Стремительное развитие ситуации в Ираке, связанное с незаконным вторжением ИГИЛ, повлекло за собой череду трагических событий и радикальных перемен в политическом ландшафте Ирака. Как будет развиваться ситуация в ближайшем будущем и каких последствий стоит ждать от политических решений Багдада? Ситуацию комментирует к.ю.н., Чрезвычайный и Полномочный посол РФ Александр Аксенёнок.

На прошлой неделе в Ираке на пост премьер-министра был назначен Хайдер аль-Абади. Как смена политического руководства повлияет на дальнейшее развитие государства? Удастся ли новому лидеру сформировать правительство национального единства, на котором настаивают зарубежные державы, и не допустить раскола страны?

Поручение президента Ирака Ф.Маасума вице-спикеру парламента Х.Абади сформировать правительство вполне укладывается в конституционное поле. В Ираке давно сложилась атмосфера недоверия и даже враждебности в отношении режима Н.Аль-Малики, лишённого поддержки суннитского и курдского политического спектра. Бытовавшие настроения можно описать одной фразой: «Кто-то другой, только не Малики».

Х.Абади как компромиссная фигура был одним из трёх-четырёх видных суннитских представителей, которые могли претендовать на пост премьер-министра. Его преимущество перед другими кандидатурами состояло, прежде всего, в принадлежности к той же партии «Ад-Даава», составляющей ядро победившей на выборах шиитской парламентской коалиции. В личном плане Х.Абади известен в политических кругах как деятель не столь харизматичный, но умеющий выстраивать союзы и «наводить мосты» вне конфессиональных привязанностей.

Вместе с тем скорого разрешения политического кризиса ожидать трудно. После ухода американцев из Ирака происходила неуклонная эскалация насилия. Межконфессиональные и межэтнические отношения накалились до такой степени, что появилась реальная угроза обрушения всей конструкции иракской государственности. В этих условиях восстановление доверия, столь необходимого для формирования правительства на широкой национальной основе, становится трудновыполнимой задачей. Тем более в отведённый для этого конституцией 30-дневный срок. После громкого террористического акта в суннитской мечети 22 августа 2014 года суннитский блок объявил о выходе из переговоров о составе правительства.

Подробнее об арабской психологии глазами экспертов и исследователей в статье:
Арабская психология и национальный характер
а так же в статье:
Психология работы с арабами

В суннитских политических кругах консолидированная поддержка преемника Н.Аль-Малики пока отсутствует, поскольку этот выбор был не столько результатом внутреннего решения, сколько вынужденным шагом под сильным давлением извне и под угрозой наступления «халифатистов». Часть суннитских племенных вождей и религиозных деятелей также считают, что смена лиц мало что меняет. У власти, по их мнению, по-прежнему остаётся представитель того же шиитского политического класса, тесно связанного к тому же с Ираном. Многое будет зависеть и от того, как быстро удастся прийти к договорённостям о разделе мест не только в правительстве, но и (что более сложно) в армейском командовании, в МВД и спецслужбах, находившихся в последние годы под личным контролем премьер-министра. Что здесь возьмёт верх, сказать пока трудно – ощущение общей опасности или конфессиональная ограниченность.

Следует ли ожидать увеличения иностранной военной помощи Ираку и каковы шансы на успех правительства в борьбе с исламистами на севере страны?

В военно-политическом плане обстановка в Ираке такова, что иракская армия оказалась неспособной вести эффективные действия против «исламского государства». На первый план выдвинулись курдские вооружённые формирования «пешмерга», добившиеся некоторых успехов при поддержке с воздуха со стороны авиации США. Но и они испытывают нехватку тяжёлого вооружения и боевого опыта. Координация между иракской армией и курдами только налаживается.

По мере осознания всей полноты угрозы, исходящей от «исламистского интернационала» в Ираке и Сирии, США и Европа взяли курс на предоставление Ираку военной помощи ещё до формирования инклюзивного правительства. Речь идёт о прямых поставках вооружения иракской армии и курдским отрядам, а также о направлении военных советников, о снабжении их разведывательной информацией наряду с наращиванием вспомогательных ударов с воздуха. США уже объявили о направлении в Ирак дополнительной группы военных советников и спецназа в количестве 400 человек. Поставки вооружения курдам идут также из Франции. Вопрос о форме и способах поддержки Ирака обсуждается и в правительстве Д.Кэмерона. Особенно после того, как исполнителем казни американского журналиста Д.Фоули оказался человек, говоривший на английском языке с лондонским акцентом.

Еще о психологии арабского человека в статье:
Почему арабы плохие солдаты

Большинство экспертов сходятся во мнении, что подавить в зародыше агрессивное эрзац-государство в центре арабского мира может только сухопутная военная сила. США, однако, заявляют об отсутствии планов проведения такого рода операций с участием американских военных. Высказываются прогнозы о возможном образовании неких региональных коалиций, которые могли бы взять на себя эту миссию. Но соседние страны при всей неприемлемости для них исламского халифата также не готовы к прямому военному вмешательству. На этом фоне появилась информация о начале закрытых контактов спецслужб США с сирийскими властями, которые три года назад были объявлены Б.Обамой нелегитимными. Сирия своими силами пытается сдерживать напор исламистов, но её военные ресурсы ограничены и растянуты по нескольким фронтам.

- С какими вызовами столкнется аль-Абади в области внешней политики? Каковы перспективы развития отношений Ирака с соседями по региону, а также с США и ведущими западными странами?

Наряду с внутренними проблемами новому премьер-министру, если ему удастся сформировать представительное правительство, предстоит искать более тонкие внешнеполитические балансы. После вывода американских войск из Ирака Н.Аль-Малики позволял себе проявлять известную самостоятельность, не учитывая в полной мере позицию своего американского союзника. Более тесными становились отношения Багдада с Тегераном и Дамаском. Это поставило на грань разрыва отношения с Саудовской Аравией, для которой Аль-Малики как глава правительства стал абсолютно неприемлем. Багдад рассматривался суннитскими монархиями Аравии как часть шиитской оси Хизбалла в Ливане – режим Б.Асада в Сирии – Иран.

ИГИШ

В полном размере: ИГИШ в Сирии и Ираке

Перспективы отношений Ирака с соседями и в целом его будущее как государства во многом будут определять нынешние региональные тенденции. Прежде всего, в треугольнике США-Иран-Саудовская Аравия. Смягчение напряжённости между США и Ираном, продолжающиеся переговоры по иранскому «ядерному досье», укрепление позиций сирийского режима в его противостоянии с вооружённой оппозицией – всё это побудило Саудовскую Аравию вносить осторожные коррективы в отношения с Тегераном. Иранцы, со своей стороны, также подают сигналы о готовности к сближению. Хотя до серьёзного прорыва по-прежнему далеко, МИД Ирана выражает удовлетворение «процессом нормализации» отношений с Саудовской Аравией.

Важную роль в формирующемся региональном раскладе играет такой влиятельный сосед Ирака, как Турция, для которой недопущение самоопределения курдов в форме независимости исторически считалось одной из главных задач внешней политики. В новой обстановке Курдистан начинает претендовать на место умеренного регионального игрока, вступившего в войну с терроризмом. И таковым он всё больше рассматривается на Западе. Поэтому Турция, сохранившая более или менее ровные отношения с Багдадом, может быть особенно заинтересована в преодолении политического кризиса, чтобы избежать нового обострения курдской проблемы у себя дома.

http://russiancouncil.ru/inner/?id_4=4240#top