16 сентября 2014 года лауреат Нобелевской премии мира Барак Обама громогласно объявил "войну Эболе" и отправил в Западную Африку три тысячи американских военных. В отличие от бедной Кубы, которую в этом регионе представляют 165 врачей и санитаров, Обама послал туда солдат с автоматами. Как они могут помочь в лечении жертв эпидемии? Этот вопрос не должен вызывать удивления.

Наблюдение за военной операцией Обамы ведется из района Штутгарта Келли Бараккс (Kelly Baracks — место расположения военной базы США в Штутгарте — прим. ред.). Там находится штаб-квартира AFRICOM — Африканского командования вооруженных сил США, основанного в 2008 году тогдашним президентом Джорджем Бушем. Перед AFRICOM стоит задача воспрепятствовать экономической экспансии Китая в Африке. Поднебесная тихой сапой прибирает к рукам все новые и новые месторождения на "Черном континенте", в первую очередь, в Западной Африке. Именно в этих прибрежных регионах, наиболее сильно пострадавших от эпидемии лихорадки Эбола, под землей скрываются крупнейшие залежи нефти и газа.

Одна лишь Либерия располагает в своих недрах "таким количеством энергии, что ее хватит на удовлетворение потребностей США в ближайшие сто лет", ликовал глава ExxonMobil (Esso) Рекс Тиллерсон (Rex Tillerson) 6 октября 2014 года в штаб-квартире концерна в Хьюстоне (штат Техас). А главное, по его словам, заключается в том, "что их добыча экономически обоснована". Дело в том, что на протяжении долгого времени эти запасы считались недосягаемыми, и потому их добыча считалась "экономически необоснованной". Однако благодаря современным технологиям ситуация изменилась. Поэтому в апреле 2013 года ExxonMobil договорился с правительством Либерии о предоставлении концерну прав на добычу в территориальных водах этой страны.

Также в прошлом году Армейский военный колледж США (US Army War College) опубликовал результаты исследования относительно "бума нефте- и газодобычи" в Африке и соответствующей конкуренции между США и Китаем. Согласно этому документу, Западная Африка "имеет все большее значение для интересов национальной безопасности США" — не в последнюю очередь по причине "огромных торговых и инвестиционных возможностей на этом стремительно развивающемся континенте".

С целью лучшей защиты этих экономических интересов американской армии нужны базы непосредственно на месте событий. Либерия — единственная из африканских стран, которая выразила готовность разместить на своей территории штаб-квартиру AFRICOM. Теперь президент Обама отправил туда воинские подразделения с целью расширения штаба командования объединенных сил (Joint Force Command Headquarters), который должен координировать действия по международной борьбе с эпидемией Эболы. Одновременно это будет первый штаб AFRICOM на африканской территории. "Война против Эболы" дала американцам повод на глазах у мировой общественности построить военную базу в Либерии. Как еще в 1970 году сказал советник по национальной безопасности Генри Киссинджер (Henry Kissinger), "кто владеет нефтью, тот владеет целыми странами".

Больные Эболой как подопытные кролики

Крупнейший владелец генно-модифицированного биоматериала с недавних пор заинтересовался и рынком лекарственных препаратов. Известная своей неоднозначной репутацией Monsanto Corporation из Сент-Луиса (штат Миссури) в 2014 году — то есть одновременно с началом эпидемии Эболы — договорилась с канадской компанией Tekmira, занимающейся исследованиями в области биотехнологий, о получении "лицензии на пользование биоматериалами", принадлежащими этой фирме, о чем можно было прочитать на сайте Tekmira. Эта компания производит генно-модифицированный препарат TKM-Ebola, который якобы "подавляет гены, вызывающие болезнь". Единственная проблема состоит в том, что клинических испытаний этого препарата еще не проводилось. Таким образом, его использование в Западной Африке станет генно-техническим экспериментом на живых людях.

Компания Monsanto благодаря Tekmira стала деловым партнером министерства обороны США. Еще в 2010 году Пентагон предоставил Tekmira 140 миллионов долларов на разработку препарата против Эболы. "В 2013 году сотрудничество было расширено", — сообщает компания далее, утверждая, что благодаря этому был достигнут "значительный прогресс". Иначе говоря, препарат TKM-Ebola разрабатывался совместно с Пентагоном. Какую финансовую выгоду из успеха Tekmira, акции которой обращаются на фондовом рынке, извлекло военное ведомство и его отдельные руководящие сотрудники, неизвестно.

Подобные конфликты интересов встречались и ранее: например, в 2005 году — на пике истерии по поводу "птичьего гриппа" — тогдашний министр обороны США Дональд Рамсфельд (Donald Rumsfeld) заказал для американских солдат совершенно бесполезную вакцину Tamiflu. Казне это обошлось в миллиард долларов. Однако акции фармацевтического концерна Gilead Sciences, разработавшего этот препарат, моментально взлетели в цене, да и сам Рамсфельд, будучи крупным акционером (и бывшим руководителем) Gilead, разом разбогател на многие миллионы.

Обычно на тестирование и вывод препарата на рынок уходят долгие годы, но благодаря вспышке Эболы на это потребовалось лишь несколько недель. Так, фармацевтический гигант GlaxoSmithKline в октябре 2014 года объявил о намерении совместно с Оксфордским университетом и американским Национальным институтом здравоохранения (NIH) вывести на рынок вакцину против Эболы. Предполагается, что уже в конце этого года ее получат десятки тысяч врачей и санитаров. Таким образом, речь будет идти об обязательной вакцинации, "эффективность" и "безопасность" которой сейчас проверяют на себе 60 добровольцев. Это настоящее Эльдорадо для фармацевтических компаний и исследователей, охочих до патентов!

От этого "пирога" кусок побольше хочет отхватить и американское Ведомство по борьбе с эпидемиями (CDC). Оно, кстати, с 2010 года владеет патентом на "разработанный" им самим вирус Эболы под названием EboBun. Согласно патенту, CDC имеет право на отчисления за разработку новых видов вируса Эболы, степень генетического родства которых с EboBun составляет до 70%. По сути, это означает монополию на вирус Эболы.

Американский журналист Дэйв Ходжес (Dave Hodges) писал об этом патенте: "Таким образом, американская правительственная организация CDC может требовать “роялти” на любые виды лечения Эболы, потому что в их основе лежит ее интеллектуальная собственность". Это, конечно, объясняет и то, почему CDC попало в рейтинг коммерческих предприятий, составленный Dun&Bradstreet. Это крупнейшая в мире компания, занимающаяся оказанием информационных услуг в формате Business-to-Business. Ее аналитические материалы помогают инвесторам наиболее выгодно вкладывать свои средства.

Однако и без оценок D&B нетрудно сделать вывод, что чем больше людей заразятся вирусом Эболы, тем более коммерчески привлекательным будет использование медикаментов и вакцин. Если идею обязательной вакцинации удастся продавить (сначала в Африке, а потом и в развитых странах), то на производителей вакцины обрушится нескончаемый "денежный дождь". В начале октября 2014 года доктор Энтони Фоси (Anthony Fauci) из NIH сказал в одном из интервью по поводу положения в Западной Африке: "Вполне возможно, что нам в целях предотвращения дальнейшего распространения эпидемии придется привить все население этих стран". Между прочим, той самой вакциной, которую его работодатель, как уже было упомянуто выше, совместно с GlaxoSmithKline в течение нескольких недель собирается подготовить к выводу на рынок.

Если Эболу удастся победить очень быстро и эффективно, то о потенциальных миллиардных придется забыть. А о том, что такая возможность существует, свидетельствуют даже внутренние документы самого Пентагона. Еще в 2008 году разные отделы министерства обороны проводили опыты с коллоидным серебром и рапортовали по их результатам: нано-частицы серебра нейтрализуют вирусы, провоцирующие геморрагическую лихорадку. По сути, эксперты пришли к выводу, что простые растворы серебра уничтожают вирусы подобно аренавирусам и филовирусам, которые являются родственными Эболе! Тем не менее, Пентагон и американский минздрав до сих пор игнорируют результаты этих исследований и предпочитают инвестировать миллионы долларов в разработку действующих веществ, на которые можно получить патент, потому что только так им удастся хорошо заработать.

Хотя коллоидное серебро на протяжении нескольких десятилетий считается среди специалистов высокоэффективным природным антибиотиком, не имеющим отрицательных побочных эффектов, а многочисленные примеры успешного излечения пациентов говорят сами за себя, ведущие представители медицинского сообщества упорно молчат о нано-серебре, а то и вовсе борются с ним. Потому что оно убивает не только опасные вирусы, но и потенциальные барыши: производство растворов серебра стоит крайне дешево и не может быть запатентовано. Таким образом, с его помощью невозможно заработать больших денег. Кроме того, коллоидное серебро действует быстро и помогает при других инфекционных заболеваниях. Но это не позволяет производителям лекарств надолго привязать пациентов к своим препаратам.

http://inosmi.ru/world/20150611/228519520.html