В период с 19 по 22 января 2016 г. председатель КНР Си Цзиньпин совершил поездку в Королевство Саудовская Аравия (КСА), Египет и Иран, то есть в три ведущие страны региона Большого Ближнего Востока (ББВ).

После прихода к власти в начале 2013 г. это было первое турне лидера одной из крупнейших мировых держав по крайне важному и неспокойному региону ББВ. Оно совпало с 60-летним юбилеем установления официальных отношений между Китаем и Лигой Арабских Государств. Выступая в штаб-квартире ЛАГ в Каире, Си Цзиньпин подчеркнул надёжность и доверительность китайско-арабских отношений, которые “не могут быть куплены за деньги”.

Особая значимость для Китая Саудовской Аравии обусловлена главным образом её ролью одного из крупнейших мировых поставщиков углеводородов. Вплоть до 2015г. КСА занимала первое место среди стран-экспортёров в Китай сырой нефти. Сейчас оно перешло к России.

Кто принимает решения в Китае
и от чего зависит его политика
в статье

Экспертные центры Китая и внешняя политика

С момента установления в 1990 г. китайско-саудовских дипотношений двусторонний товарооборот вырос в 230 раз, достигнув в 2014 г.уровня около 70 млрд долл. К настоящему времени в КСА оперируют порядка 160 китайских компаний, специализирующихся в сферах железнодорожного транспорта, систем коммуникации и энергетики. В последнее время Китай превращается в одного из основных партнёров Королевства по решению знакомой россиянам проблемы “нефтяной иглы”.

В частности, проектом-символом будущего облика экономики страны стал нефтеперегонный комбинат YARSEEF общей стоимостью в 10 млрд долл., который реализуется саудовской и китайской компаниями (Aramco и Sinopec) с долями затрат 62,5% и 32,5%, соответственно. После выхода комбината на полную мощность он сможет предоставить порядка 6 тыс. рабочих мест. Город Янбу-эль-Бахр на берегу Красного моря, где располагается YARSEEF, стал первым местом посещения высокого китайского гостя. Выступая здесь, Си Цзиньпин подчеркнул и более широкий контекст участия КНР в развитии промышленного региона КСА на берегу Красного моря, напомнив о запущенной в 2013 г. концепции возрождения сухопутного и морского маршрутов древнего “Шёлкового пути”.

На встрече Си Цзиньпина с королём Салманом Аль Саудом было объявлено о намерении КНР и Совета сотрудничества (шести) арабских стран Персидского залива заключить в течение 2016 г. соглашение о создании зоны свободной торговли.

Отношение китайцев к нововведениям
в статье
Китайский подход к прогрессу и модернизации

С Египтом, второй страной посещения Си Цзиньпина, Китай установил формат “всестороннего стратегического сотрудничества” в ходе визита в КНР президента Абдель Фаттаха ас-Сиси, состоявшегося в декабре 2014 г. К настоящему времени в Египте, при разном уровне содействия КНР, запланированы или находятся на стадии реализации 15 проектов на общую сумму в 15 млрд долл., главным образом в тех же сферах транспортной инфраструктуры и энергетики.

В ходе нынешнего китайско-египетского саммита было подписано ещё 21 соглашение. В частности, предусматривается предоставление Китаем двум египетским банкам низкопроцентных кредитов на общую сумму в 1,7 млрд долл.

Принимая во внимание сложное положение, в котором оказалась в последнее время египетская экономика (в частности её туристический бизнес), китайская помощь приходит весьма вовремя. Неслучайно ведущая египетская газета Al-Ahram отметила, что “китайская поддержка Египта позволяет его населению чувствовать себя независимо при выборе будущего своей страны”.

О росте значимости для КНР крупнейшей страны арабского мира свидетельствует приглашение Си Цзиньпина египетского коллеги принять участие (в качестве гостя) в следующем саммите “Большой двадцатки”, который пройдёт на этот раз в Китае в сентябре с.г.

Отношение китайцев к иностранцам и чужеродным элементам
в статье
Расизм в Китае

Последней страной посещения в ходе турне Си Цзиньпина по странам ББВ стал Иран, в котором китайские руководители не находились с визитом с 2002 г. Хотя взаимные визиты государственных деятелей более низкого ранга проходили регулярно, а в мае 2014 г. Пекин посетил президент Ирана Хасан Рухани.

В комментарии эксперта компании Bloomberg к данному визиту особое внимание обращается на тот факт, что лидер КНР стал первым главой из группы основных мировых игроков, который посетил Иран после снятия с него международных санкций, что “открыло для него дорогу по возвращении в глобальную экономику”. Важно отметить, что за время экономического бойкота Тегерана западными странами Пекин расширял экономические связи с ним. В течение последних семи лет Китай стал главным торговым партнёром Ирана, подвинув с этого места Германию. В 2014 г. объём двусторонней торговли составил 50 млрд долл. Как полагает автор указанного выше комментария Bloomberg, Си поехал в Тегеран, прежде всего, в целях дальнейшего укрепления позиций, завоёванных в Иране за годы его блокады, проводившейся ключевым китайским геополитическим оппонентом вместе с европейскими союзниками.

Успеху иранской миссии Си Цзиньпина способствовала высокая оценка Тегераном того факта, что, наряду с Россией, Китай был среди тех нескольких крупных мировых держав, которые не прекратили связи с Ираном в трудные для него времена. По словам Х. Рухани, “Иран никогда не забудет друзей, которые поддерживали хорошие отношения с ним в условиях санкций”.

Заключённые в Тегеране двусторонние соглашения предусматривают участие КНР в укреплении банковско-финансовой системы Ирана, строительство скоростных железных дорог и, конечно, дальнейшее развитие кооперации в области разработки газовых месторождений страны.

Китайские комментаторы отмечают и тот факт, что визит лидера КНР в Иран, состоявшийся после его посещения перед этим КСА, прошёл на фоне резкого обострения отношений между обеими ведущими странами ББВ, непосредственным поводом для которого стала казнь в начале января с.г. группы шиитских клерикальных деятелей во главе с шейхом Нимром аль-Нимром. В связи с этим не исключается возможность выполнения китайским лидером, среди прочего, посреднической и миротворческой миссии в крайне важном для него регионе.

Естественно, что ход, а также итоги визита лидера КНР в три ведущие страны ББВ находились под пристальным вниманием со стороны основного китайского геополитического оппонента, то есть США. В жёстком тоне по поводу самого факта турне Си Цзиньпина высказался, в частности, сенатор Дж. Маккейн, который усмотрел в этом одно из проявлений «глобальных масштабов процесса расширения политического влияния Китая». Примечательно, что указанное заявление он сделал сразу после завершения заседания руководимого им сенатского Комитета по делам вооружённых сил США на тему американской стратегии в регионе ББВ.

В немедленной реакции китайской Global Times на высказывание Дж. Маккейна видный американский политик был заподозрен в “конспирологическом образе мышления” в вопросе оценки внешнеполитических целей руководства КНР. В публикации китайского издания отмечался контрпродуктивный характер влияния подобных высказываний на общественное мнение США в крайне важном аспекте отношений между двумя ведущими мировыми державами.

Наконец, представляется принципиально важным лишний раз зафиксировать, с помощью какого инструментария Китай (а также Япония и Индия) вполне успешно укрепляет свои позиции в странах ББВ и во всех других регионах мира. Этот инструментарий отражается иллюстрацией к статье китайской Global Times под заголовком “Иран – важный аванпост шёлкового пути”. Картинка изображает типичного иранца, пожимающего руку китайского инженера в защитной строительной каске, под мышкой которого зажат портфель (видимо, с технической документацией), а в руке находится свёрнутый лист ватмана с чертежами.

Но крайнее необходимые промышленные проекты не могут быть реализованы без финансовой поддержки. И Китай оказывает такую поддержку. Выступая в Каире в штаб-квартире ЛАГ, Си Цзиньпин заявил, что общая сумма различного рода китайских кредитов, выделяемых странам региона, составляет порядка 55 млрд долл.

Китай способствует также подготовке местных кадров. В частности, в упоминавшемся выше выступлении Си Цзиньпина в штаб-квартире ЛАГ было заявлено о выделении 10 тыс. стипендий для арабской молодёжи, обучающейся в китайских ВУЗ-ах.

Нельзя, впрочем, исключать в будущем (но ни в коем случае не сейчас) подключения Китаем и военного инструмента в целях обеспечения присутствия в ББВ. Однако мотивация такого шага едва ли будет обусловлена внутренними “разборками” в муравейнике, которым всегда был данный регион. Она будет связана главным образом с вполне возможным ростом военного присутствия здесь основных азиатских оппонентов КНР, то есть Японии и Индии.

Нынешний формат укрепления Китаем позиций в регионе, внутренняя жизнь которого отличается повышенной турбулентностью, даёт повод вспомнить житейскую мудрость, гласящую, что для воздействия на события в муравейнике не обязательно ворошить его палкой.

Такой древней мудростью в Китае, несомненно, располагают. О чём лишний раз свидетельствуют итоги визита лидера КНР Си Цзиньпина в три ведущие страны ББВ.

http://ru.journal-neo.org/2016/01/28/turne-predsedatelya-knr-po-stranam-bbv/