То есть у нас, конечно, есть живописные графики цен на ресурсы. Но всё-таки снижение цен на ресурсы (старательно избегаем слова «дефляция») – процесс слишком опосредованный и сложный, чтобы делать однозначные выводы. Тем более если касаются они экономики отдельно взятой страны.

Зато у нас есть некоторые показатели, которые прямо характеризуют экономическую ситуацию в Китайской Народной Республике. Более того, учитывая неоднозначную оценку достоверности китайской статистики в целом, нам стоит ориентироваться на индикаторы, в адекватности которых мы можем не сомневаться. Поскольку, как будет показано дальше, есть веские основания сомневаться в «основных» макроэкономических показателях Китая.

В данном случае я не ставил целью сделать какой-то широкий, претендующий на полноту обзор. Во-первых, я не настолько знаком с китайской экономикой; во-вторых, сам масштаб этой задачи требует очень больших затрат времени. Я лишь привожу несколько иллюстраций, которые, на мой взгляд, достаточно красноречиво и «без прикрас» показывают складывающуюся ситуацию.

Еще одна важная причина для Китая
воевать с кем угодно
в статье
Экология Китая - проблемы

Итак, начнем. И начнем с товарного импорта. Я уже касался этой темы некоторое время назад. Мне нравится этот показатель – в первую очередь потому, что органы статистики не заинтересованы в его искажении, да и махинации здесь затруднены. Предприятия, в свою очередь, не заинтересованы в его завышении - на импорт начисляется НДС. Помимо достоверности, к достоинствам этого индикатора можно отнести встроенность во множество экономических процессов, а также чувствительность к текущей конъюнктуре.

О чем нам говорит импорт?

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/144169/144169_original.png

В таком виде – толком пока ни о чем. Как утверждают эксперты, в ответ на снижение цен на сырьё Китай усиленно скупает ресурсы. И выводы из этого могут получиться взаимоисключающие – то ли слабый спрос КНР уронил сырьевые цены, то ли КНР, напротив, загребает всё, до чего может дотянуться.

Поэтому мы модифицируем данные по валовому импорту таким образом, чтобы они дали более четкую картину внутреннего состояния китайской экономики. Для этого мы исключим из импорта наиболее важные сырьевые товары: энергоносители, металлы, продовольствие и т.п.

Закулисье китайской политики
объяснение в лицах и подводных течениях
в статье
Кто управляет Китаем?

Всего было исключено 15 товарных групп. Их список, коды по Harmonized System и некоторые детали:

Исключенные товарные группы с кодом HS и долей в импорте в 2013 г.:

27 Mineral fuels, oils, distillation products, etc (16,1%)

26 Ores, slag and ash (7,6%)

39 Plastics and articles thereof (3,7%)

29 Organic chemicals (3,4%)

12 Oil seed, oleagic fruits, grain, seed, fruit, etc (2,2%)

74 Copper and articles thereof (2,6%)

71 Pearls, precious stones, metals, coins, etc (0,9%)

72 Iron and steel (1,1%)

28 Inorganic chemicals, precious metal compound, isotopes (0,5%)

52 Cotton (0,9%)

73 Articles of iron or steel (0,5%)

10 Cereals (0,3%)

15 Animal,vegetable fats and oils, cleavage products, etc (0,6%)

76 Aluminium and articles thereof (0,4%)

02 Meat and edible meat offal (0,3%)

Статьи импорта, доля которых была менее 0,5%, за небольшими исключениями, не рассматривались.

В общей сложности доля исключенных статей в 2013 г. составляла 41,1%.

Кто принимает решения в Китае
и от чего зависит его политика
в статье

Экспертные центры Китая и внешняя политика

Здесь может возникнуть вопрос: насколько оправдано исключение данных статей из импорта, если в качестве альтернативы можно было бы пересчитать товарные потоки в постоянных ценах?

На выбор варианта повлияли следующие доводы:

1. На первое место, без сомнения, ставим трудоемкость расчетов. Которая увеличивалась бы на порядок; на мой взгляд, без существенного выигрыша в точности.

2. Выше уже упоминался фактор наращивания запасов в условиях низких цен. Более того, в Китае существуют масштабные государственные программы по созданию стратегических резервов сырья, работающие вне зависимости от конъюнктуры. Наконец, упомянем использование сырьевых запасов в различного рода финансовых операциях, в качестве залога. По оценке Goldman Sachs, кредитные потоки по таким сделкам с 2010 по 2013 составили от 81 до 160 млрд. долл. США. Для сравнения, стоимость импорта меди за указанный период составила 205 млрд. долл. США. Все эти особенности существенно искажают оценку адекватного спроса экономики на данные товары.

3. Наконец, меня интересовали не только количественные характеристики импорта, но и качественные. Высокие темпы роста потребления металлов соответствуют определенной экономической модели – модели, опирающейся на инвестиции и сильную централизацию. Но будущее Китая – это иная модель. Именно для того, чтобы понять, в каком состоянии находится эта новая модель, и была предпринята попытка «очистить» импорт от сырьевой составляющей.

Особенности китайской психологии и поведения
объясняющие поступки политиков и поведение государства, в статье
Сохранение лица в китайской культуре

В результате мы получили модифицированный показатель импорта. В модифицированном показателе значительно увеличена доля товаров, ориентированных на удовлетворение потребительского спроса, предназначенных для экспортоориентированных отраслей, а также высокотехнологичного инвестиционного импорта. Полагаю, что такой показатель будет гораздо адекватнее отражать насущный спрос китайской экономики, устойчивость ее роста и развитие потребительского сектора.

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/144502/144502_original.png

В целом – да, несомненно адекватнее. Периоды высоких цен на нефть просматриваются невооруженным глазом. Однако будем снисходительны к китайской экономике и применим к полученной серии поправку на индекс доллара. Во-первых, широта внешнеэкономических связей Китая делают такую поправку как минимум желательной. Во-вторых, так мы можем устранить некоторую часть колебаний цен на сырьевые товары, которые не были исключены на предыдущем этапе.

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/144790/144790_original.png

Вот теперь данные нам говорят, и говорят они нам о долгосрочном тренде. Красивый тренд, ровный, за исключением понятного провала в 2009, который был преодолен к концу 2010. И рос «core import» по этому тренду в среднем на 11,6% в год. Вплоть до мая 2013. Вполне достойный темп для экономики, росшей (тоже в среднем) на 10,3% в год.

А с июня 2013 мы видим совсем иную картину. Малоприятную. За два с лишним года импорт увеличился в общей сложности лишь на 5,8%. Это не похоже на шок осени-зимы 2008 с острым падением. Зато это очень похоже на затяжную стагнацию.

Отношение китайцев к иностранцам и чужеродным элементам
в статье
Расизм в Китае

Чтобы подкрепить выводы о глубоких внутренних проблемах китайской экономики, привожу данные по импорту отдельных важных групп высокотехнологичных товаров:

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/145043/145043_original.png

Быстрый рост импорта вплоть до 2013. Далее – в лучшем случае стагнация.

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/145368/145368_original.png

Снижение импорта почти на 20% (!) с 2011 года. Добавим, что с 2006 по 2011 импорт товаров данной группы вырос в 1,83 раза. Более того, в 2009 году мы видели снижение по этой группе лишь на 12,2%.

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/145450/145450_original.png

Максимум был достигнут в 2013, далее – снижение.

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/145769/145769_original.png

Транспортные средства были одной из немногих групп, демонстрировавших рост и в 2014. Однако в 2015 мы видим очень сильный провал.

Доступные мне аналитические данные ограничиваются августом 2015 года. В последующие месяцы валовый импорт Китая был довольно стабилен (со снятой сезонностью). В условиях снижения цен на нефть в ноябре 2015 мы теоретически можем предполагать некоторое улучшение фактического спроса. Даже если это так, увеличение является небольшим и не позволяет делать какие-то серьезные выводы.

Подождем с более серьезными выводами и мы – сначала посмотрим на еще один макроэкономический индикатор. Который прямо никак не связан с импортом, но тем не менее очень хорошо согласуется с его динамикой.

Это прибыль предприятий обрабатывающей промышленности. Маловероятно, чтобы этот показатель был включен в планы китайских пятилеток, соответственно, мотивов к его искажению у органов статистики нет. С другой стороны, мотив к завышению прибыли может существовать у предприятий – чтобы облегчить себе доступ к кредитным ресурсам. Впрочем, даже с этой оговоркой имеющиеся данные выглядят весьма красноречиво.

Благо таких поправок, как в случае импорта, вносить нет необходимости:

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/145975/145975_original.png

Для сравнения, так выглядела ситуация в 2006-2010. Данные этого и предыдущего графика несопоставимы – поэтому смотрим на динамику внутри каждого периода:

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/146213/146213_original.png

Обратили внимание на 3-4 кварталы 2008 г, в которых «китайская экономика росла на 7,1%» (с) Госбюро Статистики Китая? Тем не менее, уже к третьему кварталу 2009 прибыль «обработки» полностью восстановилась и продолжила расти крайне высокими темпами. В среднем в 2006-2010 прибыль увеличивалась на 25% в год – и это с учетом слабейшей внешней конъюнктуры в конце периода.

А вот в 2011 эта модель сломалась – причем без явных внешних шоков. Правительство, понимая, что что-то идет не так, таки выкатило в сентябре 2012 стимулирующий пакет размером в 1 триллион юаней. И хватило его тоже на полтора года. Но, поскольку пакет-2009 был в 4 трлн. юаней, рост прибыли за эти полтора года оказался кратно меньше.

Сейчас прибыль предприятий обрабатывающей промышленности находится на уровнях двухлетней давности. По отношению к первой половине 2011 – выросла на 29,4%. А теперь сопоставляем.

Индекс промышленного производства. Вырос по отношению к первой половине 2011 на 39%. За последние два года – более чем на 12%. Однако номинальная добавленная стоимость промышленности с 2011 росла еще медленнее, чем прибыль «обработки» - около 25% за 4,5 года. Стоп, а ведь это значит…

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/146570/146570_original.png

…Что призрак дефляции таки материализовался, и не где-нибудь, а в Китае! Причем, начиная с 4 кв. 2014, в секторе творятся буквально лютые вещи. Правда, этот же сектор, как ни в чем не бывало, продолжает «наращивать производство на 6% в год» (с) Госбюро Статистики Китая. И самое интересное, «средний доход трудовых мигрантов растет на 9,1% за год» (с) оно же.

К сожалению, Госбюро не публикует данных о заработной плате в разрезе секторов экономики. Однако промышленность всегда была одной из основных сфер занятости мигрантов. И, выбирая между ростом зарплат и дефляцией ДС, я бы склонялся к большей реалистичности первого.

Продолжаем сопоставление. Инвестиции в основной капитал. С начала 2011 г. увеличились на 93%. За последние два года – на 18,5%. Без комментариев.

Наконец, мы закономерно подошли к такой вещи, как долг. Исследование Рейтерс показало, что отношение долга к core profit для компаний сектора Basic Materials выросло с 2,8 до 5,3; сектора Industrials – с 2,5 до 4,2; энергетического сектора – с 1,1 до 4,4 на промежутке с 2010 по 2014 год.

Опять же, я не располагаю данными по кредитованию секторов экономики. Но последняя информация по экономике в целом также может указывать на дальнейшее увеличение кредитной нагрузки. За 11 месяцев 2015 кредит экономике увеличился на 14,9% по сравнению с прошлым годом. Однако бесконечно расти кредит в таких условиях не может. Несмотря на серьезные меры Народного Банка Китая, направленные на монетарное смягчение, уже видны признаки охлаждения кредитного рынка. Прибыль предприятий "обработки" показывает, что Китай мог уже пройти момент, когда отдача от приращения долга становится отрицательной. Не за горами ситуация, когда издержки борьбы с делевериджем перевесят негативные последствия самого делевериджа.

Теперь покажем, что стагнация прибыли затрагивает практически все отрасли, а не является результатом крупных убытков в некоторых отраслях. Для этого сгруппируем отрасли по средней динамике прибыли на двух периодах: 2012-2015 и 2007-2010. Последний – по сути, кризисный отрезок, тем не менее:

http://ic.pics.livejournal.com/giovanni1313/50472229/146807/146807_original.png

Вот такие «веселые картинки». Только вопросов они оставляют намного больше, чем дают ответов. И вопросы к адекватности данных Госбюро Статистики – далеко не самые важные. Есть и куда более серьезные вещи.

Как минимум, мы должны задаться вопросом: насколько высока эффективность инвестиций в обрабатывающую промышленность, если эти инвестиции практически не транслируются в рост прибыли? Как минимум, мы должны задаться вопросом: насколько оправдан кратный рост долговой нагрузки в условиях стагнирующей прибыли и насколько большие риски накоплены в финансах предприятий?

И это только начало. Потому что рассмотренная выше динамика импорта прекрасно дополняет данные по прибыли обрабатывающего сектора. Потому что мы могли бы сказать: прибыль предприятий «съедается» за счет возросшей конкуренции с импортными товарами. Или мы могли бы сказать: импорт стагнирует, поскольку активно развивается местное производство. Но, увы, оба индикатора движутся синхронно и в одном направлении.

На этом с цифрами и графиками закончим. Дальше будут субъективные оценки.

На мой взгляд, за этими последними краткосрочными экономическими циклами отчетливо виднеется более глубокая проблема. Китай исчерпал возможности той модели роста, которая и послужила основой для его 30-летнего экономического чуда. И исчерпаны эти возможности были уже в 2013 году. То, что мы видели позже – это отсутствие у Китая другой модели, позволяющей продлить «экономическое чудо» еще на десяток лет. Подчеркну: дело не в отсутствии таких моделей, дело в их неспособности сотворить «экономическое чудо».

Старая модель не была уникальной – рецептов «экономических чудес» немного. Это индустриализация, импорт технологий, высокая норма инвестиций и т.д. У Китая это «блюдо» получилось лучше, чем у других. Удачное время, удачное место – глобализация, «поднявшая лодки» Японии, Ю. Кореи, Тайваня и др., становилась наиболее значимым явлением именно в эпоху китайского подъема.

Но, взяв любое «экономическое чудо», мы увидим еще один объединяющий признак: все они рано или поздно заканчиваются. Чудо превращается в трудовые будни. «Блюдо» готово, «рецепт» можно откладывать в сторону. На первый план выходят другие идеи и инструменты.

К сожалению, текущая ситуация показывает, что руководство Китая не слишком хорошо понимает важность новых инструментов. Хуже того, руководство Китая не слишком хорошо понимает важность изменений. Это очень серьезный недостаток. Изменения сегодня нужны как никогда.

Китайское руководство много говорит о реформах и «поворотах», но буквально через абзац, стиснув кулаки, с каменным лицом объявляет, что экономика должна расти «как минимум на 6,5% до 2020 года». Увы, экономика растет так, как может, а не так, как прикажет Партия. И для того, чтобы помочь экономике, Партии не нужно бояться изменений.

Пока же локомотив старой модели – обрабатывающая промышленность – теряет скорость из-за растущего балласта неэффективных инвестиций. А допустимая долговая нагрузка давным-давно превышена.

На что мы можем рассчитывать в инерционном сценарии? На сферу услуг. Которой Статбюро рисует по 8%-10% ежегодного роста. Скажем так, 8% - это верхняя планка. И треть этой цифры – рост в секторе финансовых услуг. На который надежды мало. Вкупе со слабыми результатами в промышленности это дает нам 4% - 4,5% роста реального ВВП. «Органического», как сейчас модно говорить.

Есть еще и кризисные сценарии, но о них лучше не думать. Пускай о них думает руководство КПК.

И, судя по курсу действий, выбранному китайским правительством («вертолетное» спасение фондового рынка, попытка отделаться монетарным смягчением), нынешние проблемы Китая будут продолжаться как минимум несколько лет.

Наши – российские – проблемы хоть и оказались косвенным образом завязаны на китайские, но всё же наш «инерционный» сценарий обладает куда меньшей инерцией. Примерно равной инерции цен на нефть, да. Хорошо, что мир в целом не так боится изменений, как китайское руководство. Сворачивание инвестиций в мировом нефтегазовом секторе с 900 млрд. долл. в 2013 до прогнозных 522 млрд. в 2016 – хорошее тому подтверждение.

Всё-таки, зачастую самое тяжелое препятствие – это инерция в головах. Это, пожалуй, главное препятствие, которое мешает в полной степени развернуться потенциалу китайской (да и российской, чего уж там) экономики.

http://giovanni1313.livejournal.com/50679.html