Недавно в ЖЖ разгорелась очередная дискуссия между «левыми националистами» и «правыми националистами» на тему отношения к советскому периоду русской истории. Поводом стала попытка навязать отождествление русского и советского, как бы от лица «русского, уважающего свои корни».

Статья о советском периоде

1. Независимо от ваших идеологических взглядов отношение должно быть бережным и деликатным. Презрительное поплевывание в "нацдемовском" или "номино-обскуровском" стиле на несколько поколений своего собственного народа недопустимо для националиста.

2. Отходите подальше, чтобы увидеть большое. Организовывать жизнь на 1/6 части суши при любом социально-экономическом строе - это нетривиальная задача, которая под силу лишь великим народам.

3. Знайте и цените русские победы и достижения, не будьте невеждами. Будучи советскими гражданами, русские реализовывали уникальные проекты в области науки, промышленности и культуры, вошедшие в мировую историю. В современной истории России ничего сопоставимого еще не создано.

4. Помните о военном мастерстве и доблести своих предков, проявленных в Великой Отечественной. Не будьте дибилами, "закидать трупами" вермахт - лучшую в мире армию того времени - даже теоретически невозможно. Не сразу, но Красная Армия превзошла немцев по организованности, военно-техническому обеспечению и тактико-стратегическому планированию. Уберите из головы либеральные мифы: никакие заградотряды не способны заставить миллионы вооруженных людей, растянутых по нескольким фронтам на тысячи километров делать что-то из-под палки. В тоже время наличие специальных силовых структур, наказывающих за дезертирство и следящих за дисциплиной в войсках обязательно для любой многомиллионной армии. Немцы разбирались со своими уклонистами и "желающими отступить" еще жестче, особенно в 1944-45 гг. Безвозвратные потери армий СССР и Германии (включая военнопленных) — 11,5 млн. и 8,6 млн. человек. Цифра 26 млн. - это общие демографические потери, включающие погибшее мирное население, уничтоженное оккупантами, которых некоторые олигофрены почитают как "борцов за белую расу".

5. Гордитесь идеалами своих предков. Справедливость, честный труд, помощь слабому, борьба со злом - эти качества русские в СССР стремились развить в себе и воспитать у своих детей. Не распространяйте образ космополита-диссидента, мечтающего о колбасе, выезде в западные страны и заботящегося исключительно о своем благе на всех советских граждан.

6. Знайте и не позволяйте охаивать действия русских коммунистов во внешней политике. То, что делали мы, коренным образом отличались от методов США, Англии или Франции. В отличие от последних, мы создавали в других странах инфраструктуру, строили больницы, дороги, школы и заводы. Да, это не всегда было выгодно и правильно. Но мы руководствовались высокими идеалами, в этом есть частица русского характера и не надо этого стыдится.

А как же несправедливая национальная политика и другие вопросы, спросите вы?

Анализ и выявление недостатков и просчетов в любом историческом периоде истории страны - дело правильное и нужное. Но отделяйте котлеты от мух. Критикуйте, изучайте, указывайте на роковые ошибки, ищите и находите виновных. Но не забывайте, что народ - это не только совокупность этнически близких людей, но и неразрывная линия истории, культуры. Говоря, что жизнь нескольких поколений русских в СССР - это всего лишь безумный аттракцион для рабов и тупиц, вы по-сути объявляете себя детьми рабов и тупиц, ставите крест на себе, совершаете самоубийство.

Зачем я об этом написал?

Не только для того, чтобы вы задумались и, возможно, поменяли свою точку зрения. Здесь есть абсолютно практический смысл. Если мы, русские националисты, хотим завоевать уважение и расположение у наших сограждан, нельзя не учитывать вышеперечисленных тезисов, ведя информационную работу. В противном случае вы противопоставляете себя культурному коду собственного народа и обречены на маргинальное прозябание.

http://headshotboy2.livejournal.com/114041.html

Для прочтения статьи нажмите на треугольник справа

Попытка, впрочем, неубедительная, поскольку советское там предлагается принимать за русское in toto, включая и первые геноцидно-карательные десятилетия. Это как если бы в израильском учебнике истории написали: «Давайте не будем охаивать устроителей Холокоста, ведь это тоже наша история. Холокост косвенно помог евреям основать собственное государство. Поэтому слава Гитлеру!» Но, как мы знаем, «неблагодарные» евреи не только Гитлера не славят, но до сих пор преследуют непрошенных «помощников» по всему миру.

Со стороны «белых националистов» тут же последовала реакция. Текст Диунова, высочайше продублированный Крыловым и Просвирниным, вписывается в традицию, которая русских стремится вывести за рамки «советчины», все позитивное в СССР оставляет за русскими, а весь негатив передает «грузинским гениям» и прочим «бакинским комиссарам».

Мнение блоггера о советском периоде

В блогах распространилась запись "Как русскому националисту относиться к советскому периоду истории нашей страны". Поскольку с этой записью по ряду пунктов я не согласен, мною было решено написать свой вариант такого текста.

1. Никогда и ни при каких условиях недопустимо сопоставление коммунистической власти и русского народа и проведение ложных аналогий и связей между ними. Презрительный термин "совки" по отношению к русскому народу неприемлем. Обвинения народа в целом, что он испорчен коммунистическим прошлым - неприемлемо.

2. Никаких призывов к осознанию вины и покаянию для целого народа. Русский народ не несет отвественности за преступления коммунистов, он сам оказался главной жертвой их правления. Поэтому любая попытка обвинить русский народ в чем угодно ("голодморе", "Катыни", "убийстве императорской семьи" и т.п.) должна считаться русофобской. Все преступления совершались коммунистами, отказавшимися от своего народа и отвественность за них несут только они, но не русские.

3. За время существования СССР, этим государством были достигнуты определенные успехи в самых разнообразных областях. Эти успехи нельзя отрицать, но всегда нужно помнить, что национальное русское государство добилось бы тех же самых (и больших) успехов, за счет гораздо меньших жертв. Естественно также, что все успехи СССР принадлежат русским, так как достигались русскими людьми и за счет русского народа.

4. К сожалению, военная история СССР дает нам мало примеров выдающихся полководцев и великих сражений. Гражданская война была примером военных достижений больше для антибольшевистских сил, которые находясь в меньшинстве - смогли сопротивляться большевикам столько лет, подобно армии Конфедерации, ведя безнадежную, но героическую войну, против гораздо более сильного противника. Вторая мировая война, увы, не дала русской военной истории великих примеров, так как все успехи Красной армии были достигнуты либо в условиях численного превосходства и существенно больших потерь (в войне с Германией), либо войны с заведомо более слабым противником (в войне с Японией). Зато вот в чем СССР действительно оказался силен, так это в возможности обеспечить мобилизацию сил и создать механизмы подавления населения страны, обеспечивающие эту мобилизацию. Но, к сожалению, это не та часть истории, которой стоит гордиться. Также важно помнить, что необходимо категорически отрицать и такую крайность как обвинение русского народа в слабости, в "закидывании противника трупами" и т.п. Необходимо признать что русский народ вел тяжелую войну, в условиях органически чуждого ему режима стоящего во главе захваченного им государства и несмотря на это, смог победить самого сильного противника этого времени.

5. Советская внешняя политка была настолько бездарной, насколько это вообще было возможно. Мертвая идеология коммунизма диктовала международные решения идущие вразрез с интересами не только русского народа, но и даже СССР как государства (причем государства не русского). И нечего списывать кормление десятков бантустанов на высокие идеалы и отзывчивость русского народа. Русский народ столетиями выстраивал свою империю на сугубо утилитарной основе - получения от своего имперского статуса различных выгод. Альтруизм в политике это путь в пропасть. И еще очень важный момент: внешняя политика это искусство создавать альянсы и не допускать того, чтобы твои враги стали слишком сильны. Российская империя никогда не оказывалась в международной изоляции, в отличие от СССР, который только в 70-е годы смог начать выбираться из положения "войны против всего мира" без союзников, но с нахлебниками.

6. Те, кто называет СССР империей - лгут. СССР был тем, что можно назвать антиимперией, в его основы была заложена коммунистическая идея о том, что русский народ должен содержать окраины и развивать их за свой счет. Империя прежде всего это государство которое строит имперская нация для своего блага. Блага от СССР имели довольно многие народы, из них русский народ - менее всех.

7. Те, кто называет СССР государством русского народа - лгут, потому что СССР изначально создавался и всегда был интернациональным государством, где русскому народу была уготована одна единственная роль - топлива в топке паровоза мировой революции. И даже когда идеи о всемирном коммунистическом государстве умерли, СССР продолжал оставаться государством как минимум не русским, а в отдельных случаях антирусским. Даже юридически СССР был государством советского народа и при этом единственным народом, который был лишен своего национального государства и национальных преференций в СССР был именно русский народ.

http://diunov.livejournal.com/449601.html

Для прочтения статьи нажмите на треугольник справа

Русские в СССР были как бы в плену, а все хорошее в СССР произошло вопреки глупости и злобности советского руководства. Это неплохая позиция для троллинга грузин и украинцев, но при внутреннем употреблении создает ряд проблем. Не случайно, что после перепечатки диуновского текста Крылову пришлось писать вдогонку подробное объяснение, что не следует путать «русский антисоветизм» с «правым антикоммунизмом», и что лично он, Крылов, ничего не имеет против социального государства.

Крылов о советском периоде

Если что, я категорически против плевков в советскую историю, советскую символику, вообще в советское.

Потому что плевок ещё надо заслужить. А для советского, так сказать, наследия плевок – как орден.

Плюют ведь обычно, чтобы осквернить, «сделать хуже». Но осквернить можно только то, что изначально скверным не было. Плевать в навозную кучу, чтобы «нанести ей оскорбление» – это, как минимум, странное желание.

Более того. Если вдруг в навозной куче блеснёт какая жемчужина – её нужно не оплёвывать, а аккуратно вытащить из навоза и тщательно отмыть. Не смывается – положить в какую-нибудь коробочку, авось потом отмоем гадость. Но плевать всё равно не надо. Вещь-то хорошая.

«Плевки» же обычно летят именно в те самые, пусть замаранные, но, в общем-то, хорошие вещи. Заодно и в навоз, конечно. Который от такого увлажнения только разбухает.

Так что не надо, не надо плеваться. Все эти словечки типа «вытираны», или там про советский космос – это всё только портит дело.

А вот что нужно – так это срывание покровов. У нас советские кучи дерьма и трупов плёночкой прикрыты, и кажется, что это даже красиво. Плёночку-то надо стянуть, чтобы показать – там червяки и вонь, и надо бы убрать. Не мстить навозу, не простираться в навоз, не рыдать над навозом, просто убрать.

Потому что фу-фу-фу.

Одной из проблем нашего отечественного антисоветизма является его некритическое смешение с западным «правым антикоммунизмом».

Дело в том, что западный «правый дискурс» является не столько «антисоветским», сколько именно что антисоциалистическим. А это совсем даже не одно и то же.

Антисоветский дискурс – это система взглядов, отвергающих и обличающих совершенно конкретное историческое явление: советскую власть. Которая исторически очень сильно связана с «социализмом» и «коммунизмом» - ну просто потому, что в течении семидесяти лет своих целей она добивалась, пользуясь именно социалистическими практиками. Но вообще-то советская власть и социализм относятся друг к другу как цель и средство (причём не единственное).

Основной и единственной целью Советчины было уничтожение русского государства, отнятие у русских всей собственности, оттеснение их от власти, уничтожение русской элиты, разрушение русского социума и русской культуры, системная порча русского народа (по классической схеме - три поколения истязают, четвёртое ведут на бойню), а впоследствии – передача отнятой у русских собственности, власти и страны в целом другим владельцам. Основным способом реализации этой грандиозной программы стал «социализм» (то есть установление колониальной по методу системы управления без явно обозначенной метрополии). Но тех же целей можно было бы, в общем-то, достичь и другими методами, и советская власть от этого не стала бы лучше. И даже если мы признаем, что некоторые цели советчина не могла достичь иначе, чем через социалистические механизмы – всё равно различие целей и средств принципиально важно.

Западный же «антисоциалистический» дискурс был направлен прежде всего на критику социализма, который, дескать, не может обеспечить ни народного благосостояния, ни технического прогресса. Опыт СССР использовался только как иллюстрация – вот, мол, до чего доводят социалистические эксперименты.

Но как раз ссылки на СССР были, если разобраться, наименее доказательными. Советская власть просто не ставила себе целью народное благосостояние или технический прогресс. Когда же она почему-либо подобные задачи становились для неё важными (пусть даже локальные, за какой-то конкретной надобностью), она их, в общем-то, достигала. Уж ежели «сова» хотела кого-то накормить, обогреть и развлечь – она это делала не так уж плохо. Да, с известными системными ограничениями. Но думать, что тот кошмар, в котором жила и живёт осовеченная Россия, являются следствием «социализма как такового» - это как минимум поспешное суждение. Достаточно посмотреть на Восточную Европу или советское Закавказье.

Именно радикально-антисоветский взгляд позволяет без «правых очков» на глазах посмотреть на социалистические практики. Если мы примем, что все ужасы совка были порождены не мифической «неэффективностью» социалистической модели, а наоборот – её крайней эффективностью (пусть и в достижении мерзких и преступных, с нашей точки зрения, целях), то мы тем самым избавимся от целого ряда довольно вредных «правых» предрассудков. Которые у нас, кстати, распространяют в основном всё те же советские товарищи, перекрысившиеся (извините, опечатка, но удачная, оставлю так) в «ультралибералов». Да, раньше клялись именем Маркса, а теперь цитируют Мизеса и Айн Ренд. Но цели-то у них остали те же. И нам ни всё ли равно, вымаривают ли русских через «план» или через «рынок» (тем более, вполне себе планируемый - всё теми же методами)? И какая разница, проповедуют ли «классовую борьбу» или «социальный дарвинизм», если результатом в обоих случаях является уничтожение русской образованной и культурной прослойки? И точно так же, совершенно неважно, существует ли формально «право частной собственности», если у русских сколь-нибудь серьёзной собственности всё равно не досталось, а всё находится в нерусских руках? Всё это ТА ЖЕ САМАЯ советчина, только взявшая в руки другой набор инструментов.

Что касается социалистических методов, то на Западе они используются, хотя, разумеется, и в совершенно других целях, что в СССР. Более того, если будет принято положительное решение по смене технологического уклада (сейчас вопрос, насколько я понимаю, в финальной стадии согласования), использование этих методов будет только расширяться, особенно в стадии внедрения новых технологий и сокращения массы работающих.

В таком случае «правую» идеологию в окартикатуренной форме спустят в третий мир. Как в своё время спустили левизну. Разумеется, спустят в таком виде, чтобы пресечь всякий возможный прогресс. Ни копейки на бесплатную школу, ни рубля на пособия по безработице, и, конечно, ни гроша на инфраструктурные проекты национального масштаба. «За всё надо платить», «сильный всегда прав», «быдло в стойло», «атлант расправил плечи». Ещё сто лет будут людишки прыгать "атлантами", плечики расправлять. Ага-ага.

А тем временем на Западе будет что-то такое… неопределённое. Власть у менеджеров, собственность, может, и частная, но с общественно-значимыми ограничениями, которые делают её "в неких важных отношениях" почти государственной. Очень много "социальной ответственности", "общественного блага", высоких налогов на корпорации и сытых бездельников, ленящихся даже размножаться. "Неэффективно". То ли дело в какой-нибудь Буркина-Фасо, где все по 14 часов вкалывают.

http://krylov.livejournal.com/2853229.html

http://krylov.livejournal.com/2853694.html

Для прочтения статьи нажмите на треугольник справа

Диунов ведь тот еще перец – в одном из своих прожектов он, под предлогом заботы о возрождении русского народа, предлагал лишить пенсии русских стариков и отправить их умирать на помойку (я ранее уже разбирал эту тему).

Главная слабость диуновской позиции состоит в том, что она застряла на уровне «власовского» агитпропа 40-х годов и поэтому бьет мимо цели. Она рассматривает советский период как единое целое, не делая различия между эпохой террора и геноцида и последующим мягким режимом «с человеческим лицом». Не случайно наши «правые» так любят дискутировать с отмороженными сталинистами. Сталинисты для них находка: в споре с тупым полпотовцем легко почувствовать себя суперменом. Между тем, вопреки эффекту, который намеренно создается путинскими СМИ, большинство реальных симпатизантов СССР являются скорее «брежневистами», идеализирующими мягкую эпоху 60-х и 70-х гг. Против таких «совков» арсенал антисталинских доводов не работает. Они ведь и сами готовы обличать Сталина и преступления первых советских десятилетий, рассматривая их как переходный период на пути к настоящему, зрелому советскому обществу. Несомненно, период 1917-1947 гг. был самым страшным и гнусным временем в истории России. Но последние два относительно гуманных, сытых и нерусофобских десятилетия советской власти в сознании большинства русских отчасти искупают и скрашивают зверства первых ее десятилетий.

С точки зрения простого человека без особых амбиций, период 1964-1984 гг. – это самое комфортное и уютное время для жизни на Русской равнине за всю ее историю. Кроме того, это был период максимальных русских достижений в плане развития науки и техники, время, когда для простого русского человека был открыт максимум возможностей самореализации в интересных и сложных профессиях. Люди, заставшие ту эпоху, прекрасно помнят, что подавляющее большинство русских тогда не ощущали себя ни «рабами», ни «пленными», гордились успехами своей страны и воспринимали советское государство как свое собственное. А сравнивая «тогда» и «сейчас», они видят, что с концом советской власти положение русских (в массе) не улучшилось, а ухудшилось. На этом фоне не убедительной выглядит концепция, что «все хорошее в СССР делалось вопреки советскому правительству».

Получается, что против «брежневистов» и сторонников «китайского пути» у «правых» остается только аргумент от альтернативной истории: «Если бы революции не было, национальное русское государство достигло бы еще больших успехов и с меньшими жертвами». Проблема в том, что на любую альтернативную историю можно придумать еще более альтернативную, и так без конца. Допустим, царя не свергли, Россия победила в ПМВ, через 20 лет колоссально усилилась и «обнаглела». Тогда сценарий ВМВ мог быть иным: Россию раскатывают в асфальт объединенные Британия, Франция, США и Япония, с первыми атомными бомбами, падающими на Москву и Санкт-Петербург вместо Хиросимы и Нагасаки. А там еще химия, биологическое оружие – как же иначе справиться с этим многочисленными и упорными русскими? Кто знает, может быть в этой альтернативной истории к началу XXI века от русских остались бы только партизанские отряды зомби-мутантов, прячущиеся в радиоактивной тайге, за которыми ведут охоту беспилотники.

Еще один «сильный» аргумент «правых» - причислять к «советчине» нынешний режим РФ и утверждать, что вот он то как раз и являлся истинной целью большевиков чуть ли не с 1917 года. Вот, к примеру, что пишет Крылов:

«Основной и единственной целью Советчины было уничтожение русского государства, отнятие у русских всей собственности, оттеснение их от власти, уничтожение русской элиты, разрушение русского социума и русской культуры, системная порча русского народа (по классической схеме - три поколения истязают, четвёртое ведут на бойню), а впоследствии – передача отнятой у русских собственности, власти и страны в целом другим владельцам».

http://krylov.livejournal.com/2853694.html

Эта картинка относительно хорошо описывает период с 1917 по 1953 гг., и далее события 1985-91 гг. Однако «пересменок» 1956-1981 гг. в нее не вписывается. В эту эпоху жизнь русских улучшалась по всем параметрам, не только в материальном плане, но и в смысле большей европеизации, образования, окультуривания, «осовременивания». Горожан десятками миллионов переселяли из подвалов, бараков и коммуналок в односемейные квартиры. Русский человек впервые почувствовал, что это значит: жить в благоустроенном цивилизованном государстве. Советская власть в русских регионах в эту эпоху предстает вполне «обрусевшей». Из жизни исчез страх. Типичный советский чиновник и даже партократ той поры, при всех своих недостатках, разительно отличается от путинских «жуликов и воров».

Добавим к этому, что падение сталинизма и завершение «Большого Террора» было не результатом народного восстания, а следствием взросления и «обрусения» самой советской власти. Советская власть сама все это преодолела, сама поняла, что «Так жить нельзя, мы же не чурки кровожадные». Точно так же и повышение уровня жизни народа отнюдь не было следствием забастовочного движения и борьбы за свои права. Власть сама спохватилась: «Разве мы нерусь поганая, чтобы свой народ в черном теле держать?» Финальная политическая либерализация и курс на возвращение к нормальной экономике тоже были вполне добровольным решением советской власти: «Мы же все-таки Европа, а не Азия с***я».

Если СССР рухнул, не справившись с трансформацией в нормальное современное государство, то это не его вина, а беда. На каком основании группировку, которая разделила и приватизировала СССР, мы должны называть «советской», а не «антисоветской»? Последний легитимный орган советской власти (и по букве, и по духу) – это Верховный Совет, расстрелянный Ельциным в октябре 1993 года. На этом «Совок» и закончился. Кстати, одной из причин расстрела как раз и послужило несогласие «совков» с беловежскими соглашениями и жульнической схемой приватизации. Элементы советского в дискурсе и политике нынешних лидеров, легитимных наследников Ельцина, – это всего лишь популистская ширма на службе компрадоров. Маньяк-трансвестит убил женщину, переоделся в ее платье и пришел к ее детям: «Здравствуйте, я ваша мама!», - вот истинные отношения между Путиным и подобревшей «Софьей Власьевной» образца 70-х.

Возвращаясь к дилемме, уравнять ли русское советскому или считать его противоположностью, мы понимаем, что оба полюса – это попытка закрыть глаза на реальность. Здесь как раз тот случай, когда «истина где-то посередине». История так уж повернулась, что русский по итогам XX века – это советский на 50%. И само «русское» теперь – наполовину советское (но, конечно, не сводится к советскому). Правда, сторонники одной из крайних позиций даже эту очевидность могут перетолковать в свою пользу. Например, так: «Русский на 50% - советский, а на остальные 50% - хороший». Или так: «Русский на 50% - советский, а на остальные 50% - плохой». Я же утверждаю иное: русский – наполовину советский и в своем хорошем, и в своем плохом. И это не временная аберрация, а «уже навечно».

Существует гипотеза о том, что доля «советскости» в русском менталитете должна естественным образом убывать от поколения к поколению, в пределе доходя нуля. «Советскость» при этом мыслится как некая зловредная наведенная радиоактивность, которая должна подчиняться обычным законам распада. Скажем, сокращаясь на каждое поколение в 2 раза. Если приравнять «уровень советскости» в 1985 году к 100%, то сейчас осталось уже только 50%, еще через поколение будет 25% и т.д. В пределе русские естественным путем превратятся в «каппелевцев» из фильма «Чапаев». С этой гипотезой связаны периодически предпринимаемые попытки освежить и наполнить жизнью «нео-белогвардейский» дискурс, построить вокруг него новую русскую идентичность. Сейчас, к примеру, этим активно занимается Егор Просвирнин в «Погромном Спутнике».

Почему эти надежды и эти попытки заведомо обречены на неудачу?

Во-первых, многое из того, что «необелые» считают «наследием совка», на деле есть абсолютно органичное следствие перехода русских крестьянских масс из сословного аграрного общества в эгалитарное и индивидуально-меритократическое индустриальное общество (Статья о русских до и после революции). То, что принимают за «советизацию», очень часто было оборотной стороной Модернизации, причем не только в техническом, но и в социально-демографическом плане. Например, рассмотрим такой общественный идеал: социальное государство + эгалитарное и бессословное общество + открытые социальные лифты + равный старт для каждого, независимо от происхождения + меритократическое распределение бонусов + активное участие государства в развитии науки и строительстве инфраструктуры + борьба с бедностью и сглаживание имущественного расслоения. Это что, «Совок» или «Истинно Русская Мечта»? На самом деле это просто Модерн.

Статья о русских до и после революции

С некоторых пор стало модным противопоставлять «настоящих русских» (Русских 1.0), какими они были до 1917 года, и «постсоветских русских» (Русских 2.0), какими они сформировались за десятилетия советской власти. Радикальные приверженцы этой концепции вообще отрицают за «Русскими 2.0» право называться русскими. Для них это «русскоязычные советские», которые в массе имеют примерно такое же отношение к «Русским 1.0», как латиноамериканские метисы - к европейским испанцам и португальцам. Чтобы стать «настоящим русским», человек должен отринуть от себя все наслоения советских десятилетий (деинсталлировать операционку «Русский 2.0»), впитать в себя дореволюционный программный код и «внутренне возродиться» как «Русский 1.0».

Радикалы не правы уже потому, что многие из преобразований, совершенных за советское время над сознанием бывших крестьян, естественны для любого народа, проходящего этап «индустриализация-урбанизация-всеобщее образование». Многое из того, что в сознании «Русских 2.0» не нравится фанатам старой России, является отпечатком Модерна, а не «тлетворным наследием Совка». Многие из тех вещей, которые отличают сознание «Русского 2.0» от «Русского 1.0», роднят его с сознанием современного западного европейца и американца.

К примеру, эгалитарные настроения, которые часто приписывают «дурному влиянию большевиков», являются стандартным атрибутом любой нации, когда она входит в современность. Собственно, эгалитаризм – это одна из составляющих идеологии национализма, поскольку национальная принадлежность для нее стоит выше сословных и классовых барьеров. Национальное государство предполагает равенство прав (хотя бы формальное) для всех без исключения законопослушных граждан. Причем равенство прав – лишь внешнее выражение сущностного «равнодостоинства», «равноранговости» граждан, абсолютной невозможности в современном обществе трактовать о «низших и высших по своей природе».

Негативное отношение к наследственным сословным бонусам и уважительное отношение к меритократическому источнику ранга и статуса – общее место современных развитых стран. Там принято ставить в пример людей, достигших успеха за счет собственного труда и таланта, а не получивших все готовеньким от рождения. В массовой пропаганде этих стран активно используется вполне «социалистический» принцип вознаграждения по заслугам.

Другой пример – идеология социальной справедливости и поддержки малоимущих. В большинстве развитых государств, и даже в США с их культом индивидуализма и конкуренции, проводится дорогостоящая социальная политика, практикуется «позитивная дискриминация», которая выравнивает шансы граждан с разным происхождением. В ходу дополнительные поборы с богатых, суровые налоги на крупное наследство, преследование капиталистов за уклонение от налогов и т.д. Между тем, ни США, ни Западная Европа через «большевистскую обработку» не проходили.

Во всех без исключения западных странах, даже сохраняющих монархические институты, в ходу «символическое пресмыкание» элиты перед народом. Если не считать специально выставляемых на показ звезд, элита предпочитает не светить свое богатство и могущество. Политики, представители власти, в том числе консервативного направления, заискивают перед массами, публично пресмыкаются перед «электоратом». И к этому они пришли в ходе нормальной эволюции, без всяких большевиков. «Восстание масс», о котором писали еще в начале прошлого века, может происходить и в отсутствие кровавой революции.

Рост «безбожия», в формате атеизма или религиозного индифферентизма, также общая тенденция эпохи Модерна. Большевики лишь ускорили этот процесс и насадили его в максимально жестокой и варварской форме. Но сам по себе он вполне закономерен. Вряд ли русские даже без революции имели бы сегодня такой градус религиозности, как современные поляки. Скорее всего, количество истово верующих было бы примерно таким же, как сегодня. А большинство, как и сегодня, посещало бы церковь из «головных» соображений.

Культ прогресса и технических новинок – также общий для всех стран, переживших индустриализацию. При этом у русских даже в формате 1.0 с середины XIX века явно прослеживалась особая приверженность к этой теме. Большевики лишь утрировали эту тему. Но тоже самое, в целом, произошло бы и при нормальном продолжении царской модернизации.

Итак, эгалитаризм, социальная справедливость, «восстание масс», безбожие, прогрессизм и культ техники, – это вовсе не «греховные отпечатки большевистского правления», а следствие модернизации общества. Если бы в России не произошла революция, сегодня мы бы в этом отношении ничем не отличались от других развитых стран, хотя и пришли бы к этому постепенно, без крови, эволюционным путем. Если с той же дотошностью сравнивать современных испанцев, французов, немцев, с их интеллигенцией времен «старого режима», то тоже пришлось бы вводить «концепцию двух народов».

В то же время некоторые недостатки Русских 2.0 роднят их прежде всего с Русскими 1.0 и отличают от других европейцев. Например, политическая глупость. Самая большая политическая глупость в истории Старой России, а именно февральская революция, завершившая ее существование, была совершена при почти поголовном одобрении со стороны Русских 1.0.

Разумеется, в характере Русских 2.0 можно найти и однозначно-негативные свойства, отличающие их и от Русских 1.0, и от современных европейцев. Большевики подавили гражданскую и частную инициативу, разрушили нормальную ткань социальных связей, атомизировали общество, насадили социофобию, свели до нуля способность к солидарному гражданскому поведению. Но критика со стороны воображаемых «Русских 1.0» обычно направлена совсем на другие «недостатки». Например, на эгалитаризм и требование социальной справедливости. Нередко этот дискурс используется для нотаций в духе «мы украли, а ты не завидуй», «быдло должно знать свое место», «настоящий русский должен молиться и работать на нас бесплатно» и т.д. Дискурс «перворусских» весьма часто используется на службе у вполне «второрусской» по своим инстинктам социопатии и «быдлофобии». Особенно любят его прямые потомки большевистских «элитариев», - тех, кто в свое время истребил Русских 1.0 и проводил социальные эксперименты над предками Русских 2.0.

http://kornev.livejournal.com/259604.html

Для прочтения статьи нажмите на треугольник справа

Можно сколько угодно рассуждать, что при царях модернизация прошла бы еще более успешно и без жертв, однако факт налицо: русский человек в мир Модерна вошел, ведомый за ручку большевиками, как «приемными родителями». И естественно, эти родители вложили кое-что от себя. Это «кое-что», будучи впитано вместе с Модерном, обратной отфильтровке уже не поддается. Тот факт, что трансформация крестьянской массы в тип современного городского человека была проведена «грубыми советскими методами», уже никак не изменишь.

Большевики не только ввели русские массы в Модерн, но и серьезно поработали над самой «русскостью». В советскую эпоху нацбилдинг проводился не только над украинцами, татарами, киргизами и т.п., но и над русскими. Русские как этническая группа «доделывались» уже в СССР (статья ниже). До революции русские - это не этнос, а прото-нация, причем большая часть крестьянского населения в эту нацию была включена лишь поверхностно, оставаясь на положении «славяно-православного субстрата». Последующая «этнизация» русского пост-крестьянства была проведена по советским лекалам, в рамках советской системы образования.

Статья - как русских сформировали в СССР

1. Актуальное «определение» русских В последнее время стали модными разговоры о русских как о «чистом листе», о «просто метке», содержимое которой еще должны примыслить «премудрые пескари». Одни хотят записать в русские все население России, другие – наоборот, выделить неких «чисто русских», исходя из своих сугубо интимных концепций, малопонятных большинству. Однако при всех стенаниях о «недостроенности» русской нации, о необходимости для нее «проектного наполнения», было бы неправильно представлять ее в виде «табула раза», которую можно заполнить чем угодно. Персональный состав русских уже задан. Процесс строительства русских как нации разворачивается на базе русских как вполне сформировавшей этнической группы. Смиритесь с этой «жестокой реальностью». Если на уровне «верхних», идеологических и политических этажей нации определенные степени свободы еще возможны, то фундамент нации, в виде русского этноса, задан прочно и жестко, и его нужно принимать таким, какой он есть. И хотя в философском плане «каждый вкладывает в понятие "русский" что-то своё, заветное, невысказанное», в материальном плане по поводу этого фундамента никаких разночтений нет и быть не может, если только людей специально не запутывают демагоги и провокаторы.Попытки представить русских как некое «открытое множество», нечто «находящее под вопросом», «не имеющее четкого определения и границ», не учитывают важной трансформации, произошедшей с 1917 по 1991 год. А именно того, что в советское время произошла необратимая «этнизация» русского. В течение трех поколений русская идентичность осмысливалась как сугубо этническая и записывалась в паспорт, наряду с другими этническими идентичностями. Русские сегодня – это «Русские 2.0». Специфический советский «нацбилдинг» был произведен не только над народами союзных и автономных республик, но и над русскими, чего многие не видят или не хотят понять. Три поколения русских смотрели на себя не как на «общероссийскую гражданскую нацию», а именно как на «этническую группу», вполне конкретную, ощутимую, «посчитанную», записанную в различные государственные реестры. И этого уже никак не отменить, не исправить. На фоне этой железобетонной реальности странно выглядят вопросы «А кто есть русские?» «А как отличить русского от нерусского?». Все просто до крайности: русские-великороссы - это потомки людей, у которых в советском паспорте было написано «русские».Эту свершившуюся этнизацию русского мы никак не можем исправить или отменить. Мы можем лишь дать ей некоторую осмысленную интерпретацию. Русская запись в советском паспорте – это не просто «бюрократический факт», она имеет важное смысловое наполнение. Русские - это те, сохранил верность русскому имени в эпоху гонений на все русское, когда все остальные записывались кто в украинцы, кто в молдаване. Русские – те, кого комиссары, при всех стараниях, не смогли соблазнить бегством в альтернативную этническую идентичность. Русские - те, кто не отрекся, когда русскую интеллигенцию расстреливали и сажали в тюрьмы просто за слова «Я русский, и этим горжусь» (как было в 20-30 гг.). Все нестойкое, все вторичное и сомнительное при этом из русских отсеялось, остались те, для которых русское имя – нечто неотделимое от самой личности, то, что дороже всего на свете. Русская запись в советском паспорте в чем-то аналогична клейму на запястье узника Освенцима, попавшего туда из-за своего горделивого, неотчуждаемого еврейства.

Это испытание продолжается и сегодня, когда на русских снова – гонение, когда, как и 70 лет назад, человека пытаются привлечь к суду за фразу «Я – русский!». Те потомки советских русских, кто не отсеялся в 1991-2011 гг., – это «русские в квадрате».

Итак, персональный состав русских задан жестко и на столетия вперед: это потомки тех представителей гражданской нации Российской Империи, кто на протяжении 1917-1991 года сохранил верность Русскому Имени, о чем свидетельствует запись в советских документах, и кто сегодня не имеет и не ищет для себя альтернативных идентичностей. Советские русские, не имеющие «дополнительных этнических вариантов», - это и есть те самые «чисто русские», которых кто-то безуспешно пытается вычислить посредством «измерения черепов». Это люди, которые доказали свою русскость на деле, в эпоху чудовищных испытаний, когда остаться русским – значит, превратиться в объект эксплуатации чуждой империи, за счет которого кормятся чужеродные элиты и окраинные народы.

Конечно, определенная степень свободы есть и в этом случае. Как и у любого другого этноса, у русских есть «толстая этническая граница - люди со смешанным происхождением, «альтернативно русские» (особенности этой группы я разобрал ранее). Есть родственные этнические группы – украинцы и белорусы, которые воспринимаются как «почти русские» и переход из которых в великороссы не слишком труден и не возмущает русское большинство. Есть немногочисленные потомки эмигрантов первой волны, все еще сохраняющие дореволюционную русскую идентичность (у них, по понятной причине, не могло быть записи в советском паспорте). И на этом все: в русские, как и в любой другой этнос, можно «войти» только путем брачных связей и метизации в течение нескольких поколений.

2. Глубокое историческое легендирование Историческое легендирование - важнейшая часть этнического самосознания. При желании, его можно продолжить вглубь истории, не ограничиваясь рубежом начала XX века. Это важно, потому что противники русских тоже не останавливаются на этом рубеже и в своих построениях доходят чуть ли не до Адама и Евы.

Любой народ существует ровно в той степени, в какой он сам верит в свое существование. В этом смысле отрицатели реальности русских занимаются производством «перформативных высказываний», смысл которых – не «описать реальность», а изменить содержимое умов, и тем самым – изменить реальность. Давайте отбросим этот демагогический бред и поговорим о русских не как о «проекте нации», а как о реально существующей этнической группе, которая сознает себя таковой, и на базе которой только и может быть создана русская нация.

Дабы нас не упрекали в предвзятости, возьмем за основу самое незатейливое определение этноса, выстроенное не в «специальном националистическом» ключе, а в традициях советской марксистской школы.

«Этнос, или этническая общность, есть совокупность людей, которые имеют общую культуру, говорят, как правило, на одном языке, обладают общим самоназванием и осознают как свою общность, так и свое отличие от членов других таких же человеческих групп, причем эта общность чаще всего осознается как общность происхождения». (Ю.И. Семенов «Философия истории»):

Обратим внимание, что для этнического самосознания важна не сама по себе «общность происхождения» (некий научный факт), а ее осознание, отражение в мифологии этноса. С точки зрения этнической идентичности, не важно, что там было на самом деле. Важно, как это отражается в сознании людей. Скажем, для древних римлян крайне важным «историческим фактом» было то, что Ромул и Рем выкормлены волчицей. Понятно, что строить самосознание народа на заведомой лжи не следует, но опираться на факты и интерпретации, в отношении которых у историков нет стопроцентной уверенности, вполне допустимо. Собственно, у ученого-историка и не может быть «стопроцентной» уверенности в фактах достаточно отдаленного прошлого: это для него вопрос исследования, а не веры.

Важный момент: дата начала этнической истории – это тоже элемент этнического самосознания и легендирования. Историки могут говорить что угодно, но этнос сам решает, с какого момента мы признаем людей «уже своими». И если мы интуитивно считаем своими - русичей Древней Руси, то никто нам этого не запретит, объективных критериев тут нет. Быт, привычки, даже языки народов серьезно меняются со временем, и это ничего не значит в плане преемства. Если взять француза и немца из XVII века, то они по большинству критериев будут значительно ближе друг к другу, чем каждый - к своим потомкам.

В отношении начала русской этнической истории тоже существует множество демагогических спекуляций. Тот факт, что любой народ существует не со времен питекантропов, а образовался из каких-то народов-предшественников, многие интерпретируют в том смысле, что русских и сегодня нужно трактовать как «многоплеменный сброд». Но рождение этноса – это не механическое смешение, а синтез. Причем исходное состояние и движущая сила этого синтеза не столь важны. Верна ли славянская или германская версия этногенеза руси, не имеет значения. Крупные этнические группы обычно являются наследниками определенных политических процессов. Из множества мелких групп и осколков создавалось государство, княжество, полития, ее подданные постепенно оформлялись в нечто единое и похожее, проникались чувством солидарности, и в течение поколений «гражданская нация» постепенно трансформировалась в этническую общность. При этом конец государства-«матки» совсем не обязательно означал конец этой этнической группы. Напротив, эта сложившаяся общность часто начинает жить собственной жизнью, нередко – на протяжении столетий и тысячелетий, может создавать для себя новые политические образования.

Начнем ab ovo. Есть такая сто раз обсмакованная русоедская тема, как «русские – всего лишь прилагательное». В русском, как и во многих других европейских языках, национальное самоназвание является прилагательным. К примеру, итальянец - italiano - «итальянский», испанец - español - «испанский», даже англичанин - «englishman» - «английский человек», а не какой-нибудь «англ». Существует множество изощренных построений, доказывающих на этом основании «второсортность» русского этноса и, по-видимому, всех остальных великих европейских наций, по сравнению с какими-нибудь кровнородственными архаичными племенами.

Возьмем, к примеру, французов. Француз = français = «французский», буквально = «франкский». Получается, что гордые галлы называют себя «франкскими» и не стыдятся того, что тем самым публично обнажают факт завоевания своих предков (галло-римлян) «бошами»-франками? Причина, видимо, в том, что франкские короли впервые сделали «Галлию» единой суверенной державой, отразили натиск ислама, позволили дезориентированному населению древней Галлии преодолеть межплеменные распри и оформиться во что-то великое. Французы это помнят и не хотят отказываться от этого значимого периода своей истории. Français, «франкские», по сути и означает: «потомки франков и тех, кого франки превратили в великий народ».

То же самое с Русью: самоназвание «русский» отсылает нас к историческим «русам» (кто бы они ни были – скандинавы, скифо-арийцы, славяне), которые впервые объединили отдельные (не только славянские) племена в единое целое. Можно расшифровать «русский» как «подданный руси», «союзник руси». Если попытаться восстановить «археологию» этого слова, то «русские - это потомки исторических русов и тех, кого русы объединили в единый народ». Другими словами, в самоназвании уже заключена историческая доктрина.

На первый взгляд, это капает на мельницу людей, заявляющих, что русские – «порождение Империи». На самом деле все сложнее и интереснее. Этноним «русские», «русичи», «русины» в качестве самоназвания применительно к большей части ареала Древней Руси стал распространяться только с конца XIII века, когда единая держава уже два века как распалась, а ее обломки были завоеваны и подчинены, с одной стороны, Ордой, с другой стороны, Литвой. Самоназвание «русские» или «русины» потому и стало актуальным, что не было иного имени, чтобы назвать наследников этой распавшейся «гражданской нации». В «Повести временных лет» (начало XII века, когда страна была еще единой) «русские» - это еще не этноним. Слово «рускый» употребляется только как определение, а не как этноним («русские товары» но не «русские люди»). Собственно, там нет ни «русов», ни даже «русичей». В качестве этнонимов мы там найдем «русь» как название племени (в женском роде) и «русинов», когда речь заходит об индивидах.

Даже такой известный памятник общерусского самосознания, как «Слово о полку Игореве», относится к эпохе, когда единство державы было сугубо номинальным, а регионы уже столетие воевали друг с другом. Называя себя «русичем» в ту эпоху, человек фактически отсылал к «золотому веку» ушедшей Новгородско-Киевской Руси и подчеркивал важность общерусского единства: «я не вятич, не мурома, не словен, чья кровь, возможно, течет в моих жилах, а наследник державы русов, которые нас всех когда-то объединили и сделали единым великим народом. Я помню об этом и считаю важным общерусское единство». Не случайно, что важнейшая по смыслу часть «Слова» - это перечисление князей из всех уголков бывшей единой русской державы и перечень сил, которыми они располагают.

Историки полько-литовско-украинской ориентации пытаются увидеть раскол единого русского поля чуть ли не с XIV века, искусственно противопоставляя «русинов» ВКЛ – русским подданным Москвы, «московитам». На самом деле Литва и Москва долгое время воспринимались всего лишь как разные династические центры, претендующие на единый ареал Руси. Обитатели этого пространства, русские-русины, вовсе не осмысливали московско-литовскую границу как «этническую». Да и «граница» эта включала в себя чуть ли не половину страны, отдельные области которой (Новгород, Псков, Тверь, Смоленск, Брянск, Рязань) на протяжении XIV-XV вв. склонялись то к одному, то к другому центру. При этом элиты обоих образований были породнены, аристократы спокойно переходили с одной стороны на другую, нередко – вместе со своей землей и народом. К примеру, в ходе войны 1500-1503 гг. от ВКЛ, ведомая своей аристократией, отделилась третья часть территории (включая Чернигов) и преспокойно перешла на сторону Москвы. Понятно, что ни о какой ощутимой этнической границе на тот момент даже речи идти не могло.

Итак, русские, если следовать логике этнонима, это потомки «общегражданской нации» Новгородско-Киевской державы, начавшей осознавать себя как единый народ уже после уничтожения этого государства. И закрепился этот этноним именно как память об утраченном единстве, как спохватывание «задним числом», как фантазия, символ, надежда на будущее. Именно из этой надежды вырос второй виток общерусского единства – Московское государство. Как известно, концепция «собирания исконных русских земель» была ключевой в политике московской экспансии. Конечным результатом этого порыва стало государство Россия. А значит, применительно к нему, не «государство породило этнос», «навязало всем общую этничность», а этнос, оставшись «без крыши над головой», собрал свои силы и воссоздал в конце концов новое государство. Т.е. в «споре между курицей и яйцом» первыми являются все-таки русские, как этнос, а Россия – вторична, является результатом их замысла и труда. Не Империя является творцом русских, а русские являются творцами Империи. И, подобно гоголевскому герою, могут воскликнуть с полным правом: «Я тебя породил, я тебя и убью!» Русские остаются, а империи приходят и уходят, - но, конечно, не бесследно...

Московско-Петербургская Империя сформировала второй слой русского и закрепила его в таких бессмертных продуктах, как русский литературный язык и русская классическая культура XIX – начала XX века. Таким образом, к 1913 г. добавился новый слой в «начинке» этнонима. «Русские - этнос, сложившийся из тех потомков Новгородско-Киевской Руси, которые в ходе своего исторического развития создали Российскую Империю, великий русский язык и великую русскую культуру».

Заметим, что Романовы, как создатели и модернизаторы Российской Империи, весьма органично смотрятся именно как хранители преемственности от старой Руси – к новой России. Романовы – выходцы из Пскова, который менее всего был затронут татарским влиянием и дольше всех хранил традиции Новгородско-Киевской Руси. С приходом Романовых к власти, «московско-татарский» уклон в новом общерусском государстве был постепенно преодолен, оно постепенно возвращается на европейскую колею.

Уже по этой причине Российскую Империю следует рассматривать не как «тюрьму народа», а как «личинку» будущего русского национального государства. С 60-х гг. XIX века эта личинка уже доросла до стадии куколки, увеличивались гражданские права населения, развивались программы по народному образованию, шла быстрая эволюция Империи в сторону парламентской конституционной монархии с тотальным доминированием русского населения, осознающего свое единство. Но произошел сбой.

1917 год разрушил «куколку» Империи, когда «бабочка» нации внутри еще не успела сформироваться. Образованный класс был изгнан и уничтожен, русские потеряли собственную государственность и надолго стали марионеткой в чужих экспериментах. В советское время произошло «урезание» русских до «этнических великороссов», тогда как две другие ветви единого народа – малороссы и белорусы, - стали официально трактоваться как отдельные нации, и постепенно привыкли считать себя таковыми. Это дает нам новую поправку к древнему этнониму. После 1991 г.,

«Русские - этнос, сложившийся из тех потомков Новгородско-Киевской Руси (и смешавшихся с ними), которые в ходе своего исторического развития создали Российскую Империю, великий русский язык и великую русскую культуру, а затем, в советскую и постсоветскую эпоху, сохранили верность Русскому Имени».

Именно этот смысл имеет русская запись в паспорте СССР.

В сущности, мы здесь ничего не изобретаем, а лишь немного упорядочиваем историческое легендирование русского, в основе сформировавшееся еще в XIX веке и закрепленное позднесоветской исторической школой. Это и хорошо: не требуется масштабного «переформатирования», которое наверняка приведет к расколу. В этой старой доброй концепции особенно хороша «кумулятивность»: можно обращаться и к опыту Новгорода, и к позитиву Петербургской империи, и даже советскую эпоху не нужно отбрасывать целиком. В то же время Империи здесь указано ее место: не «мать» русских, а лишь инструмент, временная форма. В отношении к советской эпохе тоже включен серьезный фильтр: позитивное значение в ней имеет только то, что каким-то образом «сохранило верность русскому имени».

Другая важная особенность: это историческое легендирование адекватно интуитивно ощущаемой нами границе между этнически русскими и другими народами России. Оно не включает в русские «посторонние» этнические группы (в полном их составе), поскольку те народы, которые включены в Россию уже в эпоху Московского Царства и далее, остаются при своем праве. Интегрируя в русское все достижения эпохи Романовых, мы, тем не менее, зачисляем в «этнически русские» не все население Российской Империи, а лишь тех, чьи предки (большая их часть) восходят к ареалу бывшей Киевской Руси, и кто в советское время не отрекся от русского имени. При этом не имеет значения, были они до Новгородско-Киевской эпохи восточными славянами, финнами или представителями литовских племен. Применительно к той эпохе, русские у нас еще не этнос, а «гражданская нация». Поэтому у нас не происходит «широпаевского экстрима» с «деконструкцией» русских и возвращением к племенным союзам кривичей, вятичей и т.п.

Это определение также включает в русские всех, кто за много поколений сроднился и смешался с потомками Новгородско-Киевской Руси до степени неразличимости, забыл о своей альтернативной идентичности и не поддался на соблазн «разрусения» в советскую эпоху. Таким образом, не нужно записывать в русские всех татар целиком, но не требуется и «скрести» русских, выискивая татарские корни, актуальные много столетий назад.

На что здесь еще следует обратить внимание? В истории не было такой эпохи, когда самоназвание «русские» совпадало по значению с «гражданской нацией» какого-либо государства и было определяемо именно этим «общегражданским» смыслом. Единственное государство, которое могло бы на это претендовать – Новгородско-Киевская Русь – распалось еще до того, как обрел актуальное значение этноним «русские» и связанные с ним смыслы. Для всех последующих государственных конструкций этнос – первичен, государство – вторично. При этом, разумеется, нельзя отрицать, что существовавшие на русской земле государства серьезно повлияли на развитие этноса, как в хорошую, так и в плохую сторону.

Наконец, в этом историческом легендировании есть задел и на будущее. Важно, что из трех братских народов «русский» вычленяется не по генам и даже не по культуре, а по своему отношению к общерусскому единству, к русскому языку и русской классической культуре. Для значительной части белорусов и украинцев «переход в русские» возможен не путем долгой ассимиляции, как для других народов, а путем волевого политического решения – «денонсации» отречения, навязанного советской эпохой. При этом не требуется отрекаться от своих малороссийский или белорусских корней, забывать местный диалект и культуру. Просто нужно считать это региональными вариантами русской нации.

Краткое резюме:

«Русские» - это не «пустой знак», под который можно подвести что угодно, а жестко определенная и документально удостоверенная этническая общность. Решающими для «этнизации» русских оказались советские десятилетия, когда русских на государственном уровне определили как этнос, в ряду других этносов, и переписали персонально, вплоть до каждого отдельного человека. «Русские по советскому паспорту», то есть те бывшие граждане Российской Империи, которых большевикам не удалось склонить к убеганию в альтернативные идентичности, это и есть «настоящие русские». Русский с 1917 года – тот, кто не отрекся от русского имени в эпоху советских и постсоветских гонений. Это историческое легендирование можно довести вглубь, вплоть до Киевской Руси.

http://kornev.livejournal.com/274874.html

Для прочтения статьи нажмите на треугольник справа

Дело даже не в том, что «совки» добавили в русскую идентичность что-то свое, а в том, что значительная доля собственно «русского» была включена в этническую идентичность в советском дизайне. Рассматривая ту или иную характерную черту современных русских, сложно понять, откуда это: то ли это следствие советской обработки, то ли это исконный русский элемент, лишь слегка искаженный «совком», то ли это элемент «совка», преображенный и обезвреженный «русским духом». Многое из того, что в СССР преподносилось как «советский идеал», было органично воспринято русскими именно как «русский идеал». Причем эти «советские идеалы» сами по себе нередко были заимствованы из дореволюционной русской культуры.

На самом деле русская культура и русская интеллигенция еще до большевиков были в значительной степени «советскими», имели сильный демагогический левый крен (это хорошо показал Галковский в «Бесконечном тупике» и других своих текстах). Не случайно русские классики так органично вписались в советский школьный канон. Вспомним, что в 1917 году русское образованное общество радостно рукоплескало свержению Монархии. У истоков февральской революции стояли не только представители российской элиты и высший генералитет, но и члены дома Романовых.

Даже РПЦ пела здравицы Временному Правительству и праздновала освобождение от «гнета». Пресловутые «советы» были созданы отнюдь не большевиками, и те в них поначалу даже не имели большинства. В Учредительное Собрание были всенародно выбраны преимущественно эсеры, левые террористы, тогдашние «Басаевы и Хоттабы», которые в предшествующий период отнюдь не брезговали насилием, убийствами. Их лидер Чернов, избранный председателем Учредительного Собрания, ранее планировал покушение на царя. Россия и без большевиков катилась к левому авторитарному «прогрессизму», причем всенародно, а не только велением особенных злодеев.

«Советчиной» так или иначе России пришлось бы переболеть, пусть и не в такой острой форме, как при большевиках. Кстати, неплохо бы определить само понятие - «советский», «советчина». Многие употребляют эти слова просто как синоним «всего плохого», «всего, что мне не нравится». Это как с «фашизмом», «нацизмом»: мучает человек котенка, его и назовут «фашистом». Но Муссолини с этим не согласится. А Гитлер так вообще любил животных. Я бы отделял «советское» как некую форму аберрации сознания (левый авторитарный прогрессизм управленцев-дилетантов) от «большевизма» как террористической практики. В этом смысле Учредительное Собрание 1918 года по духу своему было вполне «советским». Эсеры Чернова были вполне советской партией. Если бы эсеры перебили большевиков, то зверств в будущем было бы на порядок меньше, но страна, победившая большевизм, все равно осталась бы «советской» и была бы таковой много десятилетий. Победа Хрущева и Брежнева над сталинистами - это победа «советчины» над «большевизмом».

«Советчина» - это не внешняя инфекция, а определенный этап развития самого русского сознания, нечто вроде трудного возраста у подростка. В этом смысле от советчины нельзя «отмежеваться», ее можно только перерасти. Возраставшая под отеческим попечением Доброй Монархии русская нация в определенный момент ошибочно сочла себя «уже вполне взрослой», попала под влияние «плохой компании», пошла куролесить, хулиганить, бить и получать в морду, поджигать собственный дом по наущению «добренького дяди с леденцом». Помните, был такой плакат в рамках социальной рекламы, от лица улыбающегося детдомовца: «Я обменял свою квартиру на классный видеомагнитофон». Вот это как раз про нас.

Народ решил, что «сам с усам» и пошел учиться исключительно на собственных ошибках, а не на чужих, как умные люди. Но выходом из этой ситуации может быть только взросление, а не возвращение «назад в детский сад». Ведь что по сути предлагают «необелые»? Стать в инфантильную позу: «Я не виноват, меня жЫды проклятые подучили. А сам я – белый и пушистый». Путь к взрослению совершенно иной: нужно извлечь полезные выводы из своего негативного опыта. Раз уж этот «опыт, сын ошибок трудных», все равно накопился, то самой большой глупостью было бы «стереть память» об этом, как о некой «чужой истории», и пытаться жить «с чистого листа». Потому что как раз в этом случае весьма вероятен рецидив прежних ошибок.

История советской власти крайне важна и актуальна для нас, потому что это история нашего русского взросления и поэтапной европеизации. Безусловно, с точки зрения русской элиты начала XX века, «советчина» - это кровавая азиатская примитивщина, сплошной регресс. Но для основной массы русских крестьян «осовечивание» являлось первым шагом на пути к европеизации. Вместе с ростом и развитием этих крестьян в сторону Города и Европы, постепенно улучшалась, взрослела, европеизировалась и сама советская власть. И когда совсем повзрослела и подобрела, то закончила, по сути, самоупразднением. В этом – тонны назидательности.

«Необелым» следует учитывать, что большинство современных этнических русских по большинству предковых линий восходят к дореволюционным крестьянам, а не к дореволюционным образованным русским («русские 1.0»). Ничто не препятствует им относиться к русским 1.0 прохладно и критически. Отождествлять себя с русскими 1.0 они могут лишь в рамках ролевой игры. Для «посткрестьянина» выражение «Россия, которую мы потеряли», остается абстракцией, он нутром чувствует, что его собственные предки в это «мы» не входили. Для «русских 2.0» история началась только в феврале 1917 года, когда «русские 1.0» по сути похоронили сами себя, убили своего Гаранта.

При этом отношения крестьян и советской власти нельзя назвать более антагонистическими, чем отношения крестьян и дворянской власти. С одной стороны, 40-летний период голодомора, коллективизации и выжимания соков из крестьянства, миллионные горы трупов, с другой стороны - два с половиной столетия крепостного права. Да, крепостное право в конце концов отменили «сверху» сами же дворяне, - ну так и положение крестьян в последние десятилетия советской власти значительно улучшилось, опять же по инициативе «сверху».

Советский прессинг на крестьянство искупался широко открытым социальным лифтом для крестьянской молодежи. Современные русские горожане, включая средний класс, - продукт работы этого социального лифта. Конечно, первое время это был «лифт по трупам», и ничего хорошего в этом нет. Но уже с 50-х гг. человек со способностями и трудолюбием мог сделать приличную карьеру вне партийного и карательного аппарата. Людям не просто открывали дорогу к росту, их буквально пинками заставляли расти над собой. Все сколь-нибудь талантливое и дееспособное в русском народе в 50-80 гг. тщательно разыскивалось и пристраивалось к делу. В этом, кстати, одна из причин деградации русской деревни в хрущевско-брежневские времена: она просто не успевала воспроизводиться.

Несомненно, царская индустриализация тоже включила бы мощный социальный лифт (да он уже и начал работать с конца XIX века). Но это снова «альтернативная история». Вы благодарны тому, кто реально открыл вам дверь, а не тому, кто, теоретически, сделал бы это в иной реальности, пусть даже этот реальный – чумаз и зверообразен, а тот воображаемый – чисто выбрит и одет по моде. Кроме того, социальный лифт в большевистском исполнении более соответствовал гордой и самолюбивой природе русского человека. При царях по этому лифту пришлось бы «идти по стеночке» под внимательным присмотром Взрослых. Новичку-Смердякову кололо бы глаза сравнение себя сермяжного с совершенными интеллигентами в 10-м поколении. Поэтому народ безразлично отнесся к тому, что их всех убили.

Много написано о роли евреев и кавказцев в революции 1917 года, но у истоков советской истории стоит прежде всего собственный русский «праздник непослушания». Сначала русская образованная публика сочла, что «без царя в голове» жить будет приятнее и веселее. Потом, глядя на них, русская крестьянская масса сделала вывод, что «Образованные господа больше не нужны, нет в них прока. А нужен будет грамотный – так кликнем жЫдов и грузин. ЖЫд - он тем хотя бы хорош, что смешон и нелеп, не вызывает у нас, помимо воли, унизительного внутреннего благоговения. И зависти такой жгучей не вызывает, ибо он – Другой, а не мое собственное в 100 раз более совершенное подобие. Мне комфортнее будет видеть наверху рябого грузинского уголовника, который мне – никто, и которого я имею полное право презирать, чем Истинного Господина, предки которого 200 лет секли моих дедов на конюшне».

Это не «жЫды и грузины обманули крестьян», а крестьяне, не забывшие про 200 лет крепостного права, по своей детской наивности сочли, что замена собственной элиты на приблудных уголовников - замечательно умная мысль. Можно сказать, что русскому крестьянскому большинству «помогли» сделать этот выбор, «подтолкнули» к нему, но тем не менее оно его сделало. Чтобы поумнеть, русским пришлось целое поколение повариться в кровавой каше. Однако все же поумнели, причем сразу по всей советской вертикали власти (маньяк Сталин ведь не случайно истребил русскую группировку Вознесенского).

Еще раз акцентирую этот важный момент: смешивание в одну кучу эпохи Террора и Фарша с эпохой Созидания и Прогресса, – это злобный троллинг, имеющий целью, с одной стороны, оправдать террористический ленинизм-сталинизм, а с другой - завиноватить в нем добропорядочных русских людей, испытывающих ностальгию по благоустроенному государству 60-80-х гг. В ходе этого троллинга поклонники брежневского СССР вынуждаются защищать сталинизм, а ненавистники Сталина - отрицать успехи людей, которые лично уничтожили Сталина и Берию, и преодолели их террористическое наследие. На самом деле речь идет о двух разных режимах, и чуть ли не о двух разных странах. Одной страной правил грузин, другой - славяне, и разница налицо.

Эпоха террора и беспредела должна осуждаться с плевками в лицо. Любой человек, который оправдывает ленинский и последующий сталинский террор против русских, достоин презрения, - причем не как «совок», а как моральный дегенерат. Но спокойное, умеренно-позитивное отношение к позднесоветской эпохе, является не только простительным, но и органичным для современного русского. Русские сумели вырваться из ленинско-сталинского ада и даже на гнилой коммунистической почве за 1 поколение построили относительно приличную страну, где было комфортно жить.

Подвожу итоги. Нужно принять как неизменную реальность: «50-градусная советскость» из русских теперь никуда не денется, а будет воспроизводиться из поколения в поколение, впитываясь с молоком матери. Пройдет 10 000 лет, и выжившие к тому времени русские все так же будут на 50% советскими. Галковский однажды хорошо объяснил, что ломать национальные привычки – глупая и бесперспективная затея. Нужно научиться использовать во благо народа как его хорошие, так и его плохие качества. Для компенсации совсем уж фатальных недостатков – придумать какие-нибудь «протезы», паллиативы. Но попытка вырезать из личности «50% совка», как и попытка «осоветить» оставшиеся 50%, в большинстве случаев приведет к «разрусению». Далеко не случайно, что наиболее непримиримые «антисоветчики», как и наиболее упертые «советоиды», на практике почти всегда оказываются «русофобами».

К слову, «русофобия» может маскироваться «быдлофобией на страже Незамутненной Русскости». Давно замечено, что абстрактные гуманисты (большевики, к примеру) в отношении конкретных людей нередко оказывались злобными каннибалами-человеконенавистниками. Так же и поклонники «Незамутненной Русскости» обычно пылают ненавистью к реальным русским. Иногда это доходит до настоящей шизофрении. Например, один и тот же человек в одном тексте пишет, что «нас, русских, 80%, поэтому давайте нам власть в стране», а в другом тексте отмечает, что большая часть из этих 80% для него – не русские, а «тупая совковая быдломасса, подлежащая утилизации». Само различение «истинно русских» и «совков», когда оно применяется к этническим русским, является злобным троллингом. И глупостью, поскольку навязывающие это различие сами являются такими же 50%-ными «совками», как и все вокруг. Я уже давно заметил: ходы мышления «необелых» радикалов, оправдывающих крепостное право, до смешного похожи на дискурс сталинистов, оправдывающих Террор и Гулаг.

http://kornev.livejournal.com/371001.html