По первоначальному плану, подписанному год назад в Минске, мир должен был наступить через десять дней. Сегодня не ясно, наступит ли он и через десять лет.

… Нет такого вопроса, который бы год назад мне задавали чаще чем вопрос: «Когда закончится война». Почему его задавали мне, и почему вопрошающие были точно уверены, что я знаю ответ – загадка. Но факт остаётся фактом. Об этом спрашивали беженцы, спрашивали матери, которые увозили детей от войны, отцы, которые везли своих жен и детей с Луганска «к родственникам, в Россию, на пару недель, переждать, когда всё это там кончится …».

Уже позже, в середине лета 2014 года, когда я приехал работать в Донецк – тот же самый вопрос задавали мне и ополченцы и простые жители. И, начиная с апреля месяца 2014 года я всегда и всем отвечал одинаково: «Два года горячая военная фаза - и двадцать лет холодной войны». Люди приходили в ужас, матери стонали, ополченцы понимающе кивали, но вряд ли кто-либо верил в эти прогнозы тогда, в апреле - мае четырнадцатого года. Тогда все верили, что будет как в Крыму – что придут «вежливые люди» и на этом ужас всех этих недель останется лишь как страшное воспоминание. «Нам бы ночь простоять, да день продержаться» - и взгляд в сторону российской границы – далеко ли там Красная Армия?

Вводить российские войска никто не собирался

Не надо думать, что иллюзию скорого решения по крымскому варианту питали лишь люди простые и малоосведомлённые. Из неё исходил Стрелков, занимая свою беспримерную оборону в Славянске и Краматорске, против более чем на порядок превосходящих сил противника (и, похоже, не терял этой надежды до самой своей отставки в августе 14-го). Исходя из этой надежды первые лица Республик не раз писали письма Москве, с просьбами о признании и вводе войск. Но не признавать, ни вводить российские войска никто не собирался.

И тем не менее, уже на тот момент существовали политические оценки и документы которые адекватно описывали реальность, и давали более точные прогнозы развития ситуации.

Позволю себе процитировать некоторые тезисы из довольно объемного документа – «Концепция внешней политики Донецкой Народной Республики и Новороссии на переходный период», который готовился в МИД-е сразу после его образования, в апреле-мае 2014 года и был утвержден 20 мая 2014 года на совещании в Москве, сразу после майского референдума о независимости.

Цитаты мая месяца 2014 года:

«Позиция России, изначально дружественная к ДНР и Новороссии, в настоящий момент находится под сильным давлением со стороны европейских стран и США, которые как в публичной форме, так и в форме приватных предупреждений руководителям России прочертили на карте новую «Линию Керзона», по старой границе бывшей Украины, которая обозначила новую сферу интересов Запада. Пересечение этой границы Россией в любой форме, как военное, так и в форме политической ассоциации с Новороссией, согласно новой парадигме европейской политики США должно повлечь для России тяжелые и непоправимые последствия. При этом основная тяжесть экономических последствий удержания России в прежних границах образца 1992 года, фиксирующие победу в «Холодной войне», возложена Соединенными Штатами на европейские страны».

Хотелось бы напомнить, что значительную долю в публичной полемике образца апреля - мая 2014 года составляли полярные прогнозы: согласно первым. «Москва непременно всё сольёт», согласно вторым, Москва уверенно идёт по крымскому варианту и выполнит публично взятые на себя обязательства по защите населения Юго-востока, («Русские своих не бросают») на что на тот момент существовала просьба «законного и легитимного президента Украины» Януковича, которою предъявили мировому сообществу на Совбезе ООН, намекая, что всё серьёзно.

Но подспудно происходило совсем иное. Снова цитирую документ:

«Реализация целей внешней политики ДНР и Новороссии происходит в условиях военного противостояния с киевским режимом, непримиримой политической борьбы со сторонниками Киева по периметру и внутри самой Новороссии, согласованного противодействия целям внешней политики ДНР со стороны США, ЕС в целом, и отдельных стран ЕС, в особенности Германии и Польши. Следует предположить, что консолидированная позиция США и Европейских стран, недружественная по отношению к ДНР и Новороссии, сохранится в дальнейшем в течении длительного промежутка времени. Позиция европейских организаций, особенно ЕС, ОБСЕ, Совета Европы, Еврокомиссии и других структур прямо направлена на поддержку киевского режима, дискредитацию ДНР, и восстановление контроля Киева над восточными регионами.

Данные государства и международные организации образуют неформальный международный клуб «Друзей Киева», который действует под патронажем Госдепартамента США, и, как правило, согласовывает с ним свои действия.

Позиция послушания (Москве – ББ) со стороны Новороссии только усложнит положение Москвы, и усилит внешнеполитическое давление на неё. Новороссия является воюющим государством, и в этом случае все претензии международное сообщество будет направлять Москве, с целью заставить её надавить на своих марионеток.

Вторым сдерживающим фактором для России является позиция влиятельных финансово-промышленных групп, связанных с торговлей энергоносителями, для которых независимость ДНР является лишь торгуемым ресурсом, которые последовательно поддерживают идею продать ДНР и Новороссию Киеву, и за счет Новороссии выкупить утраченную лояльность со стороны западных политических элит. Эти интересы финансовых кругов являются долговременным фактором, и могут быть переопределены лишь после получения ими бизнес-интересов в самой Новороссии, сопоставимых с их потерями на западных рынках.

И наконец, руководство России зажато в маневре осторожной позицией своих ближайших союзников - Белоруссии и Казахстана, которые на данном этапе поддерживают единство Украины, и выступают против процесса воссоединения русского народа поверх существующих государственных границ, опасаясь подобных же процессов в своих странах. И если позиция Белоруссии в известной степени зависит от экономических уступок России, то позиция Казахстана в этом вопросе имеет более принципиальный характер, и вряд ли может быть скорректирована в обозримой перспективе обычными методами внешней политики. Ровно те же причины мешают адекватному реагированию на военную агрессию Киева и со стороны ОДКБ.

Подобное тройное влияние - со стороны США и Европы, со стороны ближайших союзников, и со стороны нефтегазового лобби - существенно затрудняют задачу признания со стороны России Донецкой Народной Республики и Новороссии. В случае если территория Новороссии будет ограничена Донецкой и Луганской областями бывшей Украины, путь к международному признанию неизбежно будет долгим.

В целом, внешнеполитические условия для признания ДНР и Новороссии можно охарактеризовать как сложные, с возможной тенденцией к дальнейшему усложнению, по мере консолидации киевского режима, роста его финансовой поддержки со стороны МВФ, и политической поддержки со стороны Запада.»

Цитирую столь значительный отрывок документа, практически без купюр, чтобы показать, что уже на тот момент – с апреля 2014 года - существовал и иной прогноз развития политической ситуации, далекий и от теории полного слива, и от расчёта на крымский вариант, прогноз, исходящий из необходимости суверенного государственного строительства в Новороссии, как единственного и безальтернативного способа её выживания. Вам судить, насколько этот прогноз оправдался.

Три слоя войны: она не прекратится, пока не догорит порох в каждом из них

В идущей войне есть три главных составляющих, три смысловых слоя. Во-первых, и несомненно, и прежде всего - это война разделённого русского народа за свое национально-государственное воссоединение, что на пространстве СССР случается впервые, начиная с событий начала 90-х годов в Приднестровье. Если все остальное - «политика», и подвержено экзотическим кульбитам, то это – глубинный, тектонический процесс, идущий объективно, вне зависимости от воли приходящих и уходящих правителей и Правительств. Этот процесс - я подчеркивал это не раз, и подчеркну снова – идет через голову существующих буржуазных правительств, как российского так и киевского, которые не без оснований видят в нём угрозу самому существованию постсоветских буржуазно-олигархических режимов. Этим объясняются многие неожиданные, на первый взгляд, повороты сюжета, и некоторые «странные» поступки и решения России.

Другой пласт - это, несомненно, война «западного блока» во главе с США с целью сокрушить своего главного геополитического оппонента в Евразии - Россию, и ограничить её право на область исключительных интересов, а значит предотвратить воссоединение земель бывшего СССР в любой возможной форме вокруг России, не допустить появления в Евразии кого-либо исторического наследника Российской Империи или Советского государства. В этом смысле . война, пусть с перерывами, будут продолжаться столько, сколько потребуют интересы «ограничения России» - если какие либо проблемы в самом западном блоке не прервут эту новую серию усилий Запада (которым, надо помнить, исторически не менее 200 лет).

И третий смысловой пласт – это то, что происходит на самой поверхности событий, интрига с майданом и нацистскими отрядами, рвущих бывшую Украину на клочья, помыкая восторженной толпой политических олигофренов, жителей руины.

Ели посмотреть на эти три пласта совокупно, то это многовековая геополитическая интрига за доминирование в Евразии, русское национально-освободительное движение, идущее поверх этого конфликта, и наконец, давний идеологический спор с украинскими нацистами, снова (в третий раз за столетие) перешедший от стадии политических дискуссий в стадию прямых военных столкновений. И война не закончится пока не будут исчерпан военный путь решения всех трёх вопросов, пока не догорит заряд пороха в каждом из них. Для этого необходимо одновременное выполнение трех разнородных по сути условий: согласие Вашингтона на мирное решение без капитуляции Новороссии перед Киевом, согласие на мир и умножение военного потенциала нацистских батальонов на ноль на самой Киевщине, и прекращение горячей фазы столкновений с нацистами на границе русского мира с миром неруси и выруси. Когда и если эти условия будут выполнены – война прекратится. Но вот когда…

Как уничтожить ДЛНР

При этом есть и ещё один, более легкий путь – капитуляция России перед Западом, и вслед за ней – полная капитуляция Новороссии, пусть и по частям, перед Киевом. По большому счёту, первый шаг к капитуляции уже сделан. В Минске, год назад.

С другой стороны, задача уничтожения ДЛНР политическими методами не является для Киева чем-то невыполнимым. Уже реализована первая фаза – это фактический отказ от итогов референдума от 11 мая, и «заочное» признание суверенитета Киева над восставшими территориями, его право издавать имеющие юридическое значение документы, определяющие судьбу этих территорий (поправки в Конституцию, закон об особом статусе, и так далее). То, что процесс не зашел гораздо дальше - произошло лишь в силу того, что для уничтожения Республик как основные год назад были выбраны методы военные, которые, в силу сложившихся обстоятельств, не привели и не могли привести Киев к искомой цели. Тем не менее, эта цель достижима.

Особую опасность при этом представляет сформированная в республиках сверх-централизованная система власти. Если централизованный Советский Союз, несопоставимо более мощный чем Новороссия, мог быть успешно разрушен политическими методами и игре на внутренних противоречиях, то ещё в большей степени от этого не застрахованы Республики – которые, напомню, год назад признали себя частью «украинского политического пространства». Подобные системы крайне чувствительны к сговору части элит с военным противником, у чему есть все и экономические и иные основания.

Но есть и более фундаментальные обстоятельства, делающие прогноз для Киева негативным. Украина, совершив серию гуманитарных преступлений на Юго-востоке, окончательно лишилась исторических прав на данные территории. И она неизбежно потеряет их юридически, это лишь вопрос времени. Причем это поражение бывшей Украины в правах существенно вытекает за границы Донецкой, Луганской, Харьковской и Одесской областей. Подорвано само право этого государства контролировать всё русское и казачье левобережье Днепра, не говоря уже о собственно Новороссии, где этого права никогда и не существовало. И такие политические поражения не проходят бесследно.

Именно этот тезис – а вовсе не «уважение территориальной целостности Украины» - и следует сделать долговременной парадигмой внешней политики России на причерноморском театре военных действий.

Надо понимать, что Украине донецким восстанием – не Крымом, нет, а именно событиями на Донбассе – нанесен такой ущерб, от которого она не оправится уже никогда. Пик её государственного могущества достигнутый в рамках Советского Союза, которое она унаследовала в 1992 году – пройден. Наступил этап заката и упадка, сопряженного с хорошо наблюдаемой хронической национальной истерией.

Искусственно накаченное землями и ресурсами государство вступило на путь своего постепенного разрушения, в итоге которого – это в лучшем случае – от бывшей Украины останется среднеевропейское государство размером с Румынию, со сходным с ней авторитетом, сходным политическим и экономическим весом. С высокой вероятностью – государство нацистское, исторический миф лежащий в фундаменте которого будет основан на идее реванша и несуществующем великом прошлом. Государстве, основанном на идеологии никому не интересной за её пределами, основанном лишь на противопоставлении себя «русскому миру», земли которого постепенно, так или иначе воссоединятся с Россией. Но это небыстрый процесс.

Происходить эту будет не сразу – этапы разрушении будут чередоваться с этапами фиктивной стабилизации, но первичное деление Украины «примерно по Днепру» и потеря Причерноморья – это лишь первый, обозримый с существующей исторической позиции этап её государственного разрушения.

При этом наивные идеи и хотелки о том что «нам нужна вся Украина» следует оставить за порогом серьёзной политики. «Всей Украины» больше нет, а та, что осталась будет разрушаться. А неразрушенная часть – не становиться «пророссийской», а лишь укрепляться в антироссийской истерии. Попытки России поддержать «дружественный украинский народ» лишь продлят эту неизбежную агонию, и принесут этому народа новые страдания.

Источник неизбежного развала Украины – внутренние противоречия в самой этой искусственно слепленной стране, которая не может, и не хочет быть единой, быть «общим домом для всех». Проблемы Украины и России тут прямо противоположны. Если по сути моноэтническая Россия (85 % русского населения) стремится выглядеть и быть «многонационалией», то три-этническая Украина – в основе которой лежат три этно-культурные общины: русские, малороссы (которых ныне убедили, что они «тоже украинцы», хотя это не так) и доминирующие там украинцы западного обряда – стремится и выглядеть, и быть страной унитарной, монокультурной и моноэтнической.

Это уже привело к разрушениям, с потерей Донбасса и Крыма, и этап этих потерь не пройден, хотя сейчас взята историческая пауза. Но История никогда не идёт по рельсам: она всегда идёт рывками.

Что будет с Новороссией

Основой достижения прочного, долговременного мира, как известно является убедительная военная победа. Мир на основе компромисса - к которому так часто призывают - зачастую является лишь обманом, временным перемирием, иногда перемирием долгим, иногда перемирием не доживающим до следующего утра, но временным.

Вопрос остается в том, что же будут после этой желанной военной победы, какого рода общество и какой строй он принесёт людям. Развилка тут понятна: либо Новороссия пойдет по пути формирования подлинно народного государства, как бы сложен он не был, либо уже в скором времени новые власти будут как же ненавидимы народом как и их киевские предшественники.

И путь избежать этого только один – формировать народную республику, меняя случайных марионеток, вынесенных сегодня мутной волной на поверхность политической жизни на действительных избранников народа, получивших мандат и право представлять народ не в кабинетах Администрации, не в офисах политических блоков, а на свободных выборах. Прямо, и от имени народа.

Есть и иное обстоятельство. Само дробление Украины, отторжение от него частей в пользу русского мира возможно лишь при успешном государственном строительстве в самой Новороссии. Нынешняя ситуация, когда народные республики соревнуются с Киевом разве что в том, чья хунта более хунта - не несёт в себе никакого заряда оптимизма. Причем республики во многом переплюнули Киев: митинги и демонстрации в ДНР находятся под запретом (согласно закону о митингах), политические собрания граждан также запрещены, а финансово-налоговая деятельность Правительства смело отнесена к «гостайне».

Закон ДНР «О государственной тайне» от 12.12.2014 относит к гостайне также сведения об объемах запасов, добычи, производства и потребления стратегических видов полезных ископаемых, сведения о финансах и бюджетной политике государства, об источниках поступления в республиканский бюджет валютных средств, о финансовой политике в отношении иностранных государств и многое другое, о чем знать простым гражданам вредно. С таким набором признаков республики трудно назвать «народными»: народ сегодня лишён и основных политических прав, и прав экономических, и каких-либо сведений о бюджете государства и государственных финансах. Рассчитывать, что он при этом будут долго и преданно благодарить начальство не следует.

ДЛНР, в своём нынешнем качестве, без немедленных и существенных перемен, без возвращения к истокам народовластия, в нынешних границах и политическом статусе непризнанного никем субъекта, с непрозрачными финансами и запретом на какую-либо политическую деятельность обречена стать территорией бедствия - причем бедствия по всем направлениям: зоной социальной катастрофы, безработицы, нищеты, бандитского беспредела, и самой циничной коррупции, стать не «витриной русского мира», а пугалом, соревнующимся с Киевом лишь в степени своего государственного произвола.

Донецк за этот год пережил три громадных разочарования. Вначале не пришло той помощи от России, которая была публично обещана в марте 2014 года, защиты «населения юго-востока» от агрессии со стороны киевской хунты.

Затем, итоги референдума 11 мая оказались для Москвы вторым сортом по сравнению с референдумом в Крыму – фактически, Россия не признала его результатов, отвергла выбор народа Донбасса. И наконец, минский процесс, в топку которого было брошено знамя независимости Донбасса, так и не принёс обещанного мира – а принёс лишь затяжную войну, и страдания, конец которых просматривается с трудом. Сколько они продлятся? Годы? Десятки лет? Как, чем поднимать людей в этих условиях? Какие лозунги могут вдохновить их? Чем сейчас вдохновлять людей, когда Москва на высшем уровне говорит, что Донецк – это Украина, а слово Новороссия – почти под запретом?

Но выход есть. Прежде всего, и безусловно, необходимо вернуться к истокам донецкой государственности, к принципам, сформулированным в апреле 2014 года, в момент взятия восставшим народом государственной власти. Лишь возвращение к этим базовым ценностям – выстраданным народом за столетие, с момента образования Донецко-Криворожской республики – способно вернуть смысл всему происходящему на Донбассе, оправдать и принесённые жертвы и страдания.

Существуют семь принципов донецкой государственности, провозглашенные 7 апреля 2014 года, и затем одобренные народом - более 90% голосовавших - на референдуме о независимости от 11 мая.

Принципы донецкой государственности

Каковы же эти принципы? Вот они:

1) Донецкая республика провозглашена как суверенное государство.

2) Единственным источником власти в республике является народ.

3) Единственным органом уполномоченным говорить от имени народа является Верховный Совет.

4) Республика провозглашена в полных границах бывшей Донецкой области Украины.

5) Территория Донецкой Народной Республики является неделимой и неприкосновенной. Территория республики не может быть изменена без согласия её граждан.

6) Наиболее важные государственные вопросы, связанные с взаимоотношениями с другими государствами, выносятся на всенародное обсуждение или референдум.

7) Республика строит свои отношения с другими государствами на основе международного права.

Вот эти принципы. одобренные референдумом, и лежат в основе конституционного и государственного строя ДНР. И никто не может их менять, или пренебрегать ими, не приобретая почётного статуса врага народа.

Это то, за что воюет ополчение, то, за что воюют на политическом фронте лучшие из донецких депутатов и политиков. То, за что выступают не потерявшие чести журналисты и сотрудники сил безопасности.

Возвращение к истокам революции, к базовым конституционным принципам настолько ключевой пункт актуальной политической повестки дня, что без его решения бессмысленны какие-либо дальнейшие военные успехи. Прежде чем воевать, должен быть дан ответ на вопрос – за что воюем. В апреле – мае 2014 года было понятно – за что, и это никому не приходилось дополнительно пояснять. На сегодня, как минимум, такой ясности нет. Желающих умирать за усиление переговорной позиции в Минске и «особый статус», увы, не слишком много.

Вряд ли кто-либо из воюющего ополчения поддерживает передачу контроля над границей Киеву, что прямо приписано в минских договорённостях – а это ключевой пункт «мирного минского плана». Вряд ли они поддерживают и остальные главные принципы Минска, положенные в основу мирного плана, такие как (цитирую): «Восстановление полного контроля над государственной границей со стороны правительства Украины во всей зоне конфликта», «Полное уважение суверенитета и территориальной целостности Украины», «Разоружение всех незаконных групп» (незаконных по законодательству Украины, разумеется), а также и «Вывести незаконные вооружённые формирования, военную технику, а также боевиков и наемников с территории Украины», «Возобновление налогообложения в рамках правового поля Украины» …

Ведь это именно и есть «минские договорённости», это их смысл, текст и содержание.

Мы подошли к странному состоянию, когда мир недостижим, а война почти невозможна – в том смысле, что у всех сторон пока нет ресурсов для операции нужного масштаба, операции, ведущей к победе. Донбассу стоит готовиться не к месяцам, а к десятилетиям военного и политического противостояния с Киевом, долгой «странной войне» переменной интенсивности. И главным фронтом постепенно будет становится не военный, а фронт успешного государственного строительства.

Сегодня, по прошествии года с момента «первого Минска» никто не знает, когда и чем кончится война. Ведь Минск не прекратил войну, а лишь разнёс её эпизоды на неопределенный строк, даты которых сегодня уже никто не в состоянии спрогнозировать. Вступая на скользкий путь вангования, автор попытался увидеть лишь общий замысел Истории и путь, к которому идут нынешние узкие тропы.

И вам решать, насколько это удалось.

http://izborskiy-club.livejournal.com/357718.html