Сбив российский СУ-24, Эрдоган пытается  позиционировать  себя  как нового лидера суннитского мира и защитника всех мусульман от иноземной агрессии. То есть речь уже идет не только о претензиях на некое восстановление «Неоосманской империи» (пусть части ее и будут сохранять формальную независимость и контролироваться Турцией через финансовые и экономические рычаги), но и  претензиях Эрдогана  на пост халифа.

2 ноября после победы на внеочередных выборах Эрдоган посетил мечеть Эюп Султана и совершил в ней намаз благодарности. Известно, что именно в этой мечети правители Османской империи (по совместительству они были халифами – то есть  имамами всех мусульман, хранителями и исполнителями  законов Аллаха на земле) перед восхождением на престол совершали специальный ритуал.

По сообщению турецких СМИ, депутат правящей Партии  справедливости и развития    Фуат Озгюр в своем аккаунте в Twitter в ответ на заявление главы курдской партии HDP Демирташа «Уважаемый Эрдоган! Мы не допустим, чтобы вы были правящим президентом!» написал: «Говорили, что Эрдоган даже мэром при нас не будет. Он был премьером, стал президентом. Так будьте же готовы – халиф Эрдоган идет!». Вряд ли такие претензии Эрдогана приводят в восторг Эр-Рияд,  точнее правящей в Саудовской Аравии (КСА)  династии саудитов. Именно они на протяжении  многих десятилетий, опираясь на средства полученные от продажи нефти, претендовали на лидерство в мусульманском мире, прежде всего среди суннитов. Казалось бы 2015 год – это пик сотрудничества Анкары и Эр-Рияда, прежде всего в вопросе свержения режима Башара Асада в Сирии.

Весеннее наступление Джейш-аль-Фатх в Идлибе  (как и создание этой объединенной  салафитской группировки) стало возможно только после договоренностей Турции и КСА.

При этом Турция взяла на себя всю военную составляющую (включая и поддержку боевиков Джейш-аль-Фатх артиллерией со своей стороны  во время захвата Идлиба),  КСА - финансовую. 22 октября 2015 года в Анкару с официальным, но не анонсированным заранее визитом прибыл начальник Генштаба вооруженных сил КСА генерал Абдурахман Бин Салех аль-Беньян. Визит указывает на наращивание военного сотрудничества между Эр-Риядом и Анкарой. Ни в Эр-Рияде, ни в Анкаре не сообщили  о повестке этого  визита. Беньяна встретил его турецкий коллега генерал Хулуси Акар.  Без объявленной повестки и так ясно, что высшие военные чины Турции и   КСА обсуждали вопросы и дальнейшие шаги  по свержению режима Башара Асада  и противодействию операции российских ВКС в Сирии.

Казалось бы, сотрудничество Анкары и Эр-Рияда  на антироссийской почве может стать определяющим трендом для политики  этих двух мусульманских государств. Но так ли все просто?

Многие арабские наблюдатели начинают говорить о серьезных расхождениях  в позициях Турции и КСА по будущему Сирии после предполагаемого ими   свержения режима Башара Асада.

Эр-Рияд видит послевоенную  Сирию,  прежде всего, своим фактическим протекторатом при ведущей роли ваххабизма среди сирийских суннитов.

Анкара при Эрдогане явно делает ставку на неосманизм  и по этой теории Сирия - неотъемлемая часть бывшей Османской империи со всеми вытекающими последствиями.

В турецких СМИ все чаще появляются напоминание о том, что до 1918 гола (то есть меньше 100 лет назад) нынешние территории КСА были лишь одной из провинций империи Османов. Очень осторожно, если не сказать враждебно, КСА  относится и к диалогу  Турции с Ираном , основным своим противником в регионе.   В Эр-Рияде очень сильны опасения, что,    воспользовавшись  саудовскими финансами , которые сейчас идут в основном на закупки оружия для боевиков различных салафитских групп в Сирии, Анкара может не очень деликатно отодвинуть своего бывшего союзника от раздела наследия Асада (хотя далеко не факт, что этот режим падет).

И наконец религиозные разногласия между Эрдоганом и  саудитами.

Об этом аспекте не пишется почти ничего. Как известно, Реджеп Тайип  Эрдоган имел самое непосредственное   отношение к деятельности секты «Нурджулар». Турецкая религиозная секта «Нурджулар» основана после Первой мировой войны муллой, курдом по национальности, Саидом Нурси, проповедовавшим установление в Турции шариатского правления. После развала Османской империи и прихода к власти в 1920-х годах светского правительства М.К. Ататюрка деятельность религиозных орденов была запрещена. Действия С. Нурси по пропаганде радикального ислама и созданию законспирированных по суфийскому образцу религиозных ячеек «учеников» шли вразрез с новыми законами, поэтому на протяжении всей жизни он преследовался властями — более 23 лет провел в тюрьмах и ссылках, умер в марте 1960 г.

По многим свидетельствам, Эрдоган примкнул к этой секте в юности  и последователи Нурси  и помогали ему делать политическую карьеру.

В 1970 г. радикальные идеи С. Нурси по установлению шариата активно стал проповедовать имам мечети в Измире Фетхулла Гюлен Хаджи эфенди. В связи с этим он неоднократно привлекался к уголовной и административной ответственности. В соавторстве с другими последователями С. Нурси Ф. Гюлен издал устав «Рисале-и Нур», регламентирующий все сферы жизни адептов, необходимость применения ими мер конспирации.

Многие исламские богословы открыто называют последователей Нурси сектантами, не имеющим отношения к исламу. По своему характеру они очень схожи с обрядами христианской религии. Например,  у тех и других  молитва совершается раз в неделю, одежда почти одинакова.

В свою очередь,  согласно Гюлену и вообще всем последователям движения Нур, рассуждения об исламском государстве являются антиисламскими.

С приходом к власти правительства Р. Эрдогана позиции «Нурджулар» в Турции и на  территории стран проживания мусульманского и тюркоязычного народов значительно усилились. Однако после событий 17 декабря 2013 года, когда сторонники Гюлена попытались свергнуть Эрдогана, отношение к Гюлену и его структуре резко изменилось, секта оказалась под запретом.

Но для саудитов,  последовательно и жестко продвигающим в муcульманском мире нормы ваххабизма – официальной религии в КСА, -  выходец из «Нурджулара»  Реджеп   Эрдоган ничем не лучше алавита Башара Асада. О таком отношении к себе «новый халиф», безусловно, знает.

Все эти факторы , казалось бы, второстепенные и мало упоминаемые, делают турецко-саудовский союз объективно крайне противоречивым и недолговечным. Остается надеться, что российской дипломатии все эти противоречия известны.

http://ostkraft.ru/ru/articles/1738