конца не хватало средств. Когда эта печальная весть прозвучала под сводами церкви, врезавшись в прения о вооруженном восстании, делегаты с тревожным недоумением глядели друг на друга. Что делать? Не оставаться же в лондонской церкви? Но выход нашелся, и совершенно неожиданный. Один из английских либералов согласился дать русской революции взаймы, помнится, три тысячи фунтов стерлингов... Только советское правительство выкупило вексель Лондонского съезда».

Однажды была даже предпринята попытка осуществить самофинансирование – так называемый тифлисский экс, который имел весьма плачевные последствия. Социал-демократическая партия, лишившись источника доходов, стремительно захирела, столичная организация РСДРП за два года сократилась к 1909 г. более чем в 25 раз, составив жалкие 300 человек, считая и большевиков, и меньшевиков. В дальнейшем партийная деятельность внутри России вообще сошла на нет, а в 1914 г. партия вообще прекратила фактическое существование, что признавал даже «Краткий курс ВКП(б)».

Большой ошибкой будет считать, будто большевистская партия была создана до революции, будто бы  она имела руководящий костяк, опытные кадры, идеологический каркас и прочий багаж. Поясняю: большевистская партия была создана в апреле 1917 г., то есть уже в ходе революции. РСДРП, существующая лишь формально, официально распущена в 1917 г. Меньшевики своей партии никогда не имели. Меньшевики и большевики – это не партийные организации, и даже не фракции, а всего лишь «идеологические течения» в социал-демократическом движении. Кстати, течений было предостаточно – отзовисты, ультиматисты, бланкисты, парвусисты, межрайонцы, оборонцы, ликвидаторы…

Никакого, я подчеркиваю, никакого багажа у большевиков к весне 17-го года не было. Как известно в Россию из Швейцарии весной 17-го года прибыл «пломбированный вагон» с русскими эсдеками. На самом деле вагонов было три, в которых проследовали на родину 127 человек – тот самый, с позволения сказать, актив и костяк. Кто может назвать хотя бы пяток фамилий  этих закаленных годами подпольной борьбы революционеров? Я припоминаю лишь четыре имени: Ленин с женой и любовницей и Луначарский. Был еще такой персонаж, как Радек, но он как раз в Россию не поехал, задержавшись в Швеции до октябрьской революции. А вот остальные более 120 еврейских фамилий ровным счетом ничего не говорят нам даже сегодня. Не было никакой партии у Ленина и быть не могло в принципе.

Большевистская партия была создана в апреле 1917 г. В июле была запрещена, в сентябре снова легализована, в октябре уже взяла власть. Когда есть условия – партии возникают из ниоткуда, становятся массовыми в течении нескольких недель и захватывают власть. Не без помощи извне, разумеется. Партия Ленина-Троцкого получала в 1917 г. колоссальное финансирование. Тот самый «госдеп» финансировал. Он и эсеров финансировал и прочих. Но большевики оказались наиболее перспективными «грантополучателями».  После революции советское правительство довольно долго рассчитывалось со своими спонсорами. Из этого краткого исторического экскурса мы должны сделать три главных вывода:

1. Успешную политическую силу можно создать исключительно в благоприятных условиях, то есть условиях острого политического кризиса, революции, или в условиях стабильной парламентской демократии.

2. Ключевое условие успеха – деньги. Нет денег – можно, как говорится, даже не дергаться. В Российской империи существовало порядка 65 политических партий движений и союзов, не считая массы сект, кружков, террористических групп, декларирующих политические цели. Из них лишь упомянутые мной четыре оставили хоть какой-то, пусть даже и номинальный след в истории – эсеры, эсдеки, кадеты, октябристы. Черносотенцы след оставили, но к категории политических партий их отнести, честно говоря, трудно.

3. Идеология партии не значит ничего от слова «совсем». Значение имеют лишь цели и усилия, направленные на их достижение. В этом смысле большевистская партия дает нам пример очень эффективного хамелеонства. Ленин очень тонко чувствовал конъюнктуру и умело под нее подстраивался. Его однопартийцы были в шоке: как так – вчера Ильич провозглашал диктатуру пролетариата, а сегодня орет «Вся власть – советам». Он пользовался марксистской демагогией, но ставил задачи, которые категорически противоречили марксисткому догмату. Особенно крамольным был лозунг о перерастании буржуазной революции в социалистическую – он противоречил базовому постулату марксизма о соответствии производительных сил и производственных отношений.

Если кратко охарактеризовать современную партийную систему России, то она носит даже не манипуляционный характер, а имитационный. У нас ведь демократия имитационная, поэтому и  партии соответствующие. Все системные партии управляются Кремлем, а внесистемные существуют чисто номинально. Практическое их применение осуществляется исключительно в качестве спойлерных партий, да и то только на региональном уровне.

Исходя из этого создавать в России нечто, называемое «партией», какое бы красивое название она не имела – дело абсолютно бессмысленное. Во-первых, потому что нет условий, во-вторых, потому что нет денег. В третьих – потому что построение идеологической партии есть дело физически невоплотимое без мощных средств манипуляции массовым сознанием. Если рассуждать о партстроительстве не абстрактно, а практически, то процесс выглядит так:

1. Ищется заказчик (спонсор, хозяин, инвестор – называйте как угодно), которому предлагается проект достижения конкретной задачи. Если ваши возможности и интересы инвестора совпадают, вы получаете финансирование и можете приступать к конкретной работе

2. То есть формируете штат – костяк специалистов, профессионалов в пропаганде, избирательных технологиях, организации массовых акций (например, хаотов, если вы готовите уличные беспорядки), финансистов, орговиков и т.д. Боже упаси вас пытаться формировать команду по принципу личной преданности лидеру или идеологической близости – это 100% гарантия краха. Идейные союзники перегрызутся между собой уже через час, причем по исключительно третьестепенным вопросам вроде цвета партийного флага Лично преданные хомячки обычно смотрят своему гуру в рот и никогда с ним не спорят, но они недееспособны.

3. Ведется электоральная работа, то есть формирование в обществе сторонников партии. В зависимости от целей партии – участив  выборах или свержение режима путем партизанской войны работа ведется не вообще, а именно с целевыми группами. Надо понимать, что «общественная поддержка» практической ценности не имеет в любом случае, она нужна лишь как ширма. Мы живем в обществе спектакля, по определнию Ги Дебора, поэтому спектакль должно делаться профессионально. Побеждает тот, кто делает лучшее шоу, а не тот, у кого в партийной программе написаны правильные вещи.

Сегодня в России нет национальной буржуазии, 70% экономики контролирует кооператив «Озеро», поэтому парламентские партии классического типа у нас невозможны. Электоральные партии невозможны абсолютно. Только вождистские, и никакие иные!

Если утрировать, то есть два источника финансирования – Кремль и «госдеп», причем второй – лишь перспективный источник. Если бы заграница финансировала бы в России хоть какие-то политические силы, они хоть как-то проявляли себя. Но все, что мне известно – происходит питание по капельнице впавших в кому представителей «пятой колонны» - либеральная оппозиция законсервирована. Нужду в ней испытывает разве что Кремль (нужен образ врага), поэтому ничего удивительного, что именно администрация президента инициировала громкие «антикремлевские» проекты. Один из таких успешных проектов, ныне успешно слитый - прохоровская "Гражданская платформа". Это, кстати, реальный образец  партии нового типа, технологически проект был очень хорошо продуман.

Если смотреть правде в лицо, финансировать политическое движение в РФ может только Кремль, в том числе и имитационные антиправительственные движения (общество спектакля – таковы законы жанра).  Потому любые потуги создать в России очередную, 100-какую-то по счету партию сегодня заранее обречены на провал. Это утверждение можете считать аксиоматическим.

Да, в России существует обильная микрофлора – сотни партий, союзов, движений, ассоциаций, тайных обществ, сект и даже боевых организаций. Но все эти объединения носят микроскопический характер и их суммарная дееспособность равна нулю. В случае, если какая-то организация проявляет потенциал хоть минимально, превышающий нулевую отметку, она либо уничтожается, либо встраивается в кремлевский пул. Достаточно вспомнить, например, Партию пенсионеров.

И еще хочу сказать вещь, которая, возможно, многих шокирует. У большинства существует глубочайшее заблуждение, что можно создать партию, и опираясь на массовую поддержку ее членов (сторонников, сочувствующих, хомячков и т.д.) совершать с их помощью некие политические действия. Это чушь. В любой партии самая большая проблема – это наличие членов. В КПРФ – там руководство примерно 90% всех усилий тратит на борьбу со своими членами. Непрерывно идет поиск и зачистка любых лиц, которые хотя бы потенциально могут создать угрозу руководству. В итоге любые «живые» элементы из партии выдавливаются, остаются только хомячки, циничные карьеристы и старые маразматики – такова цена, которую приходится платить за «единство партии».

Даже в «Единой России, с которой я много работал, единственную проблему создают члены партии, не смотря на всю их хваленую партийную дисциплину и административный ресурс. Члены партии там проявляются исключительно в ходе праймериз – и они умудряются голосовать не так, как надо, а так, как им хочется. В итоге там, где избирательные списки ЕР формируются демократическим путем (это исключительно на местных выборах), партия терпит провалы. Это, действительно, маразм  – доверять партийцам формировать кандидатский пул. Оценить шансы кандидата на успех могут только профессионалы, а массовка глупа и легко манипулируема.

Так вот, из этого следует вывод, что создавать демократическую партию, состоящую из живых людей, тем более идейных – это заведомо тупиковый путь. Дееспособной может быть только группа профессионалов, внутри которой царит жесткий тоталитаризм, группа, никак не зависимая от партийной массовки, группа, располагающая большими ресурсами. Только такая организация гипотетически способна достигнуть поставленной цели. Но согласитесь, что к партиям в общепринятом смысле такая структура отношения не имеет.

Это я вам говорю, как практик, а практика – единственный критерий истины. Романтикам и теоретикам в партстроительстве делать нечего.

http://kungurov.livejournal.com/133485.html